32160 (587386), страница 5
Текст из файла (страница 5)
-нерациональное использование нежных и иных материальных ресурсов образовательного учреждения[26, с. 225].
Этот перечень образовательных деликтов со стороны педагогических работников приведен полностью в проекте Общей части Кодекса Российской Федерации об образовании.
Тот же проект предусматривает такие последствия привлечения тех или иных субъектов образовательных правоотношений к юридической ответственности за совершение перечисленных действий к обучающимся могут быть применены следующие меры дисциплинарного взыскания, предусмотренные:
-замечание, выговор, запрещение посещать отдельные занятия или пользоваться отдельными помещениями (учреждениями) вуза в течение одного или нескольких семестров;
-исключение из образовательного учреждения.
За совершение дисциплинарных проступков педагогические работники образовательных учреждений могут быть повергнуты следующим мерам дисциплинарного воздействия: замечание, выговор, временное отстранение от ведения занятий на срок до окончания семестра (четверти), запрещение читать курс в порядке, предусмотренном ч. 7 ст. 55 Закона РФ "Об образовании", увольнение. Такие же последствия предусматриваются и для руководителей образовательных учреждений. В действующем законодательстве, прежде всего, трудовом и Законе РФ "Об образовании", как отмечалось выше, предусмотрены определенные меры ответственности, которые применяются на практике. Однако, перечень, содержание, характер этих мер чрезмерно узок и не способен отразить всю специфику образовательных отношений. В этом отношении соответствующие нормы проект Общей части Кодекса Российской Федерации об образовании, думается, значительно более обоснованны и в максимальной мере отражают особенности поведения субъектов образовательных отношений и юридических последствий их противоправных деяний[26, с 229].
ГЛАВА III. ОСОБЕННОСТИ ПРИМЕНЕНИЯ ЮРИДИЧЕСКОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТИ В СФЕРЕ ОБРАЗОВАНИЯ
3.1 Проблемы юридической ответственности в сфере образования
Институт юридической ответственности занимает одно из центральных мест в ряду правовых средств, обеспечивающих эффективную реализацию конституционных прав граждан в области образования и формирующих целостный механизм гарантий осуществления прав и свобод личности в сфере образования.
С теоретико-правовой точки зрения представляется оправданным рассматривать юридическую ответственность в сфере образования как ретроспективную, выражающуюся в специфических охранительных правоотношениях, субъектами которых выступают государство и правонарушитель.
Юридическая ответственность, выражаясь в мерах государственного принуждения, в ограничении прав и свобод граждан, не может устанавливаться и применяться произвольно. Порядок привлечения к ответственности и меры, применяемые государством при наступлении юридической ответственности, должны соответствовать определенным требованиям – принципам, к которым относят законность, обоснованность, справедливость, неотвратимость, целесообразность, недопустимость повторной или двойной (уголовной и административной) ответственности за совершение одного и того же правонарушения[24, с 20].
По нашему мнению, при установлении и применении юридической ответственности, прежде всего в практическом аспекте, необходимо исходить из основополагающего конституционного принципа ограничения прав и свобод граждан, закрепленного в части 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации, в соответствии с которым ограничение прав и свобод граждан допускается лишь при соблюдении одновременно двух условий: во-первых, эти ограничения должны быть установлены только федеральным законом; во-вторых, они вводятся исключительно в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства[25, с. 45].
Именно названные условия играют роль своеобразных правовых критериев нормативного введения и закрепления ответственности, установления соответствующих санкций – мер ответственности.
Правовые ограничения соседствуют, взаимосвязаны с запретами в праве, которые отличаются юридической общеобязательностью, а, по мнению известного ученого-юриста С.С. Алексеева, сама суть и социальная подоплека юридической ответственности во многих случаях заключается в том, чтобы обеспечить реальное проведение юридического запрета в жизненных, фактических отношениях. Он указывает, что нередко введение юридических санкций является, по сути дела, способом установления юридического запрета, а величина юридической силы запрета и степень его категоричности обусловлены видом юридической ответственности. В свою очередь, запрет есть одна из разновидностей ограничения права. Но ограничение права допускается не произвольным образом, а лишь в соответствии с названными конституционными условиями.
Юридическая ответственность выступает при этом своеобразным ограничителем неправомерного поведения в тех случаях, когда действия субъекта нарушают права и свободы других лиц, а также публичные интересы, охраняемые законом[25, с. 47].
В сфере образования, в силу разнородности образующих ее общественных отношений, действуют все традиционно закрепленные законодательством Российской Федерации виды юридической ответственности: гражданско-правовая, административно-правовая, уголовно-правовая, дисциплинарная. В то же время для образования характерным является и специфический вид ответственности – образовательно-правовая, возникающая только при противоправном посягательстве на образовательные (педагогические) отношения. В.М. Сырых обращает внимание на неурегулированность юридической ответственности в образовательном праве, которая связывает правовые последствия лишь с отдельными нарушениями учебной дисциплины, отмечая при этом, что в образовательном праве сложилась особая система мер юридической ответственности за виновные посягательства на образовательные отношения. Проведенный анализ законодательства об образовании показывает, что юридически не урегулированными остаются нарушения собственно педагогической дисциплины, т.е. порядка взаимоотношений педагога, обучающегося, образовательной организации[26, с. 271].
Так, в соответствии с пунктом 3 статьи 32 Федерального закона "Об образовании" провозглашается, что образовательное учреждение несет ответственность за жизнь и здоровье обучающихся и своих работников во время образовательного процесса, нарушение прав и свобод обучающихся, воспитанников, работников образовательного учреждения, а также за иные действия, предусмотренные законодательством Российской Федерации. Однако ни названный закон, ни иные законодательные акты не устанавливают конкретную юридическую ответственность и ее меры по названным основаниям. Тем самым анализируемое нами законодательное положение остается пустой фразой.
Указанные в Федеральном законе "Об образовании" предписания сформулированы, во-первых, скорее как обязанности образовательного учреждения, которые оно должно неукоснительно исполнять, что представляет собой основание позитивной ответственности. Во-вторых, положения Закона об ответственности в данном случае настолько расплывчаты (поскольку не содержат четких критериев), что не позволяют рассматривать их и в практическом аспекте как основания применения соответствующих правовых санкций, которые к тому же вообще не определены законом.
В этой связи следует согласиться с мнением М.Н. Марченко, что сомнительной по своему характеру и содержанию представляется так называемая позитивная, "положительная" ответственность, определяемая как "долг", обязанность следовать различным предписаниям. В этом случае допускается неправомерное смешение юридической ответственности со служебным или гражданским долгом, моральной обязанностью, соблюдать те или иные социальные нормативы[23, с. 56].
Особенностью юридической ответственности в образовании является ее комплексный характер, когда она, включая в себя элементы разных видов ответственности, отражает особенности содержания педагогических правоотношений, что и получило свое закрепление в отдельных специальных отраслевых законодательных актах – Уголовном кодексе Российской Федерации, Кодексе Российской Федерации об административных правонарушениях, Трудовом кодексе Российской Федерации. Вместе с тем наряду со своего рода "легализованными" в названных законах основаниями правовой ответственности в сфере образования следует назвать и иные, фактически признаваемые как нарушения прав и свобод участников образовательной деятельности, при этом нередко влекущие достаточно серьезные вредоносные последствия, но не признаваемые законом в качестве правонарушений (так называемые "скрытые" правонарушения) [28, с. 10].
С учетом общих принципов юридической ответственности (законность, соразмерность санкций, целесообразность, обоснованность, неотвратимость, реальность применения и осуществимости санкций, единства видов ответственности) формируется ряд принципиальных положений (принципов), имеющих критериальное значение и определяющих регулирование ответственности в сфере образования. К ним следует отнести: сочетание общих оснований юридической ответственности со специальными основаниями, характерными только для области образования; наличие в механизме правового регулирования образованием педагогических правоотношений и учет в связи с этим особых оснований ответственности; в качестве правонарушений в педагогических правоотношениях выступают нарушения основных прав человека и гражданина в сфере образования; сочетание публично-правовых и частноправовых элементов в регулировании ответственности; своеобразие санкций ответственности в области образования, отражающих особенности педагогических правоотношений, в частности воспитательный характер отдельных из них; ограниченное применение санкций, препятствующих осуществлению права личности на образование; сочетание и взаимосвязь различных видов юридической ответственности, предусмотренных законом в сфере образования; учет сектора платного характера предоставления образования (платные образовательные услуги)[28, с. 17].
В конечном итоге проблемы установления и применения юридической ответственности в области образования обусловлены, во-первых, ненадлежащим правовым урегулированием отношений в сфере образования, прежде всего педагогических (образовательных); во-вторых, низким уровнем закрепления ответственности в сфере образования; в-третьих, особым характером педагогических правоотношений, обусловливающим особенности образовательной юридической ответственности и, соответственно санкций; в-четвертых, отсутствием сформированного законодательного механизма реализации юридической ответственности, направленной в конечном счете на обеспечение конституционного права личности на образование и иных, смежных с ним прав, в том числе обеспечивающих его реализацию.
Особую озабоченность вызывает то совершенно очевидное обстоятельство, что если вопросы закрепления применения административно-правовой, уголовно-правовой, дисциплинарной, в конце концов, гражданско-правовой ответственности имеют под собой уже сформировавшуюся теоретико-правовую и практическую почву, основание для своего разрешения, то проблемы образовательно-правовой ответственности начинаются уже с дискуссионности самого признания педагогических (образовательных) правоотношений и вытекающего отсюда вывода о возможности возникновения такого вида ответственности образовательно-правовой как особенного, специфического, присущего лишь области образования. Поэтому, учитывая весьма высокую социальную ценность образования, в частности соответствующих общественных отношений, и необходимость защиты прав их участников, в том числе средствами, блокирующими действия, нарушающие эти права, к которым (средствам) следует отнести и юридическую ответственность, необходимо, во-первых, законодательно оформить реально существующие педагогические (образовательные) отношения, преобразовав их в правоотношения, закрепить определенные права и обязанности субъектов этих правоотношений; во-вторых, определить соответственно педагогические (образовательные) правонарушения, одним из отличительных признаков которых является причинение вреда посредством либо нарушения субъективных прав участников названных правоотношений, либо же путем создания препятствий исполнению этими субъектами возложенных на них юридических обязанностей. Образовательная правовая ответственность (далее ОПО) наступает за нарушение (в том числе неисполнение, ненадлежащее исполнение) педагогических юридических норм, регламентирующих педагогические отношения (правоотношения). Образовательная правовая ответственность проявляется в применении санкций определенного характера, обусловленных содержанием педагогических (образовательных) правоотношений. ОПО представляет собой результат обращения, проекции общеправового института ответственности на урегулированное соответствующими нормами права поведение субъектов названных правоотношений. ОПО устанавливает взаимосвязь между неправомерным, социально вредным – вредоносным деянием в связи с участием в педагогических правоотношениях и своего рода эталонным, нормируемым законодательным, иным правовым актом.
ОПО как специфическое правоотношение характеризуется особыми признаками, во-первых, своими субъектами; во-вторых, содержанием, обусловливаемым самостоятельностью образовательных правоотношений; в-третьих, основаниями возникновения, вытекающими из особого ряда педагогических (образовательных) правоотношений; в-четвертых, санкциями, носящими специфический характер.
Наступление ОПО по общему основанию обусловливается: во-первых, нарушением прав граждан в области образования, прежде всего права на образование, и, во-вторых, неисполнением (ненадлежащим исполнением) своих обязанностей образовательной организацией, педагогическими работниками.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
