36773 (587976), страница 9
Текст из файла (страница 9)
Если потерпевший участвует в судебном заседании, судья принял необходимые меры для выяснения его отношения к ходатайству подсудимого о постановлении приговора без проведения судебного разбирательства в общем порядке, причем у потерпевшего была реальная возможность высказать свое мнение по данному поводу, в частности возразить против рассмотрения дела в особом порядке, однако он умышленно оставил разрешение данного вопроса на усмотрение суда, проведение судебного разбирательства в особом порядке не будет нарушать чьих-либо прав, а потому допускается.0
В подобной ситуации значение имеет тот факт, что обвинитель (потерпевший) не возражает против заявленного обвиняемым ходатайства.
По замыслу законодателя, судья должен вынести постановление о прекращении особого порядка судебного разбирательства и назначении уголовного дела к рассмотрению в общем порядке не при отсутствии явно выраженного согласия государственного или частного обвинителя, потерпевшего на постановление приговора в особом порядке, а при их возражении против этого (ч. 6 ст. 316 УПК РФ).
Правом выступать против ходатайства обвиняемого закон наделяет государственного или частного обвинителя и потерпевшего. При этом УПК РФ не обязывает указанных участников уголовного судопроизводства обосновывать или мотивировать свою позицию. Конечно, закон не запрещает судье предложить возражающему участнику пояснить, чем именно обусловлено его несогласие, но каких-либо правовых последствий это не повлечет. Наличие даже немотивированного возражения обвинителя или хотя бы одного из потерпевших не позволяет судье проводить судебное разбирательство в особом порядке.
Другие специалисты, такие как Гричаниченко А.В., Жеребятьев И.В. предлагают предусмотреть в законе обязательное получение согласия потерпевшего, частного, государственного обвинителя на рассмотрение в особом порядке судебного разбирательства. Аргументируя свои доводы тем, что это необходимо, для защиты прав потерпевшего.
Так, Гричаниченко А.В. утверждет, что согласно ст. 52 Конституции РФ, права потерпевших от преступлений и злоупотреблений властью охраняются законом; государство обеспечивает потерпевшим доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба. Кроме того, согласно Декларации основных принципов правосудия для жертв преступлений и злоупотребления властью, принятой Генеральной Ассамблеей ООН 29 ноября 1985 г., лица, которым в результате преступного деяния причинен вред, включая телесные повреждения, моральный вред или существенные ущемления их основных прав, должны иметь право на доступ к правосудию и на скорейшую компенсацию причиненного вреда. Государства — члены ООН, обязаны содействовать тому, чтобы судебные административные процедуры в большей степени отвечали интересам защиты жертв преступлений путем обеспечения им возможности изложения своей позиции и рассмотрения ее судом на всех этапах судебного разбирательства, когда затрагиваются их личные интересы. А ведь ограничение максимального срока наказания подсудимого в случае применения особого порядка судебного разбирательства напрямую затрагивает интересы потерпевшего.0
Выяснение и учет мнения каждого из участвующих в рассмотрении дела потерпевших о проведении судебного разбирательства в особом порядке должно выступать в качестве общего правила. Отличительная черта особого порядка судебного разбирательства — это сокращенное судебное следствие, в ходе которого не действует такое условие судебного разбирательства, как непосредственность и устность: при особом порядке судебного разбирательства правило о том, что все доказательства по уголовному делу подлежат непосредственному исследованию, не применяется (ч. 1 ст. 240 УПК РФ).
В связи с этим Пленум Верховного Суда РФ дал разъяснения, что по смыслу норм главы 40 УПК РФ изъятия, установленные при особом порядке принятия судебного решения, позволяют суду не проводить в общем порядке исследование собранных по делу доказательств.0
Потерпевший не всегда разделяет убеждение следователя, прокурора и суда в том, что все существенные обстоятельства доказаны и что именно обвиняемый совершил преступление. Причины расхождения мнений данных участников могут быть различными.
Потерпевший, который по окончании предварительного расследования изучил материалы уголовного дела, имеет представление о собранных доказательствах. Однако ознакомление лица с этими доказательствами не означает, что оно согласно с их относимостью, допустимостью, достоверностью, достаточностью, не говорит о достаточности собранных доказательств.
Потерпевший при наличии сомнений в отношении доказанности существенных обстоятельств уголовного дела может быть заинтересован в том, чтобы судебное следствие проводилось в полном объеме и в условиях непосредственности и устности судебного разбирательства, а также в личном участии в допросе обвиняемого, свидетелей, экспертов и других субъектов уголовного процесса в целях установления обстоятельств дела. В п. 14 ч. 2 ст. 42 УПК РФ закреплено право потерпевшего участвовать в судебном разбирательстве уголовного дела в суде первой инстанции, что предполагает, в частности, и участие в судебном следствии как этапе судебного разбирательства.
Согласно ч. 2 ст. 86 УПК РФ потерпевший может собирать и представлять письменные документы и предметы для приобщения их к уголовному делу в качестве доказательств. Согласно ст. 244 Кодекса он вправе в судебном заседании заявлять ходатайства (в том числе о вызове новых свидетелей, об истребовании документов или предметов, о приобщении к делу имеющихся в его распоряжении документов или предметов в качестве доказательств, о производстве судебных действий в целях получения конкретных доказательств), представлять доказательства, участвовать в их исследовании.
Наконец, согласно ч. 2 ст. 277 УПК РФ потерпевший с разрешения председательствующего может давать показания в любой момент судебного следствия, при этом ему разрешается прочтение имеющихся у него документов, относящихся к его показаниям, которые (документы) предъявляются суду и по определению или постановлению судьи могут быть приобщены к материалам уголовного дела (ч. 2 ст. 279 УПК РФ).
Поэтому проведение судебного разбирательства в особом порядке при возражении против этого хотя бы одного потерпевшего, намеревающегося активно участвовать в судебном следствии, непосредственно исследовать доказательства, может привести к нарушению ряда вышеуказанных прав потерпевшего, а потому не допускается.
Другое дело, что в законе можно было бы закрепить требование, согласно которому потерпевший, который возражает против разбирательства дела в особом порядке, должен изложить суду мотивы своих возражений. Когда позиция потерпевшего не обоснована или мотивирована не желанием активно участвовать в судебном следствии и непосредственно исследовать доказательства, а иными причинами, суд может провести судебное разбирательство в особом порядке независимо от мнения потерпевшего.
И еще один момент, по закону судья должен опросить подсудимого, заявлено ли им ходатайство о постановлении приговора без проведения судебного разбирательства добровольно и после консультации с защитником. К опросу потерпевшего подобных требований закон не предъявляет. Кодекс лишь предписывает судье при участии в судебном заседании потерпевшего выяснить у него отношение к ходатайству подсудимого.
Поэтому, предварительно следователь, а в ходе судебного заседания – судья, обязан разъяснить потерпевшему суть, содержание и специфику данного института, отсутствие непосредственного и устного исследования в ходе судебного следствия доказательств, собранных в досудебном производстве, а также невозможность обжалования приговора в апелляционном и кассационном порядке по основанию, предусмотренному п. 1 ст. 379 УПК РФ. Кроме того, потерпевшему необходимо разъяснить его права и особенности их реализации при рассмотрении уголовного дела в общем порядке. Все эти действия подлежат отражению в протоколах следственных действий или протоколах судебного заседания, в зависимости на каком этапе будут разъяснять права потерпевшему. Все это будет являться гарантией того, что потерпевший осознанно сформирует свое мнение о целесообразности применения той или иной формы судебного разбирательства.
4.3 ВЫЯСНЕНИЕ МНЕНИЯ ГОСУДАРСТВЕННОГО ОБВИНИТЕЛЯ ПО ВОПРОСУ ПРИМЕНЕНИЯ ОСОБОГО ПОРЯДКА
Процессуально никак не предусмотрено то, как следователь узнает мнение государственного обвинителя по вопросу применения особого порядка судебного разбирательства.
Насколько вообще оправданно связывать право обвиняемого на заявление ходатайства о применении особого порядка судебного разбирательства предварительным согласим государственного обвинителя по данному вопросу? Да, необходимо знать мнение государственного обвинителя (так же как и мнение потерпевшего), так как закон ограничивает максимальный размер наказания в случае применения особого порядка судебного разбирательства. Но это мнение может быть выражено и после заявленного обвиняемым ходатайства о применении особого порядка, например, при направлении уголовного дела в суд.0 Поэтому необходимо дополнить в обязанность прокурора при направлении уголовного дела в суд выражать свое мнение о применении особого порядка судебного разбирательства (ст. 226 УПК РФ).
И еще остается открытым вопрос, следует ли учитывать мнение государственного обвинителя о проведении судебного разбирательства в особом порядке и обоснованность предоставления ему права наложения безмотивного вето на рассмотрение дела в особом порядке судебного разбирательства (ч. 4 ст. 314, ч. 6 ст. 316 УПК РФ).
Овсянников И.В. считает, что у государственного обвинителя не должно быть права вето на рассмотрение дела в особом порядке. Целесообразно вопрос об оптимальной форме судебного разбирательства разрешать не представителю одной из сторон, а суду, у которого сохраняется возможность выбора с учетом мнений сторон.
Ничем не мотивированное возражение государственного обвинителя против особого порядка судебного разбирательства не есть достаточное основание для отказа суда от экономии времени и сокращения процессуальных издержек, возможных при такой форме рассмотрения дела. Представляется, суд не должен в ущерб интересам сторон, суда и общества в целом принимать решение, опираясь на ничем не обоснованную позицию государственного обвинителя.
Как должен государственный обвинитель мотивировать свои возражения, чтобы суд к ним прислушался?
Рыбалова К. А., предлагает оставлять на усмотрение государственного обвинителя возможность постановления приговора без проведения судебного разбирательства, если это преследует цель не допустить применения данного института по тем делам, к рассмотрению которых в особом порядке имеются препятствия правового либо этического характера. Эта цель может быть достигнута и в случае, если решение вопроса о наличии препятствий правового либо этического характера предоставить не государственному обвинителю, позиция которого не зависит от мнения суда, а суду, делающему вывод с учетом позиции государственного обвинителя и других заинтересованных участников уголовного судопроизводства.
В общем случае государственный обвинитель, равно как и потерпевший, непосредственно не исследует доказательства в ходе предварительного расследования (не допрашивает обвиняемого, свидетелей и т. д.).
Кроме того, в качестве государственного обвинителя в процессе нередко участвует не тот прокурор, который утвердил обвинительное заключение или обвинительный акт в ходе досудебного производства. Поэтому не только потерпевший, но и государственный обвинитель может усомниться в выводах следователя о доказанности причастности обвиняемого к совершению преступления, его виновности и т. д., содержащихся в обвинительном заключении, и обосновать желание провести судебное следствие в полном объеме, тем, что ему необходимо в условиях непосредственности и устности тщательно исследовать все собранные по делу доказательства и убедиться, что они действительно подтверждают предъявленное подсудимому обвинение.
Является ли мотивированными такое возражениями государственного обвинителя против особого порядка судебного разбирательства?
Ответ на данный вопрос содержится в тексте уголовно-процессуального закона: «Если в ходе судебного разбирательства государственный обвинитель придет к убеждению, что представленные доказательства не подтверждают предъявленное подсудимому обвинение, то он отказывается от обвинения и излагает суду мотивы отказа» (ч. 7 ст. 246 УПК РФ). Следовательно, при наличии у государственного обвинителя сомнений относительно доказанности обвинения он по закону должен не отдавать предпочтение тому или иному порядку судебного разбирательства, а отказаться от обвинения и изложить суду мотивы отказа.0
Вряд ли можно признать достаточным основанием для возражений против особого порядка судебного разбирательства нежелание государственного обвинителя или потерпевшего допустить снижение верхнего предела наказания, назначаемого подсудимому. По смыслу уголовно-процессуального закона снижение верхнего предела наказания следует рассматривать не как содержание особого порядка судебного разбирательства, а как следствие применения данного института. Если законодатель в данном случае полагает такое уменьшение наказания необходимым, то с этим должны считаться все участники уголовного судопроизводства, в том числе государственный обвинитель и потерпевший.
Право определять пределы возможного наказания за совершение преступных деяний должно принадлежать государству, а не тем или иным участникам уголовного судопроизводства. Данная ситуация сама по себе не нарушает права потерпевшего на судебную защиту.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
