177883 (596224), страница 5
Текст из файла (страница 5)
Акционерная собственность - наиболее совершенная, гибкая и соответствующая крупному общественному производству. По способу возникновения и функционирования она является общественной формой собственности, одновременно выступающей и индивидуальной. В этом ее достоинство и универсализм39.
Заинтересованность (мотивация) держателей акций является не полной, а частичной. Речь идет об относительной заинтересованности акционеров в функционировании всего акционерного капитала, которая ограничена объемом средств индивидуального пакета акций, а не всем капиталом.
В странах Запада (если исключать мелкий бизнес и сельское хозяйство) акционерная собственность стала, чуть ли не всеобщей - в этих странах ею охвачено почти 80% основных фондов и производимой продукции. Чисто государственные предприятия там редкость. Они обычно функционируют в акционерной форме, но считаются государственными потому, что государство располагает контрольным пакетом акций40. Следовательно, государственная собственность развивается в направлении индивидуализации собственности, а частная собственность - в направлении общественных форм присвоения. Это диалектика.
Итак, ни одна из форм собственности не может быть идеальной и универсальной. Каждая форма собственности имеет свои сферы наиболее эффективного применения. Государственная собственность функционирует успешно в сферах с ограниченными возможностями рыночного стимулирования. Акционерная и кооперативная формы собственности целесообразны в случаях, когда требуется концентрация средств. Частная собственность используется там, где не требуется большой концентрации средств, где необходимые средства для хозяйственной деятельности могут быть заработаны и накоплены индивидуально.
В экономической литературе помимо основных форм собственности выделяют и другие производственные формы, такие, как собственность общественных организаций, ассоциаций, товариществ, церкви и т.д., семейная собственность. Особое место занимает интеллектуальная форма собственности, представляющая собой присвоение знаний, обмен научной информацией, культурой, искусством, изобретением, на основе которой становится возможной так называемая «утечка мозгов».
Развитие форм собственности на современном этапе характеризуется процессом интернационализации отношений собственности, в результате чего появляются совместные, смешанные предприятия, а также транснациональные корпорации. Все это дает основание говорить о системе форм собственности.
Родовым признаком любой формы собственности является ее индивидуализм, который выступает основой двух важнейших функций собственности как существенного достояния экономической цивилизации:
1) собственность определяет и фиксирует исключительную принадлежность определенных предметов тем или иным лицам, группам (нет «ничейной» собственности!);
2) собственность порождает не только интерес к активному использованию средств производства, но и ответственность за их судьбу, за их эффективное использование.
Огромное практическое значение имеют экономические формы реализации собственности, к которым относятся:41
1) доходы в виде прибыли, ренты, заработной платы, процента;
2) система экономических интересов;
3) конечные народнохозяйственные результаты (удовлетворение потребностей членов общества, рост благосостояния народа). Последнее трактуется по-разному: в условиях тоталитарной экономики как милость государства; в условиях рыночной экономики как результат дела собственных рук, знаний, уменья, предприимчивости).
3. Место собственности в реформировании экономики
3.1 Роль собственности в период эволюционного перехода от одной модели экономической системы к другой
Необходимость преобразования отношений собственности в ходе перехода от централизованно-плановой к рыночной модели хозяйствования прежде всего диктуется потребностью формирования рынка. Как известно, рыночное хозяйство покоится на двух «китах»: экономической свободе производителей и потребителей, с одной стороны, конкуренции - с другой.
Эти необходимые условия не могут быть реально обеспечены в рамках фактически безраздельной монополии государственной собственности на основные условия хозяйственной деятельности - средства производства, финансовые ресурсы, землю. Поэтому переход к рыночной экономике выдвигает объективное требование разгосударствления собственности на условия и на результаты хозяйственной деятельности.
Однако государство даже в странах с развитым рыночным хозяйством сохраняет определённые позиции в производстве, в распределении и расходовании валового внутреннего продукта. Причина здесь предельно проста: общественный сектор необходим государству для эффективного выполнения им возложенных на него функций по обеспечению баланса экономических интересов и общих условий функционирования основных сфер осуществления жизнедеятельности общества. Государство должно сохранять свои позиции собственника лишь в той мере, насколько это необходимо для эффективной реализации его социально- экономических и политических функций. Удельный вес государственного сектора в рыночном хозяйстве - величина переменная. Она зависит в первую очередь от степени монополизации производства и уровня его рентабельности. Чем выше степень монополизации и чем ниже рентабельность производства, тем выше удельный вес государственного сектора экономики. Кроме того, на масштабы государственного сектора оказывают влияние качественное состояние экономики на данном этапе её функционирования и развития, а также национальные особенности и специфика исторического развития страны.
Исходя из соображений приоритетности общественных благ, государство призвано постоянно приводить отношения собственности в соответствие с требованиями дня. Делать это оно должно через законодательно закреплённый механизм регулирования права собственности посредством приватизации - национализации.
Преобразование отношений собственности, проводимые в России, ассоциируются чаще всего с приватизацией. Однако это упрощённое понимание. Преобразование отношений собственности предполагает переход объектов собственности от одной формы к другой, причём не обязательно к частной.
Основным критерием необходимости смены собственников является экономическая эффективность использования объектов собственности до проведения преобразования и после него. Но преобразование собственности в переходной экономике может осуществляться не только с позиции критерия экономической эффективности. Решение о преобразовании может быть продиктовано и иными обстоятельствами: политическими, характером избранного варианта преобразования, интересами теневого и криминального капитала. Всё это способно существенно повлиять на выработку рациональных экономических решений и может привести к экономическим потерям. Таким образом, решение о преобразовании собственности требует целого ряда экономических расчётов.
Таким образом, реформирование - эволюционный переход от одной модели экономической системы к другой. Этот переход не всегда предполагает изменение господствующей формы собственности. Например, к началу XX столетия экономическая модель, основанная на рыночных механизмах и регулируемая свободным рынком, изжила себя. На смену свободному рыночному механизму пришел регулируемый. Система государственного регулирования экономики возникла во время первой мировой войны. Ее демонтаж после войны привел к небывалому по силе экономическому кризису (1929-1933 гг.). Кейнс и его школа осознали это и обосновали необходимость реформирования экономики. Курс Рузвельта в США подтвердил их выводы на практике.
Форма собственности не препятствует и более жестким изменениям экономического курса. Известно, что к тоталитарному характеру экономической власти тяготеет и монополия, и бюрократия. Так, в середине тридцатых годов командная экономика установилась в СССР, в условиях общественной собственности, и в Германии, где прочные основания имеет частная собственность. Затем это повторилось в Испании при Франко и в Чили при Пиночете. Во всех случаях установлению тоталитаризма способствовали доминирующие в тот период в этих странах экономические и политические решения.
Мировой опыт свидетельствует, что форма собственности не является и никогда не была определяющим началом в развитии товарного производства. Безразлична к форме собственности и основа рыночного хозяйства - конкуренция. И это не случайно, ведь обе формы собственности как различное проявление единой сущности сосуществуют тысячелетия. Эволюция форм собственности происходит в процессе эволюции общественного производства.
Концентрация производства и конкуренция способствуют централизации собственности, относительному сокращению количества собственников, являющихся хозяйствующими субъектами. Например, независимо от количества собственников (держателей акций) акционерное общество на рынке представлено как одно юридическое лицо, заключающее сделки.
Более того, наблюдается устойчивая тенденция понижения удельного веса собственного капитала и опережающее увеличение заемных средств в форме банковского кредита и облигационного капитала. Так, уже многие годы доля собственного капитала в Японии не превышает 19 % от общей суммы функционирующего капитала акционерных компаний, в США - 60, в Англии - 47, в Германии - 42, во Франции - 33 %. Происходят изменения и в структуре акционерного капитала. Удельный вес акций, находящихся во владении индивидуальных держателей, уменьшается, роль собственников как индивидуальных владельцев акций снижается; управление компаниями переходит к менеджерам.
Переход от одной экономической модели к другой значительно облегчен наличием у всех современных экономических систем общей основы товарного производства. Но сами системы различаются уровнем развития товарного производства и товарного обращения, а также типом экономической власти и формами ее осуществления и тем, какое место в системе ценностей данного общества занимает экономическая деятельность.
Реформирование лишь внешне кажется субъективным актом. Мировой опыт проведения реформ вскрыл ряд явлений, которые уточняют представление об этом процессе.
Прежде всего, явно высвечивается избирательный характер заимствования. Обнаруживается это уже при переходе от присваивающего хозяйства к производящему. Наблюдение за народами, живущими в естественной среде, показывает, что перенимается лишь то, что легко вписывается в традиционный образ жизни, не разрушает его и не требует коренной перестройки. На другие новшества идут лишь тогда, когда без них уже не обойтись. Например, народы, занимающиеся собирательством и охотой, иногда столетиями проживают рядом с земледельцами и скотоводами, хорошо знакомы с их ремеслом, но от своего способа присвоения не отказываются. Лишь потрясения такого типа, как экологический кризис, вынуждают их переходить к производящему хозяйству.
Представление о традиционном образе жизни чаще искажено. В действительности это не закостенелая древность, не испепеленное время, а система сохранения и трансформации нравственного опыта сообщества, в котором сохраняется и нравственное существо отдельного человека. Традиционным является и ориентация индивида на материальный успех, что характерно для романо-германской цивилизации, и порицание устремлений личности к материальному излишеству, присущее индо-буддийской цивилизации, и нравственное осуждение стяжательства в российской цивилизации. Как-то выпадает из внимания, что, например, англичанин, занимаясь бизнесом, поступает традиционно, а его коллега по бизнесу индиец - нетрадиционно, т. е. «прогрессивно». Обычаи и традиции - формы передачи нравственной информации от поколения к поколению.
Иногда для успеха реформ оказывается достаточно переориентировать общественные связи, повысить нравственную значимость экономической деятельности, сменить характер и методы осуществления экономической власти. Но нередко и смена преобладающей формы собственности не избавляет от провала реформ. Это объясняется тем, что реформирование затрагивает духовно-нравственные, социально-психологические стороны бытия, связано с психическим состоянием человека и уровнем его включенности в сами реформы, непосредственно выходит на шкалу нравственных ценностей народа.
Реформирование достигает цели в том случае, если не отрывается от реалий жизни народа. Оно подчинено объективному закону минимальной трансформации: из всех возможных вариантов преобразований достигает цели тот, который позволяет адаптировать общество к новым условиям хозяйственной деятельности, не грозящим фундаментальным сущностям данной цивилизации. Иначе реформирование превращается из созидательной в разрушительную силу.
Удачный переход Японии из традиционной экономики в рыночную объясняется тем, что здесь не стали разрушать устои, поддерживающие стабильность традиционного общества, а использовали тесную связь субъекта с первородной социальной общностью в новой форме организации труда. Это позволило воспроизводить прежний статус личности в новых экономических условиях и создать форму организации труда, которая по мотивационности и производительности превосходит западные формы.
3.2 Особенности реформирования российской экономики в контексте исторических особенностей ее хозяйственной жизни
Неудачи реформ в России во многом объясняются недооценкой особенностей ее цивилизации. В России больше от традиционного общества. Налицо все признаки такого общества:
-
экономическая деятельность не воспринимается как ценность первого порядка;
-
личность длительное время не была выделена из первородной социальной общности (общины);
-
экономическая власть всегда отличалась высокой централизацией, была слита с верховной политической властью и осуществлялась административно-бюрократическими методами.
Но это общество особого, более сложного типа. Россия формировалась как федерация народов и должна была искать способы объединения этнических сообществ - носителей разных культур. Ее хозяйственная жизнь столь разнообразна, что никогда не представляла единую экономическую систему. Причина неоднородности экономики корнями уходит в историческую, природную, этническую и культурную почву. Она изначально предопределена силами притяжения, которые скрепляли связи между элементами суперэтнической целостности:
Россия зарекомендовала себя страной национальной и религиозной терпимости, здесь народы могли жить в соответствии с собственными обычаями и законами страны, политическое объединение основывалось на принципе первичности прав каждого народа на определенный образ жизни; разнообразие кормящих ландшафтов Евразии позволяло каждому народу осваивать территории, более для них удобные. Переход к промышленному производству не снял, а подтвердил объективность разнообразия форм хозяйственной жизни. Попытки разрушить такое состояние, подвести экономику под одну, общую для всех экономическую модель, неизменно подключали силы отталкивания, что оборачивалось подрывом суперэтнической целостности и разрушением национальной экономики.
Избирательность заимствования приобретает особое значение, когда при переходе к новому хозяйственному устройству за образец берется чужой опыт или идеализированная модель. Реформаторы, как правило, спешат, хотят увидеть плоды своих деяний при жизни, опережают социальные и экономические реалии, ломают существующие формы хозяйствования, разрушают старое при отсутствии нового. Они, как правило, относятся пренебрежительно к собственной национальной культуре. Уже Петр I отошел от метода реформирования, положенного его предшественниками. По оценке кн. Н. С. Трубецкого, «Петр пытался не вырастить, а вдруг сразу сделать Великую Россию по западноевропейским образцам» (Трубецкой И. С. Наследие Чингизхана: взгляд на русскую историю не с Запада, а с Востока. Берлин, 1925. С. 42). Он выполнил задачу заимствования европейской техники, прежде всего военной, ценой отказа «верхов» русского общества от русской культуры. В результате таких деяний заимствование выродилось в жалкое подражание. Изменение метода исказило стратегию экономического развития, привело к такому разрыву с национальной культурой, что на воссоединение оборванных связей потребовалось более столетия. Только в XIX в. воссоединились глубинные корни русской культуры. Именно в это время началось становление русской национальной экономики.















