36199 (587929), страница 5
Текст из файла (страница 5)
Названные обстоятельства хотя и являются исключениями, но их перечень слишком широк. Закон не объясняет, какие противоречия в показаниях обвиняемого или свидетеля, влекущие их оглашение, следует считать существенными. Оглашение показаний обвиняемого при рассмотрении дела заочно, как и сам институт заочного разбирательства, следует признать недопустимым. В отношении оглашения показаний потерпевшего и свидетеля надо заметить, что под видом тяжелой болезни иногда скрывается и менее серьезное заболевание (недомогание). Далее: российский процессуальный закон не вводит каких-либо привилегий для иностранных граждан, за исключением дипломатического иммунитета.
Понятие чрезвычайных обстоятельств, освобождающих потерпевшего или свидетеля от явки, слишком неопределенно. Эти неточности влекут на практике неоправданно широкое освобождение от явки в суд указанных участников уголовного судопроизводства и недооценку принципа непосредственности в исследовании доказательств судом.
УПК РФ признал недопустимым оглашение в суде показаний подозреваемого, обвиняемого, данных в ходе досудебного производства в отсутствие защитника, включая случаи отказа от защитника, и не подтвержденных подозреваемым, обвиняемым в суде (ч. 2 ст. 75 УПК). Такие показания должны быть признаны недопустимыми доказательствами. Это правило подчеркивает роль защиты в формировании и оценке показаний подозреваемого, обвиняемого и их право отказаться от ранее данных показаний, если, по их мнению, признание вины было вынужденным. В суде присяжных это правило должно рассматриваться как «благоприятствование защите» (принцип, известный даже древнеримскому праву).
Так живет сегодняшний суд присяжных в России. Сохранится он сегодня или нет, зависит во многом не от нападок прокуратуры, недовольной большим числом оправдательных приговоров, не от противников применения институтов английского права на континенте, и не от судей, а от позиции самих присяжных. Как всякое человеческое изобретение этот суд имеет изъяны и не во всем совершенен. Однако идея присяжных очевидно гуманна и важна с точки зрения нравственных начал настолько, что вопрос должен быть не в том, быть суду присяжных или нет, а в том, каким ему быть. Если завтра вы найдете в своем почтовом ящике уведомление о включении в состав коллегии присяжных, не торопитесь отказываться от исполнения своего гражданского долга. Может быть, лучшей возможности для этого не представится.
2.2 Расследования уголовных дел, подлежащих рассмотрению судом с участием присяжных заседателей
Одна из серьезных проблем суда присяжных сегодня - достаточно большой удельный вес, во-первых, оправдательных вердиктов, вынесенных в отношении подсудимых, виновность которых на основании материалов предварительного следствия, казалось бы, была установлена, во-вторых, решений о снисхождении в отношении тех лиц, кто на первый взгляд этого вовсе не заслуживает. На протяжении истории своей деятельности суды присяжных выносили значительно большее по сравнению с обычными судами количество оправдательных приговоров. Анализируя сформировавшуюся судебную практику, следует указать, что достаточно трудно точно определить причину принятия того или иного вердикта, поскольку присяжные заседатели не обязаны его мотивировать. Между тем одной из основных причин полного или частичного оправдания присяжными подсудимых являются допущенные на предварительном следствии нарушения норм УПК РФ при производстве следственных действий, что повлекло исключение в суде из числа допустимых ключевых, наиболее наглядных доказательств.
Особенно остро проблема некачественной подготовки материалов уголовных дел, подлежащих рассмотрению судами присяжных заседателей, стояла после возрождения рассматриваемой формы уголовного судопроизводства в современной России. Уже первые месяцы функционирования суда присяжных показали, что успешное завершение уголовного преследования в суде зачастую не может быть осуществлено из-за недоработок, ошибок предварительного следствия, пренебрежения к закону [45,342]. Так, по данным Ю. Ляхова и В. Золотых, из 86 уголовных дел, рассмотренных присяжными заседателями с вынесением приговора в 1995 - 1996 гг. в Ростовском областном суде, по 75 делам (87,2%) было изменено ранее предъявленное подсудимому обвинение, в 27,9% случаев прокуроры по результатам судебного следствия сами отказывались или изменяли ранее предъявленное обвинение [35,12]. . По 1/3 дел, рассматриваемых с участием присяжных заседателей в 1994 - 1995 гг. без учета отправленных на дополнительное расследование, ключевые доказательства обвинения были признаны недопустимыми [35,12]. В первом полугодии 1997 г. в регионах, в которых на тот момент действовала рассматриваемая форма уголовного судопроизводства, на дополнительное расследование было возвращено 21,9% дел, по которым обвиняемые ходатайствовали о суде присяжных [35,13].
Впрочем, ситуация на этот счет не улучшилась и сегодня. Достаточно большой объем доказательств виновности лиц, дела в отношении которых рассматривались впоследствии с участием присяжных заседателей, были получены с нарушением закона.
Имеют место случаи рассмотрения в присутствии присяжных заседателей доказательств, полученных с грубейшим нарушением норм уголовно-процессуального закона. Так, Судебной коллегией по уголовным делам Верховного Суда РФ был отменен обвинительный приговор, постановленный с участием присяжных заседателей Московского областного суда в отношении Л. В кассационной жалобе адвокат Л. просила отменить приговор, указав на то, что исследованное в судебном заседании в присутствии коллегии присяжных заседателей заявление Л. о явке с повинной является недопустимым доказательством, поскольку оформлено в период отбывания им наказания за административное правонарушение, а следовательно, самостоятельно явиться для написания заявления о явке с повинной Л. не мог, что было подтверждено Судебной коллегией на основании представленных документов.
Примечательно, что в дореволюционной России также существовала проблема низкого качества расследования по делам, рассмотренным затем судом с участием присяжных заседателей. И это несмотря на то, что в подготовке дела к рассмотрению судом присяжных участвовали судебный следователь, прокурор, Судебная палата и окружной суд, что не могло не способствовать повышению качества доказательной базы по делу. По окончании предварительного следствия прокурор выносил заключение в форме обвинительного акта о передаче дела в суд, в котором приводилась квалификация вмененного деяния, являющаяся основанием для передачи дела на рассмотрение судом с участием присяжных заседателей. Решение о передаче дела в суд присяжных оформлялось определением Судебной палаты, куда обвинительный акт поступал вместе с производством по делу. Там материалы дела рассматривались на предмет доказанности всех пунктов обвинения. Распорядительное заседание окружного суда было последним этапом, предварявшим рассмотрение дела в суде присяжных [11,7].
Проиллюстрируем доводы примером: предложение о подсудности суду с участием присяжных заседателей дела по обвинению крестьянина Филатова в причинении телесных повреждений своему односельчанину прокурор сформулировал непосредственно в обвинительном акте. Судебная палата указала на необходимость дополнения материалов следствия свидетельскими показаниями, а также медицинским освидетельствованием потерпевшего Наума Корсакова, которому обвиняемый Филатов нанес телесные повреждения. Недостатки предварительного следствия по этому делу устранялись полгода. Лишь после этого Судебная палата вынесла определение о том, чтобы: «Крестьянина Саратовской губернии Вольского уезда д. Елховки Бориса Яковлевича Филатова предать суду Саратовского окружного суда с участием присяжных заседателей» [11,8].
УПК РФ содержит строгие требования допустимости в отношении доказательств по уголовному делу. Поэтому нередки ситуации, когда в присутствии присяжных заседателей исследуются лишь «останки» доказательственной базы, которых бывает недостаточно для признания подсудимого виновным в совершении вмененного ему деяния. В.С. Балакшин, кроме того, приводит примеры, когда «к недопустимым могут быть отнесены доказательства, не только полученные с нарушением уголовно-процессуального закона, но и, при определенных обстоятельствах, добытые строго в соответствии с нормами УПК РФ» [12,13]. Учитывая правила о недопустимости доказательств, полученных с нарушением закона, и о запрете обсуждения в присутствии присяжных заседателей юридических вопросов, «судьям из народа» подчас приходится сомневаться в виновности подсудимого, и эти сомнения нередко остаются с ними даже после вынесения вердикта. Под влиянием эмоций оправдательный вердикт присяжных заседателей иногда превращается не в решение о невиновности подсудимого, а в оправдание мотивов преступления, причин, побудивших к его совершению.
В судебной практике не единичны случаи необоснованного исключения председательствующим судьей доказательств из числа допустимых. Так, Кассационной палатой Верховного Суда РФ был отменен оправдательный приговор, постановленный с участием коллегии присяжных заседателей Краснодарского краевого суда в отношении Ф., обвинявшегося в совершении изнасилования в отношении малолетней. Кассационная палата Верховного Суда РФ признала, что судья необоснованно исключил из разбирательства дела в суде присяжных допустимые доказательства - одежду потерпевшей и заключение судебно-медицинской экспертизы, что могло существенно повлиять на характер выносимого присяжными заседателями вердикта. Исходя из материалов дела, установлено, что одежда потерпевшей была выдана следствию ее матерью в присутствии понятых. Постановление о назначении судебно-медицинской экспертизы было вынесено следователем до привлечения Ф. в качестве обвиняемого по делу, в связи с чем следствием не были допущены нарушения, на которые ссылается суд в своем постановлении.
По свидетельству судьи Волгоградского областного суда С.А. Городейчик, иногда вместо исключения процессуальных документов, на которых отсутствуют подписи участников следственных действий, судьи вынуждены вызывать их для допроса, тем самым устраняя недостатки следствия по уголовным делам, рассматриваемым с участием присяжных заседателей [26,17]. Таким образом, деятельность суда присяжных в России во многом обнажила те процессуальные нарушения, которые допускаются в ходе предварительного расследования [26,19]. Еще в середине XIX в. видный русский правовед А.М. Бобрищев-Пушкин главным преимуществом суда присяжных считал то, что в нем «могущественно действует из всех презумпций - одна, презумпция невиновности подсудимого» [54,321]. И именно это обстоятельство побуждает присяжных заседателей подходить к анализу представленных сторонами доказательств со всей тщательностью. «Присяжные заседатели стремятся всякий вывод строить, по возможности, непосредственно на фактах. Отсюда их крайнее внимание к деталям, недостаток которых в деле представляется им значительным препятствием» [54,322]. При возникновении сомнения в виновности подсудимого, при отсутствии неоспоримых для присяжных заседателей доказательств «судьи из народа» руководствуются принципом Уильяма Блекстоуна: «Лучше оправдать 10 виновных, чем осудить одного невинного» [54,325], и выносят оправдательный вердикт.
Несомненно, существенное влияние на формирование убеждения присяжных заседателей о виновности подсудимого оказывает качество поддержания в суде государственного обвинения. По данным проведенного научными сотрудниками НИИ при Генеральной прокуратуре РФ анкетирования присяжных заседателей, у 30% опрошенных присяжных убеждение в виновности подсудимого сформировалось после обвинительной речи прокурора. Две трети из них отметили, что на их вывод о виновности подсудимого повлияла убедительная по содержанию и форме речь государственного обвинителя (92%) и ее интересно было слушать (96%), чему, в частности, способствовали такие качества прокурора, как свободное владение речью, умение говорить живо (100%), ясность, понятность (88%), выразительность, образность (72%), логичность и точность речи государственного обвинителя (96%) [40,16]. Приведенные данные свидетельствуют о том, что эффективность поддержания государственного обвинения в суде с участием присяжных заседателей зависит прежде всего от уровня подготовки и мастерства прокуроров. Данные факты послужили причиной активизации работы по повышению качества поддержания государственного обвинения в суде с участием присяжных заседателей [40,17]. В целях предотвращения возникновения у присяжных заседателей необоснованных сомнений в достоверности представляемых стороной обвинения доказательств прокурору следует с максимальной тщательностью подойти к выявлению противоречий между данными, полученными в ходе предварительного следствия и представленными в процессе судебного разбирательства. Следует согласиться с мнением А. Малова, который пишет: «Какими бы доказательственными с точки зрения профессиональных юристов ни были материалы уголовного дела, для присяжных заседателей они не будут убедительны, если государственный обвинитель не сможет тактически правильно упорядочить и исследовать в суде собранные органами предварительного следствия доказательства» [37,21].
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
