Просмтор этого файла доступен только зарегистрированным пользователям. Но у нас супер быстрая регистрация: достаточно только электронной почты!

Текст из файла (страница 5)

Изложенная выше классификация не учитывает способ создания новых слов. Между тем, исследование новой лексики в функциональном аспекте предполагает анализ способов появления неологизмов, ибо подобный анализ готовит почву для перехода к прагматическому аспекту новых слов.

С учетом способа создания неологизмов В.И. Заботкина подразделяет их на:

1) фонологические;

2) заимствования;

3) семантические;

4) синтаксические, создаваемые путем комбинации существующих в языке знаков (словообразование, словосочетание).

Представляется целесообразным расчленить четвертый тип неологизмов на морфологические (словообразование) и фразеологические (словосочетания).

Рассмотрим подробнее каждый из типов неологизмов.

Фонологические неологизмы создаются из отдельных звуков. Они представляют собой уникальные конфигурации звуков. Такие слова иногда называются «искусственными» или «изобретенными». К группе фонологических неологизмов условно относятся новые слова, образованные от междометий, например, кверти-клавиатура (‘неофициальное название клавиатуры компьютера по первым буквам верхнего ряда стандартной клавиатуры компьютера q w e r t y’). Например: «Новая кверти-клавиатура от Sony VIO обладает улучшенной эргономикой» (АиФ, 2009, №5).

Данные неологизмы обладают самой высокой степенью коннотации новизны и могут быть отнесены к «сильным неологизмам». Высокая степень их новизны объясняется необычностью и свежестью их формы.

К сильным неологизмам можно отнести и заимствования, которые отличаются фонетической дистрибуцией.

Наибольшей степенью новизны отличаются варваризмы, неассимилированные единицы, которые преобладают среди новой заимствованной лексики. Различие между варваризмами и ксенизмами заключается в том, что первые имеют синонимы в языке-реципиенте, вторые обозначают явления, объекты, существующие только в стране-источнике и отсутствующие в принимающей стране. Следовательно, ксенизмы обладают большей степенью новизны, хотя они, по результатам нашего исследования, составляют лишь 14% от всех заимствований.

Одной из отличительных особенностей новой заимствованной лексики является заметное уменьшение пропорции калек. Среди всех заимствований наиболее употребительными в разговорной речи являются единицы из английского, немецкого и французского языков, именно они в большей степени, чем другие, маркированы в словарях новых слов пометой «сленг».

В меньшей степени неологичны морфологические неологизмы, создаваемые по образцам, существующим в языковой системе, и из морфем, наличествующих в данной системе. Речь идет о словообразовании, о таких регулярных словообразовательных процессах, как аффиксация, конверсия, словосложение, и о менее регулярных, таких, как сокращение, лексикализация и пр.

Впервые попытка создать таксономию словообразовательных средств была предпринята еще Платоном в его «Кратиле». И хотя в XX веке появилось несколько новых видов словообразования, таких, как акронимия и телескопия, мы можем говорить о существовании традиционной таксономии словообразования. Однако, несмотря на традиционность словообразования, долгое время оно не являлось предметом научных исследований и лишь в XX веке обрело свой лингвистический статус. Система словообразования – это результат действия тенденции к типизации.

Главное, что отличает морфологические неологизмы от фонологических и от заимствований, – это наличие аналогии и типизации в основе их образования. Рассмотрев основные особенности динамического развития новой лексики в русском языке, перейдем к рассмотрению жаргонной, специальной и профессиональной лексики, как основным источникам формирования новой лексики техносферы.

2.2 Заимствование как механизм формирования лексики техносферы

Лексика современного русского языка неоднородна с точки зрения её происхождения. Русскому народу на протяжении истории приходилось вступать в политические, экономические, торговые, научно-культурные и прочие связи с другими народами. В результате подобных разносторонних контактов русская лексика пополнялась иноязычными заимствованиями.

Под заимствованным словом в языкознании понимается всякое слово, пришедшее в русский язык извне, даже если оно по составляющим его морфемам ничем не отличается от исконно русских слов.

Подчеркнем, что процесс заимствования слов – явление нормальное, а в определенные исторические периоды даже неизбежное. В принципе освоение иноязычной лексики обогащает словарный запас принимающего языка.

Иноязычные слова в лексике современного русского литературного языка хотя и представляют довольно многочисленный пласт лексики, но тем не менее не превышают 10% всего его словарного состава. В общей лексической системе языка лишь небольшая их часть выступает в качестве межстилевой общеупотребительной лексики; подавляющее большинство из них имеет стилистически закрепленное употребление в книжной речи и характеризуется в связи с этим узкой сферой применения (выступая как термины, профессионализмы, варваризмы, специфические книжные слова и т.д.).

Несомненно обогащаясь за счет заимствований, русская лексика в своей основе остается индоевропейско-славянско-русской. Это является (наряду с оригинальным, своим развитием грамматики и звукового строя) одной из важных причин сохранения русским языком своеобразия, неповторимого национального характера.

В современной лингвистике исследования в области иноязычной лексики остаются актуальными.

Нуждается в более подробном изучении статус заимствованных элементов, процессы и результаты словообразования на базе иноязычных формантов.

Говоря о заимствованных словах, следует отметить о так называемых кальках. Калька (франц. calque) – слово или выражение, созданное из исконных языковых элементов, но по образцу иноязычных слов и выражений.

Есть лингвистический термин калькировать, т.е. переводить по частям. Слово полуостров калькировано с немецкого Halbinsel, слово дневник с французского journal, слово небоскреб – с английского skyscraper. Подобные материально исконные слова, которые возникли в результате перевода иноязычных слов по составляющим эти слова морфемам, в результате усвоения словообразовательной структуры чужих слов, называются словообразовательными. Они, как правило, являются продуктами книжного творчества, так как появились при переводах как новообразования переводчиков. Лишь потом некоторые из них стали достоянием устной литературной речи.

Кроме полных калек в лексике русского языка наблюдаются полукальки – слова, состоящие частью из русского материала, а частью из материала иноязычного слова, которое по словообразовательной структуре так же точно соответствует аналогичным словам языка-источника, из которого идет заимствование.

Заимствование из языка в язык может идти двумя путями: устным и письменным, через посредство книг. При письменном заимствовании слово изменяется сравнительно мало. При устном же облик слова часто изменяется сильнее: нем. Kringel – крендель, итал. (через немецкий) tartufolo – картофель.

Заимствования могут быть непосредственными, из языка в язык, и опосредованными, через языки-посредники (маляр, ярмарка – из немецкого через польский; сирень – из латинского через немецкий.
Основные причины заимствования, как считают исследователи этой проблемы, следующие: исторические контакты народов; необходимость номинации новых предметов и понятий; новаторство нации в какой-либо отдельной сфере деятельности; языковой снобизм, мода; экономия языковых средств; авторитетность языка-источника (это иногда приводит к заимствованию многими языками из одного и появлению интернационализмов); исторически обусловленное увеличение определенных социальных слоев, принимающих новое слово. Все это экстралингвистические причины.

К внутрилингвистическим причинам можно отнести:

1) отсутствие в родном языке эквивалентного слова для нового предмета или понятия: MP‑3 плейр, мобильник, флэшка и др.). Эта причина является основной при заимствовании. Например: «Потрясающим объемным звуком обладает MP‑3 плейер Exteo » (АиФ, 2006, №16); «На полках магазинов совсем не давно появились 32 гиговые флешки, до этого продвинутым покупателям приходилось довольствоваться лишь 16 гиговыми» (АиФ, 2008, №41).

2) тенденция к использованию одного заимствованного слова вместо описательного оборота, например: проигрыватель CD‑дисков – сидюк; зона охвата территории мобильным оператором – роуминг; и т.д.

Но, как часто бывает в языке, тенденции к замене русских описательных оборотов иноязычными словами противостоит другая, как бы сдерживающая действия первой. Так, с изобретением звукового кино в русском языке появилось заимствованное из немецкого языка слово тонфильм. Однако оно не смогло укрепиться в нашем словаре: этому препятствовало то обстоятельство, что в русском языке уже успела сформироваться группа описательных двусловных наименований: немой фильм – звуковой фильм, немое кино – звуковое кино;

3) потребность в детализации соответствующего значения, обозначение с помощью иноязычного слова некоторого специального вида предметов или понятий, которые до тех пор назывались одним русским (или заимствованным) словом.

Потребность в специализации предметов и понятий ведет к заимствованию многих научных и технических терминов: например, релевантный наряду с русским существенный, локальный наряду с русским местный, трансформатор наряду с русским преобразователь, компрессия наряду с русским сжатие, пилотировать наряду с русским управлять и др. 4) тенденция пополнять экспрессивные средства, ведущая к появлению иноязычных стилистических синонимов: обслуживание (администрирование) интернет сайта – адмсервис. Например: «На rambler.ru адмсервис явно оставляет желать лучшего» (Компьютерра, 2007, №16);

5) Если в языке укрепляются заимствованные слова, которые образуют ряд, объединяемый общностью значения и морфологической структуры, то заимствование нового иноязычного слова, сходного со словами этого ряда, значительно облегчается.

Процесс освоения иноязычной лексики – это очень сложное взаимодействие фонетических, грамматических, семантических систем двух и более, иногда очень различных, языков. В связи с тем что фонетические, грамматические и другие явления в системах разных языков не совпадают, при переходе в русский язык иноязычные слова подвергаются обработке, приспосабливаясь к его нормам и законам: заимствованные слова подвергаются графическому, фонетическому, морфологическому и семантическому освоению.

Звуки, чуждые русскому языку, при заимствовании заменяются другими, имеющимися в фонетической системе русского языка, или исчезают. Так, в русском языке нет придыхательного звука [h], который есть во многих других языках. При заимствовании слова с таким звуком он заменяется и передается то как [г], то как [х].

Семантическое освоение

При заимствовании часто происходят изменения в семантике слов. Значение заимствованных слов может сужаться, т.е. заимствующим языком принимаются не все значения, имеющиеся в языке-источнике, или расширяться (в смысловом отношении). Процесс сужения значений наблюдаем, например, в словах: лат. globus – «шар», русск. глобус – «модель земного шара»; тюркск. balyk – «рыба», русск. балык – «хребтовая часть красной рыбы»; англ. boots – «ботинки, сапоги», русск. бутсы – «вид спортивной обуви»; англ. meeting – «встреча, собрание, митинг», русск. митинг – «массовое собрание для обсуждения политических и других вопросов текущей жизни».

Расширяются значения таких, например, заимствованных слов, как итал. caminata – «помещение с камином», русск. комната – «любое помещение для жилья»; лат. canicula – «в Др. Риме: период с 22 июня по 23 августа, когда солнце находится в пределах созвездия Пса» (canicula – буквально: собачка); русск. каникулы – «перерыв в занятиях». Семантика слова может меняться и в более значительной степени: греч. diploma – «лист, сложенный вдвое», русск. диплом – «документ», итал. pedante – «педагог, учитель», русск. педант – «тот, кто излишне строг в выполнении мелочных требований, буквоед».

Особым видом переосмысления иноязычных слов является так называемая народная, или ложная этимология – стремление искать в словах внутреннюю форму в качестве рационального объяснения значения слов без учета реальных фактов их происхождения. Желание осмыслить незнакомое слово, наполнить его определенным содержанием, связать с близкими, понятными русскими словами приводит к изменению звучания заимствованной лексемы: вместо бульвар звучит гульвар (место для гуляния), вместо полилкиника (греч. polis – «город», «городская клиника») – полуклиника, вместо мародер – миродер, вместо пиджак – спинджак, вместо спекулянты – скупулянты, вместо стресс (состояние напряжения организма человека или животного, возникающее как защитная реакция в ответ на воздействие различных неблагоприятных факторов – холода, голодания, физических и психических травм и т.д., от англ. stress – «напряжение») – стрясс (ср.: трясти) и т.д.

Графическое освоение

Графическое освоение заимствованного слова – это передача его на письме средствами русского алфавита, русскими буквами: нем. Jager – русск. егерь, польск. frant – русск. франт и т.п. Большинство иноязычных слов, становясь достоянием русского языка, сразу приобретает русский графический облик. Это особенно характерно для заимствования, происходящего в настоящее время. В некоторых случаях, однако, графическое освоение чужого слова происходило не сразу: в течение некоторого времени слово передавалось не русскими буквами, сохраняя на письме иноязычный облик.

Морфологическое освоение

Заимствованные слова, входя в состав русского языка, подчиняются его грамматическим нормам. Несвойственные русскому языку иноязычные суффиксы отбрасываются или заменяются русскими (греч. paradoxos – парадокс, paidagogos – педагог, лат. oraculum – оракул.

Иноязычные суффиксы и окончания, чуждые русскому языку, в отдельных случаях перестают осознаваться как суффиксы и окончания и выступают частью основы: лат. gradus, notarius, aquarium, colloquium – русск. градус, нотариус, аквариум, коллоквиум.

Характеристики

Список файлов ВКР