31410 (587254), страница 15
Текст из файла (страница 15)
Так, определением Верховного Суда РФ гр. Т. было отказано в части взыскания заработной платы и восстановлении на работе в связи с незаконным осуждением. Из материалов дела установлено и не отрицается самой гр. Т., что после постановления обвинительного заключения она обратилась в дирекцию гостиницы "Золотой Колос" с заявлением об увольнении по собственному желанию и на этом основании была уволена по ст. 31 КЗоТ РФ с выплатой отпускных. Гр. Т. получила трудовую книжку и препятствий к трудоустройству не имела. При таких обстоятельствах суд обоснованно отказал гр. Т. в возмещении ущерба за указанный период, так как увольнение с работы не находится в причинно-следственной связи с вынесением неправосудного приговора и увольнением по ст. 29 п. 7 КЗоТ РФ.
Усложнено установление причинной связи при вынесении оправдательного приговора, поскольку он не находится в непосредственной связи с причиненным вредом (увольнение с работы, приостановление выплаты пенсии, лишение специальных званий, орденов, медалей, утрата права пользования жилым помещением). Вынесение процессуального акта - оправдательного приговора является итогом деятельности судебно-следственных органов на протяжении всего процесса, начиная с возбуждения уголовного дела.
Следовательно, обвинительный приговор и решения компетентных органов образуют сложную причинную связь, состоящую из нескольких звеньев. Сложная структура причинной связи имеет место в правоотношениях по возмещению вреда, причиненном при фактическом задержании обвиняемого (подозреваемого), когда лицо находится в квартире, принадлежащей на праве частной собственности. Причиной возникновения имущественного вреда явилось нарушение обязанностей обвиняемого (подозреваемого) по обязательному исполнению постановлений следователя, органа дознания. В свою очередь это послужило причиной принудительного проникновения в жилое помещение уполномоченных должностных лиц, которые, правомерно осуществляли свои функции на законном основании. Таким образом, имущественный вред причинен нарушением возложенных уголовно-процессуальным законом обязанностей и правомерными действиями. Имущественного вреда можно было бы избежать, если бы обвиняемый (подозреваемый) выполнил постановление следователя, органа дознания о его задержании. Отказ собственника квартиры открыть входную дверь только способствовал увеличению имущественного вреда. Таким образом, в деликтных обстоятельствах по возмещению вреда, причиненного должностными лицами следственно-судебных органов, имеет место два вида причинно-следственной связи по своей структуре: согласно п. 1 ст. 1070 ГК- сложная причинно-следственная связь; п. 2 ст. 1070 и ст. 1069 ГК- простая и сложная причинно-следственная связь.
Наступление гражданско-правовой ответственности за вред, причиненный должностными лицами в сфере уголовного судопроизводства, исходит из двух принципов: принципа причинения и вины. В наступлении гражданско-правовой ответственности согласно п. 1 ст. 1070 ГК лежит принцип причинения. Сам факт причинения вреда, возникшего в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности... порождает гражданское правоотношение, в рамках которого реализуется гражданско-правовая ответственность за причиненный вред. Такое построение обусловлено интересами максимальной защиты конституционных прав граждан, а также особенностями отношений, существующих в этой специфической государственно-властной деятельности.
Принципиально иное решение вопроса содержится в п. 2 ст. 1070 ГК: предполагается вина причинителя вреда. По общим правилам для наступления гражданско-правовой ответственности безразлично, какую форму имеет вина.
Основные выводы можно сформулировать следующим образом. Правоотношения по возмещению вреда, причиненного органам дознания, предварительного следствия имеют гражданско-правовую природу. Вышеназванные правоотношения складываются в рамках гражданско-правовой ответственности за причиненный вред.
Гражданско-правовая ответственность за имущественный вред, причиненный потерпевшему, наступает независимо от вины должностных лиц органов дознания и предварительного следствия за незаконное осуждение, незаконное привлечение к уголовной ответственности, незаконное применение мер пресечения в виде заключения под стражу и подписки о невыезде. Предлагается дополнить вышеназванный перечень: незаконным задержанием и незаконным применением принудительных мер медицинского характера.
Гражданско-правовая ответственность за имущественный и моральный вред, причиненный иной незаконной деятельностью органов дознания, предварительного следствия наступает по общим правилам деликтной ответственности. Под иной незаконной деятельностью следует понимать: освидетельствование, отстранение от должности, выемка, обыск, наложение ареста на имущество. При производстве указанных процессуальных действий противоправность может иметь место как в случае вынесения незаконного и необоснованного постановления, так и в случае фактического выполнения указанных процессуальных действий.
В гражданских правоотношениях по возмещению вреда, причиненного должностными лицами в сфере уголовного судопроизводства, имеет место два вида причинно-следственной связи: согласно п. 1 ст. 1070 ГК сложная структура причинной связи; п. 2 ст. 1070 - простая и сложная структуры причинной связи.
Гражданско-правовая ответственность должностных лиц за причиненный вред при осуществлении уголовно-процессуальной деятельности исходит из двух принципов: принципа причинения и принципа вины.
2.5 Объем, размер и порядок возмещения вреда, причиненного в сфере уголовного судопроизводства
По общему правилу причиненный вред возмещается в полном объеме причинителем вреда (ст. 1064 ГК).
Тот перечень имущественных потерь потерпевшего, который имеется в Положении о порядке возмещения ущерба от 18 мая 1981 г., в настоящее время носит лишь примерный характер. В частности, Положение упоминает о возмещении заработка и других трудовых доходов, которых потерпевший лишился в результате незаконных действий, о штрафах, взысканных во исполнение приговора суда; о судебных издержках; о суммах, выплаченных потерпевшим за оказание юридической помощи; об имуществе, конфискованном или обращенном в доход государства судом или изъятом органом дознания или предварительного следствия, и т. д. Возмещение подлежит и любой другой имущественный вред потерпевшего, выразившийся в неполучении дохода по вкладу, облигации и иной ценной бумаге; в убытках по сделкам, которые не были своевременно исполнены или были вынужденной прерваны, в лишении возможности принять наследство или сохранить его от расхищения и т. п.
Изучение следственно-судебной практики показало, что в возмещении вреда допускаются ошибки, как гражданами, так и правоохранительными органами.
Заработная плата подлежит возмещению за различные временные периоды: за время лишения свободы (с зачетом заработка, полученного в местах лишения свободы); за время отстранения от работы, за время содержания под стражей. Так, гр. О. требовал возмещения заработной платы за время заключения под стражей и отстранения от работы без учета времени применения меры подписки о невыезде. В некоторых случаях сами граждане ошибочно определяют объем возмещения. Так, гр. А просил возместить заработную плату за время лишения свободы до даты прописки по прежнему месту жительства, так как без прописки он не мог трудоустроиться.
Судом по собственной инициативе могут заменяться способы возмещения, несмотря на требования граждан. Так, гр. Т. требовала возвратить ей флакон духов, изъятых у нее во время обыска, в натуре, однако суд отказал ей в этом способе возмещения, присудив их стоимость, ссылаясь на то, что на момент рассмотрения исковых требований духи во флаконе содержались только на 1/3, и в описи изъятых вещей не указано, что духи находились в опечатанном флаконе. И, наоборот, гр. В. просил возместить ему стоимость золотой цепочки, изъятой у него в ходе следствия, суд, заменив способ возмещения, возвратил золотую цепочку в натуре. Каковы бы ни были способы возмещения, вред должен быть возмещен полностью.
Что касается восстановления нарушенных трудовых прав, действующее законодательство также требует совершенствования.
Полагаем, что следует внести соответствующую норму в будущий федеральный законодательный акт в следующей редакции: "время содержания под стражей, время отбывания наказания, а также время, в течение которого гражданин не работал в связи с отстранением от работы (должности) засчитывается в общий трудовой стаж в тройном размере, а в стаж работы по специальности - по фактической продолжительности этого времени".
Однако на практике должностные лица следственно-судебных органов продолжают руководствоваться нормой, установленной в ст. 6 Положения в существующей редакции, т. е. восстанавливая общий трудовой стаж по фактическому отбытию наказания.
Особого внимания заслуживает вопрос восстановления на работе гражданина, который был незаконно осужден или привлечен к уголовной ответственности.
В случае приглашения на работу на другое предприятие правомерно, требовать записи об увольнении в связи с переходом на другую работу. Это подтверждается и судебной практикой. Так, при удовлетворении протеста зам. генерального прокурора СССР на решение Московского областного суда от 10 марта 1983 г. и определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РСФСР от 6 мая 1983 г. по иску Ф. к Коломенскому холодильнику Московской области конторы "Росмясомолторг" о восстановлении на работе и взыскании заработной платы, Президиум Верховного Суда РСФСР исходил из того, что администрация Коломенского холодильника необоснованно отказала в предоставлении гр. Ф. прежней работы, уволенного п. 7 ст. 29 КЗоТ РФ. На момент рассмотрения дела Президиум Верховного Суда РФ гр. Ф. работал старшим инструктором в заготовительной конторе Коломенского райпотребсоюза, восстанавливаться на работе в Коломенский холодильник не пожелал, а просил изменить формулировку оснований увольнения и признать его уволенным по п. 5 ст. 29 КЗоТ, поскольку в отношении него имеется письменное ходатайство Коломенской заготконторы Коломенского райпотребсоюза о переводе на должность ст. инструктора Коломенского холодильника. Учитывая, что ему прежняя или другая равноценная работа после вынесения постановления о прекращении против него уголовного дела не была предоставлена по вине администрации Коломенского холодильника, с ответчика в пользу гр. Ф. - взыскана заработная плата за 3 месяца вынужденного прогула на основании ст. 214 КЗоТ РФ. Исковое требование гр. Ф. об изменении формулировки увольнения с Коломенского холодильника по ст. 29 п. 5 КЗоТ РФ в связи с переводом на работу в заготконтору Коломенского райпотребсоюза удовлетворено.
Единственным обстоятельством, исключающим возмещение государством причиненных убытков, является самооговор. Если самооговор является следствием применения к гражданину насилия, угроз и иных незаконных мер, то причиненный ущерб подлежит возмещению. Чаще всего под самооговором в следственно-судебной практике понимают показания подозреваемого, обвиняемого, подсудимого о признании своей вины в совершении инкриминируемого деяния. По данным проведенных исследований, самооговор является следствием не умысла потерпевшего, а влияния таких неблагоприятных обстоятельств, как немедленный арест, производство обыска в доме, неоднократные допросы по одному и тому же поводу, чаще всего самооговор выступает следствием применения недозволенных методов ведения предварительного расследования. Представляется, что самооговор, как обстоятельство, исключающее возмещение вреда, не является бесспорным.
В нашей стране уже более полутора десятков лет существует институт возмещения государством вреда, причиненного человеку незаконным уголовным преследованием. Указом Президиума Верховного Совета СССР от 18 мая 1981 г. было утверждено Положение о порядке возмещения ущерба, причиненного гражданину незаконными действиями органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда (далее - Положение). В соответствии с этим актом лица, в случае причинения им вреда незаконным осуждением, незаконным привлечением к уголовной ответственности, незаконным применением в качестве меры пресечения заключения под стражу, получили, в частности, право на возмещение со стороны государства нанесенного им имущественного ущерба. О компенсации же морального вреда в материальной форме в этом документе не упоминалось.
Вообще, принцип допустимости возмещения морального вреда в материальной (денежной) форме стал находить отражение в отечественном законодательстве значительно позднее - с 90-х гг. Так, Верховным Советом СССР были приняты 31 мая 1991 г. новые Основы гражданского законодательства, Союза ССР и республик (далее - Основы), действие которых было распространено на территорию Российской Федерации с 3 августа 1992 г. Статья 131 Основ позволила возмещать моральный вред, причиненный гражданину неправомерными действиями, в денежной или иной материальной форме при наличии вины причинителя вреда. Однако только с 1 марта 1996 г., с принятием части второй Гражданского кодекса РФ, реабилитированные лица получили конкретную и бесспорную законодательную базу для компенсации со стороны государства и своих моральных переживаний, связанных с неправомерным уголовным преследованием (ст. 1100 ГК РФ).
Правоприменительная практика последних лет показывает, что суды, отказывая в конечном итоге "жертвам правосудия" в удовлетворении исков о компенсации морального вреда, причиненного им до 1 марта 1996 г., ссылались прежде всего на то, что ч. 2 ст. 127 Основ, регулирующая отношения по возмещению вреда от незаконного уголовного преследования, делает ссылку на специальный законодательный акт, в данном случае на Положение от 18 мая 1981 г., которое не содержит норм, предусматривающих возможность материальной компенсации морального вреда.
Такой подход к данной проблеме, однако, разделяется далеко не всеми юристами. Изложение иных точек зрения по этому вопросу представляется достаточно актуальным и по сей день, поскольку именно с начала 90-х годов в судах значительно возросло количество вынесенных оправдательных приговоров и соответственно стало больше лиц, которые могли бы претендовать на материальную компенсацию перенесенных ими моральных страданий (только в 1993-1994 гг. в судах Российской Федерации было оправдано 6256 человек).
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
