34581 (587707), страница 7

Просмтор этого файла доступен только зарегистрированным пользователям. Но у нас супер быстрая регистрация: достаточно только электронной почты!

Текст из файла (страница 7)

Также стороне защиты при проверке законности производства обыска следует помнить о том, что обыск в ночное время, кроме случаев, не терпящих отлагательства, не допускается. Согласно п.21 ст.5 УПК ночным признается промежуток времени с 22 до 6 часов по местному времени. Из данного требования закона вытекает следующее: если следователь не закончил производство обыска к 22 часам вечера, то он обязан объявить перерыв в производстве данного следственного действия, о чем должна быть сделана запись в протоколе обыска, и возобновить его производство не ранее чем после 6 часов утра следующего дня. Если же следователь посчитает возможным продолжить обыск и в ночное время, то в этом случае по ранее вынесенному постановлению о производстве обыска протокол уже законченного данного следственного действия должен быть оформлен в окончательном его варианте. Затем следователь обязан вынести новое постановление о производстве обыска в случаях, не терпящих отлагательства, и продолжить обыск с составлением нового протокола. В против­ном случае все действия следователя в ночное время и оформ­ленные в это время процессуальные документы будут являться недопустимыми доказательствами по делу.³⁹

2.4. Производство судебной экспертизы

К одним из видов доказательств по уголовному делу, в силу п.3 ч.2 ст.14 УПК РФ, относятся заключение и показания эксперта. Безусловно, в уголовном судопроизводстве судебной экс­пертизе принадлежит очень важная роль, а в некоторых случаях и решающая, поскольку может решить исход всего уголовного де­ла. Особое значение судебной экспертизе придается на стадии предварительного следствия, когда идет процесс доказывания по уголовному делу и для установления тех или иных обстоятельств, имеющих значение для дела, а также для проверки других дока­зательств, с целью их подтверждения или опровержения, привле­каются работники государственной судебно – экспертной деятель­ности, а также иные эксперты из числа лиц, обладающих специальными знаниями, в связи с чем и может быть проведена судеб­ная экспертиза, которая, на данной стадии процесса, согласно ч.1 ст.195 УПК может быть назначена только следователем.

УПК РФ назначение судебной экспертизы, проведение экс­пертных исследований и дачу заключения экспертом определяет общим названием «производство судебной экспертизы».

Из смысла ст.195 УПК, которая содержит положения о поряд­ке назначения судебной экспертизы, получается, что назначение экспертизы на стадии предварительного следствия зависит на­прямую от усмотрения следователя. Именно следователь, устано­вив фактические и юридические основания для назначения и производства судебной экспертизы, может совершить процессу­альные действия по назначению последней, т.е. вынести соответ­ствующее постановление.⁴⁰

Основным поводом для назначения судебной экспертизы является необходимость привлечения специальных познаний в об­ласти науки, техники, искусства или ремесла для исследования обстоятельств, имеющих значение для правильного разрешения уголовного дела.

Очень часто на практике возникают вопросы назначения экс­пертизы подозреваемому или обвиняемому, для того чтобы за­фиксировать на его теле следы телесных повреждений, которые впоследствии могут послужить доказательством совершенного против него, например, нападения и применения последним средств и способов защиты в целях самообороны или, например, при расследовании дорожно-транспортных преступлений, когда, при том или ином состоянии здоровья, водитель теряет сознание и, как следствие, происходит потеря управления автомобилем, что, в свою очередь, в определенных случаях, приводит к причи­нению вреда здоровью или смерти другого человека. Как прави­ло, следователь уклоняется от проведения такой экспертизы в отношении подозреваемого или обвиняемого либо всячески ста­рается потянуть время ее назначения, преследуя тем самым цель снизить до минимума ее результаты. Поэтому адвокату никогда не надо забывать про то, что следователь является представите­лем стороны обвинения, работа которого заключается не в том, чтобы опровергать собранные им самим обвинительные доказа­тельства с целью подтверждения позиции стороны защиты, а совсем наоборот. Из материалов судебной практики усматривается, что не все адвокаты проявляют настойчивость в достижении по­ставленной цели защиты своих клиентов от необоснованно предъявленного обвинения.⁴¹

Так, уже на ста­дии судебного разбирательства родственниками подсудимого с адвокатом было заключено соглашение о защите в суде несовершенно­летнего Ивана, обвиняемого по ч.1 ст.105 и ч.3 ст.30 УК РФ (по­кушение на убийство). Из материалов уголовного дела следовало, что Иван неоднократно допрашивался, начиная с момента его за­держания, на протяжении всего срока предварительного след­ствия. Было оформлено шесть протоколов его допросов, в кото­рых он последовательно, без каких –либо противоречий заявлял о том, что вынужден был применить кухонный ножик в целях са­мообороны от зверского избиения его потерпевшим Степаном. Из показаний подозреваемого Ивана следовало, что он подвергся не­однократному за весь вечер 19 октября избиению со стороны Степана, который наносил ему удары руками и ногами по лицу, голове и телу. И только в тот момент, когда от ударов Иван уже стал терять сознание, то выставил перед собой кухонный но­жик, применение которого позволило прекратить насильствен­ные действия Степана по отношению к Ивану. В результате у Степана впоследствии были обнаружены две колото – резанные проникающие в брюшную полость раны, которые, по заключению судебно –медицинской экспертизы, были признаны как причинив­шие тяжкий вред здоровью, а Иван оказался в изоляторе временно­го содержания ГУВД г. Москвы. Последний при его допросе в ка­честве подозреваемого просил следователя вызвать врача для оказания ему медицинской помощи и направить его на медицин­ское освидетельствование, однако в данной просьбе подозревае­мому было отказано, а адвокат Андрей, присутствовавший при этом, ограничился молчанием, поскольку из протокола допроса Ивана и из материалов дела можно установить, что адвокат Андрей не пред­принял никаких мер для того, чтобы его подзащитному была не­замедлительно оказана медицинская помощь и назначена судеб­но – медицинская экспертиза для фиксирования следов избиения и установления тяжести причиненных Ивану телесных повреждений. При неоднократных допросах уже в качестве обвиняемого Иван постоянно заявлял следователю о проведении в отношении него судебно-медицинской экспертизы и самолично писал жалобы на имя прокурора об игнорировании следователем его заявлений.

Наконец 12 ноября, спустя почти месяц после избиения, следо­ватель выносит постановление о назначении судебно - меди­цинской экспертизы в отношении обвиняемого Ивана, в котором ставит перед экспертом следующие вопросы: 1. Имеются ли у Ивана какие – либо телесные повреждения, если да, то каковы их ха­рактер, локализация, количество и время причинения? 2. Каков механизм образования у Ивана телесных повреждении и могли бы они быть причинены при обстоятельствах, которые указывает обвиняемый? 3. Какова степень тяжести телесных поврежде­ний у Ивана?

С самим постановлением о назначении СМЭ Иван был ознаком­лен только 22 ноября, а сама экспертиза проводилась 28 ноября, т.е. спустя 40 дней после избиения. При проведении данной экс­пертизы у Ивана, было установлено лишь одно повреждение – это кровоподтек в области правого предплечья. Данное повреждение и было указано в выводах эксперта.

Становится совершенно очевидным то обстоятельство, что следователь выиграл время и добился своего, поскольку через 40 дней после избиения у человека не останется и следа не только от любых ушибов, синяков, ссадин и других повреждений на те­ле, но за это время пропадают и симптомы сотрясения головно­го мозга, ушибов внутренних органов живота и пр. Поэтому Иван на стадии предварительного следствия остался без доказа­тельств, подтверждающих факт его избиения потерпевшим Степаном и применения ножа, как адекватного способа защи­ты своего здоровья, а возможно, и жизни. И данная заслуга при­надлежит прежде всего адвокату, который защищал в тот мо­мент интересы обвиняемого Ивана. Не дай бог кому – либо повстречаться с этим адвокатом в период такого несчастья, ко­торое обрушилось 19 октября на несовершеннолетнего Ивана, а ведь данный адвокат работал за плату по соглашению с родителями обвиняемого. Конечно, в данном случае, об итоговом результате предварительного следствия гадать уже не приходится. Уголовное дело поступило в суд с обвинением Ивана в покушении на убийство Степана. Немалых трудов потребовалось вновь вступив­шему в дело адвокату, чтобы доказать в суде факт избиения Ивана и применения им правомерных способов защиты. Были сделаны запросы в ИВС ГУВД г. Москвы, куда был доставлен Иван после задержания. Из выписки мед. журнала приема и оказания мед. помощи подозреваемым, поступившим и содержащимся в ИВС ГУВД г. Москвы следовало, что при поступлении Ивана в ИВС де­журный фельдшер поставила следующий диагноз: многочислен­ные ушибы мягких тканей головы, лица и тела, многочисленные кровоподтеки, сильные боли в голове и по всему телу. Адвокатом был установлен ряд свидетелей, которые видели Ивана в момент задержания его сотрудниками милиции. Данные свидетели без колебаний описывали внешность Ивана, как всего кем – то избитого, так как все лицо было в крови. А из показаний в суде одного сви­детеля прозвучала очень содержательная фраза: «Когда я уви­дела Ивана, которого вели сотрудники милиции, у меня сложилось впечатление, что его всего кто – то обвалял в грязи и крови». С фактом избиения Ивана Степаном пришлось согласиться и проку­рору при выступлении последнего в прениях.

Следует особо отметить то обстоятельство, что если бы на стадии предварительного следствия был установлен и под­твержден документально факт избиения Степаном Ивана, то уголовное дело было бы прекращено по основаниям ст.37 УК РФ (необходимая оборона) еще на данной стадии уголовного судо­производства.

В определенных случаях следователь безмотивно вообще от­казывается назначать такую экспертизу, поскольку в УПК РФ, в отличие от ст.20 прежнего УПК РСФСР, норма о полном, объек­тивном и всестороннем исследовании обстоятельств дела, выяв­лении как уличающих, так и оправдывающих обвиняемого об­стоятельствах, отсутствует. Поэтому сторона защиты, в данных ситуациях, незамедлительно должна заявлять ходатайство о про­ведении той или иной экспертизы, рассмотреть и разрешить ко­торое в силу ст.121 УПК РФ следователь обязан незамедлитель­но с вынесением постановления. В случае отказа в удовлетворе­нии заявленного ходатайства, постановление следователя подле­жит обжалованию в суде в порядке ст.125 УПК РФ.⁴²

В том же случае, если следователь своим постановлением все же назначил судебную экспертизу, то сторона защиты, при со­вершении указанных действий следователя, должна обращать внимание, в первую очередь, на законность и обоснованность процессуального оформления постановления следователи о на­значении судебной экспертизы, а также на обеспечение со сторо­ны следователя реализации прав участников уголовного судопроизводства со стороны защиты при назначении и производстве судебной экспертизы. Аналогичные действия сторона защиты должна предпринимать и в тех случаях, когда судебная эксперти­за была назначена не по ее ходатайству, а по инициативе следо­вателя.⁴³

Итак, признав необходимым назначение судебной экспертизы, следователь выносит об этом постановление, в котором обяза­тельно указываются дата и место его вынесения, кем вынесено и по какому уголовному делу. Указывается также уровень экспер­тизы, ее класс, род, вид или подвид. Специально оговаривается, если экспертиза назначается не первичная, а дополнительная, по­вторная, комиссионная или комплексная.

Далее следователь в своем постановлении обязан указать ос­нования назначения судебной экспертизы, а именно вкратце из­ложить фактические обстоятельства уголовного дела, установ­ленные на момент назначения судебной экспертизы конкретные обстоятельства, для установления которых требуются специаль­ные знания. Иными словами, следователь должен мотивировать в постановлении свое решение о необходимости назначения судеб­ной экспертизы. Далее указывается само решение следователя о назначении экспертизы, и только затем фиксируется наименова­ние экспертного учреждения, если экспертиза будет произво­диться в экспертном учреждении, или конкретные фамилия, имя, отчество лица, назначенного самим следователем в качестве экс­перта, если экспертиза назначена для производства вне эксперт­ного учреждения.

Затем следователь фиксирует в постановлении вопросы, по­ставленные для разрешения перед экспертом, и указывает, какие именно материалы уголовного дела предоставляются в распоря­жение последнего.

Характеристики

Список файлов ВКР