113014 (591217), страница 8
Текст из файла (страница 8)
В качестве других факторов феминизации школы можно отметить ухудшение материального обеспечения, снижение статуса образования, резкое ухудшение демографической ситуации в результате гражданской войны, эмиграции, репрессий и второй мировой войны. Мужская часть населения мобилизовалась на «фронты», а «мирная» педагогическая деятельность все больше приобретала статус женской сферы.
Естественно, что постепенное исчезновение мужчин из учительского корпуса несло за собой и дальнейшие изменения школы. Прежде всего это приоритет внешнего над внутренним: преобладание ритуала взаимоотношений над содержанием, преобладание внешней дисциплины (подчинение и исполнение) над самоорганизацией поведения. Феминизация школы неизбежно вела и к феминизации требований к учащимся. Инициатива и автономия не поощрялись, зато поощрялись женские формы социального контроля.
Это не могло не сказаться на изменении типа половой социализации в процессе формирования психологического пола в последние десятилетия, который можно было бы определить как инверсионный, т.е. маскулинный для девочек и фемининный для мальчиков.
Мальчики, оказавшись погруженными в сугубо женскую среду с ее смыслами и ценностями, являясь генетически менее зрелыми, чем девочки, невольно начинают перенимать женские пристрастия, игры, символы и т.д. Это происходит потому, что девочки становятся для них духовно-эмоциональным примером поведения и образцом для подражания, характерными качествами которого являются послушание, усидчивость, стремление услужить, понравиться и т.д. В итоге из учебных заведений, где проходит большая часть жизни детей, исчезла поло-личностная самоидентификация молодых людей. Присущие только мальчикам природные задатки – страсть к риску, жажда быть смелым и мужественным – стали заглушаться и нейтрализоваться.
Эти данные подтверждаются и современными исследованиями [32, с. 19]. Так, психологи Медико-генетического научного центра Российской Академии Медицинских Наук в г. Москве установили, что в первых классах мальчики и девочки различаются по 11 психологическим признакам характера, а к девятым классам сохраняют отличия только по двум таким признакам.
Мальчикам 1-3 классов свойственны стремление к лидерству, склонность к риску, энергичное активное поведение, причем независимое от группового мнения. Девочки указанного возраста характеризовались большей, чем у мальчиков, выраженностью чувствительности, общительности, добросовестности, уверенности в себе, доверия к авторитету учителя, но меньшей склонностью к риску и лидерству.
От 1 к 11 классу у мальчиков снижаются такие ценные мужские качества, как уверенность в себе, потребность в лидерстве, склонность к риску (при нарастании чувствительности) и зависимость собственного мнения от группового.
Нельзя сказать, что мальчики без сопротивления отказываются от части своих личностно-половых признаков. Так, в возрасте 13 лет у них отмечается рост показателя по шкале «ложь». Это расценивается как проявление со стороны подростков самозащиты от негативной реакции педагогов и родителей на проявление традиционных мужских качеств.
Итак, одинаковые требования школы к детям разного пола создают предпосылки для формирования у мальчиков конформизма, а у сопротивляющихся этим требованиям – осторожности, замкнутости, потребности использовать ложь в качестве защиты личности. Состояние постоянного психологического дискомфорта у подростков часто приводит к нарушениям нервно-психического здоровья в форме нервно-психического здоровья в форме невротических расстройств, астенических проявлений, повышенной возбудимости и т.д.
У девочек психологи того же центра выделяют два пути социально-психологической адаптации к требованиям школы и общества. Один путь ведет через потерю женских личностных черт и усиление мужского (мускулинного) психологического профиля. У таких девочек уже к 13 годам отмечается большая, чем у мальчиков, склонность к риску, меньшая групповая зависимость. К 16 годам девушки имеют почти такой же, как у юношей, показатель мускулинности (4,5 против 5,0 балла) и большую выраженность проявлений индивидуализма. Последнее свойство не надо путать с индивидуальностью, потому что его близким бытовым понятием правильнее считать эгоизм.
Неблагоприятные социальны последствия первого пути социально-психологической адаптации девушек, по мнению психологов, мы уже пожинаем в виде роста разводов по инициативе женщин, сокращения рождаемости, отмирания материнских чувств, бескомпромиссного поведения женщин в семье и профессиональной деятельности, увеличения числа женщин в различных правонарушениях, причем даже против собственных детей.
Другой путь социально-психологической адаптации девочек ведет к сохранению женских психологических черт характера. Но такой путь, по наблюдениям специалистов этого центра, протекает на фоне заниженной оценки девочками собственных личностных достоинств, недостаточного самоуважения, острого переживания их непонимания, т.е. определенного комплекса неполноценности из-за принадлежности к женскому полу. В итоге могут произойти срыв адаптации, конфликты с мускулинизированными подругами и как следствие – потеря нервно-психического здоровья.
Инверсионный тип половой социализации приводит к формированию унисексуальной (или бисексуальной) модели психологического пола: наблюдаемый сегодня «унисекс» не только в одежде, моде, формах поведения, но и в психосексуальных пристрастиях — убедительное свидетельство этого процесса. Половая социализация по инверсионному типу по своей сути является прямым насилием над естественной природой ребенка и таит в себе определенную опасность для общества в целом, масштабы которой трудно предугадать. В пубертатный период процесс половой социализации достигает своей кульминации, когда на фоне физиологической и гормональной бисексуальности подросток остро переживает амбивалентность собственной половой идентичности. В сочетании с современным снятием табу на гомосексуальную интимность происходит фактическое подталкивание мальчика или девочки к сексуальным контактам в однополой среде, что может быть впоследствии зафиксировано в устойчивой гомосексуальной ориентации не отдельных индивидов (сегодняшнего «сексуального меньшинства»), а в массовом порядке.
Социализация, в том числе и половая, исторически осуществлялась прежде всего в системе «ребенок — взрослый», однако половозрастные объединения системы «ребенок — ребенок», значительно позже включающиеся в этот процесс, являются также важнейшим институтом половой социализации.
В последние годы в силу ослабления социализирующего влияния семьи и традиционного детско-подросткового сообщества, а также внедрения обществом бисексуальной модели половой социализации мальчики и особенно девочки оказались сориентированы не на романтическую любовь, не на ценности семьи, а на «сексапильность», «безопасный секс» и гомосексуальные отношения. Эта ориентация, по свидетельству специалистов, прямым образом связана с ростом девиантного поведения. Легко переступив грань целомудрия, подростки оказываются психологически готовы к переступанию (пре-ступлению) других граней [См.: 57, 46].
Очевидно, что половая социализация как фундаментальная социокультурная стратегия воспитания, осуществляемая взрослым сообществом, в современных условиях дезориентирует ребенка в плане формирования половой идентичности, ставя его в позицию выбора психологического пола даже в ситуации, когда его паспортный пол, определяемый при рождении, и отсутствие генетической патологии гарантируют однозначную полоролевую позицию и нормальную психосексуальную ориентацию в будущем. По сути дела взрослое сообщество осуществляет активную деморализацию детской субкультуры1. Следствием этого процесса являются ранние половые связи, рост абортов и венерические заболевания подростков2 [46, с. 54], и тут закономерно появляются различные организации типа РАПСа и предлагают предупреждать и лечить следствие (а не причину) с помощью «безопасного секса» [45].
Исследования, проведенные В. В. Абраменковой [См.: 1], показывают что, за очень короткий период (с осени 1992 по весну 1999 г.) произошли существенные изменения в представлениях детей о себе и своем будущем в контексте семьи: чем старше становился ребенок, тем более очевидными были сдвиги в его отношении к себе. Для мальчиков характерно уменьшение представлений о себе в семейной сфере и увеличение доли индивидуализации собственного Я, особенно в культивировании физической силы, порой, с достаточно выраженным криминальным оттенком. Для девочек изменения, произошедшие за столь короткий период, оказались еще более явными. Это, во-первых, их активная «профессионализация» (представление о себе в будущем в профессиональной сфере) с самого раннего, младшего школьного возраста (22% против 0% в 1992 г.!) и, во-вторых, резкое снижение представлений о себе в будущей семейной сфере: у 10-11-леток 7% против 47% (!) и у 12-14-леток — 18% против 29%; кроме того, для большинства девочек семья — это «я и мой ребенок» при отсутствии отца. Если несформированность установок на семью и дом у мальчиков традиционны, то для девочек, особенно самых старших (14-15 лет), подобная «бессемейная» картина мира, на наш взгляд, — тревожный факт, требующий серьезного внимания.
Таким образом, инверсионная половая социализация, осуществляемая в стенах образовательных учреждений России, невыгодна обществу. Кроме того, что подобное вмешательство в воспитательные процессы вызывает большие изменения в поведенческом плане, оно инициирует отклонения и на уровне психического здоровья. Мускулинизированный путь социально-психологической адаптации девочек приводит к существенным психическим отклонениям. Так, по данным исследований влияния на здоровье 15-17-летних школьниц условий обучения в специализированных классах с юридическим уклоном (такое обучение предусматривало подготовку кадров для службы в органах МВД: девушки изучали криминалистику, судебную медицину, осваивали приемы самбо и владения огнестрельным оружием) были выявлены его неблагоприятные изменения [32, с. 20]. Они выразились в снижении эмоциональной устойчивости и самоконтроля, в усилении тревожной мнительности, истеричности, других психопатологических проявлений.
Отсюда важность заблаговременной профессиональной ориентации подростков в школе и семье, особенно девушек, с учетом не только способностей, но и особенностей их личностных качеств и состояния здоровья. Половая ориентация заложена уже в генетических программах женщин и мужчин. И хотя под воздействием внешних факторов она изменяется, это можно исправить, если придерживаться правильных, традиционных моделей поведения.
В современном российском обществе женщины имеют равные с мужчинами права, они могут ориентироваться на различные роли, становиться профессионалами, делать карьеру, однако организация воспитания детей, забота о муже, поддержка семьи не составляют обязательного содержания их образа жизни. Мужчины также чаще ориентируются на карьеру, власть, женитьба же не всегда входит в число наиболее важных жизненных приоритетов.
Отсюда следует, что в детях необходимо воспитывать ориентацию на семью, ее ценности. В мальчиках развивать типично мужские качества характера: самостоятельность, стойкость, активность, независимость. У девочек необходимо формировать типично женские черты: мягкость, заботливость, хозяйственность. Для женского образования приоритетным должны быть воспитание высоко нравственных качеств личности (целомудрия, стыда, отзывчивости), развитие тонкого эмоционально-нравственного восприятия жизни (эстетического вкуса, способности различать прекрасное и уродливое в окружающем мире), а также развитие умственных способностей, воли, мышления. Приоритеты в мужском образовании должны отдаваться воспитанию мужества, надежности, ответственности за себя и свою семью.
Необходимо воспитывать у девочек уважение к мальчикам, а у мальчиков – рыцарское, заботливое, трепетное отношение к девочкам. При этом упор надо делать на формирование не братских, товарищеских, а романтических взаимоотношений. Так как еще в начале века американские педагоги, выступая с критикой совместного обучения, объясняли факты уменьшения количества браков среди образованных людей тем, что «общая товарищеская жизнь воспитывает чисто братские отношения, полы нейтрализуются, так как сила физиологического притяжения обратно пропорциональна чувству дружбы», а появление этих товарищеских и соревновательных отношений является прямым следствием исчезновения романтической тоски и полумистической идеализации противоположного пола [Цит. по: 10, с. 68].
Дело в том, что романтическая любовь и соответствующая идеализация предмета чувства являются важнейшим условием глубокого чувства и обеспечивают пространство развития не только самого любящего, но и любимого им человека. Романтическая идеализация оказывается, таким образом, не столько проходящим возрастным рудиментом, сколько необходимым моментом любого сильного чувства, обеспечивая ориентиры самосовершенствования в смысловом поле. При этом романтические чувства не исключают чувства реальности, а дополняют его, задавая новые возможности движения.
В противоположном поле должна быть тайна, которая манит, интригует, притягивает, заставляет уважать. Тогда мальчики начинают проявлять галантность и заботу о девочках, а девочки не пытаются доминировать, подражая сорванцам, а стараются произвести впечатление своими хорошими манерами, умением красиво накрыть на стол, приготовить что-то вкусное.
Кроме того, следует обратить также внимание на такие особенности гендерного воспитания. Психиатрам нередко приходится сталкиваться с последствиями так называемой дидактогении. Это педагогические ошибки, вызывающие у ребенка стресс, который в дальнейшем может перерасти в психическое расстройство. Одна из самых распространенных дидактогений в нашей школе - установка на послушность ребенка, малозаметность, молчаливость, прилежность, дисциплинированность учащихся. А мальчики, как правило, совсем другие. Они обычно гораздо более шумные, подвижные, активные, чем "идеальный ученик". Мальчик в школе находится в обстановке постоянного педагогического давления и критики, ведь ему надо сорок пять минут просидеть в однообразной позе, не вертеться, не разговаривать, не лениться, на перемене – ходить по струнке, чтобы не мешать другим. В данной ситуации они испытывают стресс. Кто такие послушные, незаметные дети? - Это дети, неуверенные в себе, дети с какими-то комплексами. А здоровый мальчишка обычно - шалун, жизнерадостный, веселый. Бесконечные запреты и боязнь санкций (запись в дневник, вызов родителей) разрушают у мальчиков имеющиеся предпосылки полоролевой самоидентификации.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
