33890 (587606), страница 2

Просмтор этого файла доступен только зарегистрированным пользователям. Но у нас супер быстрая регистрация: достаточно только электронной почты!

Текст из файла (страница 2)

Хочется отметить, что все же « … период относительной либерализации социально - политической и экономической жизни в нашей стране после 1953 - 1956 гг. сопровождался изменениями судебной системы, - 25 декабря 1958 г. были приняты Основы законодательства о судоустройстве Союза ССР, союзных и автономных республик, Основы уголовного судопроизводства Союза ССР и союзных республик, Основы гражданского судопроизводства Союза ССР и союзных республик, а в 60-х годах приняты соответствующие кодексы союзных республик» ⁰. Так, например, УК РСФСР 1960 г. пришедший на смену репрессивному сталинскому законодательству 30 - 40-х годов, был в сравнении с ним, безусловно, прогрессивнее и демократичнее. Однако и он был порожден административно - командной системой, отмечен пороками тоталитаризма. Прежнее уголовное законодательство основывалось на вере в могущество принуждения, репрессии, в то, что хозяйственные упущения можно устранить силой уголовного закона вместо проведения соответствующих экономических и социальных преобразований. В нем отсутствовали примат общечеловеческих ценностей, уважение прав и свобод человека, уважение к международным обязательствам страны. Для норм УК РСФСР были характерны излишняя идеологизация, конъюнктурность, декларативность многих положений. В то же время неопределенность формулировок закона обусловливала невосприятие населением соответствующих деяний как преступных. В результате законодатель фактически сам способствовал насаждению правового нигилизма в обществе и государстве.

В период преобразований в России в конце 80-х гг. теория разделения властей получила признание в связи с выдвинутой идеей превращения России в правовое государство. Съезд народных депутатов РСФСР 12 июня 1990 г одобрил декларацию «О государственном суверенитете Российской Советской Федеративной Социалистической Республики», в п.13 Декларации было сказано: «Разделение законодательной, исполнительной и судебной властей является важнейшим принципом функционирования РСФСР как правового государства». В дальнейшем принцип разделения властей 21 апреля 1992 г. впервые был закреплен в Конституции РСФСР.

К этому времени, устаревшее недемократическое законодательство, многие положения которого уже не отвечали ни экономическим, ни социальным, ни политическим потребностям современного российского общества, ни тем более международным нормам о правах человека, не могло эффективно работать на происходящие в России общественные перемены. Не в состоянии оно было обеспечить переход страны к рыночным отношениям, так как основывалось на принципах жесткого централизованного планирования в экономике, и во многом было несовместимо и с концепцией демократического правового государства. Поэтому понятно, что после 1991 года с крушением тоталитарного режима формирование российского правового государства было бы невозможно без подлинной судебной реформы. К этому времени, уже достаточно определенным представлялся ее основной вектор – «утверждение самостоятельной судебной власти, обеспечение независимости судей, формирование судоустройства, ориентированного на доступность судов для населения, необходимых в правовом государстве видов судопроизводства, основанных на принципах состязательности, равноправия сторон и диспозитивности» ⁰.

Многие новые прогрессивные положения о судебной власти, суде, правосудии, выдвинутые общественной практикой осуществления правосудия в России и за рубежом, нашли свое отражение в Концепции судебно-правовой реформы, утвержденной Верховным Советом России 24 октября 1991 г. И ее последовательными проводниками, участниками процесса обновления законодательства, формирования практики его применения стали Верховный Суд РФ и судейский корпус. В этом направлении одной из первых инициатив Верховного Суда стало дополнение действующего УПК двумя статьями (220(1) и 220(2)), закрепившими право лиц, заключенных под стражу, на судебное обжалование применения меры пресечения и продление ее срока, а в мае 1992 г. такой Закон был принят. Тем самым законодательство России в части защиты конституционного права граждан на свободу и личную неприкосновенность на досудебной стадии уголовного процесса было приведено в соответствие со стандартами международного права⁰.

И в дальнейшем судейским сообществом России было выдвинуто немало законодательных инициатив по созданию и совершенствованию правовой базы судебной реформы. Среди них - Закон «О статусе судей в РФ», принятый в июне 1992 г⁰.. Исходя из принципа разделения властей, впервые суд был определен не только институтом правосудия, но и как судебная власть, равнозначная законодательной и исполнительной властям государства, действующая независимо и самостоятельно от них, а судья - носителем этой власти. Закон сформулировал механизм обеспечения независимости, неприкосновенности и несменяемости судей, их правовой и социальной защищенности. Эти основные положения Концепции судебной реформы и Закона "О статусе судей в РФ" получили закрепление 1993 г в новой Конституции страны, содержащей специальную главу "Судебная власть". Теперь используемый Конституцией термин "судебная власть" был наполнен конкретным содержанием и представляет собой краткое выражение политико-правовой доктрины, вытекающей из концепции разделения властей в правовом государстве и устанавливающей место органов правосудия в системе государственного механизма. Закрепление в конституционных нормах и федеральном законодательстве судебной власти как государственно-правового института позволяет выделить его специфические признаки, отметить необходимость утверждения системы гарантий, позволяющих судебной власти осуществлять свои функции и решать поставленные перед ней законом государственные задачи.

Исторический опыт многих экономически развитых государств доказывает непреходящую ценность Конституции как базы для формирования государственно-правовой системы, соответствующей принципам демократии. Как известно, осуществление правосудия отличается от иных сфер общественной жизни особым объектом государственного воздействия и регулирования. И обусловлено это, с одной стороны, особыми целями, стоящими перед судебной деятельностью по защите человека и реализации его законных прав и интересов, с другой - специфичностью этой деятельности, которая осуществляется в особой процессуальной форме, являющейся наиболее сложной, разветвленной и детально урегулированной из всех юрисдикционных процедур. Практическая неограниченность "силового" воздействия судебных органов на правонарушителей (вплоть до применения смертной казни), возможность решающего влияния на реализацию прав граждан, обеспечения принудительного выполнения ими своих обязанностей свидетельствуют о важности и особом характере правосудия. Столь существенное значение судебной власти выделяет ее в качестве важнейшего объекта конституционного регулирования и одновременно выражает содержание установленных в Конституции основ осуществления правосудия. Вместе с тем значимость данной сферы предопределяет необходимость и повышенной охраны с помощью особой системы конституционных гарантий, что, в свою очередь, возможно лишь при условии их закрепления в Конституции. Независимость правосудия - одно из главных условий его осуществления, а потому ее обеспечение находится в эпицентре особых форм конституционно-правовых гарантий⁰.

В Конституции РФ отражается система организации деятельности судебной власти: указывается главная и исключительная функция судов - осуществление правосудия, определяются процессуальные формы осуществления судебной власти посредством различных видов судопроизводства. Конституция закрепляет основные требования, предъявляемые к судьям, и гарантии их самостоятельности: независимость, несменяемость, неприкосновенность, государственное финансирование деятельности судов. Ряд основных положений организации разбирательства дел в суде поднимается на конституционный уровень - это гласность, состязательность, участие присяжных заседателей. В соответствии с Конституцией основу судебной власти составляет совокупность судебных органов различной компетенции, действующих (и это важно!) независимо от органов представительной и исполнительной власти. Одновременно законодатель наделяет органы судебной власти некоторыми полномочиями по контролю за законностью выполнения отдельных функций субъектами иных ветвей власти.

Теперь судебная власть не является марионеткой в руках партийного аппарата, и её назначением является защита прав и свобод граждан, конституционного строя РФ, обеспечение соответствия актов законодательной и исполнительной власти Конституции, соблюдение законности и справедливости при исполнении и применении законов и иных нормативных актов. Обеспечение реализации предусмотренных Конституцией прав и свобод человека и гражданина составляет основное содержание деятельности органов судебной власти (ст. 18 Конституции). Судебная власть имеет прямое отношение к соблюдению гарантированных каждому прав на жизнь, свободу и личную неприкосновенность, неприкосновенность жилища, тайну переписки, телефонных, почтовых и иных сообщений.

Важно отметить, что Конституция России всегда оказывала большое влияние на формирование законодательства о судопроизводстве, судоустройстве, правоохранительных органах, прокурорском надзоре, теперь же Конституция РФ непосредственно является источником права. Такой вывод базируется на том, что в ней: а) получили нормативное решение многие вопросы правосудия и судоустройства; б) сформирована система конституционных принципов правосудия; в) определены основополагающие начала и предпосылки прямого действия ее норм (ст. 15). Следует отметить, что действующее законодательство о суде, правосудии, несмотря на многочисленные изменения, в решении ряда вопросов до сих пор отстает от Конституции РФ.

Поэтому, безусловно, положительную роль для становления системы нового законодательства о суде, судебной системе и правосудии играет более четкое и последовательное решение в действующей Конституции вопросов: а) разграничения компетенции Российской Федерации и ее субъектов в области законодательства (ст. 71-73); б) установления приоритета федеральных конституционных законов и федеральных законов, имеющих прямое действие на территории Российской Федерации; в) признание недопустимым противоречия федеральных законов федеральным конституционным законам; г) провозглашения недопустимости противоречия законов субъектов РФ законам, принятым по вопросам, относящимся к исключительной компетенции Федерации (ст. 76).

Надо признать, что конституционное положение о прямом действии норм Конституции РФ непривычно для субъектов правоприменения России. Такого положения в прежних российских конституциях не было. И как показала практика, суды оказались психологически неготовыми к прямому применению конституционных норм в ходе производства, например, по уголовным делам. Именно с учетом этого обстоятельства Верховный Суд РФ вынужден был накануне опубликования текста новой Конституции 24 декабря 1993 г. принять постановление «О некоторых вопросах, связанных с применением статей 23 и 25 Конституции РФ» ⁰. Прежде всего это касалось положения ч. 2 ст. 23 Конституции «о допустимости только по решению суда ограничения прав граждан на тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений». В своем постановлении Пленум Верховного Суда РФ разъяснял судам порядок принятии к рассмотрению материалов, подтверждающих обоснованность ограничения прав граждан, предусмотренных ст. 23 и 35 Конституции РФ. Но и в дальнейшем Пленум вынужден был обращаться к разъяснению вопросов применения Конституции.⁰

Поэтому можно констатировать, что далеко не все нормы Конституции могут быть применены без их конкретизации, без установления в отраслевом законодательстве механизма их применения. Более того, во многих нормах Конституции содержатся отсылки к текущему федеральному законодательству, в чем нетрудно убедиться, обратившись к тексту ст. 20, 25, 47 (ч.1), 50 (ч. 2,3), 51 (ч. 2), 121 (ч.2), 122 (ч. 2). А это законодательство во многих случаях еще не принято.

Есть в Конституции РФ нормы, хотя прямо и не отсылающие к другим федеральным законам, но содержание которых предполагает необходимость соответствующих норм отраслевого закона, направленных на обеспечение действия конституционных норм. Подтверждением высказанных соображений являются, например, положения ст. 48 «1. Каждому гарантируется право на получение квалифицированной юридической помощи. В случаях, предусмотренных законом, юридическая помощь оказывается бесплатно. 2. Каждый задержанный, заключенный под стражу, обвиняемый в совершении преступления имеет право пользоваться помощью адвоката (защитника) с момента соответственно задержания, заключения под стражу или предъявления обвинения»; и положения ст. 52 «Права потерпевших от преступлений и злоупотреблений властью охраняются законом. Государство обеспечивает потерпевшим доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба»; ст.123 (ч.3) «Судопроизводство осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон». Не обеспеченные отраслевым законодательством, обречены остаться отвлеченными декларациями положения, взятые из международно-правовых актов и включенные в текст Конституции⁰.

Продолжительное отставание законодательства о суде и судопроизводстве от Конституции, на которое все время указывают и судейское сообщество и Президент РФ, не всегда означает «замораживание» соответствующих конституционных норм. Примером тому могут служить положения ст. 49 Конституции РФ, установившей: «Каждый обвиняемый в совершении преступления считается невиновным, пока его виновность не будет доказан в предусмотренном федеральным законом порядке и установлена вступившим в законную силу приговором суда». С провозглашением на конституционном уровне требования об обязательном соблюдении принципа презумпции невиновности и даже раскрытием содержания этого принципа уголовного процесса Конституция тем самым существенно опередила законодательство о судопроизводстве и о судоустройстве.

В Конституции сформулирован еще ряд существенных для судопроизводства и правосудия положений, вытекающих из презумпции невиновности. В частности, предусмотрено, что а) обвиняемый не обязан доказывать свою невиновность (ч. 2 ст. 49); б) неустранимые сомнения в виновности лица толкуются в пользу обвиняемого (ч. 3 ст. 49); в) при осуществлении правосудия не допускается использование доказательств, полученных с нарушением федерального закона (ч. 2 ст. 50).

Характеристики

Список файлов ВКР