31404 (587253), страница 10
Текст из файла (страница 10)
При всей полноте своих прав самоопределяющийся народ может претендовать на разное: жить в отдельном самостоятельном государстве, входить в конфедерацию, быть членом федерации, иметь статус ассоциированного государства, входить в общее государство – федеральное вовне и конфедеральное внутри, быть членом кондоминиума, когда два признанных государства, объединяясь, обладают совместным суверенитетом над определенной территорией, которая формально не принадлежит ни одному из них.
В определенной конкретно-исторической обстановке оптимальным решением может стать обретение прав автономии – территориальной или национально-культурной. В качестве меры, формы, позволяющей снимать особую напряженность в сфере национальных отношений, в международной практике рассматривается также множественная гражданская принадлежность: двойное гражданство, двухуровневое гражданство, когда в международном паспорте (или особом документе) указывается принадлежность как к государству, так и к основной его части.
Ту или иную форму самоопределения народ имеет право выбирать свободно и самостоятельно. Но реализация этого права с учетом принципа равноправия народов требует согласования сделанного выбора с другими народами.0
Негативные, печальные последствия борьбы народов за самоопределение нередко вызваны действиями существующих суверенных государств. С одной стороны, несоблюдение в сфере межнациональных отношений принципов последовательного демократизма. Дискриминационная политика вызывала активное недовольство народа, насилие властей – ответные действия. Негативную роль могут сыграть и сами руководители движения народов за самоопределение, склонных к крайним, радикальным решениям.
С другой стороны, на совести суверенных государств, в первую очередь ведущих держав мира, и то, что вмешательство в движение за самоопределение народов, закулисное или открытое, нередко осуществляется не в интересах прав человека, народа, мирового сообщества, в целом, а в собственных корыстных интересах.
Проблема реализации права народов на самоопределение органично связана с вопросами сочетания, взаимоувязки интересов и прав личности и коллектива (народа), о приоритете тех или других. Высказываются соображения, что она может исказить основной критерий: высшая ценность – человек, а не народ. В противоположность этому тезису обращают внимание на органичную взаимосвязь реализации прав индивида и народа. В частности, речь идет о том, что дискриминация человека ведет его к осознанию своей национальной принадлежности, тем более если дискриминация связана именно с нею.0
Нельзя выступать против права народов на самоопределение, как и отождествлять его с лозунгом, призывом к самоопределению. Признание этого права – коренной залог обеспечения возможности реализовать заложенный в нации потенциал, возможности для каждой нации иметь собственные стремление, а для каждого человека – быть полноправным и равноправным.0
Глава 2. Иракский Курдистан: проблемы развития
2.1. Курдский вопрос в геополитике
Курдский вопрос – комплексная проблема, связанная со стремлением курдов в странах Западной Азии – Иране, Ираке, Турции и Сирии – добиться национального самоопределения. С этой точки зрения данный вопрос является важной внутренней проблемой указанных стран, правительства которых рассматривают курдов как недоминирующую этническую группу, обязанную подчиняться существующей в этих странах политике в области национальных отношений. В то же время курдский вопрос в Западной Азии представляет собой часть сложного узла межгосударственных противоречий, в который вовлечены не только различные по своей политической ориентации силы внутренней антиправительственной оппозиции, но и международные силы. Это определяет международную и региональную значимость этой проблемы.0
Причины конфликтов курдов с режимами стран их проживания в Западной Азии следует искать в историческом прошлом их взаимоотношений. Геополитический район компактного проживания курдов в Западной Азии – этнографический Курдистан представляет собой обширный континентальный район со сложным географическим рельефом. Курдистан (буквально, «страна курдов») не имеет четких, фиксированных границ, т.к нет такого государства – Курдистан. Реальное содержание этого топонима сводится к набору определенных и неизменных физико-географических признаков и к наличию в этнонациональном составе населения абсолютного или относительного большинства курдов. Если первые признаки – постоянные, то вторые – переменные, подтвержденные превратностями исторического процесса, по крайней мере, с середины I тыс. до Р.Х. Один из главных компонентов этого процесса – этногегенез самих курдов, не завершенный до сих пор. Другой – бурные политические катаклизмы, происходившие в ареале расселения курдского этноса. Они сопровождались крупными этнодемографическими изменениями в результате войн, насильственных переселений и массового геноцида. Вследствие этого конфигурация условных границ Курдистана неоднократно менялась.
Современные очертания Курдистан принял после первой мировой войны, когда был произведен его раздел между Турцией, Ираном и зависимыми тогда от Англии и Франции Ираком и Сирией (в Турции – свыше 200 тыс. кв. км., в Иране – свыше 160 тыс. кв. км., в Ираке – до 75 тыс. кв. км., в Сирии – до 15 тыс. кв. км.).
Географические координаты современного Курдистана – 34-40 градусов северной широты и 38-48 градусов восточной долготы. В меридиональном направлении простирается примерно на 1 тыс. км., в широтном – на 300-500 км.0 (см. карту Курдистана в Приложении).
Среди курдов отмечается высокий естественный прирост – около 3% в год. Поэтому несмотря на преимущественно горный рельеф местности, благодаря плодородным долинам Курдистан по плотности населения достигает среднего показателя по Азии (до 45 человек на кв. км.). Его население приблизительно оценивается 30 млн. человек. Таким образом, курды – крупнейшее национальное «меньшинство» в Западной Азии и самая многочисленная нация в мире, не получившая права на национальное самоопределение.0
С VIII по XIX вв. на Ближнем Востоке существовали крупные курдские княжества, по меркам того времени являвшиеся государствами. Курды сыграли большую роль в прогрессе цивилизации Месопатамии, Ирана, арабского и исламского мира, а также Османской империи. Курды два раза правили исламским миром: при Салахэддине Эйуби и при Карим-хане Зенде, царствовавшим над всем Ираном и частью Ирака.0
Со времени образования Арабского халифата (VII век н.э.) вплоть до наших дней курды в разное время вели борьбу против арабских, турецких, монгольских, туркменских, персидских и других поработителей. Независимые курдские династии (Шедадиды, Мерваниды, Равадиды, Хасанвайхиды, Аюбиды) управляли не только отдельными княжествами, но и такими крупными странами как Египет и Сирия.
С начала XVI в. Курдистан стал ареной непрекращающихся войн. За обладание им спорили две мусульманские державы – Иран и Османская империя. Итогом этих войн стал Зохабский договор 1639 года, разделивший Курдистан на турецкую и иранскую части. Правительства Османской империи и Ирана старались ослабить, а затем и ликвидировать курдские княжества в целях экономического и политического закабаления. Этот раздел не положил конец междоусобицам, а, наоборот, еще более усилил феодальную раздробленность страны. В новое время освободительная борьба курдов продолжалась.
В XIX в., согласно условиям Гюлистанского мирного договора 1813 года, Туркманчайского договора 1828 года и Берлинского конгресса 1878 года, часть исторического Курдистана отошла к России и жившие там курды стали ее подданными. В первые десятилетия ХХ века он стал объектом экономических и политических притязаний Франции и США.
Итак, в эпоху позднего средневековья и нового времени геополитическое положение Курдистана определялось, с одной стороны, турецко-иранскими отношениями, с другой стороны, колониальными устремлениями России и западных держав, их борьбой за гегемонию на Ближнем востоке, где курдский регион занимал стратегически центральное положение.
Последний раздел Курдистана был осуществлен после первой мировой войны, когда страна курдов была раздроблена между четырьмя государствами Западной Азии: Ираном, Турцией, Ираком и Сирией. В результате части этнографического Курдистана оказались территориально разновеликими, различными по численности курдского населения. В каждой из этих частей курды обладали различным характером социально-политического опыта, разной степенью внешних воздействий. Общими тенденциями были социально-экономическая отсталость, политическая и экономическая зависимость от государств, между которыми они были поделены, а также страстное желание всех курдов защитить ареал своего проживания от посягательств извне.
Курды стремятся узаконить право распоряжаться территорией своего исконного обитания, необходимой для расцвета их национальной, духовной и материальной культуры. Для курдов также характерна высокая общественная и политическая активность. Идея защиты ареала своего компактного проживания – Курдистана – реализовывалась в лозунгах «независимого» или автономного Курдистана. Она наиболее четко осмысливалась курдскими шейхами и передавалась их предками из поколения в поколение, являлась генератором многих курдских восстаний, которые нередко возглавлялись шейхами. В конце XIX – начале XX века традиционные вожди неоднократно пытались с помощью идеи «независимого Курдистана» объединить курдов и подвигнуть их к созданию своей собственной государственности. Но всякий раз эти усилия оказывались неудачными, поскольку курды, в силу своей политической неопытности, становились объектом политического манипулирования со стороны заинтересованных политических сил.
В последней четверти XIX века курдский вопрос обозначился как региональный конфликт, когда в курдском обществе стали формироваться элементы национализма. В 1880 году шейх Обейдулла попытался объединить турецких и иранских курдов в одно национальное государство под своим управлением. Восстание было подавлено.0 Основной причиной. Определившей поражение курдов в тот период, было отсутствие социально-политических и экономических предпосылок для их объединения вокруг общей национальной идеи. Известную роль в неудаче шейха Обедуллы сыграли позиции Великобритании и России. Англичане попытались использовать курдское восстание для того, чтобы оказать давление на Россию и ослабить ее позиции в Иране. Русское правительство было заинтересовано в сохранении своего влияния в Иране и помогло шахскому правительству организовать оборону против Обейдуллы. Россия оказала сильный нажим на Турцию с целью заставить ее прекратить потворство и тайную поддержку курдам.0
Геополитическая значимость проблемы курдской государственности особенно четко определилась после первой мировой войны, когда изменение внутриполитических и внешнеполитических условий самого существования давало курдам перспективу национального освобождения. По Севрскому договору по инициативе Англии заходила речь о создании Независимого Курдистана (ст. 62 и 64). Но ни одно государство, подписавшие его, не принимало во внимание указанные статьи и ни одна из стран, кроме Италии, не ратифицировали его. Предложенный проект государственности восприняли как шутку, как идею эфемерного государства, означающее просто овладение Англией Мосулом и Киркуком. Поскольку Англия тогда склонялась к идее формирования из различных этнических субстратов наций, то курды, как субстрат в данном случае крайне неподходящий, был откинут, а вместо него англичане взялись формировать из части арабов нацию иракцев на подмандатной им территории на севере Ирака. Этот проект казался им более реалистичным.0 Но эта политика породила в то же время новые оттенки конфликтности. Заинтересованные в политической стабильности, режимы стран проживания курдов в Западной Азии прибегали к силовым методам решения проблемы, стремились «обезглавить» курдское движение, лишить его вождей – выходцев из курдской элиты. Весьма неоднозначной была позиция Англии и Франции. Британия, по существу, не препятствовала поощрению курдского национализма в одной части Курдистана и подавлению его в других. Эта позиция англичан особенно укрепилась после демаркации турецко-иракской границы, когда Мосул, ранее принадлежавший Турции, отошел к Ираку, и подписания в 1924 года Лозаннского мирного договора. Франция, поддерживая курдскую националистическую организацию «Хойбун», базировавшуюся в то время в Дамаске, стремилась обеспечить прежде всего свои интересы в Турции и Сирии, а не оказать реальную помощь курдскому народу. Результатом этой политики явилось подписание, при содействии Великобритании, в период между двумя мировыми войнами правительствами Ирана, Ирака, Турции соглашения, согласно которому ни одна из подписавших его сторон не поощряла курдский национализм в каждой из этих стран.0
Со второй четверти XX в. регионализация курдского вопроса постепенно заменяется его локализацией по странам проживания курдов в Западной Азии, где курды оказались в числе недоминирующих этносов. Представители единой этнической группы — курды — стали гражданами не одного государства, а целой группы упомянутых государств. В связи с этим одна ее часть должна была подключаться к этнической системе турецкого суперэтноса, другая — иранского, а третья — арабского (сирийского или иракского). Начался сложный процесс приспособления курдской этнической группы к условиям существования в пределах того или иного государственного образования со специфическими для каждой из них законодательной, административно-территориальной и прочими системами. Это способствовало процессу дезинтеграции курдов в социальном и политическом отношениях. В месте с тем разделенность курдов не позволяла ни одной из заинтересованных стран или политических сил захватить преимущества в этнографическом Курдистане. Этот регион не только в прошлом, но и сейчас привлекает внимание как стран региона Западной Азии, так и ряда развитых стран Европы, Азии и Америки. Он является как бы буфером, соединяющим транспортные, торговые и иные пути с Запада на Восток, что определяет его геостратегическое значение. Этим отчасти объясняется то обстоятельство, что ни одна из стран проживания курдов в Западной Азии не желает допустить того, чтобы разделенные части курдской социокультурной системы были объединены в одно целое. Правящие круги этих стран традиционно руководствовались в курдском вопросе националистической идеологией, которая не признавала за курдами права на свободное этническое развитие. Им отказывали в праве пользоваться родным языком в системе образования, запрещали курдскую обрядность и символику. Это связано, с одной стороны, с тем, что в странах проживания курдов в Западной Азии в основе политики интеграции «малых» народов лежит концепция «единой нации» (например, турецкой, иранской и т. д.), основывающаяся на приоритете наиболее активной в общественной и политической структурах этнической группы. Модели общественного развития в этих государствах не оставляют места для национального развития курдов. Поэтому неизбежно столкновение принципиально различных норм и устоев общественной жизни, представлений о престиже и долге, исходящих в одном случае из принципов гражданского общества, экономических отношений государств проживания курдов, их этнонациональной ориентации и религиозной этики, а в другом - из особенностей курдской социокультурной системы.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
