34102 (587628), страница 6

Просмтор этого файла доступен только зарегистрированным пользователям. Но у нас супер быстрая регистрация: достаточно только электронной почты!

Текст из файла (страница 6)

Для обозначения всего многообразия указанных союзов используется родовое понятие сorpus (corpora - его множественное число), Collegia et corpora (collegia ceteraque corpora). По всей видимости, именно от него восходит термин "корпорация". Однако, не всеми исследователями термин "corpus" однозначно воспринимается как общий по отношению к любому союзу людей. Суворов Н.С. так описывает имеющиеся точки зрения по этому вопросу: "В источниках для обозначения юридических лиц употребляется обыкновенно три термина: universitas, corpus, collegium… Последний термин менее всего вызывает сомнений, так как, им, несомненно, обозначались все союзы, за исключением политических общин (municipium, colonia и др. – Прим. моё)… По мнению Савиньи, слово "corpus" употребляется в источниках как синоним коллегии, а слово "universitas", есть общее название для всех корпораций, т.е. как для общин, так и для коллегий. По мнению Кона, слово"corpus" имеет более обширный смысл, обнимающий всякие вообще соединения людей, даже такие, которые не могут быть причислены к юридическим лицам, напр. exercitus, senatus… напротив, слову "universitas" Кон придает более тесный смысл, ограничивая применение его государством и городами, для которых прежде всего и создано было понятие юридического лица, перенесенное потом на другие союзы…"." Гирке основательно указывал, что уже сам четвертый титул книги дигестов, в котором трактуется о всех вообще союзах с юридической личностью, не исключая коллегий, и заставляет принять более широкий смысл слова "universitas". "Слово "corporatio" (в римских источниках – Прим. моё) встречается только раз…, но слово "corporati" для обозначения членов союза чаще, хотя также не ранее конца IV и начала V в по Р.Хр., иногда попеременно со словом "collegiati".⁶⁷ Некоторыми романистами понятие corpus раскрывается как компания, составляющая как бы единое, организованное тело, не простую совокупность отдельных членов, как это было в простом товариществе, иначе корпорация.⁶⁸ Тождество вышеуказанных терминов отмечают и другие авторы.⁶⁹ На наш взгляд, эти споры вызваны, в том числе и тем, что corpus, collegium и universitas в различных источниках используются и для обозначения конкретных союзов лиц, и как обобщающее понятие. Кроме того, термины corpus, и universitas имеют и другое, опять же схожее значение. Так, если первое переводится как "тело, телесная вещь", а иногда используется в значении "целое, состоящее из отдельных частей", то последнее - как "целое, единство".⁷⁰ Эти утверждения позволяют сделать вывод о том, что, не смотря на фонетическую (по звучанию) близость слов "корпорация" и "corporatio", семантически (т.е. по смысловому содержанию) "корпорация" тяготеет больше к терминам universitas, corpus, collegia и восходит от них. Поэтому именно ими обозначались корпорации в древнеримском праве. Такая ситуация, когда разными терминами в том или ином случае объясняются одни и те же явления, выглядит для римского права вполне нормальной, если мы учтем его казустичность (в качестве исходного материала оно, в отличие от современного права, считало не понятие или теорию, а казус (случай)) и сравнительно слабую систематизацию.

Первые сообщества, о которых сохранилось упоминание, появились еще в императорскую эпоху (753-509 гг. до н.э.). Это были, преимущественно, коллегии религиозного характера (образовывались в связи с необходимостью осуществления культа тех или иных богов) и союзы ремесленников. Интересно то, что их происхождение носило публичный характер, а участниками гражданско-правовых отношений они не являлись.

Союзы приобретали статус юридической личности только после соответствующего государственного признания, которое выражалось в форме решения соответствующего государственного органа (сената или магистрата). Т.е. государство разрешало тем или иным союзам пользоваться гражданской правоспособностью. Последние могли существовать и без нее (не меняя при этом своего названия), но тогда не вправе были обладать правами юридического лица, т.е. становиться участниками имущественных отношений. Это обстоятельство позволяет классифицировать сообщества Древнего Рима в зависимости от того, признавался ли за ними статус юридического лица, позволяющий им выступать в качестве участников хозяйственного оборота, на корпорации, обладающие юридической личностью и не обладающие таковой. Отвлекаясь от предмета настоящего исследования, заметим, статусом юридической личности наделялись не только союзы лиц, но и имущество: fiscus (государственная казна), patrimonium (императорское имущество), наследственная масса, после открытия наследства или так называемое "лежачее" наследство (hereditas). С позиции современных представлений очевидно, что, к примеру, долг принадлежит скорее не имуществу, а лицу, которое имеет в отношении него соответствующие права. Вместе с тем, именно имущество рассматривается источниками, как правообладатель, кредитор, собственник.⁷¹ Это еще раз подтверждает то, что юридическое лицо в Древнем Риме – это не субъект права, а качество, дающее возможность быть участником гражданско-правовых отношений. Справедливости ради, нужно отметить, что в конце республиканского (509-27 г. н.э.) и в императорский (27–476 гг.) периоды наделение качествами юридической личности происходит вместе с дозволением или разрешением со стороны государственной власти на образование союза. Из чего следует вывод, что в указанные периоды не существовало сообществ, не обладающих гражданской правоспособностью. Вместе с тем, характер упоминания об этом действии государства и вышеприведенные факты говорят о том, что это лишь форма совершения двух разных актов.

В литературе имеются упоминания о том, что одним из важнейших качеств древнеримских сообществ является наличие обособленного имущества, а отсутствие такового фактически лишает сообщества материальной основы своего существования.⁷² Автор не разделяет такие утверждения. Действительно, похоронные коллегии, общества публиканов и откупщиков создавались из-за необходимости объединения имущества с целью: для первых - погашения похоронных издержек⁷³, для вторых – взятия в аренду или откуп какого-либо рода государственных доходов. Вместе с тем, для целого ряда сообществ имущество носило второстепенный характер, и скорее представляло собой "общую кассу", поскольку сами цели, стоящие перед такими корпорациями, носили неимущественный характер.

Цели, для реализации которых создавались сообщества, имели самый разнообразный характер: религиозный, политический, экономический и т.п. К примеру, коллегии ремесленников – это "наследственные цехи, члены которых вместе с их потомками должны были обязательно отправлять известное ремесло как повинность в пользу государства, которое за то освобождало их от несения других повинностей или тягостей."⁷⁴ Были известны коллегии булочников, корабельщиков, коллегии по снабжению мясом, тушению пожаров и т.п.

Управление сообществами Древнего Рима осуществлялось соответствующими органами. Так коллегии участвовали в имущественных отношениях через своих представителей (actor). Но наиболее развитый характер, органы управления носили в муниципиях, поселениях. Города управлялись городскими куриями или коллегиями декурионов, а также магистраторами. Таким образом, уже для римлян было очевидно, что сообщество, преследующее многообразные, разносторонние цели, значимые не только для ее членов, но и для окружающих, имеет более сложную организацию. Основываясь на источниках, можно прийти к выводу о самостоятельном корпоративном характере органов управления.⁷⁵ Повод к этому утверждению дает, конечно же, коллегиальный характер последних. Вместе с тем, справедливо отмечается: "… нет достаточных оснований принимать курию за особое юридическое лицо с имущественными правами. Курия как коллегия была, конечно, корпорацией в смысле публичного права и решала дела, входившие в ее компетенцию, коллегиально; но для того чтобы допустить корпоративную гражданскую ответственность курии, нужно бы было предполагать за ней обладание особым корпоративными имуществом, в отличии от городского, потому что без такового корпоративного имущества могла бы быть речь только об ответственности отдельных декурионов." "… куриалы даже казенные недоимки с города должны были покрывать из своих средств."⁷⁶

Резюмируя выводы настоящего параграфа, мы приходим к следующему:

1. Древнеримская корпорация – это родовое понятие по отношению ко всем союзам лиц, как являвшихся участниками хозяйственного оборота, так и не являвшихся, как относящихся к "юридическим лицам"⁷⁷, так и не наделенным таким качеством, как имеющих публичное происхождение, так и частное. Исследуемый исторический промежуток характеризуется предельно широким использованием термина "корпорация, позволяет понимать под ним практически любые коллективные формы общения людей. Вместе с тем, наиболее употребительно понятие корпорация по отношению к сообществам, обладающими признаками юридического лица. Корпорация у Римлян – это всегда союз людей, определенная социальная общность.

2. Объединение людей в сообщества было вызвано необходимостью удовлетворения самых разных интересов, в том числе экономических, профессиональных, религиозных, политических и иных. Таким образом, характер преследуемой цели не влиял на отнесение того или иного союза к корпорации.

3. Корпорация и "юридическое лицо" для правовой мысли Древнего Рима есть разные понятия. "Юридическое лицо" здесь – это корпорация, наделенная правом участия в хозяйственном обороте, т.е., по сути, разновидность корпорации. Вместе с тем, юридическое лицо это к тому же и качество, которым наделялись некоторые сообщества и, на раннем этапе развития древнеримской культуры, лишь опосредованно влияющее на их существование.

4. Римские корпорации с правами юридического лица имели множество качеств, которые сближают их с современными юридическими лицами. Они обладали необходимой правосубъектностью для участия в хозяйственном обороте, имели схожие основания возникновения и прекращения деятельности, обособленное имущество, принадлежащее самому сообществу, а не ее членам, создавали органы управления, причем как коллегиальные так и единоличные, решение дел сообщества основывалось на принципе "решение большинства членов – воля корпорации" и т.п. Степень же организационной оформленности, в том числе уровень и сложность организации органов управления, структура и состав имущества, находящегося во владении союза, значения для признания его корпорацией не имели.

5. Римское государство (populus Romanus), являясь субъектом имущественного оборота, не рассматривается римскими юристами как корпорация. Вместе с тем, государство активно участвовало в жизнедеятельности корпораций. Это участие выражалось не только в том, что немалая часть сообществ носили публичный характер, но и в том, что от воли государства зависело не только "рождение", но и "смерть" фактически любого союза.

Развитие корпораций в средние века.

В силу известных причин Римское право стало фундаментом правовой мысли средневековья, выступив не только теоретическим, но и терминологическим её источником. Средневековая правовая мысль, представленная в основном легистами (разрабатывали светское направление в праве, являясь приверженцами римского частного права) и канонистами (обосновывавших необходимость урегулирования общественных отношений правовым комплексом, объединенным рядом предписаний Библии, решений церковных соборов, извлечений из папских энциклик и булл, отрывков из трудов "отцов церкви"),⁷⁸ широко использует терминологию римского частного права для описания и постулирования явлений окружающей общественной жизни. Термины "universitas, collegium, corpus", также как и в Древнем Риме, используются для определения союзов лиц, вместе с тем, им придается ещё более широкое значение. У канонистов термин universitas используется для обозначения всякого народа, города, республики. Понимая "universitas, collegium, collection, communitas, societas, corpus" как синонимы, они чаще использовали слово corpus, придавая ему институтное значение. В трудах канонистов церковь и как союз лиц, и как учреждение становится основным объектом изучения. Corpus, применительно к церкви, значило совокупность духовных лиц, составляющих церковное учреждение (аббат или епископ – глава, а монахи и клирики – его члены); при этом совокупность верующих остается за пределами этого определения.⁷⁹ Общеизвестный факт: средневековая церковь обладала значительным объемом имущества, в том числе землей, предметами культа и т.п. Несмотря на это, она не участвовала в развитии рыночных отношений в средние века и вообще стояла в стороне от торговой жизни. Более того, церковь пыталась склонить идеологическими средствами торговую жизнь к справедливому соглашению через запрет прибыли, основанному на библейской заповеди.⁸⁰ Поэтому неудивительно, что акт предоставления имущества церкви назывался admortisatio, т.е. умерщвление имущества для гражданского оборота, а саму церковь в этом смысле называли "мертвой рукой", т.е. собственником, который не выпускает взятое из руки.⁸¹ Очевидно, что церковь являлась субъектом права, поскольку в противном случае было бы невозможно "принимать на баланс" указанное имущество, владеть им, защищать последнее от посягательства третьих лиц, а также осуществлять иные правомочия собственника. Таким образом, термин корпорация стал использоваться не только для союзов, которые являлись участниками гражданско-правовых отношений, т.е. субъектами права, но и в отношении тех союзов, участие в хозяйственных отношениях которых было вынуждено, было "неприятным" следствием их существования в обществе.

Характеристики

Список файлов ВКР