70692 (611799), страница 3

Просмтор этого файла доступен только зарегистрированным пользователям. Но у нас супер быстрая регистрация: достаточно только электронной почты!

Текст из файла (страница 3)

Невольно вспоминаются слова о. Александра Шмемана о том типе "священника, который в постоянной "защите" святыни от соприкосновения с мирянами видит почти сущность священства и находит в ней своеобразное... удовлетворение".

Не прилагая в полноте слова о. Александра к личности Флоренского, приходится признать некоторое соответствие их суждениям о. Павла.

Еще один важный вопрос, который необходимо затронуть - философский базис, на котором автор "Иконостаса" строит свое видение иконописи. Как уже отмечалось выше, Флоренский, безусловно, платоник, и подтверждений тому более чем достаточно. Самое убедительное из них - набросок статьи, позднее инкорпорированный в текст "Иконостаса" и озаглавленный "Платонизм и иконопись".

По верному замечанию о. Георгия Флоровского: "Сама концепция "первообраза" и "образа" (как отражения на более низком уровне) - чисто платоническая. И поэтому иконопочитатели в споре с иконоборцами "были платониками или, по крайней мере, ориентированы на платонизм".

Автор "Иконостаса" - человек в высшей степени компетентный в области античной мысли и в первую очередь - философии Платона. А. Ф. Лосев говорит об о. Павле, как "авторе..., который дал концепцию платонизма, по глубине и тонкости превосходящую все, что когда-нибудь я читал о Платоне".

Оценивая концепцию платонизма у Флоренского, Лосев заявляет, что он "слишком христианизирует платонизм". Попробуем теперь соотнести сказанное с суждениями, представленными в "Иконостасе".

Прежде всего, необходимо дать определение платонизму как мировоззрению.

"Платонизм есть систематически разработанная интуиция тела. Он не знает идеального мира в его чистой идеальности. Он знает лишь тождество "идеального" и "реального", в результате какового формализуется идея и холодеет "реальное", вещь". Указанное тождество явно проглядывает в строках "Иконостаса". Для Флоренского не только на иконе и в храме, но и вообще в мире все "символично", имеет свой таинственный смысл, он везде пытается увидеть свою "метафизику". Иногда отождествление заходит так далеко, что вещам духовным начинают приписываться материальные атрибуты. Происходит своего рода "communicatio idiomatum". Каким образом, например, следует понимать фразу из "Философии культа": "Если Ангел воды блюдет именно водную стихию, то это значит, что он сам не чужд некоторой водности, в духовном смысле"? Существует ли основание для подобного утверждения в Священном Писании или Предании Церкви? И что есть такое, вообще, "водность в духовном смысле"?

И поскольку соотношение "реальности" и "идеи" ("метафизической сущности") вещи было и есть всегда, то Флоренский, не сомневаясь, узнает "открытое древними культурами, - черты Зевса во Христе Вседержителе, Афины и Изиды в Богоматери и т.д., так что "оправдана премудрость чадами ея"".

Рассуждая о понимании "личины", он апеллирует не только к православному миросозерцанию, но и к опыту нехристианских (и даже антихристианских) религий и учений. В частности, для подтверждения своего понимания внутренней пустоты "личины", маски он ссылается на каббалистический термин "клипот" и теософское понятие "скорлупки". При этом он вполне свободно оперирует оккультным термином "астральный".

Тезис о вечности отражения идей в вещах подталкивает о. Павла к признанию за иконным художеством "общечеловеческой метафизики и общечеловеческой гносеологии". Иконопись в таком случае - это "естественный способ видеть и понимать мир...", что дает ему возможность связать ее с Египетской практикой росписи саркофага, "футляра для мумии", который есть "первый родоначальник иконописи". Таким образом, перед нами замечательный пример того, как использование терминов платонической философии переходит в свою противоположность. Платонизм начинает довлеть над христианским миросозерцанием, по крайней мере, в отношении некоторых вопросов.

Заключение

В данной курсовой работе мы рассмотрели с разных сторон отношение о. Павла Флоренского к иконописи, иконам, иконописным ликам, подробно упомянули его мировоззренческие позиции, символический аспект его жизни и отношение Флоренского к нему. «Иконостас» Флоренского дал нам возможность в полной мере оценить глубокую проникновенность воззрений Флоренского на иконопись и в частности на иконописные лики и образы.

Труд о. Павла Флоренского - это замечательная попытка выявить и обосновать сущность иконных изображений. Нельзя сказать, чтобы осуществление задачи удалось в полноте. Ряд мест "Иконостаса" приводит православного читателя в недоумение, оставляя больше вопросов, нежели ответов. Отчасти неудачи объяснимы новаторским положением автора. После долгого перерыва, когда казалось, что все и так ясно, о. Павел, наверное, одним из первых попытался заговорить об иконописи языком нового времени.

Впрочем, не язык, но сама богословская интуиция, воспринимающая икону, не как иллюстрацию, но как явление и созерцание Невидимого, заслуживает самой высокой оценки.

Думается, что это стремление к истокам иконописания, истокам не столько художественным, техническим, сколько духовным помогает автору "Иконостаса" преодолеть собственные ошибки, продемонстрировав в конечном итоге подлинно церковное понимание иконописи.

Рассмотрение вопросов, связанных с философским символизмом Флоренского, не может не вывести вдумчивого слушателя на более фундаментальные проблемы особенности русской философской мысли, поистине «чуда» ее воскресения в конце ХХ века, особенностей ее восприятия, ее своеобразия в целом. Поэтому данную лекцию мне представляется разумным предварить прочтением статьи А.Ф.Лосева «Русская философия» и книги Н.А.Бердяева «Русская идея», посвященных раскрытию специфики русской мысли. Для самых любознательных студентов можно рекомендовать прочтение книги молодого Флоренского «Столп и утверждение Истины».

Список литературы

1. Андроник (Трубачев), игумен; Флоренский П.В. Священник Павел Флоренский.// Вступительная статья к книге П. А. Флоренского "Иконостас", М., 1995.

2. Грищенко А. Русская икона как искусство живописи// Вопросы живописи. М., 1917.

3. Кольцова Т.М. Северные иконописцы: Опыт библиографического словаря. Архангельск, 1998.

4. Лазарев В.Н. Русская иконопись от истоков до начала XVI века. М., 1983.

5. Сахаров И.П. Исследование о русском иконописании. М., 1949.

6. Флоренский П.А. Философия культа. // В сб.: Богословские труды. № 17, М., 1977,

7. Флоренский П.А. Эмпирея и Эмпирия. Оправдание космоса. СПб.: РХГИ, 1994.

8. Флоренский П.А. Общечеловеческие корни идеализма.

9. Флоренский П.А. Иконостас. Сочинения в 4 тт. Т.2. М.: Мысль, 1996.

10. Флоренский П.А. Детям моим. М.: Московский рабочий, 1992.

11. Философия русского религиозного искусства. М.: Прогресс. 1993.

12. Флоренский П.А. Имена. М.: «Купина», 1993.

13. Флоренский П.А. Анализ пространственности и времени в художественно-изобразительных произведениях. М.: Прогресс. 1993.

14. Флоренский П.А. Сочинения в 4 тт. Т.2. М.: Мысль. 1996.

15. Флоренский П.А. Платонизм и иконопись. // В приложении к книге Флоренского П.А. "Иконостас", М., 1995.

16. Флоренский П.А. Обратная перспектива. Иконостас. Избранные труды по искусству. М: Русская книга, 1993.

Характеристики

Список файлов курсовой работы