42262 (588191), страница 6
Текст из файла (страница 6)
3.1. Критерии, влияющие на характер межъязыковой фразеологической эквивалентности.
На соотнесенность фразеологических единиц английского, немецкого и русского языков влияют различные факторы и в различной степени. Это может проявляться в том, что в каких-либо двух из этих трех языков могут наблюдаться полные или частичные структурно-семантические эквиваленты, а в третьем эквивалента может вообще не быть. Например, наличие полностью эквивалентных единиц в русском и немецком языках и тождественной в смысловой, но различной в организационном плане английской единицы: водить кого-либо за нос (русский) – j-n an der Nase herumführen (немецкий) – to draw the wool over someone’s eyes (английский).
Первым и основным критерием, определяющим наличие как смысловых, так и структурно-семантических эквивалентов среди фразеологизмов трех языков, является смысловая соотнесенность, которая подразумевает частичное или полное совпадение основного общего значения фразеологической единицы и коннотативного значения.
Например: проскользнуть между пальцев – to slip through one’s fingers – durch die Finger schlüpfen; пускать пыль в глаза – to throw dust in someone’s eye - j-m Sand in die Augen streuen; лицом к лицу / с глазу на глаз - Aug(e) in Aug(e) – face to face; кричать во все горло / во всю глотку – to scream at the top of one’s lungs - mit vollen Backen ausposauen. В последнем соотносительном ряду при идентичном лексическом значении различен компонентный состав: кричать во все горло – «кричать во все легкие» - «кричать со все щеки».
Применяя семантический критерий, следует отметить общность коннотативных значений, на основе которых происходит переосмысление лексического сочетания во фразеологизм, в английском, немецком и русском языках. Подобные семантические связи прослеживаются в сопоставляемых языках на материале фразеологизмов с наиболее частотными компонентами head/Kopf/голова, eye/Auge/глаз («вocпpиятиe, осознание»); hand/Hand/рука («активное воздействие»); heart/Herz/сердце («чувство, эмоциональное отношение»); mouth/Mund/рот («речь»); tongue/Zunge/язык («речь») и др. Фразеологические ряды такого рода представляют собой семантические группы, в которых групповая сема, напр., «мыслительный процесс», ассоциируется с соматическим компонентом, напр.: head (часто brain) / Kopf / голова, а прочие компоненты выступают в роли носителей дифференциальных сем. Например: to cudgel one’s brains over something – sich den Kopf über etwas zerbrechen - ломать голову над чем-либо. Тем не менее, необходимо отметить различия коннотативных ассоциаций, так во фразеологическом ряде: to bare one’s heart – j-m das Herz ausschütten – излить душу, третий русский компонент не содержит соматизма «сердце» , что является очень характерным для русского языка, где слова «душа» и «сердце» отождествляются.
Следующим по важности критерием является структура фразеологической единицы. Структурная (лексическая и синтаксическая) организация в отличие от первого критерия определяет наличие полных структурно-семантических эквивалентов.
Рахштейн А.Д., сравнивая немецкую и русскую фразеологические системы, выделил лексическую организацию (компонентный состав) и синтаксическую структуру. (Рахштейн А.Д. 1980: 120). Указывая, что семантическая принадлежность компонентов к той или иной тематической группе в целом слабо отражается на мере межъязыковой эквивалентности фразеоло-гических единиц, Рахштейн А.Д. утверждает, что исключение составляют лишь небольшие группы фразеологизмов. Так, например, повышенной структурно-семантической эквивалентностью обладают устойчивые сочетания с компонентами-именами реалий и именами собственными не английского, не немецкого и не русского происхождения; это фразеологизмы-интернацио-нализмы, т.е. кальки, восходящие к античности, библейским сказаниям и вообще к источникам на каком-либо третьем языке. Например, Achilles’ heel - die Ferse des Achilles - ахиллесова пята; one’s own flesh and blood - Fleisch und Blut - плоть и кровь; all skin and bones - nur (или nichts als) Haut und Knochen - кожа да кости; An eye for a an eye, a tooth for a tooth - Aug(e) um Aug(e), Zahn um Zahn – око за око, зуб за зуб.
Низкая структурно-семантическая фразеологическая эквивалентность характерна для единиц, включающих компоненты, соответствия которых либо вообще отсутствуют в лексико-семантической системе сопоставляемого языка, либо занимают в ней периферийное положение. Однако Рахштейн А.Д. предполагает и наличие обратной зависимости. Фразеологизмы, в основе которых лежат лексемы, наиболее частотные как в самостоятельном употреблении, так и по своей фразообразовательной активности, обладают повышенной структурно-семантической эквивалентностью. (Рахштейн А.Д. 1980: 127) Так, для ФЕ, включающих самые частотные в английском, немецком и русском языках именные фразеологические компоненты–соматизмы, такие как head/Kopf/голова, eye/Auge/глаз, Hand/рука, finger/ Finger/палец, heart/Herz/сердце структурно-семантическая эквивалентность достаточно велика, например: to cry one’s eyes out - sich die Augen ausweinen - выплакать все глаза; to hold / carry one’s head high - den Kopf hochhalten — высоко держать голову; to turn someone’s head - j-m den Kopf verdrehen - вскружить голову кому-либо; to through dust in somebody’s eyes - j-m Sand in die Augen streuen – пускать пыль в глаза; with all one’s heart - aus ganzem (или vollem) Herzen – от всего сердца / всем сердцем; lay hands on - die Hand auf etwas legen - наложить руку / прибрать что-либо к рукам; to be with one foot on the graves - mit einem Bein im Grabe stehen - стоять одной ногой в могиле; to twist someone round one’s little finger - j-n um den Finger wickeln - обернуть, обвести вокруг пальца кого-либо.
Таким образом, количество эквивалентов среди фразеологизмов с компонентом «часть тела» достаточно велико, поскольку соматизмы обладают очень высокой фразообразовательной активностью (Пеклер М.А. 1967: 15, Блюм А. 2000: 1)
Синтаксическая структура фразеологических единиц важна при сравнении языков, в которых связь слов происходит по одному типу. Так сопоставляя немецкий и русский языки (в которых показателями синтаксической связи слов являются падежные окончания, предлоги и союзы, словоформы), можно говорить о структурно-синтаксических схемах, имеющих или не имеющих однозначного соответствия в сопоставляемом языке, характеризующихся пониженной или повышенной фразеологической эквивалентностью. Например, такая модель «деепричастие совершенного вида + существительное» (сломя/очертя голову; скрепя сердце) характерна только для русского языка, поскольку деепричастий в английском и немецком языках нет вообще, следовательно, нет у приведенных фразеологических компонентов и полных эквивалентов в немецком и русском языках (фразеологизму «сломя/очертя голову» соответствуют различные по построению конструкции: to break one’s neck - Hals über Kopf / mit dem Kopf nach unten). Таким образом, поскольку в сопоставляемых английском и немецком языках по сравнению с русским, имеются серьезные различия в системе глагола (сложная система времен, особая система причастий, наличие такой неспрягаемой формы, как герундий и т.п.), а также отсутствуют категории падежа и личных форм глагола в английском языке, при несоответствии четырех падежей немецкого языка и шести русского, нельзя говорить о строгом структурно-семантическом соответствии фразеологических единиц сопоставляемых языков. Поэтому данный критерий не является ведущим в определении структурно-семантических эквивалентов фразеологических единиц.
Определенную роль играет и принадлежность фразеологических единиц к определенному стилю, т.е. их стилистическая маркированность. Однако, по большей части, наличие компонента-соматизма во фразеологической единице уже предопределяет его некоторую разговорную окраску, за исключением единичных фразеологизмов библейского и античного происхождения. Поэтому этот критерий возможно опустить при оценке соответствия фразеологических единиц. Однако среди резко сниженных просторечных структур стилистические структурно-семантические эквиваленты очень редки. Как правило, просторечная фразеология каждого языка имеет свою собственную оригинальную организацию, почти не имеющую прямых аналогов в сопоставляемых отдаленно родственных и неродственных языках, например: to be off one’s head; by the skin of one’s teeth; von hinten durch die Brust ins Auge; eine groβe Lippe riskieren; sich das Maul wischen müssen; разуй глаза; вожжа/шлея под хвост попала; ни уха ни рыла.
Структурно-семантическая фразеологическая эквивалентность снижается вместе со снижением продуктивности типовых образов, по которым сформированы фразеологические единицы. Соответственно минимум такой эквивалентности достигается фразеологизмами, в основе которых лежат уникальные образы, особенно, если образная мотивировка затемнена или вообще утрачена для современного состояния языка. Это означает, что наименее эквивалентны фразеологические сращения (по Виноградову В.В. и Шанскому H.M.). Не случайно на материале фразеологических сращений был сделан в свое время вывод о «непереводимости» идиом (Реформатский А.А. 1967: 124); фактически имеется в виду отсутствие у этих фразеологических единиц структурно-семантических эквивалентов, т.е. невозможность их дословного перевода.
Однако, если межъязыковая эквивалентность определяется метонимическим переосмыслением общечеловеческих психофизиологических процессов или исторически сложившейся мерой культурной общности, которая в данном случае довольно высока, но отнюдь не абсолютна, фразеологическая структурно-семантическая эквивалентность может быть достаточно высокой (Рахштейн А.Д. 1980: 126). Например: to gnash one’s teeth — mit den Zähnen knirschen - скрежетать зубами; two heads are better than one- zwei Kopfe sind besser als einer – одна голова хорошо, а две лучше; to keep an eye / one’s eyes on somebody - sein Auge auf j-n lenken – не спускать глаз с кого-либо; to listen open-mouthed — den Mund aufreißen - разинуть рот.
Следовательно, если в сопоставляемых языках действуют одни и те же продуктивные «образные идеи», по которым сформировано значительное количество ФЕ с одинаковым или близким значением, то достаточно высока вероятность, что у этих ФЕ есть структурно-семантические эквиваленты в сопоставляемом языке (полные или неполные). (Рахштейн А.Д. 1980: 127) И наоборот, несовпадение типовой образной основы сводит структурно-семантическую эквивалентность к минимуму.
Таким образом, основными критериями, определяющими наличие эквивалентов среди английских, немецких и русских фразеологизмов, содержащих компонент «часть тела» в своем составе, является общий смысл фразеологической единицы и ее лексическая организация. Совпадение или несовпадение семантики и компонентов фразеологизма (синтаксическая структура практически никогда совпасть не может вследствие различий языковых систем), основанное на общности или различии способа переосмысления несвязанного словосочетания во фразеологическую единицу, обеспечивает наличие эквивалентов и их типы.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
