32754 (587463), страница 5
Текст из файла (страница 5)
УИК РФ не содержит правил взыскания материального ущерба, указывая только сумму, нет в нем и отсылочных норм. Так как речь идет о материальном ущербе, причиненном при исполнении осужденными трудовых обязанностей, следует руководствоваться нормами ТК РФ.
При решении вопроса о материальной ответственности нередки случаи игнорирования норм трудового права администрацией исправительных учреждений. Не соблюдается порядок ознакомления работников-осужденных с приказами начальника исправительного учреждения о привлечении к материальной ответственности.
Подводя итог вышеизложенному, можно сделать вывод о том, что виды поощрений и взысканий, применяемых к работникам-осужденным, различны в ТК РФ и УИК РФ. Вследствие того, что начальник исправительного учреждения, как правило, сочетает в себе роли и основного субъекта трудового правоотношения, выступая от имени работодателя - исправительного учреждения, и субъекта уголовно-исполнительного отношения, нередко происходит подмена дисциплинарной ответственности по трудовому законодательству ответственностью за нарушение режима содержания в соответствии с уголовно-исполнительным законодательством и наоборот.
3. Проблемы правового регулирования института применения мер поощрения и дисциплинарного взыскания к осужденным к лишению свободы и пути их решения
3.1 Проблема дифференциации мер поощрения и дисциплинарных взысканий к осужденным к лишению свободы
Одним из основополагающих принципов в уголовно-исполнительном праве является принцип дифференциации и индивидуализации исполнения наказаний. От его претворения в правоприменительной деятельности зависит возможность достижения целей, поставленных перед уголовным наказанием.
Принципы уголовно-исполнительного права, и в частности принцип дифференциации и индивидуализации исполнения наказаний, представляют центральные положения, на которых должна строиться и действовать система исполнения наказания. Однако, по мнению И.Н.Павлова в отличие от уголовного права в уголовно-исполнительном праве содержание принципов не раскрыто[47].
В научной и учебной литературе выражены такие подходы к принципу дифференциации и индивидуализации исполнения наказаний: "принцип справедливости (ст. 6 УК РФ) выражен как принцип дифференциации и индивидуализации исполнения наказаний"[62], "принцип дифференциации и индивидуализации исполнения наказаний включает рациональное применение мер принуждения, средств исправления осужденных и стимулирование их правопослушного поведения как следствие дифференциации и индивидуализации самих осужденных"[63], "нормы о распределении осужденных по видам исправительных учреждений, о разных условиях отбывания наказания в исправительных колониях"[60], "производные от такого принципа уголовного права, как дифференциация и индивидуализация ответственности (ст. 6 УК РФ)"[] и т.д.
Принцип дифференциации и индивидуализации исполнения наказаний в основном трактуется этими исследователями как производный от принципа справедливости ответственности и наказания. Содержание принципа дифференциации и индивидуализации исполнения наказаний видится авторам в следующем: "Дифференциация исполнения наказания означает, что к различным категориям осужденных в зависимости от тяжести совершенных ими преступлений, прошлой преступной деятельности, формы вины, поведения в процессе отбывания наказания применяется принудительное воздействие и ограничение в правах в различных объемах. Один из методов дифференциации исполнения наказания - классификация осужденных и распределение их по видам исправительных учреждений"[61]. Зубарев С.М. рассматривает дифференциацию и индивидуализацию исполнения наказаний "как единый, взаимообусловленный и взаимосвязанный процесс, который позволяет скорректировать исправительное воздействие в зависимости от групповых и индивидуальных признаков осужденных"[59]. Данная позиция наиболее полно отражает концептуальную линию исправительного воздействия, особенно в части корректировки средств исправления на осужденных. Однако далее С.М. Зубарев продолжает, что "дифференциация осужденных предполагает распределение их по группам в процессе отбывания наказания, прежде всего по уголовно-правовым и уголовно-исполнительным основаниям"[59]. Как видим, авторы "объединяют в одном понятии два различных явления, хотя объективно различаются уголовно-правовая и уголовно-исполнительная дифференциация, обусловленные в значительной мере их задачами, способами реализации, субъектами правоотношений"[36]. Сходной позиции придерживается и М.П. Мелентьев: "Классификация осужденных к лишению свободы и их раздельное содержание должны основываться не на уголовно-правовой характеристике виновных, а в основном на пенитенциарных и психолого-педагогических признаках, ибо целью исполнения наказания является ресоциализация осужденных"[40].
И как следствие - вопрос "содержания принципов уголовно-исполнительного законодательства" отдан на откуп доктринальному толкованию ст. 8 УИК РФ[66], которое дает неограниченную свободу субъективному мнению того или иного исследователя.
В настоящее же время принцип дифференциации и индивидуализации исполнения наказания предполагает, что к различным категориям осужденных в зависимости от характера совершенных ими преступлений и степени общественной опасности, прошлой преступной деятельности следует применять различный объем карательного воздействия, правоограничений, а воспитательная работа с ними должна строиться с учетом типологических особенностей их личности, возраста, пола и иных психолого-педагогических особенностей. И прежде всего это относится к осужденным к лишению свободы.
Как известно, осужденные к лишению свободы разделяются на относительно однородные категории (ст. 80 УИК РФ), а отбывание ими наказания организуется в исправительных учреждениях различного вида (ст. 74 УИК РФ). Кроме того, в пределах одной колонии осужденные к лишению свободы могут находиться в обычных, облегченных и строгих условиях отбывания наказания (ст. 87 УИК РФ), предусмотренных видом режима данной колонии, что дает возможность применять к ним различный объем правоограничений. По степени социально-нравственной запущенности осужденные подразделяются на нарушителей, злостных нарушителей режима. По степени исправления они разделяются на положительно характеризующихся и не нуждающихся для своего исправления в полном отбывании наказания.
Дифференциация исправительного воздействия в отношении различных категорий осужденных может осуществляться в пределах вида исправительного учреждения, как без изоляции, так и путем изоляции. Например, за злостные нарушения режима осужденные могут переводиться в строгие условия отбывания (ч. 3 ст. 120, ч. 3 ст. 122 УИК РФ и др.) или в помещения камерного типа (п. "г" ч. 1 ст. 115 УИК РФ), где они содержатся изолированно от других осужденных, отбывающих наказание в данной колонии.
На первый взгляд кажется, что перевод осужденных из одних условий содержания в другие позволяет обеспечить дифференцированный подход к осужденным, стимулировать их исправление в процессе отбывания наказания. Однако недостаточная регламентация принципа дифференциации и индивидуализации исполнения наказаний негативно сказывается как на уголовно-исполнительном законодательстве, так и на правоприменительной деятельности.
Рассмотрим несколько примеров.
Части 2 статей 120, 122, 124 УИК РФ предусматривают, что при отсутствии взысканий за нарушения установленного порядка отбывания наказания и добросовестном отношении к труду по отбытию, в зависимости от вида режима, определенного срока наказания, осужденные могут быть переведены в облегченные условия. И здесь принцип дифференциации и индивидуализации исполнения наказания соприкасается с правовым положением осужденного, а именно - с одной из групп законных интересов осужденных, направленных на получение поощрения, возможность которого закреплена в поощрительных нормах уголовно-исполнительного права (предоставления облегченных условий отбывания лишения свободы). Оставим за рамками данной статьи, не позволяя увлечься, рассмотрение разных трактовок понятия "законные интересы осужденных"[62].
Перевод осужденных в более благоприятные условия содержания согласно указанным статьям возможен при определенных условиях. Однако формулировки "при добросовестном отношении к труду" и "могут быть переведены" вызывают определенное сомнение. Во-первых, в настоящее время не всех осужденных к лишению свободы администрация учреждений может трудоустроить. Во-вторых, формулировка "могут быть переведены" предполагает определенные моменты субъективного отношения администрации учреждений к осужденному, в связи с чем законный интерес осужденного на перевод в более облегченные условия содержания может остаться лишь виртуальным. В-третьих, сам факт соблюдения осужденным режима содержания уголовно-исполнительным законодательством не рассматривается достаточным основанием для перевода в улучшенные условия содержания. Указанные положения не в полной мере отражают дифференцированный подход к условиям отбывания наказания, а главное - безусловного соблюдения прав осужденного. Переход осужденного в улучшенные условия содержания при отсутствии взысканий должен быть безусловным правом осужденного, которое будет и должно стимулировать правопослушное поведение осужденных. Безусловное право осужденного на перевод из строгих условий содержания в обычные при отсутствии взысканий, правда, не ранее определенного времени, закрепляется ч. 5 ст. 120, ч. 6 ст. 122, ч. 6 ст. 124 УИК РФ. И здесь наблюдается определенной парадокс: соблюдение осужденным режима содержания в строгих условиях является достаточным для перевода в улучшенные условия содержания, а из обычных условий в облегченные - нет. И такая неопределенность перевода из одних условий в другие, особенно в улучшенные условия содержания, не порождает, как правило, интереса у осужденных к правопослушному поведению. Тем более что правовое регулирование изменения условий отбывания не предусматривает досрочного их улучшения, в том числе и перевод со строгих условий в обычные.
Такая ситуация неопределенности возникает из-за того, что законодатель в ч. 3 ст. 113 УИК РФ наряду с мерами поощрения в числе "иных мер" указывает на возможности применения положений ст. 87 УИК РФ, не дифференцируя их по положительному и негативному признаку. Тем самым, относя их к разряду поощрительных норм, не ставит знака равенства между институтами применения мер поощрения и изменения условий отбывания лишения свободы[72].
Ситуация законодательной неопределенности возникает и при переводе осужденного в помещение камерного типа. Являясь мерой взыскания, согласно п. "г" ч. 1 ст. 115 УИК РФ перевод осужденных к лишению свободы в помещение камерного типа выполняет по своей сути перевод осужденного в тюрьму, так как там и там камеры, а характер правоограничений еще более суров. Возникает вопрос: почему перевод осужденных в строгие условия содержания происходит комиссионно, а перевод в помещение камерного типа - нет, и какую роль выполняет помещение камерного типа - взыскания или условий содержания? Поглощает ли срок дисциплинарного взыскания срок пребывания осужденного в более строгих условиях содержания? Из анализа указанных статей видно, что пока в правоприменительной практике возникают только вопросы, на которые ответа законодатель не дает.
Таким образом, становится очевидным, что уголовно-исполнительное законодательство не раскрывает полностью и понятие "злостный нарушитель режима" и четко не определяет критерии и правовые последствия отнесения осужденного к данной категории. Следовательно, при достижении одной и той же степени исправления могут наступать различные правовые последствия. Так, одного злостного нарушителя режима за очередное злостное нарушение водворят в помещение камерного типа, а другого в тюрьму[68].
Анализируя мнения В.С. Яковлева, Б.З. Маликова, Н.Б. Маликовой, наиболее приемлемым вариантом выхода из данной ситуации можно считать:
-
исполнять сначала дисциплинарное взыскание, а затем содержание осужденных в условиях, определенных комиссией исправительного учреждения при признании осужденного злостным нарушителем установленного порядка отбывания наказания[72];
-
на основании материалов, характеризующих осужденного в период применения к нему дисциплинарного взыскания, комиссионно подтверждать или не подтверждать признание его злостным нарушителем установленного порядка отбывания наказания; если осужденный остается таковым, то он должен быть переведен в соответствующие более строгие по сравнению с первоначальными условиями отбывания наказания[67];
-
содержание осужденных к лишению свободы в помещениях камерного типа и единых помещениях камерного типа сделать условиями содержания, с необходимыми правоограничениями.
3.2 Проблема меры поощрения как субъективного права осужденного
Одним из самых дискуссионных в теории является вопрос о том, можно ли поощрение рассматривать как субъективное право осужденного. Активно точку зрения о праве осужденных на поощрение отстаивает А.Ф. Сизый[53]. Но многие ученые придерживаются позиции, что в одних поощрительных нормах (их меньшинство) закреплено право осужденных на поощрение, в других – нет[56]. Ни одна поощрительная норма действующего уголовно-исполнительного законодательства не предоставляет осужденному право на поощрение, и следовательно, он не наделяется правом требовать такового.
В поощрительных нормах используются не императивные формулировки, а словосочетания: "могут применяться", "могут быть применены". По мнению Ю.Д. Соловьева, это отнюдь не означает, что не может быть, а точнее, не должно быть поощрительных норм, закрепляющих обязанности органа, исполняющего наказание, назначить осужденному за желаемый вариант поведения меру поощрения[55]. Необходимо придать некоторым поощрительным нормам обязательный характер. Например, поощрениям для осужденных, перевыполняющих нормы выработки или образцово выполняющих установленные задания на тяжелых работах, а также на работах с вредными или опасными условиями труда, в виде повышения размера средств, разрешенных для расходования (ч. 4 ст. 88 УИК РФ), и увеличения продолжительности ежегодного оплачиваемого отпуска (ч. 5 ст. 104 УИК РФ). Но это следует рассматривать скорее как исключение, имеющее обоснование опять же в исключительности условий.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
