96017 (613351), страница 2
Текст из файла (страница 2)
Национальные экономические проблемы все чаще приобретают интернациональный характер. В современных условиях экономический спад, безработица, инфляция все отчетливее из национальных проблем перерастают в интернациональные, стимулируют развитие данных процессов в других странах, оказывают глобальное влияние на мировую экономическую ситуацию. Так, нефтяные шоки 70-х годов, спровоцированные странами ОПЕК, сказались на изменении мировых цен на инвестиционные товары в индустриально развитых странах, что в свою очередь отрицательно отразилось на макроэкономической ситуации в развивающихся странах. В конечном итоге нефтяные шоки спровоцировали мировой экономический кризис 70-х годов. Протекционистская политика, проводимая одной страной, неизбежно сказывается на торговле других стран, на мировой торговле в целом. Изменения национальных процентных ставок, курсов валют предопределяют неизбежные финансовые изменения в других странах, на мировых финансовых рынках.
Вступая в XXI век, вся мировая экономическая система в целом, столкнулась с принципиально новыми проблемами, и опять вынуждена искать новую парадигму экономического развития, знаменуя начало нового этапа. На первый план выходят глобальные проблемы современности, решать которые можно только «всем миром»: демографические, связанные с признаками абсолютной перенаселенности в ряде стран; продовольственные – голод, недоедание огромных масс людей; угроза экологической катастрофы; энергетическая проблема; угроза ядерной войны и другие.
1.2 Место России в структуре мировой экономики
На современном этапе Россия не относится к числу мощных экономически держав: её доля в мировом ВВП равна 2,6%. Экономическое сотрудничество с зарубежными странами ей приходится развивать, опираясь на деформированную структуру материального производства, гипертрофия тяжелой индустрии сочетается с неразвитостью сельского хозяйства, легкой и пищевой промышленности.
Основной проблемой, возникающей при интеграции России в мировую экономику, следует считать зависимость страны от сырьевых рынков.
Усиление зависимости от внешних факторов при интеграции в мировое хозяйство – тенденция абсолютно закономерная для любой страны. В случае с Россией гипертрофия этой зависимости вызвана прежде всего двумя обстоятельствами0:
кризисным состоянием российской экономики;
ошибками во внешнеэкономической политике, разрушением (с подачи новой экономической и политической элит) формальных регуляторов экономики.
В целом за 90-е годы значение России как субъекта мирохозяйственных связей заметно упало. Несмотря на благоприятную рыночную конъюнктуру, в 2000-м доля России в мировом товарном экспорте не превышала полутора процентов. В последние годы это доля возросла, однако все равно не превышает семи процентов.
На фоне сокращения производства и потребления отечественной продукции экспортная сфера превратилась в крупнейший сектор экономики, за счет которого держались на плаву другие отрасли. Через экспорт реализуется более четверти национального ВВП. В СССР этот показатель не превышал 10 процентов. За рубеж вывозится от 20 до 80 проц. отечественного производства сырьевых товаров и полуфабрикатов. Удельный вес машин и оборудования в структуре экспорта не превышает 10 проц. (в основном в страны СНГ), а в общем объеме мирового экспорта машино-технической продукции составляет всего 0,3 процента. За вычетом военной техники, а также поставок оборудования в государства СНГ объем экспортных поставок российской машино-технической продукции, реально конкурентоспособной на мировых рынках, оценивается в 0,1 проц. от суммарного мирового экспорта соответствующих видов оборудования. Хотя Россия и занимает на мировом рынке вооружений второе место, вклад экспортных поставок военной техники в общие валютные поступления страны не так велик, как представляется: всего 5,2 проц. в 2007 году0.
Расширение импорта продовольствия усилило заинтересованность Запада в стабильности таких поставок. На Россию приходится 40 проц. экспорта говядины и 30 проц. экспорта свинины из стран ЕС. Однако эта взаимозависимость асимметрична. Мы зависим от мировой экономики гораздо сильнее, чем она от нас. У западных банков и предпринимателей шире возможность застраховаться от рисков, связанных с их деятельностью в России. Например, крупные западные инвесторы смогли перед августовским кризисом уйти с рынка ГКО без больших потерь, так как использовали средства из кредита МВФ, полученные Россией в июле 1998-го. При этом они, естественно, сохранили громадные проценты, которые получали прежде (до 100-150 проц. годовых в валюте). Застраховаться от рисков по прямым инвестициям в России труднее. Поэтому иностранные инвесторы проявляют сдержанность и крайнюю осторожность.
Россия заняла прочные позиции в вывозе продукции экологически вредных, капиталоемких отраслей. Она занимает первое место по экспорту никеля и природного газа (половина мирового рынка), третье или четвертое – по нефти, нефтепродуктам, электроэнергии, железной руде, алюминию, прокату черных металлов. Мы выступаем на мировых рынках крупным поставщиком меди, необработанных алмазов, минеральных удобрений и целлюлозы.
Однако основные валютные поступления (свыше половины) дает экспорт нефти, нефтепродуктов и газа. Экспортные квоты (отношение экспорта к производству) по энергосырью достигли критических величин, особенно учитывая почти полную изношенность основных фондов в нефтедобыче и нефтепереработке, необходимость замены или ремонта значительной части трубопроводов.
Интеграция через поставки энергосырья в принципе невыгодна России (даже при высоких ценах на нефть), ибо условия добычи неблагоприятны, а транспортная составляющая в издержках высока. Да и большинство населения страны живет не там, где находятся запасы нефти и газа, а потому не может существовать за счет ренты.
Общепризнано, что основной канал вхождения в мировую экономическую систему – создание условий для притока в страну иностранного предпринимательского капитала, несущего с собой помимо финансовых ресурсов современные технологии и менеджмент. Мировой рынок инвестиционных капиталов (прямые, портфельные инвестиции, кредиты на закупку оборудования, финансирование проектов) оценивается в 1,3-1,5 трлн. долларов в год. За эти ресурсы жестко конкурируют между собой государства-реципиенты.
Современная Россия остро нуждается в инвестиционных ресурсах, потребность в них исчисляется многими сотнями миллиардов долларов. Однако приток прямых вложений составляет пока лишь небольшую величину по сравнению с нелегальной утечкой капиталов. Ограниченность прямых иностранных инвестиций – показатель неудовлетворительного включения нашей страны в мировое хозяйство.
По объему прямых зарубежных вложений в экономику Россия находится в третьем десятке государств мира – среди стран «с развивающимися рынками», уступая не только Китаю, где инвестиции исчисляются сотнями миллиардов долларов, но и Польше, Венгрии, Чехии. По ряду показателей зарубежный предпринимательский капитал играет сейчас в отечественной экономике даже меньшую роль, чем в 20-е или 30-е годы, когда он присутствовал в электротехнике, производстве текстильного оборудования и т. д. Некоторое расширение притока иностранных инвестиций в промышленность, отмеченное в конце 90-х, объясняется его оттоком после августа 1998 года из таких сфер, как финансы, банковское дело, страхование, маркетинговые услуги (до кризиса на них приходилось около 60 проц. иностранных инвестиций). Наибольший интерес у зарубежных инвесторов вызывают предприятия, которые производят на основе западных технологий, импортного сырья или комплектующих такие товары, как кондитерские изделия, пиво, соки, моющие средства, бытовую технику, сотовые телефоны. Инвестиционное сотрудничество в наукоемких отраслях (например, в автомобиле- и самолетостроении) остается за незначительными исключениями лишь заявлениями о намерениях. Пока ситуация с привлечением иностранного предпринимательского капитала кардинально не меняется. Чтобы получить специальную федеральную лицензию, приходится преодолевать множество бюрократических рогаток.
Россия унаследовала от СССР чрезмерную политизацию внешнеэкономических связей. Эта традиция явно не совпадала с ленинской формулой «политика есть продолжение экономики». Наоборот, в советские времена экономические интересы целиком подчинялись политическим целям, что принесло мало хорошего. К примеру, требование поддерживать на высоком уровне товарооборот со странами-членами СЭВ приводило к завышению цен (по сравнению с мировыми) на импорт из этого региона. Часть же купленных у нас нефти, металлов и другого сырья государства Содружества реэкспортировали за валюту. Помощь развивающимся странам «социалистической ориентации» тоже во многом шла в ущерб экономическим интересам СССР (впрочем, как и интересам получателей этой помощи). Через внешнюю торговлю КПСС помогала другим компартиям, в том числе в развитых странах.
Политизация внешней экономики России, переставшей быть сверхдержавой, еще менее оправданна. Государство способно только косвенно влиять на выбор страновых приоритетов, ибо предприятия стали самостоятельными субъектами внешнеэкономической деятельности и руководствуются не геополитическими, а самыми разными экономическими соображениями (получение передовой технологии, выход на рынки сбыта продукции обрабатывающей промышленности, получение стратегического сырья, внешняя задолженность, финансовые претензии к странам-должникам, зависимость от транзита, приграничная торговля и т.д.). Совсем деполитизировать внешнеэкономические связи, по-видимому, нельзя, но новый баланс между политикой и экономикой в нынешних условиях нужен.
В 90-е годы Россия сделала существенные шаги в налаживании контактов с ведущими зарубежными интеграционными группировками по различным направлениям экономического сотрудничества. Определяющим направлением российской внешней политики в эти годы были страны Западной Европы и, прежде всего, страны ЕС. Господствует представление, будто во внешнеэкономических связях заведомо следует отдавать предпочтение развитым странам, и, прежде всего, странам Европейского союза – нашего крупнейшего партнера, потому что он основной источник получения передовых технологий, кредитов и инвестиций. Однако сколь ни важны связи с этими государствами, следует учитывать, что в обозримой перспективе их деловой мир будет заинтересован в первую очередь в энергосырьевом импорте из России. Сбыт же нашей собственной готовой продукции в такие страны еще долго будет ограничен. Это подтверждает, в частности, тот факт, что, несмотря на заявленные сторонами намерения, соглашение о партнерстве и сотрудничестве с ЕС с точки зрения развития новых форм связей (промышленная кооперация, прямые иностранные инвестиции в Россию и т. д.) оказалось малоэффективным. Поэтому среднесрочные перспективы сотрудничества даже с Западной Европой (не говоря о США и Канаде) пока не блестящи.
Весьма показательно, что торговля с СНГ в структуре товарооборота России составляет только 20%, в то время как с Европой – около 60%. В структуре российского баланса импорта и экспорта услуг сдвиг в пользу Европейского союза еще значительнее. Евросоюз − крупнейший торговый партнер Российской Федерации, на долю которого приходится более 51,5 % (56,1 % экспорта и 43,4 % импорта) российского внешнеторгового товарооборота. Страны-члены ЕС являются основным источником поступления технологий, ноу-хау и инвестиций для России (источником 85,1% накопленных в России прямых иностранных инвестиций являются страны Евросоюза).
Вместе с тем, при общих стабильных за последние три года темпах роста экспорта российского промышленного оборудования с высокой добавленной стоимостью (группы ТН ВЭД с 84 по 90), его экспорт в страны ЕС застыл на одном уровне, в результате доля Евросоюза в российском экспорте этих товаров снизилась с 23,4% в 2001 г. до 15,2 % в 2007 г. Для сравнения − доля поставок в Китай упала с 20,1% до 5,8%; Индии выросла с 5,3 % до 8,4%. Очень заметно возросла доля стран СНГ − с 28,5% до 48,2%. Таким образом, зависимость России от экспорта углеводородов только увеличилась. Российские промышленные товары конкурентоспособны из числа крупных партнеров лишь на рынках СНГ и Индии0.
В настоящее время, торгово-экономическое сотрудничество России с ЕС развивается на достаточно либеральной договорной базе. Соглашение о сотрудничестве между Россией и Евросоюзом во многом воспроизводит соответствующие положения ВТО. Однако возможности и инструменты Соглашения используются сторонами явно недостаточно, более того, реальное взаимодействие осуществляется в основном по другим каналам.
Принятая на Римском саммите Россия-ЕС в 2003 г. Концепция Общего экономического пространства в стратегической перспективе предусматривает создание интегрированного рынка Россия − ЕС, в рамках которого будут реализованы четыре «свободы»: торговли товарами и услугами, движения капиталов и рабочей силы. Эта задача конкретизирована в «Дорожной карте» Общего экономического пространства (ДК ОЭП), принятой на Московском саммите Россия-ЕС в 2005 г. Для реализации целей и задач ДК ОЭП стороны в 2005-2007 гг. учредили Диалоги в области транспорта (1), охраны прав интеллектуальной собственности (2), телекоммуникаций и информационного общества (3), промышленной политики (4), технического регулирования и стандартизации (5), сельского хозяйства (6), государственных закупок (7), макроэкономики и финансовой политики (8), экологии (9), регионального сотрудничества (10), инвестиционной политики (11), космоса (12), также был создан механизм раннего предупреждения об изменениях в режиме торговли (13). Сотрудничество в энергетической сфере осуществляется в рамках Энергодиалога, созданного еще в 2000 г., для взаимодействия таможенных структур активно используется соответствующий подкомитет Комитета сотрудничества Россия-ЕС.
Сформированные в рамках ДК ОЭП отраслевые диалоги нацелены на усиление сотрудничества в приоритетных для сторон областях, гармонизацию законодательной базы и систем регулирования, а также упрощение административных и таможенных процедур.
В существующем виде Диалоги не являются инструментом для выработки политических решений. Экспертные встречи в рамках отраслевых диалогов проходят в формате обмена информацией, уточнения позиций сторон, принятия рекомендаций.
Ориентируя свою внешнеэкономическую политику на всемерное сотрудничество с ЕС, Россия с середины 90-х годов начинает все больше внимания уделять развитию экономических отношений с другими региональными интеграционными группировками. И, прежде всего, с Азиатско-Тихоокеанским регионом, с АТЭС. В физико-географическом отношении принадлежность России к АТР неоспорима.
Из общего объема внутрирегионального товарообмена в странах Азиатско-Тихоокеанского региона, оцениваемого примерно в 2 трлн. долл., на долю России приходится около 1%. Это не сообразуется с ее статусом великой азиатско-тихоокеанской державы, не соответствует потенциалу ее экономики. Европейская ориентированность страны мешала увидеть на Востоке новые реалии будущего мира.
Российские правительственные, деловые, научные круги участвуют в такой форме интеграционной деятельности, как разработка и осуществление многосторонних проектов. Это, например, проект ПРООН по развитию района реки Туманной на стыке границ России, Китая и КНДР, проект развития экономической зоны Японского моря, проекты строительства магистральных газопроводов, линий передач и телекоммуникаций, проходящих через территории нескольких стран, уже начатое силами международных консорциумов освоение нефтегазовых ресурсов о. Сахалин и др. Для российских восточных регионов все более важным становится регулирование международной трудовой миграции. В перспективе Россия должна активизироваться на финансовом рынке Азиатско-Тихоокеанского региона.
Таким образом, Россия фактически участвует в различных формах интеграционного процесса в Азиатско-Тихоокеанском регионе, но еще довольно слабо влияет на организацию и регулирование этого процесса.
Несмотря на вышеперечисленные проблемы, по мнению многих специалистов, Россия обладает рядом специфических черт, преимуществ, позволяющих интегрироваться в мировое хозяйство, занять должное место в системе международных экономических отношений.
К этим чертам относят0:
1. Развитую научно-техническую базу.
2. Высокую степень обеспеченности сырьем и энергоресурсами, их относительную дешевизну.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
