Просмтор этого файла доступен только зарегистрированным пользователям. Но у нас супер быстрая регистрация: достаточно только электронной почты!

Текст из файла (страница 8)

От налоговой ответственности отличается ответственность финансовая. Хотя данная точка зрения является достаточно спорной: многие учёные не признают налоговую ответственность как самостоятельный вид правовой ответственности, называя ответственность налогоплательщиков финансовой⁰ или административной⁰ ответственностью. Особый интерес в этом отношении представляет работа А.В. Зимина «Специфика налоговой ответственности российских организаций»: с одной стороны, данный автор отстаивает административно-правовую природу ответственности, предусмотренной Налоговым кодексом. С другой же стороны, в его работе достаточно часто можно встретить такие понятия, как «налоговая ответственность», «налоговое правонарушение», «налоговая санкция». Кроме того, Зимин выделяет особенности налоговой ответственности, что также свидетельствует о её разделении с ответственностью финансовой⁰.

Если выделять финансовую ответственность как самостоятельный вид ответственности правовой, следует отметить, что существует точка зрения, согласно которой функции финансовой ответственности носят самостоятельный характер и сходны с функциями права. Так, среди функций финансовой ответственности выделяются охранительная, регулятивная, воспитательная, социально-превентивная, ценностно-ориентационная, оценочная, юридико-регулятивная, социально-интегративная, системно-правовая и фискальная функции, а также функция поддержания и укрепления государственной власти и местного самоуправления⁰. Безусловно, рациональное зерно в таком выделении есть, но недостатком его является излишнее дробление функций, не вызываемое особой на то необходимостью.

Д.А. Липинский выдвигает большое количество аргументов, доказывая нецелесообразность приведённого деления⁰, однако по этому поводу с ним согласиться можно не во всём. В частности, он говорит о неясности различия регулятивной и юридико-регулятивной функций финансовой ответственности. На мой взгляд, эти две функции соотносятся как целое и часть соответственно: если регулятивная функция делает акцент непосредственно на регулировании ответственности, то юридико-регулятивная сосредоточивает внимание не на самом регулировании правовой ответственности, а на средствах такого регулирования, указывая, что оно осуществляется только с помощью правовых средств.

К субъектам финансовой ответственности относятся: государство в целом; органы законодательной и исполнительной власти РФ и её субъектов; муниципальные образования; организации (предприятия, бюджетные учреждения). Могут быть её субъектами и физические лица, если это предусмотрено ФЗ «О валютном регулировании и валютном контроле» ⁰.

Мерами финансовой ответственности могут выступать:

• предупреждение о ненадлежащем исполнении бюджетного процесса;

• блокировка расходов;

• изъятие бюджетных средств;

• приостановление операций по счетам в кредитных организациях;

• наложение штрафа;

• начисление пени;

• иные меры, предписания Счётной палаты об устранении допущенных нарушений;

• |0бrd(_,фSPQR^! IW5_ЮvMrLg¬>¶0иные меры, предусмотренные федеральным законодательством.

В целом же финансовая ответственность направлена на предупреждение нарушений отношений, складывающихся в процессе деятельности государства и муниципальных образований по планомерному распределению и использованию финансовых ресурсов.

Новым видом правовой ответственности является ответственность конституционная. Она является основой, базисом для развития других видов правовой ответственности. А исследования последних лет убедительно доказывают её самостоятельность⁰. Данный вид ответственности признан и Конституционным Судом в Постановлении от 11 декабря 1998 г. «По делу о толковании положений части 4 статьи 111 Конституции Российской Федерации» ⁰, согласно которому так как Президент РФ является главой государства, имеет полномочия по формированию Правительства РФ, определению основных направлений его деятельности и контролю за такой деятельностью, Президент РФ несёт конституционную ответственность за деятельность Правительства РФ.

Ведущее место конституционной ответственности обусловлено:

1. Прямым действием Конституции, в которой закреплены естественные права человека, обязанности и ответственность государства и его должностных лиц за соблюдение этих прав;

2. Характером регулируемых общественных отношений;

3. Целенаправленным воздействием на развитие законодательства;

4. Наивысшей юридической силой Конституции⁰.

В качестве субъектов конституционной ответственности наиболее целесообразно выделять не отдельных физических лиц, а определённые государственные структуры, органы, обладающие властными полномочиями, так как именно на них возложены обязанности не нарушать права и свободы человека и гражданина, соблюдать основы конституционного строя. Способами осуществления конституционной ответственности является формулирование составов правомерного конституционного поведения. Таким образом, данный вид ответственности является не только наиболее общим по сравнению со всеми вышеперечисленными; конституционная ответственность есть своеобразная форма реализации ответственности позитивной. Если субъект конституционной ответственности осуществляет свою деятельность правомерно, не допуская никаких правонарушений, он тем самым подаёт каждому конкретному лицу пример того, что за свои права и обязанности нужно нести ответственность. Последняя же, по сути своей, и является позитивной.

§ 3. Позитивный аспект правовой ответственности

Юридическая ответственность – один из основных институтов, опосредующих охранительную функцию права. Поэтому традиционно она рассматривалась как один из видов негативной реакции государства на правонарушение. В этих рамках разрабатывались различные подходы, которые, несмотря на их отличия, объединяло главное, а именно - признание ее ретроспективности, обязательной связи с предшествующим ей противоправным поведением. Однако в шестидесятые годы в отечественной юриспруденции и в первую очередь в науке уголовного права правильность такого подхода ставится под сомнение. Обосновывается необходимость иной трактовки юридической ответственности, расширения сложившегося понятия за счет включения в него, наряду с ретроспективным, и позитивного аспекта.

Первоначально наличие позитивной юридической ответственности усматривалось в особом состоянии индивида, характеризующемся глубоким пониманием интересов общества и государства, активным и добросовестным выполнением им своих обязанностей, гражданского долга⁰. Здесь акцентировалось внимание на субъективной стороне поведения, а ответственность распространялась и на правомерную деятельность субъектов. Данная позиция не нашла широкого признания, но определенную поддержку среди ученых все же получила. Более того, ее влияние можно обнаружить и в законодательстве. Например, ч.1 ст.59 Конституции Российской Федерации гласит о том, что защита Отечества является не только обязанностью российского гражданина, но и его долгом. Статья 12 отклонённого Президентом Российской Федерации Федерального Закона «О материальной ответственности военнослужащих» ⁰ устанавливала материальную ответственность при досрочном увольнении военнослужащих (отчислении курсантов из военного образовательного учреждения профессионального образования) и при отсутствии правонарушения. То есть, ответственность устанавливалась за правомерное, но, с точки зрения законодателя, позитивно безответственное поведение: финансовые затраты государства на подготовку такого военнослужащего в результате его действий адекватной компенсации не получали. Следовательно, налицо было ненадлежащее отношение к интересам общества и государства. Или, например, пункт 20 части 6 новой редакции Устава Омского государственного университета возлагает на ректора ответственность за подготовку высококвалифицированных специалистов, руководство образовательной, научной, воспитательной работой и т.п. Как и в вышеуказанных актах, в этом случае имеется в виду необходимость добросовестного выполнения руководителем вуза его служебных обязанностей, то есть о том, что было предложено именовать позитивной юридической ответственностью.

С момента своего появления концепция позитивной юридической ответственности как осознания долга по выполнению правовой обязанности стала объектом серьезной и справедливой критики. Показательно, что даже сторонники расширения понятия ответственности путем конструирования двух её аспектов были вынуждены признать, что перспективы разработки перспективной правовой ответственности в такой интерпретации весьма и весьма призрачны.

Аргументы оппонентов понимания позитивной правовой ответственности как гражданского долга сводилась к указанию на излишнюю психологизацию данного подхода⁰. Дополнительно можно отметить лишь следующее:

1. Указанный подход является апологией, казалось бы, давно отвергнутой цивилизованным обществом идеи юридической ответственности за образ мыслей и чувств, широко представленный в европейских памятниках средневекового права, поскольку одним из его фундаментальных положений выступает тезис о том, что позитивно безответственное поведение влечёт за собой ретроспективную ответственность, кару, наказание.

2. Если учесть, что осуществление моральных и иных неюридических прав индивида всегда оценивается с точки зрения соответствующих видов социальной ответственности, то остаётся только констатировать: понимание позитивной ответственности в праве не согласуется с понятием позитивной социальной ответственности как таковой. Но ведь именно необходимостью привести в соответствие с категорией социальной ответственности трактовку ответственности в праве объясняли свою позицию сторонники ее расширения.

В результате трактовка позитивной ответственности была расширена. Появился подход, переносящий нагрузку с субъективной стороны поведения на объективную, внешнюю сторону человеческой деятельности. Под позитивно ответственным, согласно данному подходу, предлагалось понимать любое правомерное поведение, в котором исполняются обязанности или используются права, либо реализуются только юридические обязанности независимо от обусловивших его мотивов.

На сегодня о неоднозначности определения позитивной правовой ответственности наиболее правильно высказался Н.С. Малеин. «Чёткого и однозначного определения позитивной ответственности пока нет, а в имеющихся определениях допускается подмена терминов и объединение различных категорий. Новым же во всех указанных категориях является только то, что такое смешение (обязанности, правомерное поведение и т.п.) предполагается именовать позитивной юридической ответственностью» ⁰. Но ведь добровольная форма реализации правовой ответственности, по возражению Д.А. Липинского, не сводится только к указанным понятиям и не растворяется в них, так как:

1. Юридическая обязанность – это вид и мера должного поведения. Именно в силу должности такое поведение не может существовать без правовой нормы.

2. Юридическая обязанность, как и всё право, рассчитана, прежде всего, на осознанное и волевое поведение: субъективной стороны определённого деяния не может быть без её объективной основы. А только единство субъективного и объективного критериев образует полноценную ответственность субъекта за его деяния.

3. Юридическая ответственность не тождественна обязанности, которая реализуется лишь в её внешнем выражении – волевом, осознанном и правомерном поведении.

4. Правоотношение, участником которого выступает ответственный субъект, возникает и функционирует на основе правовой нормы. Правомерное поведение осуществляется в рамках регулятивных правоотношений, где обязанности субъекта неизменно сопутствует соответствующее право, а сама эта обязанность гарантируется государством. Следовательно, необходимость совершить определённые действия или воздержаться от их совершения должна гарантироваться не только с помощью принуждения, но и методами поощрения и убеждения.

5. Оценка юридически значимых правомерных поступков – результат функционирования и развития динамики правовой ответственности.

Как отмечалось, основным аргументом сторонников позитивной юридической ответственности является ссылка на социально-философское понимание ответственности как диалектического единства исключающих друг друга аспектов (позитивного и ретроспективного). Из этого делался вывод о том, что сущность юридической ответственности состоит в государственно-правовой оценке юридически значимого поведения субъекта с целью возложения позитивных и негативных санкций. С таким утверждением нельзя согласиться:

1. Под юридически значимым поведением в теории права понимаются юридические факты - физические действия лиц, не осуществляющих правового поведения (действия недееспособных субъектов). Поскольку их поведение не является правовым, постольку оно не может повлечь юридической ответственности.

2. Диалектический подход предполагает поиск противоположностей в сущности самого явления, а не привнесение их сюда извне. Сущность противоречива, но едина и не может заключать в себе разнородных, взаимоисключающих сторон. Не взаимоисключение, а неразрывная связь, взаимодействие противоположностей выражают их диалектику. При рассмотрении же юридической ответственности в двух аспектах ею охватываются разнородные, разнопорядковые феномены. Этого не отрицают и его приверженцы. Как отмечает один из них, "к позитивной ответственности нельзя подходить с мерками негативной, так как с этих позиций её не понять. Это особый феномен, выражающий иные связи и отношения. Соответственно здесь должны применяться другие оценки и критерии. В противном случае можно было бы довольствоваться одной лишь ретроспективной ответственностью"⁰. И справедливость этих слов нельзя не признать.

Завершая рассмотрение позитивной юридической ответственности, необходимо отметить тот немаловажный факт, что начало активной разработки идеи позитивной социальной ответственности, в том числе и юридической, совпало по времени с появлением идеологической установки на воспитание «нового человека». Именно такой человек должен был стать строителем прогрессивного общества - социально активный, сознательный, добросовестный, ответственно относящийся ко всему, что происходит в обществе, государстве и за его пределами. Так как традиционная трактовка ответственности в праве с подобным пониманием ответственности была несовместима, именно эта идея преломилась в юриспруденции в концепцию позитивной юридической ответственности.

4. Соотношение юридической ответственности с санкцией правовой нормы и методами государственного принуждения

§ 1. Юридическая ответственность и санкция правовой нормы

Широко распространено определение правовой ответственности как реализации санкций правовых норм. Данную концепцию можно считать нормативной, поскольку её ядром выступает норма права и санкция как структурный элемент правовой нормы. Сама же ответственность в этом случае служит реализации санкции. Однако Д.А. Липинский отмечает, что не всякая санкция есть юридическая ответственность, а сама ответственность не всегда сводится только к реализации санкции⁰. Так, возможны случаи освобождения лица от наказания в силу объективных (изменение обстановки, болезнь и т.д.) или субъективных (позитивное поведение) причин. В этом случае лицо, привлекаемое к правовой ответственности, осуждается государством, но непосредственной реализации санкции не происходит. В то же время другие меры в рамках юридической ответственности могут применяться (возложение обязанности принести публичные извинения потерпевшему и т.п.). Поэтому, хотя некоторые учёные и говорят о юридической ответственности как о сугубо реализации санкции нарушенной правовой нормы⁰, само понятие ответственности является гораздо более широким по своему объёму, чем применение санкций правовых норм. В то же время сама реализация негативной санкции всегда основывается на таком институте права, как юридическая ответственность и не может существовать без неё. В противном случае можно говорить о таких составах преступления, как незаконное заключение под стражу или содержание под стражей (ч.2 ст.301 УК РФ) или злоупотребление должностными полномочиями (ч.1 ст.285 УК РФ).

Такое же положение можно наблюдать и при рассмотрении вопроса о соотношении правовой ответственности с наказанием. Н.С. Малеин считает, что наказание и правовая ответственность суть одинаковые явления, а сущность ответственности, её неотъемлемый признак состоит в наказании, каре правонарушителя, а потому в защите справедливости⁰. Однако нельзя не отметить и того, что понятия «юридическая ответственность» и «наказание» в настоящее время чётко разграничены на законодательном уровне. Да, наказание является одной из характеристик правовой ответственности, но очень часто находит свою реализацию лишь в негативном аспекте данного института. Если же речь идёт об ответственности позитивной, целесообразно говорить об иных мерах, но не наказании: например, увольнение государственного служащего при неудовлетворительных результатах его аттестации наказанием считать никак нельзя. Правовые наказания есть форма и мера юридического осуждения (порицания) виновного, противоправного поведения, в результате которого человек в чём-то обязательно ограничивается, чего-то лишается. В данном же случае отсутствует основной признак, который должен повлечь наказание – вина: у человека могут быть обстоятельства, в силу которых он работает не так продуктивно, как необходимо. Чрезмерная загруженность делами одной сферы, из-за которой не остаётся времени на решение других вопросов, отнесённых к компетенции данного служащего, тоже может служить причиной неудовлетворительной оценки его работы. Поэтому отождествлять юридическую ответственность только с наказанием и реализацией санкции правовой нормы весьма и весьма нецелесообразно.

§ 2. Юридическая ответственность и иные методы государственного принуждения

И.С. Самощенко и М.Х. Фарукшин понимают под юридической ответственностью государственное принуждение к исполнению требований права, содержащее осуждение правонарушителя государством и обществом, выделяя, таким образом, государственное принуждение в качестве основного признака правовой ответственности⁰. Безусловно, отчасти они правы, и государственное принуждение является одним из признаков правовой ответственности. Однако речь вновь идёт в основном о негативном аспекте данного института. Но нельзя не признать и того факта, что перечень мер государственного принуждения гораздо шире по сравнению с количеством мер негативной правовой ответственности: к мерам государственного принуждения можно отнести и меры безопасности, и меры принуждения к исполнению правовых норм, и меры предупреждения правонарушений или преступлений. А эти меры не относятся к правовой ответственности, если, конечно, речь не идёт о приготовлении к тяжким или особо тяжким преступлениям. То есть, не всякое правовое принуждение можно признать юридической ответственностью. А в условиях демократизации государственно-правовой и общественной жизни страны, совершенствования законодательства в целом и механизма его действия в частности, значение мер государственного принуждения снижается, в то время как роль позитивной ответственности возрастает.

Характеристики

Список файлов ВКР