59485 (611085), страница 2
Текст из файла (страница 2)
1.3 Конституция СССР 1936 г
Один из существенных элементов политики «умиротворения» общества касался разработки и принятия новой Конституции. 5 декабря 1936 г. чрезвычайный VIII съезд Советов СССР принял новую Конституцию, которая внесла серьезные изменения в структуру органов власти. Упразднялись областные, республиканские и всесоюзные съезды Советов. Их место заняли районные, городские, областные, республиканские Советы, избираемые всем населением путем прямого голосования, что приближало советскую систему к представительным органам традиционного (парламентско-муниципального) типа. Вместо ВЦИК образовался Верховный Совет СССР, избираемый всем населением и состоящий из двух палат - Совета Союза и Совета национальностей.
Серьезной реформе подверглась избирательная система. Вводилось всеобщее, прямое, равное и тайное голосование. Избирательными правами наделялись все граждане СССР независимо от их социального происхождения. Упразднялось различие в нормах представительства рабочих и крестьян. Расширились общедемократические права граждан. В Конституции провозглашался целый ряд социальных прав новых для конституционного права - право на труд, на отдых, на получение образования, на материальное обеспечение в старости или в случае потери трудоспособности и др. Эти принципы получили общемировое признание и стали важным компонентом любой современной системы взглядов на гражданское общество.
Конституция 1936 г. провозглашала и другие демократические права, во многом заимствованные из западноевропейской традиции, такие, как свобода совести, свобода слова, печати, собраний и митингов, уличных шествий, неприкосновенность личности, жилья, независимость судов и право обвиняемых на защиту.
Закладывался фундамент государственной идеологии, в основе которой лежало не учение о классовой борьбе, а социальное примирение, общность граждан или, говоря языком тех лет, «морально-политическое единство советского общества». Конституция отражала эволюцию государственного строительства в СССР в сторону формирования государственности традиционного типа с представительными формами власти, развитой системой органов государственного управления, с атрибутами, необходимыми любому государству.
Новая Конституция была нужна генсеку и потому, что он хотел видеть себя не только вождем партии, но и всей страны. Сталин, провозгласив в Конституции «нерушимое единство» рабочих и крестьян, трудовой интеллигенции, наций и народностей СССР, превращался в вождя многонационального советского народа, державы, раскинувшейся на просторах одной шестой части планеты. Конституция как бы подводила итог государственного строительства, которым он руководил, и была призвана показать миру, что, возглавив страну, лежащую в руинах гражданской войны, именно он, Сталин, привел ее к победе социализма. Культ Сталина вступал в новую фазу развития, отличавшуюся, как ни парадоксально, если иметь в виду принятие в целом демократичной Конституции, беспрецедентными по масштабам репрессиями.
1.4 Изменения в политической системе
В 1930-е годы серьезные изменения претерпела политическая система советского общества. Ядро этой системы - ВКП(б) все больше врастало в государственные структуры и интенсивно огосударствлялось. Сталинские репрессии выбили поколение старых большевиков из политической жизни, и на их смену пришли молодые кадры, мало отличавшиеся от управленцев в собственном смысле этого слова. С января 1934 г. по март 1939 г. на руководящие партийные и государственные посты было выдвинуто более 500 тыс. новых работников. В 1939 г. только из 333 секретарей обкомов, крайкомов и ЦК национальных компартий 293 чел. являлись выдвиженцами XVII съезда ВКП(б). Причем среди этого важнейшего звена партийного руководства 61,6 % составляли молодые люди в возрасте от 26 до 35 лет, 29,4 % - от 36 до 40 лет. В абсолютном большинстве (80,5 %) это были коммунисты, вступившие в партию после 1923 г. В начале 1937 г. картина была иной: среди секретарей обкомов, крайкомов и ЦК нацпартий коммунисты с дореволюционным партстажем составляли 38,6 % и 41,6 % имели партстаж с 1918 по 1920 г. В 1939 г. еще меньшим партстаж был у секретарей райкомов, горкомов и окружкомов партии - 93,5 % этих руководителей вступили в партию после 1924 г. Таким образом, партийная власть перешла от «старой большевистской гвардии» к выдвиженцам Сталина.
Полное единогласие, строгая иерархия, жесткое администрирование, военная дисциплина, укоренившиеся в ВКП(б), соответствующим образом отражались на всей советской политической системе, имевшей мало общего с той моделью, которая была зафиксирована в Конституции 1936 г.
На сферу государственного управления решающее воздействие оказывали задачи социально-экономических преобразований, которые решались через механизм административно-силового принуждения, что неизбежно вело к формированию мощного репрессивного аппарата, внесудебных учреждений типа «троек», к усилению централизации в управлении страной, прочному внедрению административно-директивных методов управления, повышению роли партийно-государственного аппарата в организации политической, хозяйственной, социальной, культурной жизни страны и соответственно к затуханию той активности общественных организаций, которая была характерна для них в 20-е годы.
Комсомол, возглавляемый в 30-е годы ярким молодежным лидером Косаревым, переживал сложный период развития. Комсомольцы были ударной силой строек первых пятилеток и своим поистине героическим трудом обеспечили успехи индустриализации. Они с необыкновенной жаждой знаний учились и пополняли ряды интеллигенции, достигали высот науки, культуры, творчества. Многие воспитанники комсомола достойно проявили себя на государственном поприще, в армии, в науке, образовании и культуре. Вместе с тем для развития ВЛКСМ как общественно-политической организации были характерны те же тенденции, что и для партии. В своей внутренней организационной структуре комсомол во многом копировал ВКП(б): действовали те же ЦК, обкомы, крайкомы, райкомы ВЛКСМ с профессиональными комсомольскими работниками, выступавшими от имени сотен тысяч рядовых комсомольцев и руководившими многочисленными комсомольскими организациями примерно теми же методами, что и партийные функционеры. Они точно так же, как и партаппарат, главную задачу видели в исполнении партийных директив вышестоящих партийных органов. Несмотря на это, партийное руководство суживало сферу деятельности комсомола. В апреле 1936 г., после пятилетнего перерыва, что противоречило уставу, собрался X съезд ВЛКСМ. На нем был принят новый устав ВЛКСМ, согласно которому комсомол лишался даже формального права активно влиять на общественно-политические процессы. Отныне сфера его деятельности ограничивалась воспитанием своих членов в духе преданности делу Ленина-Сталина, производственной и культурно-просветительной работой.
Сужался и круг деятельности профсоюзов, которые были лишены исконного права регулирования трудовых отношений и оплаты труда. С 1934 г. уходит в прошлое традиция заключения коллективных договоров. В 1937 г. отмирает последний пережиток рабочего контроля, так называемый «треугольник», когда, кроме директора, в принятии решений по производственным делам принимали участие партийные и профсоюзные организации предприятия. По сути, полностью сворачивалась даже видимость участия рабочих в управлении производством.
Советские общественные организации свою главную задачу видели в тесном сотрудничестве с партией и государством. К этому их обязывала политика правящего режима. В государстве рабочих и крестьян, согласно теоретическим представлениям большевиков, должен действовать такой политический механизм, который вбирает в себя все общественные организации трудящихся, так как они по своей социально-классовой природе идентичны собственно государству, являющемуся также одной из форм организации людей труда.
Юридически высшим органом государственной власти в СССР, согласно Конституции 1936 г., являлся Верховный Совет СССР, а высшим органом государственного управления - Совет народных комиссаров. Однако высшая власть концентрировалась в Политбюро ЦК ВКП(б).
Именно Политбюро, которое формально по партийному уставу формировалось ЦК ВКП(б) и было ему подотчетно, определяло не только основные направления внутренней и внешней политики страны, но и рассматривало массу второстепенных проблем, выступало главным арбитром при сглаживании ведомственных противоречий, непосредственно организовывало исполнение многих своих постановлений и старалось контролировать всю пирамиду власти.
Политбюро требовало от парторганизаций всех уровней активно заниматься хозяйственными делами. Эта установка находила воплощение во многих директивах. Так, в феврале 1941 г. XVIII партконференция записала в своих решениях: «необходимо, чтобы партийные организации систематически влезали в дела промышленных предприятий, железных дорог, пароходств и портов, выясняли их нужды и запросы и помогали хозяйственным организациям в их повседневной работе по руководству промышленностью и транспортом». Конференция обязала парторганизации усилить контроль за работой наркоматов и предприятий, вести учет оборудования, расходов сырья, материалов топлива, следить за продажей оборудования, поддерживать чистоту и порядок на предприятиях и пр. Партийное руководство всячески содействовало врастанию парторганизаций в хозяйственные структуры, рассматривая их как важное звено в механизме реализации пятилетних планов.
Политбюро осуществляло свою власть как через партийные, так через органы государственного правления и общественных организаций.
Стремление центра к жесткому руководству экономикой с опорой на административные рычаги управления влекло за собой упрочившуюся практику мелочной опеки деятельности предприятий, что сковывало, ограничивало самостоятельность, деловую инициативу, предприимчивость руководителей фабрик и заводов. Жизнь по «указке сверху» усугублял бюрократизм государственных структур, который стал распространенным хроническим заболеванием как сложившейся системы управления народным хозяйством, так и общества в целом. Негативные последствия этих явлений становились все более очевидными, о чем свидетельствуют многочисленные критические статьи центральной и местной прессы тех лет.
С бюрократизмом боролись различными средствами: от «политико-воспитательной» работы со служащими и управленческим персоналом до репрессий. Важная роль отводилась мерам партийного воздействия. В 1939 г. XVIII съезд ВКП(б) принял новый устав партии, который обязывал первичные парторганизации контролировать деятельность администрации. Кроме того, новый устав предоставил ЦК ВКП(б) право назначать парторгов ЦК на особо важные для страны предприятия и стройки. Парторги ЦК наделялись самыми широкими полномочиями и стояли над хозяйственными руководителями. Институт парторгов ЦК восстанавливал практику чрезвычайных органов управления, зародившуюся в годы «военного коммунизма».
Реальная политическая власть концентрировалась в партийных органах. Советы лишь формально, по Конституции, являлись политической основой советского общества. В 1930-е годы их деятельность в основном замыкается на решении хозяйственных и культурно-просветительских задач. Широкое распространение получили различные секции Советов и депутатские группы, нередко работавшие непосредственно на предприятиях и в колхозах. И хотя в середине 1930-х годов количество секций и групп при Советах возросло в 4 раза, а объединяемый ими актив вырос с 2,3 до 3,6 млн. чел., эта огромная армия советских активистов создавала лишь фон ♦ народной власти», не имея отношения к реальным рычагам управления государством.
2. Личность Сталина
Советская историография, обожествлявшая в свое время Сталина, в последние годы превращает его едва ли не в дьявола, что также мало продвигает нас к пониманию роли этой личности как в отечественной, так и мировой истории, не приближает к раскрытию феномена государственного деятеля. В многочисленных публикациях говорится о серости, безликости, полуграмотности Сталина. При этом оценки современников, имевших возможность из личных встреч составить впечатление о советском диктаторе, даются лишь те, что вписываются в резко негативный образ этого человека. Но были и другие отзывы. В частности, один из крупнейших политиков XX в. У. Черчилль, выступая в Британском парламенте 21 декабря 1959 г., в день 80-летия Сталина, говорил: «Он был самой выдающейся личностью, импонирующей нашему изменчивому и жестокому времени... Сталин был человеком необыкновенной энергии и несгибаемой силы воли, резким, жестоким, беспощадным в беседе, которому даже я, воспитанный здесь, в Британском парламенте, не мог ничего противопоставить. Сталин прежде всего обладал большим чувством юмора и сарказма и способностью точно воспринимать мысли. Эта сила была настолько велика в Сталине, что он казался неповторимым среди руководителей государств всех времен и народов. Сталин произвел на нас величайшее впечатление. Он обладал глубокой, лишенной всякой паники, логически осмысленной мудростью. Он был непобедимым мастером находить в трудные минуты пути выхода из самого безвыходного положения... Сталин был величайшим, не имеющим себе равного в мире, диктатором, который принял Россию с сохой и оставил с атомным вооружением».
Такое впечатление Сталин производил на своих соперников на международной арене, а затем союзников по антигитлеровской коалиции, но еще более сильное — на своих сограждан, которые видели, как, несмотря на все трудности и лишения, стремительно меняется облик страны. При этом большинство советских людей не имели представления о закулисной деятельности Сталина и его сподвижников, о подлинном размахе репрессий, о расстрелах и ГУЛАГе, тщательно скрывавшихся властями или представлявшимися официальной пропагандой борьбой с жестокими и коварными «врагами народа». Перед согражданами Сталин представал в образе созидателя, защитника, радетеля, живущего только интересами страны, и значительная часть трудящихся отдавала Сталину дань искреннего и глубокого уважения. Культ формировался как под влиянием страха репрессий и пропагандистского манипулирования сознанием масс, так и под воздействием образа действительно крупной личности.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
