31613 (587286), страница 7
Текст из файла (страница 7)
Лизинговые отношения подлежат обособленному и специальному правовому регулированию. Обособленность заключается в том, что лизинг должен быть представлен в ГК РФ как самостоятельный гражданско-правовой институт, отличный от института аренды.
При этом представляется нецелесообразным подробное регулирование лизинга только ГК РФ. Последний, закрепив лизинг в качестве самостоятельного гражданско-правового института должен предоставить это специальному федеральному закону, который позволит, особенно в условиях становления и развития лизинга в России, более гибко и детально регулировать отношения, оперативно реагируя на возможные конфликты и коллизии.
Таким образом, важным является и глубокое осмысление системы нормативно-правового регулирования лизинга, по поводу которого также существуют различные взгляды. В этой связи, в целях законодательного обеспечения соответствующих отношений, нужен поиск оптимального решения, которое позволит вывести правовое регулирование лизинговых операций на качественно новый уровень42.
Одной из проблем нормативно-правового регулирования лизинговых операций является вопрос о необходимости Федерального закона "О финансовой аренде (лизинге)". Именно так, поскольку этому уделено немало внимания в литературе.
С.И. Истомин делает вывод об отсутствии необходимости существования специального закона о лизинге, с одной стороны, и о необходимости принятия особого закона "О государственной поддержке участников лизинговых операций", с другой. Такой вывод основывается на том, что нормы ГК РФ и Конвенции УНИДРУА "в достаточной мере определяют существенные права и обязанности сторон", ГК РФ не предусматривает принятие закона, большинство норм первоначальной редакции закона противоречило ГК РФ, а действующая редакция не содержит необходимых правил, дополняющих его43.Е. Кабатова считает идею разработки отдельного законодательного акта, посвященному лизингу, спорной: "Работа над специальным актом о лизинге продемонстрировала, что на этом пути вряд ли будут достигнуты необходимые результаты, поэтому следовало бы разработать и внести изменения в соответствующие разделы ГК РФ"44. С.А. Громов высказал мнение о том, что "ввиду центрального положения ГК РФ в системе регулирования гражданских правоотношений, изменение законодательства о лизинге следовало бы свести к внесению необходимых рекомендаций в параграфе 6 главы 34 ГК РФ и отмене закона о лизинге, большая часть гражданско-правовых отношений которого дублирует параграф 1 главы 34 ГК РФ (с одновременным внесением необходимых изменений в имеющие публично-правовую природу Налоговый кодекс РФ, Таможенный кодекс РФ, Закон РФ "О валютном регулировании и валютном контроле" и другие специальные законы)". В литературе высказываются и иные подобные мнения45.
Таким образом, большинство позиций связано с тем, что специальный закон о лизинге не нужен, поскольку, во-первых, ГК РФ не предусматривает издание специального закона, во-вторых, существующий закон лишь дублирует ГК РФ, а собственных положений не содержит, в-третьих, решить вопрос можно путем внесения необходимых положений в ГК РФ.
Высказанную идею о принятии закона "О государственной поддержке участников лизинговых отношений" следует отвергнуть сразу. Такой закон может содержать лишь нормы, касающиеся вопросов налогообложения, валютного регулирования и таможенного контроля, которые должны содержаться в актах профилирующих отраслей46.
Довод, указываемый в литературе, о том, что ГК РФ не предусматривает издание специального закона о лизинге вряд ли можно признать существенным. Подобным образом считает и Е.В. Слесаренко, рассматривая в этой связи именно Федеральный закон "О финансовой аренде (лизинге)": "Очевидно, данный закон тоже соответствует ГК, а значит, входит в состав гражданского законодательства. Ограничивать законодателя, разрешать ему принимать лишь те или иные законы, которые прямо названы в кодексе, было бы неправильно. Положение законодателя в принятии федеральных законов определяются не ГК, а Конституцией РФ. Точно также не могут считаться убедительными высказывания против того или иного закона лишь на том основании, что ГК достаточно подробно регулирует какой-то вопрос"47.
Необходимо отметить, что, во-первых, закон уже принят и действует; во-вторых, хотя принятие закона ГК РФ и не предусматривает, но принят закон именно в соответствии с ГК РФ, поскольку регулирует отношения, связанные с осуществлением лизинга, договор о котором прямо предусмотрен в ГК РФ.
Замечания, касающиеся того, что закон в некоторых случаях дублирует ГК РФ, с одной стороны, можно прокомментировать тем, что в определенной степени это неизбежно, а с другой, - изменения и дополнения, внесенные в Федеральный закон "О лизинге", касаются не совершенствования законодательного акта, а исключения из него всех положений, которые, якобы, противоречат ГК РФ: "Главная цель, поставленная разработчиками нового закона, была выполнена: нормы закона приведены в полное соответствие с нормами ГК РФ о договоре финансовой аренде (лизинга). Задача была решена достаточно просто - из текста закона были исключены избыточные нормы и оставлены определения, которые имеются в наличии в ГК РФ и Конвенции УНИДРУА (Оттавская)". В указанном суждении прямо охарактеризовано "качество" работы с законопроектом.
Высказывания о том, что Федеральный закон "О финансовой аренде (лизинге)" не содержит норм, дополняющих ГК РФ, ошибочны. А характеристика § 6 гл.34 ГК РФ о том, что "… даже небольшое количество этих норм, сформировано в стройную систему…" просто не соответствует действительности. ГК РФ, по существу, практически не регулирует лизинговые отношения нормами, закрепленными в § 6 гл.34, и при отсутствии закона в большей части, по многим вопросам пришлось бы руководствоваться просто самыми различными статьями ГК РФ, как первой, так и второй частей, что недопустимо при регулировании такого сложного комплекса отношений, как лизинг. ГК РФ не определяет понятие лизинга, он раскрывает лишь содержание отношений при договоре лизинга. Не говорит ГК РФ и о возможности оказания дополнительных услуг, а последнее очень существенно, так как многие известные разновидности лизинга как раз и отличаются друг от друга степенью и характером дополнительных услуг. Только через комплексный анализ норм ГК РФ можно характеризовать отношения собственности, вещных прав на предмет лизинга. Особым способом в законе, по сравнению с ГК РФ, регулируются вопросы, связанные с обязанностями сторон относительно предмета лизинга (текущий и капитальный ремонт и т.д.). Законом предусматривается разрешение вопросов, связанных со страхованием, заключением договора лизинга на новый срок и прочее. В ГК РФ все указанные вопросы регулируется разрозненно, что не дает полного представления о порядке проведения лизинговых операций48.
Нам представляется, что специальный закон о лизинге необходим. Отношения, возникающие при осуществлении лизинговых операций, специфичны и имеют сложную структуру, не соответствующую договору аренды. При наличии же специального закона лизинговые операции регулируются нормами прямого действия без установленной в ГК РФ системы отсылок к нормам § 1 гл.34, нормам о договоре купли-продажи, нормам части первой ГК РФ.
В специальном законе могут содержаться и нормы, которые определяли бы специфику осуществления лизинговых операций в отдельных сферах, например, в авиапромышленности, в сельском хозяйстве. Однако, последнее допустимо лишь при наличии на то существенных оснований, так как лизинговые отношения, являясь гражданско-правовыми, не меняют свое содержание в зависимости от предмета лизинга, будь то, например, сельскохозяйственная или авиационная техника.
Опыт научных исследований, правильно сконструированная правовая модель лизинга, выработка преобладающего подхода к правовому регулированию лизинговых операций должны способствовать положительной динамике развития системы правового регулирования лизинговых операций и в итоге - окончательному становлению лизинга как эффективной и перспективной деятельности, которая внесет свой вклад в развитие экономики России.
2.2 Проблемы исполнения договора лизинга
Как и предполагалось ранее, на фоне экономического кризиса отмечается рост судебных споров между лизинговыми компаниями и лизингополучателями. Последние зачастую всеми правдами и неправдами пытаются отбиться от своей обязанности уплачивать лизинговые платежи. Причем, как показывает анализ судебных дел, лизингополучатели стали привлекать квалифицированных юристов для отстаивания своих интересов.
В марте 2009 г. судами было вынесено несколько интересных решений по вышеуказанным спорам. В обоих рассмотренных ниже случаях лизингополучатели в обоснование своей позиции о неправомерности взыскания с них лизинговых платежей ссылались на ничтожность договоров лизинга по ст.168 ГК РФ в связи с их несоответствием императивным требованиям ФЗ "О финансовой аренде (лизинге)".
В первом случае лизингополучатель сослался на то, что в соответствии с договором лизинга лизинговая компания заключила вместо договора поставки предмета лизинга договор комиссии, по которому комиссионер (выбранный лизингополучателем) обязался приобрести предмет лизинга, выбранный лизингополучателем, от своего имени, но за счет лизингодателя. В данном случае сложилась ситуация, при которой лизингодатель не заключил сам договор купли-продажи предмета лизинга, являющийся обязательным сопутствующим договором к договору лизинга по правилам п.2 ст.15 ФЗ "О финансовой аренде (лизинге)". На указанное обстоятельство и сослался лизингополучатель в качестве обоснования своих требований.
Однако суд занял сторону лизингодателя, указав, что вышеприведенное обстоятельство не может повлечь признание оспоренной сделки лизинга недействительной (ничтожной). В силу ст.421 ГК РФ стороны могут заключить договор как предусмотренный, так и не предусмотренный законом или иными правовыми актами. Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами. Согласно ст.665 ГК РФ по договору финансовой аренды (договору лизинга) арендодатель (лизингодатель) обязуется приобрести в собственность указанное арендатором имущество у определенного им продавца и представить арендатору это имущество за плату во временное владение и пользование для предпринимательских целей. Исходя из данной нормы ГК РФ, положений ст.15 ФЗ "О финансовой аренде (лизинге)", основная особенность лизинга состоит в том, что в аренду сдается имущество, приобретенное арендодателем исключительно с целью передачи его в аренду. Заключение договора комиссии было осуществлено лизинговой компанией с целью приобретения лизингового имущества с согласия лизингополучателя и во исполнение договора лизинга, в связи с чем подписание сторонами указанных договора комиссии и договора лизинга не влечет признание договора лизинга, как несоответствующего требованиям ст.665 ГК РФ и нормам ФЗ "О финансовой аренде (лизинге)"49.
В другом случае аргументы лизингополучателя в пользу признания договора лизинга ничтожной сделкой были следующими. Во-первых, лизинговая компания передала лизингополучателю транспортные средства, в которых впоследствии было выявлено несанкционированное изменение номеров агрегатов, что привело, по мнению лизингополучателя, к тому, что предмет лизинга стал имуществом, запрещенным для свободного оборота, что в свою очередь повлекло за собой нарушение ст.3 ФЗ "О финансовой аренде (лизинге)". Во-вторых, лизинговая компания передала в лизинг имущество, находившееся в ее собственности в момент заключения договора лизинга, что противоречит ст.665 ГК РФ.
И в указанной ситуации суд поддержал лизинговую компанию. По первому аргументу лизингополучателя суды отметили, что ст.129 ГК РФ предусматривается, что виды объектов гражданских прав, нахождение которых в обороте не допускается (объекты, изъятые из оборота), должны быть прямо указаны в законе, а виды объектов гражданских прав, которые могут принадлежать лишь определенным участникам оборота либо нахождение которых в обороте допускается по специальному разрешению (объекты, ограниченно оборотоспособные), определяются в порядке, установленном законом. Перечень объектов гражданских прав, изъятых из оборота, установлен Указом Президента РФ от 22.02.1992 г. № 179 "О видах продукции (работ, услуг) и отходов производства, свободная реализация которых запрещена". Ссылка лизингополучателя на Указ Президента РФ от 15.07.1998 г. № 711 "О дополнительных мерах по обеспечению безопасности дорожного движения" судом не была принята, так как данным правовым актом запрещается эксплуатация транспортных средств с измененными номерами, но не предусматривается изъятие из оборота либо ограничение оборотоспособности таких транспортных средств.
Суд отверг и второй довод лизингополучателя, указав, на то, что тот факт, что предметы лизинга были оформлены в собственность лизингодателя ранее даты заключения договоров лизинга, не имеет правового значения, поскольку в соответствии с пунктом спорных договоров лизинга продавец объектов лизинга был выбран лизингополучателем самостоятельно50.
Из приведенных решений можно сделать два вывода. Во-первых, необходимо повторить тезис о повышении качества юридического обоснования своей позиции лизингополучателями при оспаривании договоров лизинга. Во-вторых, что не может не радовать лизинговое сообщество, суды зачастую не ограничиваются формальным анализом спорных договоров и, несмотря на наличие юридических нарушений в их оформлении со стороны лизингодателей, отказывают лизингополучателям в признании таких договоров ничтожными в связи с их реальным исполнением сторонами в течение определенного периода времени.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
