32912 (587486), страница 6
Текст из файла (страница 6)
Данная правовая позиция нашла свое отражение, к примеру, в Федеральном законе «О прокуратуре Российской Федерации».0 Согласно требованиям ст. 42 Федерального закона «О прокуратуре Российской Федерации» только органы прокуратуры (следователи прокуратуры и прокуроры) могут проводить проверку сообщений о фактах правонарушения, совершенного прокурором или следователем органов прокуратуры, и возбуждать против них уголовные дела (за исключением случаев, когда прокурор или следователь застигнут при совершении преступления).
Как обязательное условие, при котором у должностного лица или органа появляется право возбудить уголовное дело, понятие «в пределах своей компетенции» нацеливает правоприменителя на соблюдение следующих двух правовых положений.
Во-первых, дознаватель, орган дознания не всегда вправе возбудить конкретное уголовное дело. В ряде случаев компетенция органа дознания и дознавателя ограничена подведомственными им происшествиями.0 Так, к примеру, капитаны морских и речных судов, находящиеся в дальнем плавании, вправе возбуждать уголовные дела только о преступлениях, совершенных на данных судах (п. 1 ч. 3 ст. 40 УПК РФ). Следователи, руководители и члены следственной группы, начальники следственного отдела, а в ряде случаев и прокуроры не вправе возбудить уголовное дело в тех случаях, когда законодатель право его возбуждения в отношении конкретного должностного лица предоставил строго определенному органу предварительного расследования.
Во-вторых, дознаватель, орган дознания вправе возбудить уголовное дело только с согласия прокурора (ч. 1 ст. 146 УПК РФ). А при возбуждении уголовных дел в отношении отдельных категорий лиц законодателем предусмотрены дополнительные гарантии соблюдения их прав и законных интересов, дополнительные гарантии неприкосновенности лиц, в отношении которых решается вопрос о возбуждении уголовного дела.
Так, Генеральный прокурор РФ может возбудить уголовное дело:
– в отношении судьи Конституционного Суда РФ на основании заключения коллегии, состоящей из трех судей Верховного Суда РФ, о наличии в действиях судьи признаков преступления и с согласия Конституционного Суда РФ (п. 3 ч. 1 ст. 448 УПК РФ);
– в отношении судьи Верховного Суда РФ, Высшего Арбитражного Суда РФ, верховного суда республики, краевого или областного суда, суда города федерального значения, суда автономной области и суда автономного округа, федерального арбитражного суда, окружного (флотского) военного суда на основании заключения коллегии, состоящей из трех судей Верховного Суда РФ, о наличии в действиях судьи признаков преступления и с согласия Высшей квалификационной коллегии судей РФ (п. 4 ч. 1 ст. 448 УПК РФ);
– в отношении иных судей на основании заключения коллегии, состоящей из трех судей верховного суда республики, краевого или областного суда, суда города федерального значения, суда автономной области и суда автономного округа, о наличии в действиях судьи признаков преступления и с согласия соответствующей квалификационной коллегии судей (п. 5 ч. 1 ст. 448 УПК РФ);
– в отношении члена Совета Федерации и депутата Государственной Думы только при получении заключения коллегии, состоящей из трех судей Верховного Суда РФ, о наличии в действиях члена Совета Федерации или депутата Государственной Думы признаков преступления и с согласия соответственно Совета Федерации и Государственной Думы (п. 1 ч. 1 ст. 448 УПК РФ).
Причем, если член Совета Федерации, депутат Государственной Думы в процессе высказывания мнения или выражения позиции при голосовании в соответствующей палате Федерального Собрания РФ или при осуществлении иных действий, соответствующих статусу члена Совета Федерации и статусу депутата Государственной Думы, допустили публичные оскорбления, клевету или иные нарушения, ответственность за которые предусмотрена федеральным законом, возбуждение в отношении их уголовного дела осуществляется только в случае лишения члена Совета Федерации, депутата Государственной Думы неприкосновенности (ч. 6 ст. 19 Федерального закона «О статусе члена Совета Федерации и статусе депутата Государственной Думы Федерального Собрания РФ» 0).
Решение о возбуждении уголовного дела в отношении депутата законодательного (представительного) органа государственной власти субъекта Российской Федерации принимается прокурором субъекта Российской Федерации на основании заключения коллегии, состоящей из трех судей верховного суда республики, краевого или областного суда, суда города федерального значения, суда автономной области и суда автономного округа (п. 9 ч. 1 ст. 448 УПК РФ); а в отношении следователя, адвоката – прокурором на основании заключения судьи районного суда, а в отношении прокурора – вышестоящим прокурором на основании заключения судьи районного суда по месту совершения деяния, содержащего признаки преступления (п. 10 ч. 1 ст. 448 УПК РФ).
Наличие определенных условий, ограничивающих пределы компетенции (подведомственности) органа дознания, дознавателя налагает специфический оттенок на использованное в ч. 1 статьи 144 УПК РФ понятие «любое совершенное или готовящееся преступление».
Получается, что указанные должностные лица (органы) не только не обязаны, но и не вправе принимать и проверять заявление (сообщение) о любом преступлении. Они обязаны принять и проверить заявление (сообщение) о любом подведомственном им совершенном, совершаемом или готовящемся преступлении.0
На орган дознания, дознавателя возложена обязанность (а не только предоставлено право) в пределах своей компетенции принимать и проверять заявление (сообщение) о любом подведомственном им преступлении.
Эта обязанность – одно из проявлений общего правила, закрепленного в ст. 2 Конституции РФ,0 – обязанности государства соблюдать и защищать права и свободы человека и гражданина. В статье 144 УПК РФ закреплена одна из важных составляющих принципа публичности российского уголовного процесса, суть которого в том, что защита прав, свобод и законных интересов граждан, неопределенного круга лиц или интересов Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, муниципальных образований от преступных посягательств является важной и ответственной обязанностью правоохранительных органов, а не делом самих граждан.0
Публичное начало российского уголовного процесса выражается прежде всего в обязанности вышеуказанных должностных лиц и государственных органов принимать заявления (сообщения) о преступлении, разрешать таковые, возбуждать в пределах своей компетенции уголовные дела публичного обвинения и осуществлять по уголовным делам основанное на процессуальном и материальном законе уголовное преследование. По большинству дел уголовное преследование должно осуществляться вне зависимости от того, желает этого или нет потерпевший, примирился он с обвиняемым (подозреваемым) или нет.
Иначе говоря, уголовный процесс начинается, ведется и соответствующим решением завершается не только и не столько в интересах стороны обвинения (хотя данное обстоятельство тоже не сбрасывается со счетов), сколько в интересах всего общества, во имя справедливости и в целях предупреждения повторения аналогичных преступлений впредь как тем же лицом, так и другими лицами.0
Исключениями из принципа публичности являются положения ст. ст. 23, 25 УПК РФ, порядок разрешения заявлений о преступлениях, перечисленных в ст. 20 УПК РФ, а также рассмотрения дел частного обвинения.
Исходя из редакции ч. 1 статьи 144 УПК РФ, можно сделать вывод, что и первая, и вторая задачи стоят перед органом дознания, дознавателем одновременно. Это двуединая задача стадии возбуждения уголовного дела.
Теперь следует высказаться по поводу того, что понимает законодатель под моментом «поступления сообщения о преступлении», под моментом, с которого начинает проистекать срок рассмотрения и разрешения заявления (сообщения) о преступлении.
Когда речь идет о таких поводах для начала уголовного процесса (возбуждения уголовного дела), как заявление о преступлении и явка с повинной, особых проблем с установлением момента «поступления сообщения о преступлении» не возникает. Срок исчисляется с того дня, когда заявитель или явившийся с повинной обратились в орган (к должностному лицу), уполномоченный возбуждать уголовное дело с письменным или устным заявлением, в котором говорится о деянии, содержащем уголовно процессуально значимые признаки объективной стороны состава преступления.
Течение срока начинается вне зависимости от того, соблюдены ли должностным лицом, к которому обратился заявитель, требования ч. 4 комментируемой статьи о выдаче ему документа о принятии заявления, а также независимо от того, какую дату и время принятия заявления (соответствующую действительности или более позднюю) в указанном документе проставило лицо, его принявшее.
На исчисление срока стадии возбуждения уголовного дела не влияет также то обстоятельство, когда заявление или явка с повинной были зарегистрированы в порядке института ведомственной регистрации и учета заявлений, сообщений и другой информации о преступлениях и происшествиях.0
Сложнее дело обстоит с определением момента начала уголовного процесса при поступлении в орган дознания, дознавателю сообщения о совершенном или готовящемся преступлении, полученного из иных источников (п. 3 ч. 1 ст. 140 УПК РФ).
Недаром в некоторых публикациях рекомендуется исчислять срок для принятия решения в соответствии со ст. 145 УПК РФ с момента регистрации рапорта об обнаружении признаков преступления или «с момента подачи рапорта» в соответствующий орган расследования.0 Москалькова Т.Н., более того, рекомендует исчислять срок рассмотрения повода к возбуждению уголовного дела со дня его регистрации. Хотя эти утверждения представляются несколько небезупречными, заложенная в них авторами идея верна. Рапорт об обнаружении признаков преступления для того и составляется, чтобы облегчить установление начала срока рассмотрения и разрешения заявления (сообщения) о преступлении (стадии возбуждения уголовного дела).
Как минимум, речь идет о таких решениях, как возбуждение и отказ в возбуждении уголовного дела. Большинством процессуалистов до сих пор признавался промежуточный характер решения, аналогичного решению о передаче сообщения по подследственности в соответствии со ст. 151 УПК РФ, а по уголовным делам частного обвинения – в суд в соответствии с ч. 2 ст. 20 УПК РФ (п. 3 ч. 1 ст. 145 УПК РФ). Соответственно принятием данного решения не завершается течение срока предусмотренной ст. 144 УПК РФ предварительной проверки.
Некоторая небезупречность данных утверждений заключается в том, что они позволяют правоприменителю искусственно расширять рамки стадии возбуждения уголовного дела. Своевременно не составляя рапорт об обнаружении признаков преступления (своевременно не регистрируя повод для возбуждения уголовного дела), он получает возможность приступить к предварительной проверке не в день поступления ему сообщения, а через несколько суток после этого. При этом он может не опасаться нарушения предусмотренного статьей 144 УПК РФ срока рассмотрения и разрешения заявления (сообщения) о преступлении.
Представляется, в приведенной ситуации авторами неправильно расставлены акценты. Срок для принятия решения, завершающего стадию возбуждения уголовного дела, исчисляется с момента регистрации рапорта об обнаружении признаков преступления (повода для возбуждения уголовного дела) только в тех случаях, когда соблюдены два других требования:
1) рапорт об обнаружении признаков преступления должен быть составлен в тот же день, когда поступило сообщение о преступлении (непосредственно обнаружены признаки объективной стороны состава преступления);0
2) в этот же день повод для возбуждения уголовного дела подлежит регистрации.0
Если же рапорт об обнаружении признаков преступления оформлен или его (повода для возбуждения уголовного дела) регистрация осуществлена несвоевременно (на следующий, второй, третий и т.д. день), срок предварительной проверки (стадии возбуждения уголовного дела) должен исчисляться с момента принятия сообщения о совершенном или готовящемся преступлении, полученного из иных источников (иного повода для возбуждения уголовного дела), а не с момента регистрации соответствующего рапорта (иного повода для возбуждения уголовного дела). Иначе говоря, если, к примеру, по почте в канцелярию органа дознания поступило сообщение организации о хищении принадлежащего ей имущества, а рапорт об обнаружении признаков данного преступления зарегистрирован лишь через неделю, за момент начала отсчета срока для принятия решения, завершающего стадию возбуждения уголовного дела, должна браться дата, когда сообщение поступило в канцелярию, а не дата регистрации рапорта в дежурной части учреждения.
Большинством процессуалистов признается тот факт, что стадия возбуждения уголовного дела завершается решением о возбуждении или об отказе в возбуждении уголовного дела.0 Между тем в одном из комментариев к УПК РФ высказано несколько иное мнение. Так, Москалькова Т.Н. считает, что днем окончания рассмотрения заявления (сообщения) о преступлении является «дата направления письменного ответа или устного сообщения заявителю о принятом решении о возбуждении уголовного дела или об отказе в возбуждении уголовного дела».
Не будем говорить о том, что письменный ответ необходим не по всем делам. Не всегда на стадии возбуждения уголовного дела есть заявитель. Если же признать мнение автора правильным, то получится, что по каким-то материалам проверки дня окончания рассмотрения повода к возбуждению уголовного дела вообще может не быть. Такой вывод никак не согласуется ни с представлениями о стадийности уголовного процесса, ни с требованием закона о соблюдении установленных УПК РФ сроков.
Думается, Москалькова Т.Н. просто оговорилась. Она хотела сказать, что требование ч. 2 ст. 145, ч. 4 ст. 146, ч. 4 ст. 148 УПК РФ, касающееся того, что заявителю сообщается о возбуждении или об отказе в возбуждении уголовного дела, должно реализовываться в рамках срока стадии возбуждения уголовного дела, а не во время предварительного расследования. С таким тезисом можно согласиться. Тем не менее стадию возбуждения уголовного дела и стадию предварительного расследования все равно будет разграничивать решение о возбуждении уголовного дела, а не «письменный ответ или устное сообщение заявителю о принятом решении о возбуждении уголовного дела или об отказе в возбуждении уголовного дела». Данным решением, а также решением об отказе в возбуждении уголовного дела заканчивается стадия возбуждения уголовного дела. Одновременно заканчивается срок осуществляемой на этой стадии предварительной проверки заявления (сообщения) о преступлении.0
И последнее, что следует сказать о ч. 1 статьи 144 УПК РФ, – это то, когда истекает трехсуточный срок предварительной проверки заявления (сообщения) о преступлении. В соответствии с правилами ч. 2 ст. 128 УПК РФ, рассматриваемый срок истекает в 24 часа последних суток.
В этой же части ст. 128 УПК РФ закреплено правило, согласно которому, когда окончание срока приходится на нерабочий день, последним днем срока считается первый следующий за ним рабочий день. Буквальное толкование данного положения закона не позволяет признать нарушением срока стадии возбуждения уголовного дела вынесение постановления о возбуждении уголовного дела или об отказе в его возбуждении, в случае соблюдения органом дознания, дознавателем, следователем, руководителем следственной группы, начальником следственного отдела или прокурором данного правового условия.
Если в ч. 1 статьи 144 УПК РФ закреплена обязанность проведения органом дознания, дознавателем, следователем, руководителем или членом следственной группы, начальником следственного отдела или прокурором предварительной проверки заявления (сообщения) о преступлении, то в ч. 2 статьи 144 УПК РФ определены особенности проверки сообщения о преступлении, распространенного в средствах массовой информации. Здесь, в частности, закреплено право органа дознания, дознавателя, следователя, руководителя или члена следственной группы, начальника следственного отдела по поручению прокурора, а также право самого прокурора требовать от редакции и главного редактора средства массовой информации, опубликовавшего сообщение о преступлении, определенного рода документов и материалов. Это одно из процессуальных средств стадии возбуждения уголовного дела – средств предварительной проверки сообщения о преступлении.
Вообще же средств проверки заявления (сообщения) о преступлении гораздо больше. Можно говорить о существовании трех видов средств проверки заявления (сообщения) о преступлении.
1. Прямо закрепленные в уголовно-процессуальном законе средства сбора достаточных данных, указывающих на признаки преступления, а именно:
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
