58799 (610873), страница 2
Текст из файла (страница 2)
В шестом часу утра конница Боура стала отходить. Шведские войска прорвались между поперечными редутами, гарнизоны которых оказывали стойкое сопротивление, и, наступая вслед за отходившей русской конницей, оказались своим правым флангом в 90—100 шагах от русского укрепленного лагеря. Русские полки встретили шведов сильным фланговым картечным огнем батарей лагеря и огнем ружей. Шведы, не ожидавшие огневого нападения, в беспорядке бросились к Будищенскому лесу.
Между тем полки Меншикова разгромили оторвавшуюся шведскую колонну. Здесь же они натолкнулись на резервный отряд шведов, прикрывавший правое крыло главных сил, и нанесли ему поражение. Затем Меншиков отрядил пехоту для преследования остатков разгромленных шведских сил, бежавших к Полтаве, а сам с конницей возвратился к главным силам, заняв позицию влево от лагеря.
Второй этап битвы — столкновение главных сил. После отступления шведов к Будищенскому лесу Петр I принял решение дать бой шведам на открытой местности. Пехота была выведена из лагеря и построена в две линии. В целях наилучшего осуществления взаимной выручки один батальон пехотного полка строился в первой линии, другой - во второй. На флангах размещалась конница: на левом фланге — Меншиков с 6 полками, на правом — Боур с 11 полками и 1 эскадроном. В резерв были выделены девять батальонов и несколько сот человек из дивизий. Резерв оставался в лагере и образовывал третью линию. Артиллерия под начальством генерала Брюса располагалась впереди по всему фронту. Всей пехотой командовал фельдмаршал Шереметев. Карл XII, чтобы удлинить фронт, выстроил пехоту в одну линию, а кавалерию — на флангах в две линии. В девятом часу утра русская и шведская армии пошли на сближение и после непродолжительного залпового ружейного огня бросились врукопашную. Правое крыло шведских войск, при котором находился Карл XII, потеснило новгородский батальон, прорвав русскую линию почти у самого центра. В это время Петр I лично повел в бой батальон новгородцев, стоявший во второй линия, который стремительным броском смял прорвавшихся шведов, закрыв образовавшийся прорыв.
Ожесточенный рукопашный бой шел по всему фронту. Между тем русская конница, ведя успешно бой, охватывала фланги шведов, угрожая их тылу. Шведы дрогнули, начали отступать и через некоторое время обратились в паническое бегство к Будищенскому лесу. К 11 часам утра после почти двухчасовой главной баталии шведы, кичившиеся своей непобедимостью, были разгромлены.
Остатки шведских войск бежали по пути к Переволочне. Для их уничтожения были посланы посаженная на коней гвардия под командованием генерала Голицына и десять драгунских полков под начальством Боура. Командование преследующими войсками было возложено на Меншикова.
30 июня шведы были настигнуты у Переволочны. Более 15 тыс. человек во главе с Левенгауптом без боя сложили оружие, Карл XII вместе с изменником гетманом Мазепой и небольшой охраной в ночь на 30 июня переправился через Днепр и бежал в Турцию.0
Шведский король потерял всю свою армию. На поле боя осталось 9234 убитых; взято в плен вместе со сдавшимися полками Левенгаупта 19 тыс. человек, в том числе весь генералитет и более тысячи офицеров. Русская армия потеряла 1345 человек убитыми и 3290 ранеными.
Вот воспоминания свидетелей и участников боя шведской стороны, приводимые шведским историком Петером Энглюном:
Карл Магнус Поссе, полковник: «Бой был смертный и кровавый, а стрельба такой частой, что воздух потемнел и почернел от дыма и пыли, и продолжалось все это от восхода солнца до полудня, и многие доблестные шведы, офицеры и солдаты, пролили там свою кровь и полегли мертвыми».0
Карл фон Роланд, майор и рыцарь: «...Обер-лейтенант граф Лейонхувуд скакал от роты к роте, сообщал о капитуляции и говорил, что мы желали сражаться, но тщетно, он однако обещал нам, что офицерам оставят шпаги и повозки и вскорости их освободят, а переправиться через реку мы уже опоздали, ибо не осталось ни бревнышка, чтобы с помощью его достигнуть противного берега, а те, кто хотел переплыть на лошадях, утонули ».0
Ларс Эрик Смепуст, капрал: «Что до благоприятных условий капитуляции, ни одно обещание не было исполнено и как только выманили нас от Днепра туда, где стояла вся русская армия, офицеров отделили от солдат, а потом приказали офицерам сложить все шпаги в одном место. Так что у нас не осталось ничего, кроме бывшей на нас одежды, которую с великим трудом спасти удалось от воровства русских ».0
Карл ХII с гетьманом Мазепой бежал в Османскую империю. Остатки шведских войск отступили к Переволочне, где были настигнуты и сложили оружие. Шведы потеряли в общей сложности более 9 тысяч человек убитыми, свыше 18 тысяч пленными, 32 орудия и весь обоз. Потери русских войск составили 1345 человек убитыми и 3290 ранеными.
История сохранила любопытный факт времен Великой Северной войны. В канун Полтавской битвы шведский король Карл XII, уверенный в победе своих войск, пригласил офицеров в шатер русского царя, чтобы отпраздновать там очередной разгром русской армии и пленение Петра Первого. Король сказал:
– Он приготовил для нас хорошее угощение. Идите же туда, куда ведет вас слава...
По иронии судьбы, многие из его генералов и в самом деле попали после битвы на пир в царском шатре. Но только в качестве военнопленных, великодушно приглашенных на торжества победителями. А сам Карл XII, потрясенный катастрофой, в эти часы торопился оказаться подальше от поля боя, чтобы не быть захваченным русской конницей, преследовавшей шведов.
Петр пригласил плененных шведских генералов в свой шатер и, подняв кубок, произнес:
– Пью за здоровье наших учителей!
– Кто же эти учителя? – спросил фельдмаршал Реншильд.
– Вы, господа шведы, – ответил Петр.
– Хорошо же Ваше Величество отблагодарил своих учителей, – с грустью пошутил фельдмаршал.
Остается добавить, что победа под Полтавой явилась результатом долгой и упорной материальной, организационной и тактической подготовки русской армии, результатом хорошо продуманного и искусно осуществленного стратегического плана. Русская армия показала высокие боевые качества и тактическое превосходство над противником. Организация передовой позиции с редутами, трехчасовой бой на этой позиции, отделение от главных шведских сил колонны Росса и ее разгром, а также разгром шведского резервного отряда — все это новые явления в тактическом искусстве.
Глава 2. Внешнеполитические последствия победы
Битва под Полтавой имела огромное политическое и стратегическое значение. «...Карл XII, — писал Энгельс, — сделал попытку вторгнуться в Россию; этим он погубил Швецию и воочию показал неприступность России». Полтавская битва изменила весь ход войны. Это было не просто сражение, но битва, исход которой предопределил дальнейший ход войны и, собственно, победу России. Приведу часто цитируемое выражение: «Карл был военачальник, Петр – государственный деятель. Карл выигрывал сражения, Петр – войны».0
Исход войны был предрешен. Современник событий французский бригадир Моро-де-Бразе писал: «Вся Европа видела конец несчастного похода и падения короля, дотоле непобедимого. Войско его было уничтожено или захвачено в плен. Его совет, чиновники, за ним последовавшие, имели ту же участь; сам король, дабы не попасться в руки своим врагам, пробился с тремястами конных в турецкую землю, за Днестр, в соседство буджатских татар и искал убежища в Бендерах».
Петр гениально использовал плоды Полтавской победы: Польша, Померания, Балтийское море из шведского становится русским озером. Маркс писал, что, заложив столицу на самой опасной передовой окраине, в одном пушечном выстреле от неприятеля, Петр обрек своих потомков на расширение территории так, чтобы столица опять стала в центре государства.0 И мы видим это движение в Лифляндию, Курляндию, Польшу, Восточную Пруссию, наконец, Финляндию. Последняя идея Петра была перенести город в Кронштадт, выдвинуть его как можно дальше и сделать на Котлине непосредственно столицу.
В 61-й лекции В. О. Ключевский отмечал: «Лесная и Полтава показали, что Петр одинокий сильнее, чем с союзниками, а ближайшим следствием Полтавы было возрождение прежней коалиции, разбитой Карлом. И виды Петра расширились. В 1701 г. после Нарвы по новому договору с Августом, деля шкуру еще не убитого медведя, он ограничивался Ингрией и Карелией, отказавшись в пользу Августа и Польши от всякого притязания на Лифляндию и Эстляндию; в 1707 г., когда Карл, покончив с Августом, собирался идти на Москву, Петр готов был удовольствоваться одною гаванью на Балтийском море. Теперь прямо после Полтавы он послал Меншикова в Польшу восстановлять своего дорогого союзника на потерянном им престоле, а Шереметева отрядил осаждать Ригу и в 1710 г. завоевал весь балтийский берег, от устья Западной Двины до Выборга».0
(Однако, по мнению В. О. Ключевского, самое глубокое действие Полтавской победы сказалось не во внешней политике, веденной так плохо, а в ходе внутренних дел: «Полтава произвела решительный поворот во внутренней деятельности Петра… До Полтавы можно отметить только два законодательных акта устроительного характера: это указы 30 января 1699 г. - о восстановлении земских учреждений и 18 декабря 1708 г. - о разделении государства на губернии... Полтава выводила Петра на большую европейскую дорогу, грозившую новыми расходами. Его стали бояться на Западе. Московия выступала новым международным могуществом, следовательно, приобретала врагов во всех старых друзьях. Военный и дипломатический престиж надобно было дорого оплачивать. Между тем источники государственных доходов истощались, накоплялись многолетние недоимки... Это поворачивало мысль от боевой границы вовнутрь, от военных операций к изысканию новых источников казенного дохода. Этот поворот и отмечен в сборнике материалов по истории Северной войны, который редактирован самим Петром и известен под названием Гистории Свейской войны . Здесь сказано, что после полтавских торжеств Петр начал трудиться "во управлении гражданских дел».0
Полтавская виктория на необозримую высоту подняла внешнеполитический авторитет России. «В глазах всей Европы Россия, до сих пор презираемая, показала, что она уже в состоянии, по своим средствам и военному образованию, бороться с европейскими державами и, следовательно, имела право, чтобы другие державы обращались с нею, как с равною».0
Внешнеполитические плоды победы последовали незамедлительно. Например, победа вразумительно подействовало на Османскую империю.
Как справедливо заметил русский военный историк прошлого века Д. Бутурлин, Диван константинопольский «желал войны с Россиею, но удерживаем был от того опасением сделаться участником в предвидимых бедах шведов». Первое известие о Полтавском сражении пришло в Стамбул из Бендер 15(26) июля от силистрийского сераскера Юсуф-паши. Оно произвело ошеломляющее впечатление. Все, что стало известно, было настолько неожиданным, что привело турецкое правительство в большое замешательство. Австрийский посол Тальман подробно описывает, как турецкое правительство в первый момент реагировало на это известие. В Турции, как и всюду в Европе, не только увидели в России силу, с которой следует считаться, но стали пугаться ее чрезмерного усиления.
Е Тарле отмечал: «Весть о полном разгроме "непобедимой" шведской армии, о бегстве Карла, о немногих утренних часах боя, которые ознаменовали конец шведского великодержавия, царившего на Севере полтораста лет, поразила европейскую дипломатию. Европа совсем не была подготовлена к подобному внезапному, грандиозному по своим политическим последствиям событию».0 «Нежданное поражение всей шведской армии под Полтавой и разгром ее были так велики, что известия об этом, наверное, будут в ваших руках раньше этого письма», — так писал из Москвы в Лондон статс-секретарю Бойлю посол Витворт 6 (17) июля 1709 г. Подробности в том виде, в каком они стали тотчас же после битвы распространяться по Европе, могущественно усиливали впечатление. Слова пленного фельдмаршала Реншильда, что со шведской стороны в сражении участвовало до 30000 чел., из которых регулярных (и отборных!) шведских воинов было 19 000 чел., облетели все европейские дворы. Уничтожение или взятие в плен всей этой силы, сравнительно ничтожные потери русских, превращение вчерашнего "Александра Македонского", только что громко заявлявшего, что подпишет мир в Москве, в беглеца, которого из милости приютил стамбульский калиф, — все это не сразу могло улечься в голову среднего европейского дипломата.0
По мнению Е. Тарле, начался новый, второй период в истории отношений европейской дипломатии к петровской России. И подобно тому, как о поражении под Нарвой 18 ноября 1700 г. в Европе никак не могли забыть вплоть до Полтавы и скептически относились ко всем успехам Петра, как бы очевидны и велики они ни были, так отныне о Полтавской победе уже никогда не могли забыть не только при жизни Петра, но и очень долго после его смерти.0
В. А. Артамонов считает, что «Победа Петра I под Полтавой привела к коренному изменению во всей внешнеполитической ситуации в Восточной Европе. Позиции России несоизмеримо укрепились, что вызывало серьезные опасения в Крыму. Начинают распространяться слухи о планах по созданию на обломках Османской империи т.н. "Ориентального цесарства" под скипетром российского царя. Слухи эти не подтвердились, но тем не менее они свидетельствуют о растущих опасениях Турции и Крыма, что следующий удар России будет направлен именно против них».0
После Полтавской битвы Петр I мог уже диктовать свои условия заключения мира. Так, он потребовал в качестве условий сохранения мира с Турцией задержания Карла XII, выдачи Мазепы и наказания турецких чиновников, содействовавших их переправе через Буг и предоставивших им убежище в Бендерах. В конце июля П. А. Толстой сообщил в Москву, что султану и везиру «зело приемна» присланная царем грамота «о подтверждении мира». Сам Толстой добивался выдачи короля и гетмана. Он утверждал, что везир готов сохранить прежний 30-летний срок мира, установленный Константинопольским договором 1700 г., «а наипаче желает, чтобы учинить вечный мир».
Как отмечают Е. Тарле и Н. Молчанов, англичане и французы также стали серьезно учитывать грозное полтавское предостережение.0 Людовик XIV, утомленный и обеспокоенный своими неудачами в войне за испанское наследство, очень хотел бы как-нибудь втянуть Россию в войну против империи Габсбургов. Французские министры и король уже хорошо понимают всю недальновидность своего былого пренебрежительного отношения к России и довольно простодушно извиняются за свое высокомерие: "Если царь жалуется, что мы им пренебрегали и что с его послами плохо обходились во Франции, то ему можно ответить, что Московское государство хорошо узнали только с тех пор, как государь, который теперь там царствует, приобрел своими великими деяниями и своими личными качествами уважение других наций и что вследствие этой репутации его христианнейшее величество (король Людовик XIV) и предлагает ему искреннюю свою дружбу!».0
Однако В. О. Ключевский обращает внимание и на обратную сторону это победы: «Военные успехи русских подняли на ноги французскую дипломатию, которая вместе с Карлом вовлекла Петра в новую войну с Турцией. С излишним запасом надежд на турецких христиан, пустых обещаний со стороны господарей молдавского и валахского и со значительным количеством собственной полтавской самоуверенности, но без достаточного обоза и изучения обстоятельств».0
По мнению М. М. Петряковой, сам Петр I уже в 1709 г. осознал значение «Полтавской виктории», что, в частности, нашло выражение в новом явлении в жизни русского общества – триумфальном шествии. Его красочное описание дано Вольтером в «Истории Карла XII». начиналась полтавская часть шествия. Ее открывал Преображенский полк, после которого шли офицерские чины, плененные под Полтавой. В промежутке между колоннами пленных низших и высших офицеров везли взятые у шведов знамена и артиллерию. Среди трофеев находились и носилки, которыми пользовался раненый под Полтавой Карл ХII. Замыкал ряды пленных первый министр шведского короля гр. Пипер, плененный в Полтавской битве. Сам Петр I ехал верхом на том коне, на котором он участвовал в битве под Полтавой.0 Феофан Прокопович в своей «Песне победной", написанной в честь полтавской победы, окрестил царя почетным титулом римских императоров «отец отечества!».0
В отличие от русских пленным шведам, задействованным в шествии, было далеко не весело. Многие в своих дневниках с горечью пишут о происходившем. После шествия они были расквартированы в Москве и пригороде, а через некоторое время большинство из них отправили в различные города Российского государства на работы.0
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
