73968 (612303), страница 3
Текст из файла (страница 3)
Вначале новеллы говорится о том, что маркиза д’О после смерти мужа «провела несколько лет в полном уединении, занимаясь искусством, чтением,… до тех пор, пока вспыхнувшая война не наводнила окрестности войсками почти всех держав, в том числе и русскими» (3.514 – «…hatte Sie nächsten Jahre mit Kunst, Lekture… in der größten Eingezogenheit zugebracht, bis der… Krieg plötzlich die Gedend umher mit den Truppen fast aller Mächte und auch mit russischen erfüllte». 1.5).
Во время взятия крепости маркиза подверглась нападению «ужасной шайки» солдат и была спасена русским офицером графом Ф. С этого момента «мир в доме маркизы д’О нарушен вторжением непонятной силы» (16.454). Через некоторое время приходит известие о том, что граф убит в бою. Маркиза упрекала себя в том, что сразу же не смогла отблагодарить графа за спасение, но вскоре забыла об этом происшествии. Несмотря на то, что «всё вошло в свою колею» (3.405 – «Alles kehrte nun in die alte Ordnung der Dinge zurück» 1.10), автор сообщает о недомогании маркизы, которое усиливается с каждым днём. Неожиданно появляется «воскресший граф», что только усиливает напряжение в новелле.
Далее сюжет развивается следующим образом.
Граф хочет немедленно жениться на маркизе. Он говорит о себе, «как о человеке, заслуживающем внимания, честном и порядочном, о том, что единственный недостойный поступок, который он в своей жизни совершил никому не ведом и в настоящее время он на пути к искуплению его». (История сватовства графа является проявлением характера героя. Он как можно быстрее хочет искупить свою вину, спасти маркизу от позора. Но граф Ф. терпит неудачу, он вынужден отступиться и удалиться, предоставив событиям возможность идти своим чередом.
Вслед за отъездом графа основой развития сюжета становятся переживания маркизы: она вдруг почувствовала себя беременной. Внутренняя чистота вначале заставляет её усомниться в очевидном (маркиза прогоняет врача как клеветника), но в то же время героиня не отступает перед этим непонятным для неё событием.
На героиню сыплются остроты, колкости, но она не хитрит, не ищет способа оправдания, а открыто объявляет через газету, что разыскивает неизвестного отца будущего ребёнка. Маркиза с достоинством принимает вызов судьбы. Изгнанная родными, она отказывается оставить своих детей и покидает дом с чувством освобождения: «Познав собственную силу в этом гордом напряжении воли, она вдруг словно сама подняла себя из той пучины, куда её низвергла судьба» (3.540 – «Durch diese schöne Anstrengung mit sich selbst bekannt gemacht, hob sie sich plötzlich, wie an ihrer eigenen Hand, aus der ganzen Tiefe, in welche das Schicksal sie herabgestürzt hatte, emfar». 1.29).
Клейст, таким образом, хочет привести в порядок сотрясённый мир. Автор использует своеобразный приём повторения, показывая, насколько искренна в своих словах героиня, чтобы и читатели в этом не могли сомневаться. Так, слово «невинность» повторяется несколько раз – der Unschuld, ihres schuldreien, ihrer Unschuld, größten Unschuld. Автор пытается восстановить гармонию как во внутренней, так и во внешней жизни героев новеллы.
Объявление в газете свидетельствует о переломе в душе маркизы, точнее говоря, является внешним признаком перелома. В жизни графа Ф. происходит подобная ситуация. Прочитав это объявление, он сказал: «Ну, вот и прекрасно! Теперь я знаю, что мне делать!» (3.403 – «Nun ist es gut! Nun weiß ich, weiß ich zu tun habe!».
Важным в сюжете новеллы являются вспоминания графа о лебеде, «которого он забросал грязью и как тот, тихо погрузившись в воду, вынырнул затем совершенно чистым» (3.539 – «…da er diesen Schwan einst mit Kot beworfen, worauf dieser still untergetaucht und rein aus der Flut wieder emporgekommen sei» 1.19). Здесь видна несомненная параллель с маркизой, да и Клейст говорит о том, что это представление во время болезни постоянно путалось у графа Ф. с образом маркизы д’О. Это наводит на мысль о том, что в жизни всё предопределено судьбой и человек не должен отчаиваться, бунтовать против человеческого удела, а принять его, до конца исчерпать. Как говорит Мишель Монтень, «в конечном счете, это и есть наше бытие, это и есть наше всё».
Граф Ф. и маркиза д’О восстанавливают своё внутреннее единство, гармонию. Графа Ф. вновь стали принимать в доме маркизы, он снова принялся ухаживать за графиней. Что же касается общества, то «в силу греховности самого миропорядка» (3.553 – «um der gebrechlichen Einrichtung der Welt» 1.48) граф всеми был прощён за свой поступок.
По словам М.И. Бента, финал новеллы, демонстрирующий семейное согласие, выражает позитивистскую концепцию. Главным для Клейста является человек, примирившийся с противоречивостью мира, нашедший сложное равновесие между личностным началом и окружающей действительностью.
Новелла «Землетрясение в Чили» не столь оптимистична, как предыдущая. По мнению В. Д. Демченко, в центре новеллы оказывается огромное потрясение (в данном случае, землетрясение) – то, что вырывает людей из устоявшегося уклада привычных связей, заставляет человека обнажить все чувства в неравном поединком с судьбой (20.20).
Так и в этой новелле главные герои, Херонимо и Хосефа, погибают. Поэтому определение «новелла судьбы», распространённая некоторыми исследователями на все повествовательные произведения Клейста, особенно применима к этой новелле.
Превратности жизни влюблённой пары Херонимо и Хосефы, приговорённых к смертной казни, определяются стихийным бедствием. Паника, охватившая жителей во время землетрясения, подаёт героям надежду на спасение. Землетрясение происходит не только во внешнем, но и во внутреннем мире людей. Состояние души Херонимо соответствует динамической картине внешнего мира.
В самом начале новеллы Херонимо, находясь в тюрьме, тщетно пытается выбраться оттуда: «Напрасно старался он изыскать какой-либо путь к спасению.., он натыкался на запоры и стены, а его попытка перепилить оконную решётку повлекла за собою, когда была обнаружена, ещё более строгое заключение». Но стихийное бедствие всё перевернуло. Херонимо снова на свободе. Но эта свобода не доставляет ему радости, так как нет рядом любимой женщины. Несмотря на это, герой не отчаивается, не поддаётся этому року, преследующего его: «Затем выплакав своё горе, он поднялся и, так как среди горючих слёз в душе его снова возродилась надежда, начал обходить местность во всех направлениях».
Клейст проводит параллель между двумя мирами. Автор хочет сказать, что успокоение внешнего мира ведёт к успокоению человеческой души, мятежной и отчаявшейся. Таким образом, окружающая среда непременно влияет на внутреннее состояние человека (в данном случае, благоприятно).
Стихийное бедствие рушит устои государства и границы между людьми: «На полях, - всюду, куда только ни достигал взор, - лежали вперемежку люди всех званий и состояний: князья и нищие, знатные дамы и крестьянки, государственные чиновники и подёнщики, монахи и монахини, и все жалели друг друга, помогали друг другу... словно общее несчастье смело в одну семью всех тех, кто его избежал.» (3.512 – «Auf den Feldern, so weit das Auge reichte, sah man Menschen von allen Ständen durcheinanderliegen, Fürsten und Bettler, Matroner und Bäuerinnir, Staatsbeamte und Tagelöhner, Klosterherren und Klosterfrauen: einander bemitleiden, sich Wechselseitig Hilfe reichen… als ob das allgemeine Unglück alles, was ihm entronnen war, zu einer Familie gemacht hätte».
Но это только затишье перед самой настоящей бурей, которую предчувствует Донна Элисабета: «она лишь нерешительно и с вздымающейся от волнения грудью приступила к сборам в путь, а на вопрос, что с нею, ответила, что сама не знает, какое тягостное предчувствие её гнетёт…» (3.434 – «…mit helftig arbeitender Brust, die kleinen Anstalten zum Aufbruche zaudernol betreiben sah, und sie, auf die Frage: was ihr fehle? Antwortete: sie wisse nicht, Welch eine unglückliche Ahndung in ihr sei…».
Неминуемая гибель ждёт Херонимо и Хосефу, отправившихся в церковь вместе с другими людьми, чтобы послушать торжественную мессу по поводу чудесного спасения некоторых горожан.
Едва люди пришли в себя и в буквальном смысле почувствовали почву под ногами после её сотрясения, как возобновились старые счёты, воскресло старое изуверство, ожили церковь и инквизиция, ужасы, мрачные и мрачнейшие, стали сменять друг друга.
По мнению М. И. Бента, Клейст видит и изображает мир как нечто, находящееся в процессе распада и становления.
Казалось бы, вновь восстановленная гармония одержала победу над роком. Но судьба приготовила последний удар: в конце новеллы Херонимо и Хосефа, чудом спасшиеся, становятся жертвами религиозных фанатиков.
Они не могут противостоять обстоятельствам и законам реального мира, с которым им приходится сталкиваться. Н. Я. Берковский указывает на то, что, по Клейсту, нужны чрезвычайные условия для мира среди людей, обыденность – повод и арена для взаимоистребления.
Многие исследователи творчества Клейста пишут о «драматичности» и «метафоричности» новеллы «Землетрясение в Чили». Несомненно, это так. Но ни в одной из своих работ критики не говорят о спасении ребёнка главных героев, маленького Филиппа. Это – своеобразный отпор судьбе, злому року. Это наводит на мысль о том, что новелла не только драматична по своему содержанию, ни и содержит оптимистические нотки в заключении произведения.
Такой же душевный переворот изображён и в последней новелле Г. фон Клейста «Обручение на Сан -Доминго».
Эта новелла нарушенной верности, вражда и яростное недоверие – фон её. Действие происходит во французских колониях Гаити. Негры вымещают на белых плантаторах всю свою за долгие годы накопившуюся злобу. Главная героиня Тони и её мать Бабекан хитростью заманивают «белых собак» (как они называют европейцев) к себе в дом и выдают их негру Гоанго Конго на кровожадную расправу. Но Тони, как показывает Клейст, влюбляется в молодого французского офицера, и это приводит к трагическому концу обоих героев.
Как пишет Д. Л. Чавчанидзе, у Клейста герои погибают потому, что не могут примирить свой внутренний склад с обстоятельствами и законами реального мира, с которыми им приходится сталкиваться.
Весьма интересны и судьбы героев-мятежников. В первых сценах Клейст упоминает жестокое наказание, которому в молодости подверглась Бабекан. Причины наказания не названы, хотя они очень важны, ибо определили судьбу героини и мотивируют её поступки.
Гоанго когда-то жил в полном благополучии в поместье своего хозяина, который осыпал его «бесчисленными благодеяниями», но это не спасло плантатора от смерти.
Как видно из сказанного, человек под воздействием общества и других внешних сил меняет свои позиции. В первую очередь это прослеживается в характере Тони: из ярой мстительницы она превращается в кроткую влюблённую девушку, готовую спасти своего «обручённого» даже ценою собственной жизни.
Поворотным моментом в новелле становятся два рассказа Густава. В первом девушка-негритянка мстит жестоко белому плантатору за некогда нанесённые ей обиды. Эту место Густав расценивает как предательство. Второй рассказ о Марианне Конгрев, его невесте, которая когда-то спасла Густава от смерти.
Каждая из историй как бы предлагает Тони стереотип поведения. Густав прямо спрашивает её, смогла бы она предать человека. Но Тони отвечает отрицательно. Клейст внимательно анализирует внутреннее состояние Тони. С этого момента в душе героини просыпается совесть, рождается совершенно новая, другая личность. Героиня становится другим человеком, с иными взглядами на мир. То, что казалось естественным вчера, кажется безнравственным сегодня. Поэтому она заявляет Бабекан, что «подло и низко нарушать законы гостеприимства по отношению к людям, которых сами они завлекли в дом» (3.603 – «…daß es schändlich und niederträchtig wäre, das Gastrecht an Personen, die man in das Haus gelockt, also zu verletzen».
Клейст мотивирует поведение героини и вместе с тем изображает её поступок не как осознанное действие, но как порыв, оправданный и возможный при данном состоянии. Тони выходит за те рамки, в которых ей было приказано держать себя с гостями, и, главное, она выходит из самой роли.Автор не объясняет «ужасного состояния», охватившего героиню после «обручения», и это лишь подчёркивает всю сложность и глубину свершившегося.
Переход Тони из одного состояния в другое у Клейста подчёркнуто резок, скачкообразен. В отличие от Густава, для которого происшедшее – залог безопасности и который, получив доказательства верности, пассивен, - героиня развивает во второй части новеллы огромную энергию. Ради спасения Густава она должна играть новую роль, хотя для достижения новых целей используются старые средства.
По справедливому замечанию М. И. Бента, как и прежде, Клейст подчёркивает мнимость очевидного, констатирует тупик индивидуалистического сознания, а единственный выход видит в чуде доверия: последние слова Тони – «Тебе следовало довериться мне!». Густав был обязан верить Тони по постулату любви и супружеской верности, вопреки тому, что происходит у него перед глазами. Но он принимает за реальное то, что на самом деле есть иллюзия. Как считает Л. Я. Гинзбург, внешняя жизнь – низшая жизнь, но она требует самого пристального внимания; обузданная волей человека, организованная его разумом, она становится возможностью высшей жизни, иначе она источник зла и падения.
В конце новеллы Густав кончает жизнь самоубийством. Автор, таким образом, наказывает героя за недоверие. И эта абсурдность финала, как замечает С. В. Тураев, когда герой убивает любимую и любящую его девушку, подчёркивает трагическую неустроенность мира, когда, по мнению Клейста, утрачены нормативные критерии человеческого поведения, доверие между людьми подорвано и человек оказывается беззащитным
Заключение
Новеллы и драмы Г. Клейста в немецкой литературе занимают особое место, несмотря на то, что по призванию Клейст прежде всего драматург, а новеллы писатель начинает создавать в последние годы своей жизни.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
