30123 (604425), страница 3

Просмтор этого файла доступен только зарегистрированным пользователям. Но у нас супер быстрая регистрация: достаточно только электронной почты!

Текст из файла (страница 3)

Народное восстание 31 мая-2 июня нанесло окон­чательный удар политическому господству крупной бур­жуазии.

Французская буржуазная революция вступила в но­вую стадию — стадию своего наивысшего развития. В результате восстания 31 мая-2 июня 1793 го­да во Франции была установлена якобинская револю­ционно-демократическая диктатура.

6. Якобинская диктатура

Якобинцы пришли к власти, можно сказать, в са­мый критический момент французской революции. Силы европейской коалиции, превосходящие силы француз­ских войск, со всех сторон теснили их, вынуждая к отступлению. В Вандее, Бретани, Нормандии продол­жалось восстание, участники которого требовали вос­становление монархии. Жирондисты, потерявшие власть в Париже, подняли восстание на юге и юго-западе Фран­ции. Английский флот блокировал все французское по­бережье, кроме этого, Англия снабжала мятежников деньгами и оружием.

Как только якобинцы пришли к власти, они сразу же с целью привлечения крестьянства на свою сторону занялись выполнением требований сельских жителей. Якобинский Конвент принял 3 июля декрет, который установил льготный порядок продажи конфискован­ных земель эмигрантов малоимущим крестьянам. Отныне земля продавалась мелкими участками с рассрочкой на 10 лет. Через несколько дней, Конвент издал но­вый декрет, который возвращал крестьянам все от­нятые у них общинные земли, а также вводил порядок раздела общинных земель поровну на душу населения, если за это выступала треть жителей общины. И, на­конец, 17 июля Конвент, осуществляя главное тре­бование крестьянства, принял постановление о пол­ном, окончательном и безвозмездном уничтожении всех феодальных прав, повинностей и поборов.

После этих новых аграр­ных законов крестьянство решительно перешло на сто­рону якобинской революционной власти.

С революционной решительностью и быстротой яко­бинский Конвент принял и представил на утвержде­ние народа новую конституцию. Эта якобинская кон­ституция 1793 года была большим шагом по сравнению с конституцией 1791 года на пути демократического общества.

Согласно конституции 1793 года во Франции был установлен республиканский строй правления. Отныне высшая законодательная власть принадлежала Зако­нодательному собранию, которое избиралось всеми граж­данами (мужчинами), достигшими 21 года. Кроме этого, важнейшие законопроекты подлежали утверждению народом на первичных собраниях избирателей. Выс­шая исполнительная власть отныне представлялась Исполнительному совету, в состав которого входили 24 человека.

Но скоро якобинцы отказались от практического осуществления положений конституции 1793 года. Вся деятельность их отныне была направлена на подавление напряженности внешнего и внутреннего положения рес­публики, которая сражалась с многочис­ленными врагами, на организацию и воору­жение армии, на мо­билизацию армии, на мобилизацию народа, на подавление контр­революционных за­говоров, на центра­лизацию власти, кон­центрацию ее в одних руках.

Конвент и Комитет общественного спасения осу­ществляли свою власть при посредстве комиссаров, ко­торые набирались из числа депутатов Конвента. Они направлялись на места с чрезвычайно широкими пол­номочиями для подавления контрреволюции и реали­зации мероприятий правительства.

Таким образом, якобинцам удалось направить мощ­ное движение народных масс на осуществление постав­ленных перед собой задач, и якобинская диктатура получила свое логическое завершение.

Летом 1793 года значительно обострилось продо­вольственное положение внутри страны. Городские низы испытывали сильную нужду. Представители плебей­ства, в первую очередь «бешеные», выступали с критикой политики якобинского правительства, а также конституции 1793 года. Они считали, что она не обеспечивает интересов бедноты.

Якобинцы ответили на выступления «бешеных» ре­прессиями. В начале сентября Жак Ру и другие пред­водители «бешеных» были арестованы. Но плебейство оставалось важнейшей боевой силой революции, а по­этому 4-5 сентября в Париже произошли крупные уличные выступления. Главными требованиями наро­да, в том числе рабочих, которые принимали активное участие в этих выступлениях, были: «всеобщий мак­симум», революционный террор и помощь бедноте. Яко­бинцы, которые стремились сохранить союз не только с крестьянством, но и с городским плебейством, пошли навстречу требованиям санкюлотов: 5 сентября было при­нято постановление об организации особой «революци­онной армии» для «приведения в исполнение всюду, где это понадобится, революционных законов и мер обще­ственного спасения, декретированных Конвентом».

29 сентября Конвент принял декрет об установлении твердых цен на основные продукты питания и пред­меты потребления — так называемый «всеобщий мак­симум». Для снабжения Парижа, прочих городов, и армии продовольствием с осени 1793 года стали широко практиковаться реквизиции зерна и других продоволь­ственных товаров. В конце октября была создана Цен­тральная продовольственная комиссия, которая ведала делом снабжения и осуществляла контроль за прове­дением «максимума». Реквизицию хлеба в деревнях вместе с местными властями проводили отряды «Ре­волюционной армии», которые состояли из парижских санкюлотов. С целью упорядочения снабжения насе­ления хлебом по твердым ценам и прочими необхо­димыми продуктами питания в Париже и многих других городах были введены карточки на хлеб, мясо, сахар, масло, соль и мыло. Кроме этого, Конвент под давлением народных низов решил «поставить террор в порядок дня». Уже 17 сен­тября был принят закон о «подозрительных», кото­рый расширял права революционных органов в борьбе против контрреволюционных элементов.

Вскоре были преданы суду Революционного трибу­нала и казнены бывшая королева Мария-Антуанет­та и многочисленные представители дворянской ари­стократии, в том числе некоторые жирондисты. Революционный террор стал распространяться по всей стране.

Революционный террор был направлен не только против политической, но и против экономической контр­революции. Он широко применялся в отношении спе­кулянтов, скупщиков и всех тех, кто, нарушая за­кон о «максимуме» и дезорганизуя снабжение городов и армии продовольствием, играл тем самым на руку врагам революции и интервентам.

23 августа 1793 года Конвент принял декрет, в котором говорилось: «С настоящего момента и до тех пор, пока враги не будут изгнаны за пределы территории республики, все французы объявляются в состоянии полной мобили­зации».

Кроме этого, якобинцами была осуществлена ре­организация армии. Огромное количество войск позволило создать ре­волюционную армию, которая состояла из отдельных мобильных соединений, какие могли легко перебра­сываться на различные направления.

Якобинцы с присущей им энергией властно вмеши­вались и в решения вопросов народного образования, науки и искусства. 1 августа 1793 года Конвент принял декрет о введении на территории Франции новой сис­темы мер и весов — метрической системы.

Кроме этого, Конвент отменил старый календарь, основанный на христианском летоисчислении, и ввел новый, революционный календарь, по которому ле­тоисчисление начиналось с 22 сентября 1792 года — со дня провозглашения Французской республики. Даны были новые названия и каждому месяцу в от­дельности.

Беспощадные и невиданные по своей жестокости удары революционного террора не могли не сломить внутреннюю контрреволюцию. Осенью 1793 года был подавлен и жирондистский мятеж на юге, потерпели поражение восставшие в провинции Вандея. В то же время республиканская армия остановила и отбросила назад войска интервентов. В декабре войсками Кон­вента был взят город Тулон, который являлся круп­нейшим военно-морским портом и был ранее захва­чен англичанами.

Это привело к тому, что весной 1794 года воен­ное положение значительно улучшилось. Французская армия, перехватив инициативу на фронтах, прочно удер­живала свои позиции.

26 июня 1794 года в ожесточенной битве недалеко от города Флерюса французская армия, которой ко­мандовал генерал Журдан, разбила войска коалиции.

В течение одного года якобинская диктатура вы­полнила то, чего не удалось добиться за предшествую­щие четыре года революции: она сокрушила феодализм, разрешила главные задачи буржуазной революции, а также сломила сопротивление ее внутренних и внешних врагов.

Период подъема якобинской диктатуры был непро­должительным. Дело в том, что в самой основе яко­бинской диктатуры, как и в их политике, скрывались глубокие внутренние противоречия. Якобинцы боролись во имя полного торжества свободы, демократии, равен­ства методами, которые для достижения этих целей яв­ляются недопустимыми.

Страна жила в состоянии жестокой диктатуры, ко­торая подвергала строгой государственной регламен­тации продажу и распределение продуктов и других товаров, отправляла на гильотину всех, кто был не согласен с политикой якобинцев и нарушал законы о «максимуме».

Поскольку государственное вмешательство осущест­влялось только в сфере распределения и не затраги­вало сферу производства, вся репрессивная политика якобинского правительства и все его усилия в области государственной регламентации способствовали рос­ту экономической мощи буржуазии. За годы революции эта экономическая мощь значительно возросла в ре­зультате ликвидации феодального землевладения и про­дажи национальных имуществ.

В то же время внутренняя противоречивость по­литики якобинцев привела к тому, что росло недоволь­ство и в рядах плебейских защитников революции.

Не удовлетворила якобинская диктатура желаний деревенской бедноты. Распродажа национальных имуществ была на руку зажиточной верхушке крестьян­ства, которая скупила большую часть земли, что при­вело к безостановочному усилению дифференциации крестьянства. Беднота добивалась ограничения размеров ферм, владений зажиточных крестьян, изъятия у них земли и раздела ее между бедняками. Но якобинцы не решились поддержать их требования. Местные ор­ганы власти все чаще становились на сторону богатых крестьян в их конфликтах с сельскохозяйственны­ми рабочими. Это вызвало среди малоимущих сло­ев населения деревни недовольство якобинской по­литикой.

В связи с тем, что в стране обострились социаль­ные противоречия, начался кризис революционной дик­татуры, в рядах самих якобинцев наметился раскол. Осенью 1793 года среди них стали формироваться две оппозиционные группировки. Первая из них образо­валась вокруг Дантона.

Таким образом, вскоре определилась группировка дантонистов, они стали правым крылом якобинцев, которое представляло разбогатевшую на революции но­вую буржуазию.

Дантонисты требовали иногда более, иногда менее откровенно ликвидации революционно-демократической диктатуры.

Следует отметить, что Комитет общественного спа­сения, возглавляемый Робеспьером и робеспьеровцами, встречал оппозицию не только справа, но и сле­ва. Это недовольство отражали Парижская коммуна и секции. Они искали пути к смягчению нужды бедного населения и требовали далее проводить политику су­ровых репрессий против спекулянтов, нарушителей за­кона по «максимуму» и т.п.

После разгрома «бешеных» наиболее влиятельной группировкой в Париже стали сторонники Шометта и Эбера — левые якобинцы, которых впоследствии ста­ли называть эберистами. В какой-то мере их мож­но считать приемниками «бешеных». Степень спло­ченности и однородности эберистов была невелика.

Между эберистами, влияние которых было весь­ма сильным в парижской Коммуне, и робеспьеровцами осенью 1794 г. обнаружились серьезные расхождения по вопросам религиозной политики. В некоторых про­винциях и даже в самом Париже эберисты стали про­водить политику «дехристианизации». Она сопрово­ждалась закрытием церквей и принуждением духовенства отрекаться от сана. Эти действия, которые осущест­влялись главным образом административными мерами, натолкнулись на резкое сопротивление народа и осо­бенно крестьянства. Робеспьер вынужден был осудить насильственную «дехристианизацию» и прекратить прак­тику ее проведения.

Весной 1794 г. в связи с ухудшением продоволь­ственного положения в Париже эберисты стали уси­ленно критиковать деятельность Комитета обществен­ного спасения. Эбер и его сторонники были арестованы. Их осудил Революционный Трибунал, и 24 марта они были казнены.

Жестокие репрессии, развязанные якобинцами при­вели к тому, что они стали убивать друг друга. Уже спустя неделю правительство нанесло удар и по дантонистам. 2 апреля Дантон, Демулен и другие были преданы Революционному трибуналу и 5 апреля их гиль­отинировали.

Революционное правительство шло к неминуемо­му самораспаду. Уже ничто не могло остановить внут­ренние репрессии, когда соратники стали убивать друг друга. Эти мероприятия вызвали широкое недовольство в столице. Таким образом, от робеспьеровцев отвернулась часть сил, которая ранее поддер­живала якобинскую диктатуру. Внешне положение революционного правительства упрочилось. Прекратились оппозиции диктатуре. Но это внешнее впечатление силы и прочности якобин­ской диктатуры отныне было обманчивым.

Характеристики

Список файлов курсовой работы