30481 (604525), страница 3

Просмтор этого файла доступен только зарегистрированным пользователям. Но у нас супер быстрая регистрация: достаточно только электронной почты!

Текст из файла (страница 3)

Как подчеркивают исследователи, при определении правовых последствий нарушения договора международной купли-продажи товаров, положения Конвенции акцентируют внимание не на обязательствах неисправной стороны, хотя такой вывод может быть сделан из структуры Конвенции, а на субъекте, чьи права нарушены, и с этой целью предоставляются ему средства правовой защиты для обеспечения своего интереса⁷.

Как закрепляется в ст.45 и 61 Конвенции, один лишь факт неисполнения должником какого-либо из своих обязательств по договору или по Конвенции, дает пострадавшей стороне право осуществить любое из имеющихся в ее распоряжении средств правовой защиты.

Таким образом, нормы конвенции воздействуют не на субъект ответственности, а предоставляют добросовестному субъекту использовать предусмотренные средства защиты. Последствия нарушения договора излагаются в контексте средств правовой защиты (правомочий), предоставляемых потерпевшей стороне непосредственно из заключенного договора в случае нарушения обязательств ее контрагентом, и направленных на защиту своего имущественного интереса, ради которого стороны и совершили договор.

Средства правовой защиты, как они устанавливаются Конвенцией, представляют собой согласованную, последовательную и эффективную систему мер.

Во-первых, конвенция применяется только к хозяйствующим субъектам, что предполагает предъявление к ним повышенных требований.

Во-вторых, как закреплено ст.5 Конвенции, она не применяется в отношении ответственности продавца за причиненные товаром повреждения здоровья или смерть какого-либо лица. Таким образом, опять-таки констатируется, что речь идет именно о предпринимательской ответственности.

Инструменты (средства) защиты согласно Конвенции делятся на:

1) средства защиты покупателя при нарушении договора продавцом (ст.ст.45-52);

2) средства защиты продавца при нарушении договора покупателем (ст.ст.61-70).

Заметим, что в гражданском законодательстве России средства защиты связываются не с субъектом, а ставятся в зависимость от конкретного типа нарушения (неуплата цены, непринятие товара и т.д.). Таким образом, если по нормам Конвенции речь идет о реализации средств защиты добросовестной стороной, то по гражданскому законодательству РФ – о привлечении недобросовестного субъекта к мерам ответственности.

Базисом для анализа средств правовой защиты по Венской конвенции являются положения ст.45 и ст.61.

Согласно п.1 ст.45 Конвенции, если продавец не исполняет какое-либо из своих обязательств по договору или по настоящей Конвенции, покупатель может:

a) осуществить права, предусмотренные в статьях 46-52;

b) потребовать возмещения убытков, как это предусмотрено в статьях 74-77.

Аналогичная норма предоставляет соответствующие правомочия продавцу. Согласно п.1 ст.61 если покупатель не исполняет какого-либо из своих обязательств по договору или по настоящей Конвенции, продавец может:

a) осуществить права, предусмотренные в статьях 62-65;

b) потребовать возмещения убытков, как это предусмотрено в статьях 74-77.

Иные средства защиты закреплены в специальных разделах Конвенции. В частности это:

- проценты (ст.78);

- средства защиты в случае предвидимого нарушения договора (ст.ст.71-73).

Покупателю и продавцу предоставляется в случае нарушения контрагентом своих обязательств как право требовать реального исполнения (ст.46,62), так и возмещения убытков (ст.45,61), причем реализация этих правомочий не исключает и не ограничивает друг друга.

Возможность пострадавшей стороны совместить эти требования создает для нее гарантию того, что ее интересы могут быть должным образом защищены при любых обстоятельствах.

Конвенцией определяются условия реализации некоторых средств защиты, которые должным образом учитывают интересы и потребности неисправного контрагента, например, обязанность покупателя, дать извещение о характере несоответствия товара, о характере прав и притязаний третьего лица (ст.39, 43), возможность продавца самому устранить недостаток в исполнении им своих обязанностей (ст.37, 48), что может также полностью исключать или временно ограничивать отдельные средства защиты покупателя. Фактически в Конвенции выражен баланс средств защиты, как продавца, так и покупателя.

Итак, подводя некоторый итог, подчеркнем, что отличительной особенностью средств правовой защиты по Конвенции является то обстоятельство, что основанием их реализации, как устанавливается в ст.ст.45,61, является лишь факт неисполнения стороной любого из своих обязанностей. Данные положения, а также то обстоятельство, что Конвенция не использует институт юридической ответственности, а оперирует категорией средств правовой защиты означает не только полное исключение концепции вины как основания применения к неисправному контрагенту ответственности или иных неблагоприятных мер воздействия, но и свидетельствует о недопустимости утверждений о закреплении в Конвенции принципа объективной ответственности с изъятиями, установленными в ст.79 в отношении освобождения от возмещения убытков. В подтверждение этого можно указать также на то, что Конвенция, в отличие от систем права, использующих концепцию вины, не только не закрепляет данную категорию в основном ее проявлении, т.е. в качестве условия возникновения ответственности (возмещения убытков), но и не использует ее в побочных сферах⁸. Например, Конвенция устанавливает обязанность потерпевшей стороны принять меры по уменьшению ущерба (ст.77), при невыполнении которой возмещаемые убытки могут быть уменьшены, что отличается от соответствующих норм ГК РФ, оперирующих категорией "вина" кредитора при уменьшении размера ответственности должника.

Рассмотрим правовые основы освобождения от ответственности (раздел IV Конвенции).

В тех случаях, когда обязанная сторона не могла контролировать препятствие, вызвавшее неисполнение (ст.79), либо когда неисполнение было вызвано действиями или упущениями кредитора (ст.80), должник может быть освобожден от отдельных последствий неисполнения своего обязательства. И если п.5 ст.79 освобождает должника только от обязанности возмести убытки, оставляя кредитору все остальные средства защиты, то ст.80 идет концептуально дальше, ограничивая для потерпевшей стороны право, вообще ссылаться на неисполнение обязательства в той мере, в какой это неисполнение было вызвано ее действиями или упущениями.

Казалось бы, неисполнение обязанности, вызванное отсутствием сотрудничества со стороны кредитора, будет более правильно рассматривать не как нарушение договора, при котором исключается ответственность, а как теряющее качество неисполнения вообще. Однако содержание ст.80, ее структурное расположение подтверждают вывод, что независимо от вызвавших причин, любое неисполнение стороной принятого на себя обязательства, под которым понимается обязанность достичь определенного результата, является достаточным основанием для осуществления кредитором средств правовой защиты, иными словами, для несения должником ответственности за нарушение договора. И лишь наличие некоторых обстоятельств, указанных в ст.79-80, позволяет должнику освободится от ответственности, что выражается в невозможности для пострадавшей стороны реализовать то или иное средство правовой защиты .

Важно подчеркнуть, что сторона внешнеторговой сделки купли-продажи товара не несет ответственности за неисполнение любого из своих обязательств лишь в том случае, если докажет в процессе судебного разбирательства, что неисполнение было вызвано препятствием вне ее контроля. Проиллюстрируем сказанное примером из практики:

«Торговый дом, зарегистрированный за рубежом, но имеющий представительство в России, обратился в арбитражный суд с иском к российскому внешнеторговому объединению о взыскании убытков, причиненных невыполнением объединением своих обязательств по оплате поставленного в Россию сахара.

Российское внешнеторговое объединение выдвинуло возражения против иска со ссылкой на то обстоятельство, что деньги, предназначенные для оплаты подлежавшего поставке сахара, были переведены в соответствии с условиями договора в зарубежный банк, но впоследствии похищены третьими лицами со счетов этого банка и в связи с этим не зачислены на счет торгового дома в зарубежном банке. К моменту предъявления иска по факту хищения возбуждено уголовное дело в иностранном государстве. Внешнеторговое объединение, возражая против исковых требований, ссылалось на то, что сторона внешнеэкономического контракта не несет ответственности за неисполнение обязательств, если последнее произошло по вине третьих лиц.

Суд отклонил данное возражение ответчика.

При этом учитывалось, что стороны внешнеэкономической сделки находились в государствах - участниках Конвенции ООН о договорах международной купли-продажи товаров (1980).

Ответственность сторон по сделкам купли-продажи товаров регулируется статьей 79 указанной Конвенции, в которой предусмотрено следующее:

"Сторона не несет ответственности за неисполнение любого из своих обязательств, если докажет, что оно было вызвано препятствием вне ее контроля" (п.1).

"В случае неисполнения обязательств третьим лицом, привлеченным для исполнения части договора, такое неисполнение может служить основанием к освобождению от ответственности также только в случае наступления "препятствия вне контроля" (п. 2).

Препятствие вне контроля характеризуется Конвенцией как непредвиденное, неотвратимое и непреодолимое обстоятельство.

Из последующих положений Конвенции следует, что сторона - нарушитель обязательств по внешнеэкономической сделке должна доказать следующее: событие, препятствующее исполнению, наступило несмотря на то, что были предприняты все необходимые и разумные меры либо для предотвращения такого препятствия, либо наступления его последствий. Например, таким препятствием могут быть стихийные бедствия, блокады, войны и т.д.

При этом факт невозможности исполнения обязательств должником не принимается во внимание, если исполнение объективно было возможно. В том случае, когда определенные события создают лишь затруднение должнику к исполнению, такие события не могут рассматриваться как "препятствие вне контроля" должника.

Российское внешнеторговое объединение не представило доказательств, что действия третьих лиц являлись "препятствием вне контроля" в смысле названной Конвенции, и, следовательно, не могло быть освобождено от ответственности на основании одного факта неисполнения обязательств из-за действий третьих лиц.

Таким образом, арбитражный суд принял во внимание, что освобождение от ответственности по сделкам международной купли-продажи товаров возможно лишь в случае наступления "препятствия вне контроля", не позволяющего должнику исполнить свои обязательства. В силу того обстоятельства, что российский должник объективно мог и должен был исполнить свои обязательства перед иностранным кредитором, суд удовлетворил требования истца» .

Как мы уже подчеркнули, иным образом построены правовые механизмы ответственности, в случае если стороны определили в качестве применимого права или гражданское законодательство РФ или, например, общие условия поставок товаров (к примеру, Общие условия поставок товаров из стран - членов Совета Экономической Взаимопомощи в Финляндскую Республику и из Финляндской Республики в страны - члены Совета Экономической Взаимопомощи (ОУП СЭВ - Финляндия, ноябрь, 1978г.).

По гражданскому законодательству РФ для привлечения стороны к ответственности, по общему правилу, необходимо наличие всех условий ответственности: неправомерные действия (бездействия); вина; причинная связь; неблагоприятные последствия.

Российское законодательство рассматривает ответственность как — реализацию санкции, обязанность субъекта к определенным действиям, поведению: нести лишения имущественного характера.

Возмещение убытков и уплата неустойки – основные формы ответственности.

Нарушение денежного обязательства может повлечь за собой для кредитора убытки, которые не компенсируются в полной мере уплатой процентов на неполученную денежную сумму.

Под убытками, согласно п.2 ст.15 ГК РФ, понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Требуя возмещения реального ущерба и упущенной выгоды, лицо, право которого нарушено, обязано доказать размер ущерба (ст. 393 ГК РФ), причинную связь между ущербом и действиями лица, нарушившего право, а в случаях когда законом или договором предусмотрена презумпция невиновности должника - также его вину (ст. 401 ГК РФ).

Следующая форма ответственности – неустойка. Легальное определение неустойки (штрафа, пени) дается законодателем в п. 1 ст. 330 ГК РФ. Неустойкой признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков.

Отдельно необходимо выделить такую форму ответственности как проценты по ст.395 ГК РФ. Согласно п.1 ст.395 ГК РФ за пользование чужими денежными средствами вследствие их неправомерного удержания, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате либо неосновательного получения или сбережения за счет другого лица подлежат уплате проценты на сумму этих средств. Размер процентов определяется существующей в месте жительства кредитора, а если кредитором является юридическое лицо, в месте его нахождения учетной ставкой банковского процента на день исполнения денежного обязательства или его соответствующей части. Названные правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором. Для применения положения ст.395 ГК РФ не нужно доказывать факт наличие убытков⁹.

Статья 395 ГК РФ применяется факультативно при реализации норм Конвенции.

Характеристики

Список файлов курсовой работы