Просмтор этого файла доступен только зарегистрированным пользователям. Но у нас супер быстрая регистрация: достаточно только электронной почты!

Текст из файла (страница 4)

Издание отдельных указов и инструкций продолжалось в том же объеме, что и прежде. Причем некоторые документы по форме весьма своеобразны. Например, был очень распространен тип документа, содержавшего вопросы и резолюции. В левой части листа бумаги Ф. Апраксин или К. Крюйс писали в столбик под номерами вопросы, на которые в правой части листа Петр накладывал резолюции, определявшие, как поступать в том или ином случае.

Положение, охарактеризованное нами выше, не могло долгое время удовлетворять Петра I. Все очевиднее была необходимость издания единого кодекса военно-морских правил, предусматривающих максимально возможное количество ситуаций. Несмотря на то, что к этому времени был накоплен солидный отечественный опыт, Петр решает еще раз более глубоко и всесторонне исследовать и зарубежный. В 1715 году во Францию для изучения морского делопроизводства был направлен один из самых талантливых и образованных морских офицеров петровского времени Конон Зотов, который затем сыграл огромную роль при работе над текстом Морского устава. Помимо французского, были переведены на русский язык датский, голландский и английский морские уставы. Очень много сделал для ознакомления русских моряков с опытом английского военно-морского флота перешедший на российскую службу капитан Паддон, к сожалению, очень рано ушедший из жизни. Кроме исследовательской, была проведена обширная издательская работа. В 1714 году была издана "Книга ордера или во флоте морских прав", содержащая "ордер принца Оранского". В 1715 году вышли из печати "Устав о войсках морских и их арсеналах Людовика XIV", а также "Инструкция о морских артикулах и крихсрехтах или воинских правах Фредерика IV, короля Датского". Затем Петр 1 намечает дальнейшую программу: "Сделать две книги: первую, когда флот приготовить и что на оный людей и артиллерии, амуниции и прочего принадлежит по рангу на один корабль, также инструкцию, как должность сию офицерам и рядовым знать, также и артикул воински”: вторую, как содержать флот в гавани и верфи с их вышними и нижними служителями, и какая их должность, также магазины и прочее .²³

6. Морской Устав

13 января 1720 г. был объявлен Указ об издании Устава морского, а 13 апреля — обнародовали и сам Устав, вышедший под заглавием "Книга Устав морской о всем, что касается доброму управлению в бытности флота на море". В "Манифесте", которым начинается Устав, цель его издания определяется следующим образом: "И понеже сие дело необходимо нужное есть государству.., того ради сей воинский Морской устав учинили, дабы всякий знал свою должность, а неведением никто б не отговаривался". За "Манифестом" в Уставе напечатано "Предисловие к доброхотному читателю", написанное Феофаном Прокоповичем и представляющее собой краткий очерк развития русского флота по 1719 год.²⁴

В Уставе, согласно его заглавию, подробно освещается все, что касается "доброму управлению в бытности флота на море". Вначале помещен текст присяги, требуемой от каждого поступившего на морскую службу, затем объяснялось значение самого слова "флот", разделение флота на части, подчиненные разным начальникам, имеющим свои флаги, и приложен штат всех типов для кораблей различных рангов.

Сам текст Устава состоит из пяти книг и особого приложения о сигналах.

Книга первая предусматривает обязанности главного начальника флота и лиц его штаба, заведовавших различными частями управления. Вторая — определяет взаимоотношения лиц, служащих на флоте, и содержит постановления о военно-морских почестях, флагах и вымпелах, соответствовавших определенным чинам и званиям. Третья книга определяет обязанности всех чинов — от командира корабля до профоса. Четвертая — содержит устав поведения и предусматривает все служебные порядки на корабле. Пятая — устанавливает наказания за проступки, совершенные моряками.

В приложении, озаглавленном "Сигналы", определен порядок производства сигналов: дневных, туманных, ночных на корабельном и галерном флотах и указано значение каждого сигнала. К Уставу приложены две таблицы сигнальных флагов, корабельных и галерных, а также формы различных списков и ведомостей, которые должны были вести на каждом корабле командир, корабельный секретарь и комиссар.²⁵

Таким образом. Устав представлял собой полный свод военно-морских узаконений, которыми определялись обязанности и права всех служащих на флоте, их взаимные отношения и внутренний корабельный распорядок. Устанавливался общий порядок при плавании как нескольких судов, так и целого флота. Большое число статей Устава имеет отношение исключительно к корабельному флоту.

Первое издание вскоре потребовало некоторых изменений. Так, в первую главу книги первой были введены артикулы о необходимости "брать ведомости о всем, что отпущено во флот, а о недостатке доносить"; "о учреждении флота по эскадрам и дивизиям"; "...о офицерах, кому где быть, не променять без указу". Вместо одного артикула "о эксерцициях" в первой главе книги первой Устава были введены два артикула: "о эксер-нициям кораблям и ботам" (арт. 16) и "эксерцициях пушками и ручным ружьем" (арт. 17). Было включено еще несколько новых артикулов. Помимо того, в книгу первую Устава вошла новая вторая глава "О генерале кригс-комиссаре , состоящая из четырех артикулов.²⁶

В Уставе 1720 года пятая глава — "О докторе при флоте" книги первой содержит всего два артикула. В Уставе же 1722 года медицине посвящены уже две главы — пятая со старым названием, но уже состоящая из четырех артикулов. Следующая, шестая, "О главном лекаре" содержит один артикул. В главе "О майоре" к трем имеющимся добавлен еще один артикул.

В книге второй в четвертую главу "О салютах" добавлен 12-й артикул "О салютах торговых".

В первую главу книги третьей добавлено 11 артикулов, а в седьмую главу — один артикул.

Добавления еще более четко определили круг обязанностей различных корабельных чинов. С этими изменениями Устав и просуществовал до принятия нового Устава военного флота при Павле I в 1797 году.

Совершенствовалось и административное морское законодательство, получившее свое окончательное оформление в Адмиралтейском регламенте, изданном в 1722 году. Его полное название — "Регламент благочестивейшего государя Петра Великого, Отца Отечества, императора и самодержца всероссийского о управлении адмиралтейства и верфи и о должностях коллегии Адмиралтейской и прочих всех чинах, при Адмиралтействе обретающихся". Регламент состоял из двух частей, содержащих: первая — 52, вторая — 16 глав. В первой части изложены обязанности Адмиралтейств-коллегий и всех собственно адмиралтейских чинов от президента, генерал-кригс-комиссара до мастера каждой профессии и писарей В первой же части находятся "формы книгам для записи людей, денег, провианта и прочих вещей" и штат, или "определение" о числе канцелярских чинов, комиссаров и других офицеров, а также мастеров, учеников и рабочих, состоящих при разных делах в петербургском, котлинском и ревельском портах. Во второй части Регламента содержится все, что касается "доброго управления в бытность флота в порте, також о содержании портов и рейдов". Здесь определены обязанности и права главного командира, интенданта, капитана над портом, цейхмейстера, капитана, командующего кораблем в гавани, обер-сарвае-ра, корабельных мастеров и пр., правила о содержании при порте матросов и гардемаринов, порядок охраны порта и кораблей, стоящих в гавани, и обязанности дальней и внутренней брандвахт.

Петровские Устав морской и Адмиралтейский регламент, охватывая всю деятельность по управлению флотом на море и в портах, юридически оформили существование мощного русского флота, не уступающего иностранным. В течение многих лет эти акты поддерживали на русском флоте порядки, установленные его великим основателем, и даже в какой-то мере способствовали сохранению флота в самые тяжелые периоды его существования.

Заключение.

Подведем итоги.

Петровское законодательство отличается от предыдущего значительно меньшей казуистичностью, более высоким уровнем обобщений, более четкой схемой и последовательностью. Оно отражает, несомненно, более высокий уровень юридической техники. Вместе с тем в петровских законах нашла отражение его любовь ко всему западному, порой доводимая до абсурда. Без особой надобности правовые акты были засорены массой иностранных слов, преимущественно германоязычных. Так, в Табели о рангах русские слова встречаются лишь в виде исключения. Основную же массу наименований чинов должностных лиц составляют замысловатые штат- галтеры, обер-штеркрикскомиссары, обер-щенки и т. д

Петр 1 требовал неукоснительного соблюдения законов, предписывая в указе 1722 года “О хранении прав гражданских”: Ничто так ко управлению государства нужно есть, как крепкое хранение прав гражданских, понеже всуе законы писать, когда их не хранить, или ими играть, как в карты, прибирая масть к масти... Придавая большое значение указу об исполнении законов и самому исполнению законов, Петр приказал наклеить его на доску и держать на столе заседаний Сената и других судебных учреждений - где такого указа не будет, то сто рублев штрафу в госпиталь.²⁷

Петра 1 отличает вера во всесилие закона, во всемогущество государственной власти, призванной регулировать жизнь подданных. Отсюда крайне активная законодательная деятельность. Полное собрание законов дает такую картину: на вторую половину XVII в. приходится 1821 указ, в среднем в год по 36 указов. В первой половине XVIII в. ежегодно в среднем издавалось по 160 указов.

Однако вера Петра во всесилие закона была в большой мере иллюзорной. На практике в громадной империи, столица которой была перенесена на самую границу, творилось отнюдь не то, что хотелось самодержавному, неограниченному, абсолютному монарху.

При Петре 1 появляются разные формы правовых актов. И здесь очевидно стремление к новой, иноязычной терминологии. Так, закон о государственной службе называется “Табель о рангах”, закон о крестьянских податях и повинностях 26июня 1724г. назван Плакатом, военно-уголовный кодекс - Воинским артикулом и т. п.

Постепенно выделяются акты и их группы, имеющие определенную целевую направленность, например законы об учреждении тех или иных государственных органов, чего раньше не было.

Исполнителями и блюстителями законов мыслились чиновники. Разветвленная сеть государственных учреждений в центре и на местах, естественно, породила огромную прослойку чиновничества, формировавшегося преимущественно из дворян, не получивших имений по указу о единонаследии 1714 года. По Табели о рангах ряды высших слоев чиновничества могли пополнять и выслужившиеся выходцы из низов общества.

Конечно, проведением в жизнь законов занимался весь государственный аппарат. Однако Петр создал и органы, специально предназначенные для надзора за соблюдением законности, - институт фискалов, прокуроров. Правда, добиться реального осуществления этой функции царю не удалось. Лихоимство, казнокрадство и прочие атрибуты чиновничьего бытия при Петре отнюдь не стали меньше, а даже усилились. Новое чиновничество хотело и жить по-новому - на широкую ногу, в то время как многие чиновники уже не имели иных законных доходов, кроме жалованья, которое к тому же нередко задерживалось.

Законодательство первой четверти XVIII в. в отличие от предшествующего времени высоко превозносило самодержца, упорно пропагандируя мысль, что все достигнутое в стране - плод “неусыпных трудов” монарха. Указы “поднимали государя на недосягаемую высоту, окружали его ореолом сверхчеловека”²⁸. Наряду с этим навязчиво преподносилась мысль, что целью законов и государства является “всеобщее благо”, что царь не зависит от каких-либо классов и в равной мере печется о всех подданных. Пропаганда таких идей приняла систематический характер. До Петра 1 правители применяли в указах в качестве средств достижения цели только приказание, понуждение и наказание. Абсолютизм, не отказываясь от этих традиционных приемов, существенное место уделял пропаганде и разъяснению своих идей. Это сказалось и на структуре законодательных актов - почти в каждом из них имеется мотивировочная часть, содержащая правовые, политические и экономические аргументы в подкрепление предписываемых указом норм.

Наряду с провозглашением крупных реформ и больших преобразований законодательство первой четверти XVIII в. отличается мелочной регламентацией многих сторон жизни - хозяйственной деятельности, быта, развлечений и т. п. Предполагалось, что подданные передали свой суверенитет верховной власти, отсюда - оправдание принуждения и грубого насилия.

Начинается и систематизация права. Петр первоначально хотел издать новое Уложение, которое должно было заменить собой Соборное уложение 1649 года. Однако затем он пошел по линии создания отраслевых кодексов. При любви Петра ко всему военному в первую очередь подверглись кодификации военные отрасли права. Так возник Воинский артикул, было издано Краткое изображение процессов, посвященное целиком процессуальному праву и судоустройству в военной юстиции. Воинский и Морской уставы - тоже кодифицированные законы, регламентирующие соответствующие сферы жизни. По существу значение кодекса наследственного права имеет и указ о единонаследии 1714 года.

Заимствуя государственные институты европейских стран и приспосабливая их к нуждам государства, правительство Петра 1 пыталось использовать систему права главным образом таких государств, как Швеция, Дания. Это сказалось преимущественно в сфере судопроизводства, процессуального и уголовного права. Что касается законодательства о землевладении и о крестьянах, то оно не испытало каких-либо воздействий западноевропейского права. Предписывая в 1719 году Сенату рассмотреть шведское Уложение с целью использования пригодных к России политических норм, Петр 1 сделал оговорку: “Для поместных дел взять права эстляндские и ли- фляндские, ибо оные сходнее и почитай одним манером владение имеют как у нас”²⁹. Однако следов использования каких-либо норм прибалтийского права не обнаружено.

Законодательство периода становления абсолютизма охватывало все стороны государственной и общественной жизни и регулировало общественные отношения в интересах дворянского сословия. Но и на дворянство накладывались определенные обязанности во имя так называемой “государственной пользы”. Законодатель пытается обосновать социальную необходимость и ценность этого сословия - первого сословия феодального общества. Обязанности, которые возлагаются на дворян, служат интересам самого же дворянства. Однако эгоистические потребности дворян побуждают их после смерти Петра 1 постараться освободиться от всяких обязанностей. Это получило свое отражение в законодательстве последующих десятилетий XVIII в., которому будет посвящен следующий том нашего издания.

Характеристики

Список файлов курсовой работы