42125 (588177), страница 2
Текст из файла (страница 2)
Подлинная цель говорящего, полагает Падучева Е.В., – побудить слушающего уйти – не может рассматриваться как иллокутивная цель его речевого акта, потому что она скрыта и для ее достижения вовсе не обязательно (а в ряде случаем и нежелательно), чтобы адресат ее распознал [20, 45]. Иллокутивной целью речевого акта в данном случае будет цель предоставления адресату некоторой информации. Эта цель, и в данном случае только она, подана открыто, чтобы быть опознанной как таковая. Поэтому данный речевой акт на иллокутивном уровне анализа будет рассматриваться как сообщение, а не побуждение. Размышляя над тем, что может отличать один иллокутивный акт от другого, мы приходим к выводу, что иллокутивная функция высказывания теоретически может быть представлена как пучок конкретных значений признаков, подобных вышеуказанным, а сами эти значения коррелируют с условиями успешности речевого акта с данной иллокутивной функцией [5, 28].
Существенное условие соответствует иллокутивной цели – цели, которую говорящий стремится донести до сознания слушающего при помощи своего высказывания. Подготовительные условия отражают объективные и субъективные предпосылки, совместимые с выдвижением данной иллокутивной цели, то есть обстоятельства речевого акта, при отсутствии которых он потерпит коммуникативную неудачу [20, 48]. Условия искренности отражают внутреннее (психологическое) состояние, которое может быть приписано говорящему, исходя из предположения об искренности и серьезности данного речевого акта. В отличие от подготовительных условий, нарушение говорящим условий искренности обычно происходит незаметно для адресата и поэтому непосредственно не влечет за собой коммуникативного провала, хотя поддельность, фальшивость данного речевого акта может быть разоблачена в дальнейшем [5, 28]. В качестве примера ниже приводится система условий успешности речевого акта обещания, осуществляемого с помощью некоторого высказывания Т.
Рассмотрим условия успешности речевого акта обещания, которые предлагает Арутюнова Н.Д.
1. Условие пропозиционального содержания:
Произнося Текст ( далее – Т), Говорящий ( далее – Г) выражает мысль о том, что он совершит Действие ( далее – Д) в будущем.
2. Подготовительные условия:
а) Г в состоянии совершить Д;
б) Слушающий (далее - С) предпочел бы совершение Говорящим действия Д его несовершению, и Г убежден в том, что это так;
в) Ни Г, ни С не считают, что совершение Говорящим действия Д есть нечто само собой разумеющееся.
3. Условие искренности:
Г намерен совершить Д.
4. Существенное условие:
Г намерен с помощью высказывания Т связать себя обязательством совершить Д [2, 366].
Неразрывная связь между иллокутивной функцией речевого акта и условиями его успешности позволяет адресату речевого акта правильно распознать его иллокутивную функцию даже тогда, когда какой-то из ее существенных признаков не имеет специальных формальных показателей в языковой структуре используемого высказывания: недостающая информация извлекается из обстоятельств коммуникативной ситуации.
Таким образом, речевые акты являются единицами речевой деятельности. Речевые акты имеют свою трехуровневую структуру и состоят из локутивного, иллокутивного и перлокутивного актов. Локутивный акт имеет сложную структуру и состоит из актов фонации, выбора лексических и грамматических единиц. Иллокутивная функция речевого акта – достич цели говорения. И, наконец, перлокутивный акт направлен на воздействие слушающего при помощи мыли и чувства.
1.2 Классификация речевых актов и место угрозы в общепринятой классификации
Минимальная единица речевой деятельности, выделяемая и изучаемая в теории речевых актов – учении, являющемся важнейшей составной частью лингвистической прагматики, это вид действия, то при его анализе используются по существу те же категории, которые необходимы для характеристики и оценки любого действия: субъект, цель, способ, инструмент, средство, результат, условия, успешность и тому подобное [25, 151].
Существуют классификации, в которых называются как указанные, так и отличные от них типы иллокутивных актов, многие из которых до недавнего времени не выделялись в отдельные коммуникативные типы. При этом многие нетрадиционно выделяемые типы речевых актов (такие как просьбы, советы, предупреждения и угрозы) различными учеными включаются в более общие категории. Разные исследователи выдвигают на первый план различные особенности речевого акта угрозы. Одни относят его к речевым актам обещания и гарантии (Джон Серль, Остин), другие к директивам и изучают этот тип иллокутивных актов как их составную часть [31, 23].
Дж. Остином в курсе лекций, опубликованном в 1962 году под названием "Слово как действие" раскрывает Теорию речевых актов. Объектом исследования Теории речевых актов является акт речи, состоящий в произнесении говорящим предложения в ситуации непосредственного общения со слушающим [29]. В Теории речевых актов субъект речевой деятельности понимается как абстрактный индивид, являющийся носителем ряда характеристик, психологических (намерение, знание, мнение, эмоциональное состояние, воля) и социальных (статус по отношению к слушающему) [28, 29]. Основной метод исследования объекта в Теории речевых актов - это аналитический метод в разных его видах.
Например, классификация Дж. Р. Серля включает пять разных классов, но в ней речевой акт угрозы не обосабливается как отдельный класс, а является частью речевого акта обещания. Дж. Р. Серль при составлении своей классификации выдвигает в качестве критериев двенадцать "значимых измерений", основными из которых являются иллокутивная цель, направление приспособления и условие искренности, выраженное психологическое состояние [25, 152]. Эта классификация опирается, прежде всего, на заложенные в речевых актах коммуникативные намерения (интенции) говорящего. По Джону Серлю, это так называемые иллокутивные (неречевые, а точнее внутриречевые) функции и силы. Дж. Р. Серль выделяет такие классы, как репрезентативы, директивы, комиссивы, экспрессивы и декларативы [24, 198].
Мы рассмотрим класс директив. Иллокутивная направленность директивы состоит в том, что они представляют собой попытки со стороны говорящего добиться того чтобы заставить слушающего совершить некоторое действие с разной степенью настойчивости от скромных попыток до агрессивных [23, 172]. Среди глаголов-сказуемых, организующих такого рода иллокутивные акты Дж. Р. Серль называет следующие: «спрашивать», «приказывать» «командовать», «запрашивать», «просить», «молить», «умолять», «заклинать», «приглашать», «позволять», «советовать», «вызывать на бой», «вызывать (на спор)», «вызывать на дуэль» [24, 198].
Существуют и другие классификации, в которых называются как указанные, так и отличные от них типы иллокутивных актов, многие из которых до недавнего времени не выделялись в отдельные коммуникативные типы. При этом многие нетрадиционно выделяемые типы речевых актов (такие как просьбы, советы, предупреждения и угрозы) различными учеными включаются в более общие категории [22, 197]. Разные исследователи выдвигают на первый план различные особенности речевого акта угрозы. Одни относят его к речевым актам обещания и гарантии (Джон Серль, Остин), другие к директивам и изучают этот тип иллокутивных актов как их составную часть.
Следует учитывать, что проблема расположения речевого акта угрозы в общей системе речевых актов требует учета всех компонентов языковой системы.
Наибольшую известность получил Принцип кооперации П. Грайса. П. Грайс в 1985 году анализируя высказывания и тексты, исходил из представления, что коммуниканты в процессе обмена информацией сотрудничают друг с другом, внося свой вклад в построение дискурса [11, 251]. Поэтому он назвал свод правил такого взаимодействия принципом кооперации (сотрудничества). Этот принцип составляют четыре максимы:
1. Максима количества: сообщай ровно столько информации, сколько требуется для осуществления целей общения, не меньше и не больше.
2. Максима качества: в высказывании должна сообщаться истина, надо избегать ложных утверждений и таких, для которых не достаточно оснований.
3. Максима отношения, или релевантности относительно темы: не отклоняйся от темы, говори по существу.
4. Максима способа выражения, или манеры речи: говори ясно [31, 21].
Мы считаем, что постулаты П. Грайса обыденны и само собой разумеются, однако анализ реальных текстов общения приводит к выводу, что коммуникативные взаимодействия партнеров далеко не всегда построены в соответствии с этими правилами. Более того, такие правила слишком часто нарушаются, значит, их можно признать несколько идеализированными [28, 226].
В Теории речевых актов речевой акт рассматривается как трехуровневое единство, включающее три вида действий: локутивное, иллокутивное и перлокутивное. Локутивный акт представляет собой совершение действия произнесения чего-либо. Иллокутивный акт - совершение действия в процессе произнесения чего-либо [23, 173]. Перлокутивный акт - совершение действия посредством произнесения чего-либо. То есть локутивный акт - акт говорения вообще, имеющий отношение скорее к дикции, произношению. Иллокутивные акты - различные типы речевых высказываний (вопрос, ответ, уверение, угроза и т. д.), содержащие намерения говорящего. Перлокутивный акт - это то воздействие, которое данное высказывание оказывает на адресата. Наше внимание будет сосредоточено на иллокутивном акте, составной части акта угрозы [26, 136].
Уточним, что иллокуция – это то или иное коммуникативное намерение. На основе этого понятия строятся различные классификации речевых актов. Классификации речевых актов этого типа во многом определяются интуицией исследователя, поэтому количество и характер речевых актов варьируются. В нашей дипломной работе не делается попытка составить какую-то особую классификацию, так как мы анализируем не всю систему речевых актов в китайском языке, а рассматриваем отдельный тип (речевой акт угрозы), который выделяют не все ученые [25, 157].
Следует учитывать, что проблема расположения речевого акта угрозы в общей системе речевых актов требует учета всех компонентов языковой системы.
Итак, можно сказать, что характерные черты многих выделяемых типов иллокутивных актов входят в состав речевого акта угрозы. Директивные речевые акты (напрямую или косвенно) представляют большинство. Это позволяет нам говорить о том, что речевой акт угрозы находится в непосредственной близости от директивных речевых актов и содержит многие из их характерных черт. Но в то же время мы не можем полностью отнести к ним речевой акт угрозы, который также содержит множество признаков речевых актов обещания. Так как даже в том случае, когда речевые акты угрозы характеризовались нами как директивные речевые акты, они содержали в себе черты обещания. Таким образом, речевые акты угрозы следует выделить в самостоятельный тип иллокутивных актов и расположить на стыке между речевыми актами директива и обещания.
1.3 Речевая ситуация угрозы
Речевая ситуация — это конкретные обстоятельства, в которых происходит речевое взаимодействие. Любой речевой акт приобретает смысл и может быть понят только в структуре неречевого контакта. Речевая ситуация является исходным моментом любого речевого действия в том смысле, что побуждает человека к речевому действию то или иное стечение обстоятельств. Примеры речевых ситуаций: необходимость ответить на вопросы, сделать доклад о результатах работы, написать письмо, побеседовать с другом и так далее. Речевая ситуация состоит из следующих основных компонентов: участников общения; места и времени общения; предмета общения; цели общения; обратной связи между участниками общения [21, 56].
Высказывания угрозы зависят от ситуации и предмета общения и приобретают определенный стилистически зависимый просодический образ. Предполагается, что высказывание маркируется с помощью просодических средств и как определенный прагматический тип, и в аспекте его стилевого употребления [35, 147]. Особыми просодическими характеристиками маркируются каждые типы речевых актов, и употребление некоторых типов речевых актов в ситуативно обусловленных коммуникациях привносит в их просодическую структуру стиледифференцирующие моменты.
Иллокутивы угрожающего характера являются одной из разновидностей в системе речевых актов всякого национального языка [23, 174]. Их использование в процессе интеракции отражает иерархический характер взаимоотношений говорящих и указывает на наличие (реальных либо потенциальных) различий в осуществлении некоторого события.
Иллокутивная функция угрозы – изменение поведения собеседника путем вызова у адресата чувства страха и посредством этого воспрепятствование действию или намерению его реализации адресатом, либо косвенная экспликация негативной оценки совершенного факта или события [17, 94].
В случае неисполнения требования, за которым следует угроза, говорящий оставляет за собой право применения определенных санкций. Цель угрозы – заставить адресата подчиниться воле говорящего и выполнить действие, идущее вразрез с его (адресата) интересами. Средство достижения этой цели – запугивание.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
