59278 (611039), страница 5
Текст из файла (страница 5)
Упомянутый РОВС (Российский общевоинский союз, создан по приказу П.Н. Врангеля в 1924 г.) являлся наиболее мощной военной организацией, чей центр с момента создания по 1927 г. находился в Белграде. Формально РОВС, имевший свои отделения в различных государствах, был зарегистрирован как гуманитарная организация для моральной и материальной поддержки военных белоэмигрантов. Фактически же он создавался для борьбы с большевизмом. Первый параграф временного положения РОВС гласил: «Р.О.В.С. образуется с целью объединить русских воинов, рассредоточенных в разных странах, укрепить их как носителей лучших традиций и заветов старой Императорской армии». Во втором параграфе указывалось, что «задача Р.О.В.С. заключается в поддержании среди членов его воинского рыцарского духа, укреплении начал воинской дисциплины и воинской этики и в общем руководстве и согласовании в этом направлении обществ и союзов, вошедших в его состав воинских частей и отдельных групп, а также в содействии по оказанию материальной и моральной помощи своим членам» 34. Неофициально конечной целью деятельности РОВС считалось свержение большевистского режима. Большинство его членов видело будущую Россию конституционной монархией. Они надеялись, что благодаря стечению обстоятельств как внутренних (народное восстание, военный путч, экономический и политический кризис), так и внешних (международный военный конфликт) в России может возникнуть благоприятная ситуация для вмешательства Белой армии. В ожидании «дня X» нужно было любой ценой сохранить армию, чтобы в необходимую минуту она оказалась реальной военной силой, дисциплинированной и организованной.
В списке стран, где была развернута деятельность РОВС, Югославия занимала третье место по численности членов этого союза (к середине 1930-х гг. в Королевстве насчитывалось 25 тыс. членов РОВС). Начальником РОВС в Югославии являлся И.Г. Барбович. Во время гражданской войны он командовал конным корпусом. В Югославию прибыл из Галлиполи вместе со своими частями, разместив их затем в пограничные части югославской армии. В своей работе И.Г. Барбович опирался на группу особо доверенных лиц. Среди них были Базаревич, В. Пронин, Э. Месснер. Помощник военного агента Российской делегации Потоцкого в Королевстве Базаревич выполнял работу кадровика. Его особая задача заключалась в устройстве в королевскую армию офицеров и специалистов, дабы они имели материальное содержание и были в курсе современных военных достижений. Полковник В. Пронин отвечал за обучение и подготовку молодежи для пополнения офицерского корпуса РОВС. Э. Месснер являлся шефом разведки РОВС в Югославии.
В идеологии РОВС важное место отводилось трудам профессора И. А. Ильина. Ядро РОВС составляли «Союз галлиполийцев», «Союз первопоходцев», «Союз офицеров Генерального штаба». Центры этих организаций также находились в Белграде. На территории Королевства проживали 4 500 «галлиполийцев» при общей их численности 14 500 чел. «Союз первопоходцев» был основан в 1919 г. в России после 1-го Кубанского (Ледяного) похода под командой Л. Г. Корнилова. Из общего числа 1 тыс. чел. в Югославии насчитывалось 300 «первопоходцев». Как и «галлиполийцы», «первопоходцы» имели свои отделения во многих городах Королевства. Там, где их не было, интересы «первопоходцев» представляли «галлиполийцы» или «Союз офицеров Генерального штаба».
В середине 1920-х гг., в условиях стабилизации положения в СССР и развитых капиталистических странах, нормализации отношений между ними становилась очевидной нереальность, по крайней мере, в ближайшее время, планов свержения большевистского режима и возвращения на родину. Тысячи российских эмигрантов выезжали из Югославии на заработки во Францию и другие западноевропейские страны. К тем, кто оставался, приходило понимание бесперспективности борьбы различных политических группировок, необходимости адаптации к окружающей жизни. Вернувшийся в Советский Союз знаток «русского зарубежья» Б.Н. Александровский в своих воспоминаниях пишет, что значительное число русских за рубежом, в конце концов, полностью отмежевалось от всякой политики, носящей антисоветскую направленность. Очень многие из них не принимали никакого участия в том бесновании, в той «толчее в ступне», которые были столь характерны для т.н. активной белогвардейской эмиграции35. В связи с этим возрастало влияние более умеренных общественно-политических организаций, увеличилась тяга к культурной, культурно-просветительной и научной деятельности. Закономерна поэтому активизация центристских и левых республиканско-демократических организаций, особенно левых кадетов и левых эсеров.
Лидер левых кадетов в эмиграции П.Н. Милюков призывал своих единомышленников отказаться от надежд на быстрое свержение большевистского режима в ходе вооруженной интервенции и призывал сосредоточить усилия на организации планомерной систематической работы по разложению большевистского режима изнутри с целью подготовки народного восстания в Советской России. Подобных взглядов придерживались и левоэсеровские организации «Крестьянская Россия» и Объединение российских земских и городских деятелей (Земгор), политические центры которых находились в Праге. Группа «Крестьянская Россия» в Белграде начала действовать осенью 1923 г. В середине 1920-х гг. она оставалась сравнительно малочисленной и маловлиятельной. Представители этой группы участвовали в работе 1-го съезда организаций «Крестьянской России», состоявшегося в Праге в декабре 1927 г. На нем была утверждена программа, в политической части которой характеризовалось общественное устройство будущей России: «Единство страны должно быть сохранено: Россия представлена в виде федерации, правительство будет избираться посредством свободного и тайного голосования. Стремление правосудия будет независимым и общедоступным. Все национальности будут равны. Экономика должна быть развернута с упором на сельское хозяйство и сельскую промышленность. Образование будет всесторонне поощряться и будет свободным от политического вмешательства». Программа также утверждала, что Крестьянская Россия предоставит населению религиозную свободу, будет оказывать поддержку семье, введет социальные льготы для неимущих членов общества и улучшит здравоохранение.
В апреле 1924 г. в Белграде открылось представительство пражского «Земгора» во главе с Ф.Е. Махиным. Вскоре оно развернуло широкую культурно-просветительскую деятельность и работу по трудоустройству беженцев.
В середине 1920-х гг. левые республиканско-демократические и центристские организации предпринимали неоднократные попытки объединиться на внепартийной основе. В 1924 г. в Белграде возникло отделение Республиканско-демократического объединения (РДО), созданного в июне того же года в Париже левыми кадетами и эсерами. Принятая политическая и идеологическая платформа РДО провозглашала, что члены Объединения исходят из факта совершившейся в России народной революции и не допускают мысли о возврате к социально-политическому строю, предшествовавшему революции.
Основы и черты республиканско-демократического миросозерцания РДО:
1.Демократическая федеративная республика с сильной подзаконной и ответственной перед народным представительством исполнительной властью.
2.Гарантия политических и гражданских свобод, гражданское равноправие, независимый суд и защита прав национальных меньшинств.
3.Всеобщее активное и пассивное избирательное право в органах центрального и местного представительства.
4.Решительный отказ от коммунистической системы хозяйства и восстановление производительных сил страны на основе свободы экономической деятельности.
5.Признание происшедшего во время революции перехода земли к крестьянам и решительная борьба со всеми попытками конфискации земли из рук ее теперешних держателей или иными способами восстановить дореволюционные земельные отношения.
6.Государственная охрана наемного труда36.
Новая попытка объединения республиканских левых и центристских сил на более широкой основе была предпринята в октябре 1924 г. Тогда в Белграде образовалось Объединение русских организаций в Королевстве СХС в составе югославянского отделения Русского национального союза, представительств Всероссийского земского союза и Всероссийского союза городов и Российского общества Красного Креста, Совета объединенных офицерских обществ, организаций донских и кубанских казаков и др. Устав объединения провозглашал в качестве основных задач организацию взаимопомощи и культурно-просветительную деятельность.
Республиканско-демократический лагерь, как и монархический, пребывал в постоянных организационных видоизменениях: одни группировки теряли свое значение и распадались, а из их осколков создавались новые. Во втор. пол. 1920-х гг. в Белграде действовали Русское демократическое объединение и Республиканско-демократический клуб. В апреле 1928 г. окрепнувшее представительство пражского Земгора в Югославии объявило о своем преобразовании в самостоятельное Объединение земских и городских деятелей в Королевстве СХС. Новая организация заявила о полной аполитичности и сосредоточила активность на оказании материальной и культурной помощи российским эмигрантам.
Продолжались острые внутренние разногласия в монархическом движении. «Кирилловцы» отстаивали необходимость восстановления монархического правового строя в России. «Николаевцы» вели борьбу под флагом «непредрешения будущего образа правления в России» и сближались с правыми кадетами, различными центристскими группами. В апреле 1926 г. в Париже состоялся Российский зарубежный съезд, в котором участвовали правые кадеты и «николаевцы», где 60 депутатов из 400 представляли российских эмигрантов из Югославии. В документах съезда было заявлено о признании необходимости восстановления в России монархического строя, в качестве «вождя» признавался великий князь Николай Николаевич. Левые кадеты выступили с редкой критикой компромиссного соглашения, достигнутого между правыми кадетами и «николаевцами».
Белая армия, символически продолжавшая существовать в виде РОВС, постепенно сливалась с общеэмигрантской обывательской массой. Однако и в 1930-е гг. РОВС по-прежнему считался наиболее сильной и влиятельной организацией российских эмигрантов. Оставаясь в своей легальной деятельности неполитической организацией, он все заметнее приобретал черты профессионального и благотворительного объединения.
На рубеже 1920-30-х гг. в Югославии существовало более 100 организаций российских эмигрантов. Однако большинство из них проявляли свое существование только участием в панихидах, молебнах и полковых праздниках. Текущая деятельность этих общественных объединений постепенно сводилась к заседаниям, докладам, резолюциям, которые становились обычным явлением. Полемика, политическая борьба теряли свою остроту. Значительная часть эмигрантов переживала период напряженной, часто болезненной, работы по переоценке моральных и жизненных ценностей, ломки старых и привычных взглядов, выработке нового мировоззрения. Это было время постепенного, но неуклонного избавления от иллюзий первых лет эмиграции. Надежды на скорое падение большевистской власти иногда еще вспыхивали, однако не так ярко и ориентироваться на них для серьезных, трезвомыслящих людей становилось далее невозможно. «Белое воинство» укоренялось в окружавшую действительность, старело. Если в первые годы эмиграции оно жило настроениями временного «отпуска» с военной службы и готово было по первому зову вождей снова стать на борьбу, то с течением времени жизнеспособность этих принципов и надежд становилась все более иллюзорной.
§ 4. Культурно–просветительная деятельность русских эмигрантов
«Появление... большого числа русских интеллектуальных профессионалов различного профиля заполнило тот вакуум, который образовался в сербском (прежде всего) и в югославском обществе, экономике и культуре в результате гибели огромного числа людей в только что закончившейся войне. Появление русских беженцев представляло собой сильнейший общественный импульс для этого измученного народа, и что особенно важно, именно в тот момент, когда новое поколение национальной интеллигенции еще только начало формироваться» 37.
Согласно статистическим данным, людей с высшим и средним образованием среди российских эмигрантов в Югославии было более 74%, а совершенно неграмотных – около 3 %. Среди мужчин более 16% окончили высшие учебные заведения и почти 56% – средние. Среди женщин высшее образование имели 4% и среднее – более 75%38. Сопоставим эти сведения с данными переписи югославянского населения в том же 1922 г.: общее число неграмотных в Королевстве составляло 51,5 %, а в Южной Сербии и Боснии достигало 80%.
Как уже отмечалось, общий образовательный уровень русских был достаточно высоким, поэтому культурная жизнь колоний отличалась активностью и разнообразием.
Во втор. пол. 1920-х гг. в Югославии активизировалась культурная и культурно-просветительная деятельность российских эмигрантских обществ и организаций. К тому времени все больше беженцев обращались к культуре, которая становилась объединяющим фактором, связывающим их с Россией прошлого и Россией будущего. В Белграде, Загребе, Нови Саде и других крупных колониях российских эмигрантов действовали различные культурные и культурно-просветительные учреждения, организации и общества. С 1925 г. в Белграде начал работать Русский народный университет, где читались научные и научно-популярные лекции, организовывались общедоступные концерты, литературно-художественные вечера. Роль общественно-культурных центров стали выполнять и Русские офицерские дома. Активную культурно-просветительную деятельность развернули Объединение земских и городских деятелей, Союз русских писателей и журналистов, общество «Русская матица» и др. Они регулярно организовывали публичные лекции, выставки работ российских художников, концерты, конкурсы, литературно-художественные вечера и т.п.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
