32998 (587494), страница 7

Просмтор этого файла доступен только зарегистрированным пользователям. Но у нас супер быстрая регистрация: достаточно только электронной почты!

Текст из файла (страница 7)

Между тем, в соответствии с УК для решения вопроса о привлечении лица к ответственности за ношение или хранение оружия необходимо установить два обстоятельства: относится ли исследуемый предмет к категории оружия (огнестрельного или холодного) и имеется ли на его хранение и ношение выдаваемое компетентными органами разрешение. Только совокупность указанных обстоятельств может служить основанием для привлечения лица к ответственности. Судебная статистика свидетельствует о том, что нулевой показатель относительно разрешения на оружие характеризует лиц, совершивших разбой. В основном применяется незаконно хранящееся оружие, а чаще всего предметы, используемые в качестве оружия.

Отсутствуют нормативные правила, препятствующие свободному изготовлению и реализации через общую торговую сеть товаров хозяйственно-бытового назначения, которые имеют признаки оружия или по своим конструктивным особенностям схожи с ними. Без какого-либо препятствия продаются ножи, которые не имеют номеров для регистрации, но, тем не менее, криминалистическая экспертиза признает их холодным оружием. Свободная продажа таких ножей и неприспособленность их для регистрации свидетельствует о том, что государство не устанавливает в отношении них каких-либо ограничений. А следовательно, привлечение к ответственности за их ношение по мотивам “отсутствие специального разрешения” не соответствует закону и противоречит принципу справедливости наказания, преобладание роли экспертной оценки над правовой приводит к выяснению по таким делам обвинительного приговора. Чтобы изменить такое положение следует четко определить в законе понятие оружия, перечислив конкретные его виды, на которые распространяется действие соответствующих правовых норм.

Законодательство ряда стран прямо называет образцы оружия, по своим конструктивным, целевым и практико-техническим характеристикам. Следует отметить, что 97 % преступлений в США и 95 % в Германии совершаются лицами, не имеющими разрешения на приобретенное оружие. А в России свыше 90 % преступлений совершается с помощью незарегистрированного оружия.

Детальная регламентация правового режима оружия приемлема и для нашего законодательства. По данным проведенного социологического исследования, если не считать огнестрельного оружия, а использование “холодного оружия” принять за 100 %, то при разбоях в экономической сфере, как правило, используют из холодного оружия в основном финские ножи (26 %), специально изготовленные в преступных целях острорежущие предметы (9 %), металлические кастеты (12 %) и другие – отвертки, стамески, шила и т.д. Лица, совершающие разбойные нападения, стремятся использовать “бесшумное оружие”, дабы не привлекать внимание посторонних к происходящему. Конечно, есть и исключения. Но, так или иначе, в законе следует четко определить понятие оружие, перечислить его конкретные виды, на которые распространяется действие соответствующих правовых норм. Это сделает ненужным (во многих случаях) производство криминалистической экспертизы, т.к. судебно-следственные органы сами получают возможность разрешить все правовые вопросы, связанные с оружием, и будут прибегать к помощи экспертов только в случае необходимости определить техническое состояние и исправность данного образца, провести идентификационные исследования и т.д. В законе можно определить оружие как предметы и механизмы, специального предназначения для поражения живой цели или мишеней, изготовленные по типу исторически выработанных образцов, максимально отвечающих задачам “преступного замысла” и не имеющих другого целевого назначения. Развитие законодательства именно в таком плане могло бы привести к ограничению сводного распространения оружия, упорядоченного его обращения и добровольной сдаче незаконно хранящегося. Порядок обращения в любом случае должен быть узаконен.

Федеральный закон “Об оружии”, принятый Государственной Думой 13 ноября 1996г. и вступивший в силу с 1 июля 1997г., не решает всех вопросов. Можно даже сказать, что этот закон не решает уголовно-правовых вопросов, а обеспечивает режим оружия.

При совершении преступлений, в частности разбоев, используются: конструктивно схожие с оружием изделия: пневматические винтовки, пистолеты и револьверы с дульной энергией не менее 3 Дж и не более 7.5 Дж, сигнальные пистолеты и револьверы калибра не более 6 мм, механические распылители, аэрозольные и другие устройства, снаряженные слезоточивыми или раздражающими веществами, электрошоковые устройства и т.п. Все эти изделия регистрации не подлежат, приобретаются без лицензии. Создан льготный режим и для охотничьего холодного клинкового оружия. Однако, если все вооруженные разбои принять за 100 %, то доля применения в них указанных нерегистрируемых сходных с оружием изделий составляет 9 %. Правда, статья 28 закона “Об оружии” предусматривает контроль за оборотом оружия, но это касается лишь регистрируемого оружия.

Также не мешало бы ввести понятие “опасные предметы”, куда вошли бы все изделия, которые по своим конструктивным и физическим свойствам могут быть использованы для причинения вреда здоровью. Установление уголовно-правового запрета на ношение опасных предметов в условиях явно не соответствующих их целевому назначению, может способствовать усилению борьбы с тяжкими преступлениями. Даже сам факт наличия у лица опасных предметов при совершении правонарушения укрепляет его решимость довести посягательство до конца, побуждает оказывать активное давление на потерпевшего, а также активно сопротивляться лицам, препятствующим преступным действиям, наконец, противодействовать работникам правоохранительных органов.

Совершенствование правового режима оружия может успешно осуществляться лишь в соответствии с развитием системы профилактики преступлений. А также, особую роль в борьбе с вооруженной преступностью играет оперативно-розыскная профилактика.

в) Рассмотрим вопрос виктимизации преступления. Дело в том, что криминализация (становление преступника) и виктимизация (становление жертвы преступника) могут анализироваться как процессы социального взаимодействия. Потерпевший и преступник фигурируют в социальных процессах возникновения преступности и контроля над нею как субъекты, которые взаимно определяют и интерпретируют себя и свои действия. В этом смысле нас интересуют взаимоотношения “действующего с оружием в руках преступника” и “терпящим урон от такого преступника - жертвы”. Эти взаимоотношения разные в зависимости от характера преступления.

Хорошо известно, какое значение имеет знание взаимоотношений между преступником и жертвой для раскрытия преступления. Но после того как преступление совершено, внимание правоохранительных органов обычно сосредотачивается на преступнике. Преступление, однако, необходимо изучать всесторонне: деяние - виновный - потерпевший - последствия. Преступник и его поведение - лишь одна сторона преступления, а другая - потерпевший и его виктимное поведение; отношения ”преступник - жертва” должны быть предметом комплексного исследования.

При осуществлении виктимологического анализа разбоев появляется возможность более глубоко разобраться в том, почему совершаются эти преступления, какие лица являются их “участниками” и как сказываются их отношения на поведении каждого. “Нельзя рассматривать разбои вне виктимологического фактора, ибо он способен порождать, ускорять, замедлять, нейтрализовать криминальные действия в конкретной ситуации. Имеется в виду, что от поведения потерпевшего зависит многое. Но разбои совершаются и без какого-либо содействия со стороны жертв, тем не менее, это обстоятельство также следует рассматривать как элемент совершения преступления. Способствовало поведение потерпевшего разбою или нет? Если да, то связь “виновный - потерпевший” лежит в основе совершенного разбоя.”³²

Характер виктимизации среди потерпевших от разбоев своеобразный. “Из общего числа потерпевших от указанных преступлений лиц, 68 % приходится на тех, чье поведение в той или иной мере было виктимным. От таких нападений страдают (жертвы) 9 % несовершеннолетних обоих полов, 6 % пожилых людей мужского и женского пола (лиц старше 60 лет) и 36 % женщин в возрасте 18-59 лет, потерпевших мужчин в этом возрасте - 49 %. Некоторые отличия наблюдаются в виктимном поведении взрослых и несовершеннолетних, мужчин и женщин. Ученые обращают внимание на то, что риск стать жертвой разбойного нападения в целом больше у мужчин, чем у женщин; у несовершеннолетних и лиц молодого возраста больше, чем у взрослых”.³³ Конкретные обследования, проведенные криминологами, показывают: наиболее виктимными являются несовершеннолетние (3 балла из 10) и лица в возрасте 18-20 и 21-25 лет (3 балла из 10). Относительно потерпевших в возрасте 26-30 лет показатели виктимизации более или менее стабилизируются (в пределах от 2 до 3 баллов), а к 40 годам вероятность виктимизации снижается до 1 балла. Далее она приближается к нулю. Но это касается только вооруженных разбойных нападений. По другим разбоям показатели виктимизации другие. Конечно, дело не только в возрасте. Надо учитывать еще ряд факторов: наличие у потерпевшего прошлой судимости, связей с лицами, ведущими преступный образ жизни, пьянство, наркоманию, проституцию и т.д. Главной, однако, всегда остается характеристика связи “преступник - жертва”. На основе изучения выделяются два основных вида (типа, формы) виктимного поведения: устойчивое (личностное) и неустойчивое (ситуативное). Первое встречается чаще всего именно при вооруженных разбойных нападениях. Но существует в литературе и более подробная классификация видов (типов, форм) виктимного поведения: активное, пассивное, злостное, агрессивное, провоцирующее, первичная виктимизация, многократная, повышенная и т.д. Эти виды поведения часто переплетаются и в таком переплетении “вызывают” совершение преступления. Вооруженным преступление бывает более чем в 50 % случаев. Г.И. Шнайдер выделяет “некую часть преступности в качестве процесса, в котором антиобщественные элементы пожирают друг друга”.³⁴ Но здесь, как пишут С.И. Кириллов и С.А. Солодовников, важно сопоставлять окружение преступника с окружением жертвы - что их столкнуло. Можно согласиться со следующим: взаимоотношения “преступник - жертва” можно определить как “взаимодополняющее партнерство”,³⁵ потому что и в виктимном поведении есть инициатива, активность. Изучение разбоев свидетельствует о том, что нередко жертва “формирует и воспитывает” преступника, когда своими виктимными действиями завершает его становление. Часто при разбоях потерпевший провоцирует преступника.

Усиливается профессионализм разбоев. Они становятся все более общественно опасными, циничными, изощренными. Если все разбои с квалифицирующим признаком принять за 100 %, то 80 % составляют нападения, совершаемые группой по предварительному сговору, как правило, ранее судимыми за хищения или с устойчивой ориентацией на совершение корыстного деяния. Среди них большое число ранее судимых два и более раз за различные преступления.

Касаясь неоднократности, повторности этих преступлений, следует отметить, что каждый вновь совершаемый разбой, тем более, если он не влечет наказания, облегчает последующий, снижая у преступников иммунитет к реализации преступных намерений. Безнаказанность часто ведет и к уверенности в успехе. Совершаются такие разбои обычно с применением оружия, чаще всего огнестрельного, сопровождаются жестокостью, тяжкими последствиями. Особенности тех, кто совершает разбои, заключаются, видимо, в том, что для них характерно специфическое поведение, связанное с отношением к жизни и здоровью человека, к чужому имуществу, чужой собственности. По мнению П.С. Дагеля, “Особенности личности преступника можно четко выделить лишь иногда, когда речь идет об умышленных преступлениях, с одной стороны, а с другой - о неосторожных”.³⁶ Сахаров А.Б. считает, что “особенности личности просматриваются всегда, когда речь идет о том или ином конкретном преступлении. Здесь недопустима уравниловка”.³⁷ Многие ученые особенности личности связывают с мотивами преступного поведения, его причинами и условиями. В этих случаях лица, совершающие те или иные преступления, изучаются в едином комплексе и, в системе причин и условий, когда центральной становится проблема механизма совершения конкретного деяния. Не было бы смысла вести речь об особенностях лиц, совершающих разбои, если бы этим лицам не были присущи свойства отличные от других преступников. Однако криминология, изучая лиц, совершающих насильственные преступления, не может не опираться в теоретическом плане на личность преступника вообще, на соответствующие понятия и т.д. Поэтому в рамках криминологической науки различные аспекты изучения лиц, совершающих разбои, выступают в качестве “внутреннего” анализа личности преступника. Иначе говоря, если учение о личности преступника является общим, то именно в его границах изучаются лица, совершающие разбойные нападения. В центре внимания любой попытки более или менее охарактеризовать особенности лиц, совершающих разбои, всегда стоят три основных вопроса: преступник и совершенное преступление; мотивы этого преступления; его причина и условие. Факт разбоя определяет специфическую преступную направленность личности ее характеристические особенности.

Характеристики

Список файлов ВКР