30037 (604401), страница 3
Текст из файла (страница 3)
Депутаты считались независимыми от народа и обладали депутатской неприкосновенностью. Член Госдумы мог подвергнуться ограничению свободы лишь по распоряжению судебной власти (хотя допускались и административные аресты депутатов). Оговаривалось и то, что для ограничения свободы депутата необходимо согласие Думы. Депутат терял свои права только по решению Думы и при наличии законных к тому оснований (преступление, утрата ценза) или при переходе в иностранное подданство. Депутаты Думы получали во время сессии от государства «суточные» (по 10 рублей в день), кроме них выдавались деньги на дорогу, проживание и отопление. Выделялись комнаты в общежитии (одна на 4 человек).
Заседания общего собрания Думы были публичными, на них допускались посторонние люди и пресса (кроме депутаций), однако по постановлению общего собрания могли назначаться и закрытые заседания. На заседания комиссий и комитетов не допускался никто.
Государственный совет в Основных законах 1906 г. отличался от задуманного ранее. Он действительно оставался верхней, аристократической палатой представительного собрания, а его полномочия и порядок работы были аналогичны думским. Но Госсовет комплектовался теперь на иных условиях. Только половина его состава (раньше весь состав) назначалась императором, другая половина избиралась сроком на 9 лет, при обновлении 1/3 состава каждые три года. Выборные члены избирались через Синод от духовенства православной церкви (3 от черного и 3 от белого), от губернских земских собраний (по одному от каждого), от дворянских обществ (всего 18 членов), от Академии наук и университетов (6 членов), от промышленности (тоже 6 членов) и торговли (12 человек).
Законопроекты, рассмотренные в Государственном совете как результат его законодательной инициативы, поступали в Госдуму, а затем к императору для окончательного решения.
Поскольку целых 3 звена: Госдума, Госсовет и император – должны были утвердить закон, прежде чем он вступит в силу, устанавливалась система взаимных сдержек (заимствованная из австрийской конституции). При неутверждении хотя бы одним звеном закон считался отклонённым. В этой системе было рациональное зерно. Она мешала властям преследовать свои эгоистические цели. Но она и создавала подчас непреодолимые преграды на пути закона.
Предвидя возможные коллизии в принятии законов при системе взаимных сдержек, законодатель ввел в Основные законы статью 87, которая давала право правительству (Совету министров) и императору в перерывах между сессиями Госдумы издавать при необходимости чрезвычайные указы. Эти указы следовало затем утверждать Думой и Госсоветом. Акт, не внесенный на обсуждение в Госдуму, терял свою силу после ближайшей думской сессии. Но эти указы не могли затрагивать Основные законы, порядок выборов в обе палаты и их статус. При частых конфликтных ситуациях с Госдумой правительство Николая II нередко прибегало к принятию таких чрезвычайных указов.
Близкая по духу консервативным конституциям Японии, Пруссии, Австрии, российская конституция 1906 г. явилась выражением компромисса между новым и старым порядками. Несмотря на свою незрелость, она достаточно ярко знаменовала собой переход государства от самодержавного к конституционному правлению. Исследователи полагают, что именно ей российское общество обязано той политической свободой, которой ему удалось ненадолго воспользоваться (в перерыве между двумя революциями).
2.2. Недостатки Основных законов Российской империи 23 апреля 1906 г.
По поводу оценки Основных Законов Российской империи 23 апреля 1906 г в историко-правовой и исторической литературе длительное время шли дискуссии о том, можно ли этот документ рассматривать как конституцию. Высказывалось мнение, что это вообще не конституция или, если и конституция, то фиктивная.
Как это часто практикуется в дуалистических монархиях, механизм сдержек и противовесов между различными ветвями власти был построен в сторону усиления прерогатив исполнительной власти. Император имел права абсолютного вето в отношении законопроектов, одобренных Государственным советом и Государственной Думой. Государственный совет и Государственная Дума, со своей стороны не имели практически никаких полномочий в отношении исполнительной власти, за исключением права запроса к министрам и другим чиновникам.
Императору принадлежала государственная власть. Он не только глава государства, но и глава исполнительной власти. Он назначал всех важных чиновников госаппарата, имел право издавать в порядке управления указы и повеления. В его исключительной компетенции находились вопросы внешней политики, в том числе объявления войны и заключения мира, руководство вооруженными силами, а также право объявлять в стране в целом или в отдельных местностях военное или чрезвычайное положение. От его имени действовали суды, и он же назначал судей. Ему принадлежало право помилования и амнистии.
Император назначал премьер-министра, министров и других должностных лиц. Правительство было ответственно перед царем, а не перед Думой.
Указом царя определялись их ежегодные созывы и продолжительность работы, он мог досрочно распустить Думу, назначить новые выборы и время их созыва, во время перерывов в работе Думы император по представлению Совета министров мог издавать указы, имеющие силу законов. Правда, в течение 2-х месяцев после возобновления занятий Думы указы необходимо было внести на обсуждение в Думу, или они теряли свою силу. Именно в таком чрезвычайном порядке учреждаются военно-полевые суды и принимается указ о столыпинской аграрной реформе.
Рассмотрим основные недостатки Основных Законов:
1. Согласно Основным законам царская власть ограничивалась лишь Государственной Думой и Государственным Советом. Во-вторых, по образцу европейских конституций указы и повеления императора должны были скрепляться подписями премьер-министра или соответствующих министров и главноуправляющих. Но, если в большинстве европейских стран уже в то время правительства формировались парламентами, то в России император мог в любой момент уволить любого министра, отказавшегося скрепить своей подписью его повеление и заменить другим, более покладистым. Провозглашенное Манифестом от 17 октября 1905 г. право парламентского контроля за действиями исполнительной власти на практике оказалось фикцией. Все свелось к предоставленному Думе и Государственному Совету праву запроса, обращенному к министрам. Однако оно ни к чему не обязывало министров, т.к. они не были ответственны перед Думой и Государственным Советом. К тому же министры могли отказаться отвечать на запрос, сославшись на секретность тех или иных материалов. Кроме того, император регулировал работу Думы и Государственного Совета.
2. Существовала глава, в которой закреплялись основные права и свободы личности. Провозглашалось право подданных свободно выбирать свое местожительство и беспрепятственно ездить за границу, провозглашалась свобода веры.
Однако они носили формальный характер, т.к. их реализация на практике была весьма ограничена. Так, неприкосновенность личности ограничивалась тем, что с 1906 г. по февраль 1917 г. не было ни одного года, в течение которого на территории империи или ее отдельных регионов не объявлялось бы военное положение или положение усиленной или чрезвычайной охраны, когда полиция и военное командование получали особые полномочия вплоть до предания гражданских лиц военно-полевому или военно-окружному суду и юридические гарантии прав подданных приостанавливались.
3. Провозглашалось право свободно выбирать себе местожительство: «Каждый российский подданный имеет право свободно избирать место жительства и занятие, приобретать и отчуждать имущество и беспрепятственно выезжать за пределы Государства». Ограничения в сих правах установлены особыми законами. Но в соответствии с Положением о паспортах и видах на жительство 1895 г. бессрочные паспорта, по которым действительно можно было свободно выбирать место жительства и получить заграничный паспорт, выдавались только дворянам, офицерам, чиновникам и почетным гражданам. Лица податных сословий (т.е. крестьяне и мещане) получали виды на жительство при условии уплаты налогов и повинностей и разрешения на отлучку от своих общин, и только указом от 5 октября 1906 г. эти ограничения были отменены, да и то не полностью.
4. «Российские подданные пользуются свободою веры. Условия пользования этою свободою определяются законом» - однако практически сразу же давалось ограничение - подчеркивалось, что православная христианская вера “есть истинная и господствующая”. Церковь, была государственной, ей принадлежал ряд государственных функций, в частности, ведение книг актов гражданского состояния.
Конституция 1906 года не изменила в прежних законах главы «О вере». Русский император по-прежнему остался «Верховным защитником и хранителем догматов господствующей веры и блюстителем правоверия и всякого в Церкви Святой благочиния». По-прежнему он действует в церковном управлении чрез посредство созданного им Синода. Зависимость церкви от императора осталась вообще прежняя, а между тем сам император потерял независимость и был подчинен законодательным палатам. Через его посредство и Православная Церковь очутилась в зависимости от законодательных палат. А между тем они лишены всякого вероисповедного ценза, состоят без различия из евреев, магометан и вообще лиц всяких исповеданий. Их члены ни лично, ни по служебному долгу Церкви не подчинены; церковь же, подчиненная императору, в его лице поставлена в зависимость от этих лиц.6
5. «Российские подданные имеют право образовывать общества и союзы в целях не противных законам. Условия образования обществ и союзов, порядок их действий, условия и порядок сообщения им прав юридического лица, равно как порядок закрытия обществ и союзов, определяются законом». При этом министр внутренних дел или губернское присутствие по делам обществ могли в любой момент прекратить деятельность общества или союза, усмотрев, что оно отклоняется от своего устава или представляет опасность для общественного спокойствия. Для организации публичного собрания также нужно было испросить предварительное разрешение, сообщив властям о составе собрания, его целях и список ораторов. На публичном собрании обязательно было присутствие полицейского чиновника, который мог в любой момент закрыть собрание, усмотрев, что оно отклоняется от заранее сообщенной темы и своих целей.
Правилами для образования обществ или союзов, а также проведения публичных собраний, формально не требовалось разрешения, но фактически устанавливался разрешительный порядок. Таким образом, организаторы соответствующих союзов или собраний должны были заранее представить властям проект устава, списки членов руководящих органов, источники поступления денежных средств (для обществ или союзов), и без утверждения устава общество не могло приступить к работе.
За месяц до принятия Основных Законов, 4 марта 1906 года, в Царском Селе был подписан «Именной Высочайший Указ Правительствующему Сенату о Временных правилах об обществах и союзах», которым «впредь до издания, в соответствии с Манифестом 17-го октября 1905 года, общего закона о союзах и обществах» признавалось «за благо ввести в действие временные, по этому предмету, правила».
Временные правила давали официальные понятия общества, союза и профессионального общества; подчеркивали некоммерческий (бесприбыльный) характер их деятельности; устанавливали порядок их создания; определяли требования к учредительным документам, особенности образования и функционирования объединений в зависимости от участия в гражданско-правовых отношениях, порядок ликвидации и использования имущества этих организаций.
Что касается свободы слова, печати, собраний, союзов, то порядок реализации этих прав устанавливался временными правилами о собраниях, союзах и о печати, изданными в марте 1906 г.
Временные правила о печати устанавливали отмену предварительной цензуры как для непериодической (повременной) печати, так и для периодической, т.е. книг, брошюр, но только выходившей в городах, что выдавалось чуть ли не за отмену цензуры вообще. Однако за 24 часа до выпуска тиража книги из типографии ее надо было представить в комитет по печати (как теперь стала называться цензура), и тот мог наложить арест на тираж, передав дело на окончательное решение суда. Авторы и издатели могли быть наказаны в административном и судебном порядке. Что касается изданий, выходивших вне городов, то для них по-прежнему сохранялась предварительная цензура.
6. Существенным недостатком Свода основных законов Российской империи можно считать то, что полномочия органов власти оговорены не полностью и сжато, а также то, что в нём не отражены некоторые процедурные вопросы, связанные с возобновлением работы Государственной Думы после досрочного роспуска её императором, и некоторые другие. В Своде основных законов также содержится много ссылок на другие законы, что делает конституционные нормы зыбкими и неполными.
Если говорить о стиле, то в Своде основных законов Российской империи 1906 года, законодатель проявляет себя крайне сдержанно и местами неясно.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
