27227 (603492), страница 3

Просмтор этого файла доступен только зарегистрированным пользователям. Но у нас супер быстрая регистрация: достаточно только электронной почты!

Текст из файла (страница 3)

В случае если договор поклажи или ссуды был оформлен надлежащим образом, то обстоятельства из договора распространялись и на наследников по завещанию – в любом случае и в полном объеме: Ст.14. А кто положит доску на мрътваго о (з)блюденъ(е), а имет искати на прказникох того зблюдениа, сребра или платиа или круты, или итного чего животнаго, а тот умръшей с поряднею и рукописание у него написано и в ларь положено, ино на тых приказникох не искати чрез рукописание ни зсудиа без заклада и без записи и на прикозниках не искати ничего. А толко будет заклад или запись, ино волно искати по записи, и кто животом владеет по записи или по закладу; а у приказников умръшего, а не будет заклад, ни записи умръшаго на кого, ино им не искати ничего ж, ни съсудиа, ни торговли, ни зблюдениа ничего ж.

Статья 104. А.А.Зимин полагает, что в данном случае под словом заклад имеются в виду грамоты. Думается, однако, что это понятие не меняет здесь своего обычного смысла-залога в виде перечисленных в статье объектов собственности: земли, воды, двора, клети.

В этой статье разбирается случай, когда после смерти должника объявляются истцы с грамотами, удостоверяющими их право собственности на заложенный должником один и тот же участок земли, воду и т.д. Истцы должны присягнуть и поделить заложенное имущество пропорционально предоставленному умершему займу. Если же среди истцов были такие, которые обладали еще и записями, то их иски подлежали удовлетворению и без присяги. Ближнему племени предоставлялось право выкупить заложенное имущество и выплатить долги умершего. Так можно было избежать раздела имущества кредиторами: Ст.104. А которые исцы вымут на умершего заклад, грамоты двои или трои или пятеры на одну землю, или на воду, или на один двор, или на одну клеть, а у тех исцов, у кого заклад грамоты сверх того и записи и на того умершего и на его заклад, и у иных истьцов не будет записи, толко заклад грамот, ино им правда давши да деля(т) поделом, и по серебру, колко серебра ино и доля ему по тому числу, ожъ ближнее племя восхощет заклад выкупить, а у коего исца заклад и записи на умершего, ино ему целованья не на его дело.

2.2 Семейное наследование (опекунство)

Псковская Судная грамота знала как наследование по закону, так и наследование по завещанию.

В Псковской Судной грамоте не был указан порядок законного наследования. В одной из ее статей только перечислены возможные наследники: отец, мать, сын, брат, сестра и другие близкие родственники. Поскольку среди возможных наследников не упоминалось дочери, очевидно, оставался неизменным принцип «сестра при братьях не наследница». Из приведенного перечня наследников видно, что при отсутствии нисходящих братьев и сестер имущество передавалось ближним родственникам.

Зато в Псковской Судной грамоте были расширены наследственные права супругов: переживший супруг наследовал отчину умершего супруга, не оставившего после своей смерти завещания «до своего живота». При вступлении в новый брак он лишался права пользования вотчиной.¹³

Наследование по завещанию называлось приказным. Завещание в Пскове, как общее правило, делалось в письменном виде, почему и называлось «рукописанием». «Рукописание» должно было утверждаться. Это утверждение совершалось посредством положения его в ларь (архив) св.Троицы – главной церкви Пскова.¹⁴.

Статья 14 регулирует широкий круг отношений. Прежде всего, она содержит положение о наследовании по завещанию – рукописанию. К завещанию предъявляются определенные формальные требования: оно подлежит хранению в архиве Кремля; в нем должны указываться все долги завещателя, а также, по-видимому, должны оговариваться сделки, участником которых являлся наследодатель, и, в частности, должен содержаться перечень имущества, взятого или сданного наследодателем на хранение. Наследовать по завещанию, как показывают грамоты, найденные при раскопках Новгорода, могли не только члены семьи завещателя, но и иные лица. Часто в роли наследников по завещанию выступали монастыри. Тот факт, что письменно оформленные завещания были найдены и в Новгороде, говорит об их широком распространении. В завещаниях подробно указывалась судьба имущества завещателя: Ст.14. А кто положит доску на мрътваго о (з)блюденъ(е), а имет искати на прказникох того зблюдениа, сребра или платиа или круты, или итного чего животнаго, а тот умръшей с поряднею и рукописание у него написано и в ларь положено, ино на тых приказникох не искати чрез рукописание ни зсудиа без заклада и без записи и на прикозниках не искати ничего. А толко будет заклад или запись, ино волно искати по записи, и кто животом владеет по записи или по закладу; а у приказников умръшего, а не будет заклад, ни записи умръшаго на кого, ино им не искати ничего ж, ни съсудиа, ни торговли, ни зблюдениа ничего ж.

Статья 15 тесно связана со ст.14: делается исключение для близких родственников наследодателя. При переходе к ним наследства не требуется соблюдения всех формальностей, обязательных для сторонних людей. Родственники могли искать и отвечать по договорам наследодателя и без записи или залога.¹⁵

Возможно, что применение статьи ограничивалось случаями, когда дела по искам возникали между родственниками. Логически это подтверждается тем, что среди членов семьи сделки вряд ли заключались с соблюдением необходимых формальностей. Именно это обстоятельство и могло учитываться законодателем. Однако текст статьи не исключает возможности применения ее в случае, если наследником является близкий родственник, а противной стороной – чужие люди: Ст.15. А у котораго умръшаго а будет отец, или мать, или сын, или брат, или сестра, или кто ближняго племени, а животом владеет, а толко не сторонние людие, ино им волно искати без заклада, и без записи умръшаго, а на них волно ж искати.

Статья 53 лишает сына права на наследство, если тот отделился от отца и матери и отказал им в помощи: Ст.53. Аже сын отца или матерь не скормит до смерти, а пойдет из дому, части ему не взять.

Статья 55 – одна из многих статей, регулировавших нормы наследственного права. Статья говорит об отморшине – наследовании по закону и о приказном – наследовании по завещанию. В случае спора право на наследство могло быть доказано свидетельскими показаниями 4 или 5 соседей или сторонних людей. Конец статья не понятен. М.Ф. Владимирский-Буданов считает, что «конец статьи дефектен, пропущено «не» перед словами «будет человек 4 или 5 скажут». Если это так, то смысл второй части статьи: в случае, если свидетелей нет, должна быть принесена присяга (правда дать) для доказательства прав на наследство. Ст.55. А у кого поимаются за отморшину отца его, или приказной, а и суседом будет ведомо, или сторонным людем, а став человек 4 или 5 , а молвят как право пред Богом, что чисто у него, отморшина отца его ли приказное, ино у кого поимался, и целованьа ему нет, а тот не доискался; а толко будет человек 4 или 5 скажут, как право перед Богом, ино ему правда дать, как чисто отморшина.

Статьи 88, 89 регулируют порядок наследования движимого и недвижимого имущества после смерти супруга. Данные нормы охраняют порядок перехода родовой отчины по наследству. В случае вступления в новый брак супруг лишается права пользования имуществом умершего супруга. Так обеспечивается сохранение имущества в пределах одного рода. Свобода брачных отношений связывается с вопросами сохранения или упущения имущественных выгод: Ст. 88.А у которого человека помреть жена без рукописаниа, а у ней останется отчина, ино мужу ея владети тою отчиною до своего живота толко не оженится, а оженится, ино кормли ему нет. Ст.89. А у которой жены мужъ помрет без рукописаниа и останется отчина или живот, ино жене его кормится до своего жывота, толко не пойдет замужъ, а пойдет замужъ, ино ей нет.

Статья 90 предусматривает право ближайших родственников предъявить иск к пережившему супругу по поводу одежды умершего родственника. Закон, обязывая пережившего супруга отдать «по совести» искомые одежды, не подкрепляет это процессуально, поскольку запрещает приводить к присяге для выяснения вопроса об одежде умершего супруга: Ст.90. А у которого человека помрет жена, а муж ея оженится, а женя мать или сестра или иное племя а имут искать платья, ино мужу ея право по души платья отдать, а на останки мужеви о жени платьи и целованья нет. Тако ж коли мужъ помреть, а имуть мужняя платья на жене его отецъ или братьа, ино е и отдасть платья право по души, что у него останется; а на останки жене в мужни платьи целованиа нет.

Статья 91. Данная норма говорит о порядке разрешения имущественных споров между невесткой и свекром или деверем. Ситуация, описанная в этой статье, свидетельствует о намерении невестки отделить собственное имущество от имущества свойственников после смерти мужа. Закон признавал за ней право собственности на платья и на драгоценности. Имущественные споры невестки со свойственниками разрешались крестоцелованьем. Вопрос о том, кто должен целовать крест, определялся ответчиком: Ст.91. А у кого помрет сын, а невестка останется, да учнет на свекрови или на девери скруты своея искати, или платья своего, ино свекру или деверю отдать платье или крута; а чем невестъка клеплет, ино свекру или деверю воля, чим хочет: хочет сам поцелует крест, или у креста невестка положит, чим учнет клепати.

Статья 94 предусматривает переход долговых обязательств отца к его сыновьям. Сыновья обязывались уплатить долг отца из общего имущества, а остаток разрешалось разделить: Ст.94. А которой вятший брат с меншим братом жиучи в одном хлебе, а скажут долгу отцово, а на отца записи не будет, ино вяшьчему брату правда дать, да заплатит опчим животом, да остатком делится.

Статья 100. На основании статьи 100 можно сделать вывод о том, что племянник не являлся наследником по закону. Чтобы передать ему движимое или недвижимое имущество по наследству, требовалось соблюдение определенных формальностей. Если племянник не был указан в завещании, то доказательством законности владения имуществом умершего могли служить лишь письменные грамоты, подтверждавшие акт дарения или договор купли-продажи, причем эта сделка должна быть удостоверена попом или сторонними людми: Ст. 100. А которой человек при своем животе, или пред смертию а что дасть своею рукою племяннику своему платно или иное что животное, или отчину, да и грамоты даст пред попом, или пред сторонными людми, ино тому тем даньем владеть, чтобы и рук(ко)писаниа не было.¹⁶

2.3 Гражданское право по Псковской Судной Грамоте

Гражданское право занимает важное место в нормах Псковской Судной грамоты. Гражданское право занимает важное место в нормах Псковской Судной грамоты. Право собственности знает деление вещей на недвижимые (“отчина”) и движимые (“живот”). К недвижимым относились земли, рыболовные участки, пчельники (“борти”). Для недвижимости устанавливался особый режим владения. Защита земельной собственности — одна из важнейших частей Псковской Судной грамоты. Князья не могли отдавать землю в собственность по своему усмотрению, им разрешалось выделять ее в управление гражданам с согласия администрации. Это было как бы «временным держанием» (ст.14, 88 и т.д.). В статье 9 Псковской Судной Грамоте говорится: “А коли будет с кем суд о земли, о полнеи, или о воде, а будет на той земли двор, или ниви розстрадни, а стражет и владеет тою землею или водою лет 4 или 5, ино тому исцю съслатся на сосед человек 4 или на 5. А суседи став, на коих шлются, да скажут как прав пред Богом, что чист, и той человек который послался стражет и владеет тою землею или водою лет 4 или 5, а супротивень в те лета, ни его судил ни на землю наступался, или на воду, ино земля его чиста или вода, и целованиа ему нет, а тако не доискался кто не судил, ни наступался в ты лета.” То есть земля принадлежала тому, кто ей владел не менее 4 лет, и при этом не было никаких попыток эту землю у него отобрать. Статья 10 говорит о разборе дел о непригодной для обработки земли: “О лешеи земли будет суд, а положат грамоты, и двои на одну землю, а зайдут грамоты за грамоты, а исца оба возмут межников, да оба изведутца по своим грамотам, да пред господою ставши межником межничество сьимут ино им присужати поле.” Применение этой статьи показано в акте 1483 г. об иске Снетогорского монастыря к компании сябров, совладельцев-товарищей, которые сообща владели землей по реке Перерве. Эти сябры были прихожане св. Егория и еще целого монастыря Гремячинского на Гремячей горе. Снетогорскому монастырю принадлежала шестая часть реки Перервы, приобретенная им для проезда. Суд происходил на сенях перед князем Пскова Ярославом, двумя степенными посадниками и перед сотскими. У Снетогорского монастыря сябры отняли эту шестую часть. Истцы, старцы Снетогорского монастыря, положили перед судом “грамоты купчие” на принадлежавшую им полосу в реке Перерве. Судьи спросили сябров, зачем они отняли землю у старцев. Сябры отвечали: “То … у нас не Перерва-река, а в той реке у нас вода копаная, а вся вода наша: а игумену Тарасью и старцем снетогорским в той воде у нас шестой части нет, и мы им потому проезда не дадим”. “Да положили и свои грамоты перед соподою”. Значит, юридический казус состоял в том, что сябры оспаривали у Снетогорского монастыря 1/6 часть канала, проведенного ими по земле, 1/6 часть которой до прорытия канала принадлежала Снетогорскому монастырю. Сябры, вероятно, думали, что, улучшая землю каналом, они тем самым приобретали право на всю землю. Прочитав грамоты, судьи дали их сотскому Клименту и послали его с княжим боярином Четом “воды в Перерве реке досмотрети”. То есть досмотрели, “да и на луб выписали и перед осподою положили, да и велись по лубу”. Суд спросил обе стороны: “Снимаете ль с межников межничьства?” — “Снимаем, господине.” На этом закончилось следствие. После этого начался сам судебный процесс. Суд спросил старцев снетогорских: “есть ли у вас, стариков, кто, кому то ведомо, что вам в Перерве реке шестая часть проезда деля?” Старцы указали старика Терентия Кудатова, на него сослались и сябры; таким образом, это была ссылка общая ссылка обоих истцов на одного старожила. После допроса последнего кончилось дело. Старцев снетогорских “оправихом”, сябров “повинихом и дахом” Снетогорскому монастырю правую грамоту (“судницу”). После этого были посланы межники выделить шестую часть реки Перервы на проезд Снетогорскому монастырю. Статья 10 в данном случае обязывает закончить дело судебным поединком. Подобной же является статья 106 : “106. А кто с ким ростяжутся о земли или о борти, да положат грамоты старые и купленную свою грамоту, и его грамоты заидут многых бо сябров земли и борти и сябры вси станут на суд в одном месте, отвечаючи кто ж за свою землю, или за борть, да и грамоты пред господою покладут, да и межников возмут, и тои отведут у стариков по своей купной грамоте свою часть, ино ему правда дати на своей части. А целованью быть одному, а поцелует во всех сябров, ино ему и судница дать на часть, на которой поцелует”. Статьи 11-12 рассматривают, что делать после судебного поединка: “11. А которои своего истца перемож(ет)... 12. А которои истець ... там. Ино того человека повинити, и грамоты его посудить, а правому человеку на ту землю и судница дати; а подсудничье князю и посадником и сь сотскими взяти 10 денег”.

Кроме наследственной вотчины, Псковская Судная грамота регулирует и владение “кормлями” — землями, полученными от республики или от частных лиц в пожизненное (но не наследственное) владение. Кормли запрещалось продавать (статья 72): “72. А которому человеку будет кормля написанна в рукописании, и да грамотами владеть землеными учнет или исадскими, а продаст тую землю или (и)сад, или иное что, а доличат того человека, ино ему земля та, или исад, или иное выкупить, а свою кръмлю покрал.”¹⁷ Как видно из статьи, в случае продажи кормли, ее необходимо было выкупить и вернуть владельцу, а бывший владелей кормли лишался на нее права. Пользователь имел право на доходы, но не мог распоряжаться имуществом и отчуждать его. Попытка продать рыболовное угодье или земельный участок, находящийся в условном держании, приводила к потере каких-либо прав на него. Недвижимым имуществом владели и женщины, причем имущество супругов считалось раздельным, с самостоятельным правом распоряжения. Имущество сбежавшего за рубеж зависимого шорника переходило к его господину в качестве компенсации за недополученные выгоды от его работы (ст. 76) . Предусматривала Грамота и процедуры истребования вещей из чужого законного и незаконного владения (в случае находки, приобретения краденных вещей). Приплод от скота после его покупки принадлежал новому собственнику (ст. 110). Защита права собственности осуществлялась уголовно-правовыми мерами, путем возврата объектов собственности и возмещения убытков. Грамота не устанавливала специальных штрафов в пользу государства по спорам о собственности (кроме судебных издержек), это считалось частным делом самих субъектов. В тяжбах о собственности решающая роль принадлежала документам и вещественным доказательствам, затем – свидетельским показаниям; могли назначаться судебные поединки. Тесно связано с правом собственности обязательственное право.

Обязательственное право. В Пскове сформировалась система обязательственного права с развитой имущественной ответственностью, основанной на товарно-денежном обмене.

В самой Грамоте к обязательствам относят около 40 статей. Давая общую характеристику обязательствам в Псковской Судной грамоте, В. А. Рогов пишет: «Что законодатель здесь явно отдает предпочтение имущественной ответственности должников; письменным формам заключения сделок; равенству положения сторон в договорах без учета сословного положения. Свободные граждане не имели различий в гражданско-правовых отношениях и вступали в договоры на основе свободного волеизъявления и частной инициативы. Ничего в Грамоте не сказано о возрасте лиц, вступающих в обязательства, а также о правомочиях холопов и женщин при заключении сделок. Однако известно, что зависимые от господина шорники и полковники не теряли гражданских прав и могли предъявлять иски своим хозяевам».

Характеристики

Список файлов курсовой работы