Просмтор этого файла доступен только зарегистрированным пользователям. Но у нас супер быстрая регистрация: достаточно только электронной почты!

Текст из файла (страница 9)

- определены нормами процессуального законодательства (АПК РФ);

- обязывают суд проверять только процессуальную правосубъектность участников этого соглашения;

- способствуют осуществлению задач судопроизводства (к ним относятся правильное и своевременное рассмотрение и разрешение гражданских дел в целях защиты нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов граждан и организаций, укрепление законности и правопорядка, предупреждение правонарушений, формирование уважительного отношения к закону и суду (ст. 2 АПК РФ));

- не допускают их изменения или расторжения по воле сторон, признания их недействительными по основаниям, предусмотренным гражданским законодательством.

Названные выше критерии дают основание для вывода о том, что "процессуальное соглашение" - явление исключительное. Бесспорно, к нему можно отнести упомянутое ранее соглашение по фактическим обстоятельствам, а также соглашение о распределении судебных расходов⁶⁷.

Вместе с тем указанные критерии не позволяют относить к "процессуальным соглашениям" соглашение о подсудности, соглашение о международной подсудности, арбитражное соглашение и некоторые другие сделки, определяющие форму защиты прав. Проанализировав указанные соглашения, можно сделать вывод о том, что, во-первых, любое из них совершается обычно до начала судебного процесса по коммерческому спору; во-вторых, порядок их совершения не урегулирован и не может быть урегулирован процессуальными нормами; в-третьих, при их оценке суд обязан проверить наличие гражданской правоспособности у сторон и полномочия подписавших их лиц; в-четвертых, они не направлены на содействие осуществлению задач судопроизводства; в-пятых, могут быть изменены или расторгнуты по воле сторон либо они могут быть признаны недействительными по тем основаниям, которые предусматривает ГК РФ.

Заключение любой сделки, определяющей форму защиты прав, обусловлено личными интересами сторон, имеющими материальную окраску. В этой связи очень выразительна метафора Н.Г. Елисеева, утверждающего, что стороны избирают тот суд, в котором они получат оптимальные юридические и фактические условия защиты своих интересов подобно тому, как покупатель приобретает товар там, где качество, цена продукции и прочие условия продажи являются для него оптимальными⁶⁸.

Вследствие сказанного сделка, определяющая форму защиты прав, как и иные сделки, направленные на защиту прав, является гражданско-правовой сделкой, которая обычно входит в состав сложной сделки (сложный фактический состав), в целом направленной на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей (основной гражданско-правовой договор (контракт)). Допустимо заключение сделки, определяющей форму защиты прав, и после состоявшегося нарушения гражданских прав субъекта защиты⁶⁹.

Любая сделка, определяющая форму защиты прав, обязательно должна быть совершена в письменной форме. При этом она может быть оформлена в качестве отдельного пункта в основном гражданско-правовом договоре (контракте). Однако вполне допустимо и имеет место на практике оформление самостоятельного договора, которым определяется форма защиты прав, отдельным документом, составленным как до, так и после возникновения разногласий между сторонами гражданского правоотношения. Необходимо подчеркнуть, что несоблюдение письменной формы любой сделки, определяющей форму защиты прав, позволяет говорить о том, что договор, конкретизирующий форму защиты, в этом случае считается незаключенным⁷⁰.

Равноценными по юридической силе могут быть признаны и документы относительно формы защиты прав, которыми стороны обменялись посредством почтовой, телеграфной, телетайпной, телефонной или иной связи, позволяющей достоверно установить, что документы исходят от надлежащих сторон (п. 2 ст. 434 ГК РФ). Однако в литературе обычно подчеркивается целесообразность оформления (например, арбитражных соглашений) в виде единого документа, подписанного обеими сторонами, с объяснением этого тем, что такой способ заключения сделки позволит избежать неопределенности в отношении того, достигли ли стороны соглашения о передаче коммерческого спора на разрешение третейского суда (арбитража). Последнее утверждение в полной мере распространяется и на иные виды сделок, определяющих форму защиты прав.

Особенностью сделок, определяющих форму защиты прав, является то, что эти сделки не находятся в зависимости от наличия самого гражданского правоотношения, - сделки, определяющие форму защиты прав, являются автономными по отношению к основному гражданско-правовому договору (контракту). Иными словами, отсутствие между сторонами гражданского правоотношения (например, по причине недействительности основного гражданско-правового договора) не влечет автоматически недействительность соглашения, определяющего компетентный суд. И напротив, недействительность всякой сделки, определяющей форму защиты прав, никоим образом не может воздействовать на действительность основного договора (контракта)⁷¹.

Утверждение об автономности арбитражного соглашения возражений, возможно, не вызовет: российская юридическая наука традиционно признает, что отсутствие или недействительность основного договора не влечет недействительности арбитражного соглашения. Это подтверждено и нормами действующего законодательства. Так, согласно п. 1 ст. 16 Закона о международном арбитраже арбитражная оговорка, являющаяся частью договора, должна трактоваться как соглашение, не зависящее от других условий договора; решение третейского суда о том, что договор ничтожен, не влечет за собой в силу закона недействительность арбитражной оговорки. Аналогичное правило установлено и в п. 1 ст. 17 Закона о третейских судах, предусматривающем, что арбитражное (третейское) соглашение должно рассматриваться как не зависящее от других условий договора, а вывод о том, что гражданско-правовой договор, включающий арбитражную оговорку, недействителен, не влечет за собой недействительность оговорки.

Вероятно, определенные возражения будут высказываться в отношении автономности соглашения о подсудности или соглашения о международной подсудности. Предвидя неоднозначную оценку выводу об автономности всех сделок, определяющих форму защиты прав, хотелось бы еще раз подчеркнуть, что рассматриваемая разновидность сделок в любом случае не порождает, не изменяет и не прекращает гражданских правоотношений (не воздействует на связывающее стороны правоотношение). Всякая сделка, определяющая форму защиты прав, направлена на создание модели защиты прав; такого рода соглашение независимо от действия основного договора (контракта) и вступает в силу только в случае нарушения (оспаривания) одной стороной этого соглашения субъективных гражданских прав другой стороны, вытекающих из предположительно связывающего их гражданско-правового отношения⁷².

Подтверждением позиции об автономности всех соглашений, которые определяют форму защиты прав, выступит, вероятно, норма ст. 446 ГК РФ, по правилам которой стороны, не заключившие основного договора, вправе передать свои разногласия, возникшие при его заключении, на рассмотрение суда (государственного или третейского). Иными словами, соглашения, которые определяют форму защиты прав, могут состояться и вовсе при отсутствии гражданско-правовых отношений между сторонами.

В литературе высказывается мнение, что автономность, в частности, арбитражных соглашений применима лишь при решении вопросов действительности сделок и не распространяется на иные случаи. В связи с этим делается вывод о том, что, в частности, при переходе прав кредитора по основному договору к другому лицу (уступка требования) к последнему переходят и права, вытекающие, к примеру, из арбитражного соглашения. Такая позиция представляется весьма спорной. Исходя из того, что сделки, определяющие форму защиты, во-первых, имеют самостоятельный предмет, отличный от предмета основного договора (контракта), во-вторых, не порождают для ее участников субъективных гражданских прав и обязанностей, можно говорить об отсутствии возможности перехода к новому кредитору прав из основного договора (контракта) и одновременно из сделки, определяющей форму защиты прав (арбитражное соглашение, соглашение о подсудности и др.)⁷³.

Помимо изложенного из общей массы гражданско-правовых договоров выделяют рассматриваемую разновидность договоров, которыми определяется форма защиты прав, и достаточно узкий круг оснований для их изменения (расторжения). Так, изменение или расторжение всякого договора, которым стороны определили форму защиты прав, допустимо только по соглашению сторон (п. 1 ст. 450 ГК РФ) либо в суде по требованию стороны, когда такое право и основания расторжения (изменения) стороны специально оговорили в этом договоре (п. 2, 3 ст. 450 ГК РФ). Все иные нормы п. 2, 3 ст. 450, ст. 451 ГК РФ неприменимы в отношении рассматриваемой разновидности соглашений.

Достаточно ограничен и перечень оснований для признания сделки, определяющей форму защиты прав, недействительной. Это связано с тем, что юридические последствия, возникающие из рассматриваемых сделок, не предусматривают возникновение, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей, о чем говорилось ранее.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Понятие «договор» в равной степени может быть применимо, во-первых, к собственно документу, на котором изложен соответствующий текст, не имеющий содержания в правовом смысле слова, но являющийся подтверждением следующей «ипостаси» данного термина в виде сделки, во-вторых, к самой сделке, имеющей своим содержанием условия договора, в-третьих, данное понятие может и должно быть применимо к правоотношению, содержанием которого являются права и обязанности сторон, вытекающие как из согласованных ими условий, так и из императивных и диспозитивных норм закона.

1. Объект договора как объект гражданских прав, по поводу которого заключен договор, выступает в качестве существенного условия договора лишь в случаях совпадения его с предметом, признания его законом в качестве необходимого для данного вида договоров и в других предусмотренных федеральным законом случаях.

2. В современной деловой практике используются оба способа заключения договора - как "между присутствующими", так и "между отсутствующими", причем существенных различий в механизмах не существует. Особенности проявляются лишь в отношении времени, предусмотренного для акцепта, - при заключении договора "между присутствующими", если в оферте не указан срок для акцепта, она должна быть акцептована немедленно.

3. Существует проблема, связанная с определением сроков, возникает она в связи с тем, что ГК РФ не уточняет, с какого момента начинает течь срок для акцепта, если оферта устанавливает определенный срок для ответа. В статье 440 ГК РФ указано, что акцепт должен быть получен до истечения срока для ответа, т.е. при определении того, был ли акцепт совершен в надлежащий срок, применяется общая теория "получения". Однако в отношении вопроса о том, с какого момента начинает течь определенный для акцепта срок с момента получения или отправки оферты, - сохраняется неопределенность.

4. Однако необходимо признать, что такое решение вопроса в ГК РФ неудобно для оферента, так как он не будет точно знать, в какой момент его предложение было получено, т.е. с какого момента он должен отсчитывать срок для акцепта. Ст.440 ГК следует изложить в следующей редакции: «Когда в оферте определен срок для акцепта, договор считается заключенным, если акцепт получен лицом, направившим оферту, в пределах указанного в ней срока, в акцепте должен быть указан срок получения оферты».

5. Формулировка п.3 ст.438 ГК РФ не лишена недостатков и позволяет неоднозначно толковать данную норму: неясно, возможен ли акцепт действием только в отношении оферты, в которой установлен срок для акцепта, либо он применим также к оферте, в которой такой срок не указан (подобное предложение может быть акцептовано в разумный срок). Представляется, что данная норма распространяется на все предложения, так как оферт без срока для ответа не существует. Вопрос только в том, где этот срок установлен - в самой оферте или же в ГК РФ (который указывает на применение разумного срока).

П. 3. ст.438 предлагается изложить в следующей редакции: «Совершение лицом, получившим оферту, в срок, установленный для ее акцепта либо в разумный срок если срок для акцепта в оферте не установлен, действий по выполнению указанных в ней условий договора (отгрузка товаров, предоставление услуг, выполнение работ, уплата соответствующей суммы и т.п.) считается акцептом, если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами или не указано в оферте».

6. Неоднозначно отношение к вопросам убытков, причиненных в ходе заключения договора.

Данная проблема могла быть решена одним из двух способов: введением законодательства об автоматической индексации цен либо изменением порядка применения цен при расчете убытков. При подготовке Гражданского кодекса был реализован второй вариант: расчет убытков должен производиться исходя из цен, существовавших в день добровольного удовлетворения должником требования кредитора либо в день обращения кредитора в суд в случае неудовлетворения его требования должником в добровольном порядке. Суду предоставлено право, в зависимости от обстоятельств конкретного спора, присуждая возмещение должником убытков, исходить из цен, существующих в день вынесения решения. Данное правило преследует цель обеспечить справедливое возмещение убытков, причиненных нарушением обязательств.

7. При рассмотрении вопроса об акцепте при электронной связи, когда одномоментное направление двух различных уведомлений практически невозможно, понятие одномоментности следует трактовать как незамедлительное последующее уведомление об отзыве тем же или аналогичным средством электронной связи. На практике может возникнуть вопрос, какой период времени будет считаться незамедлительным. Ведь каждая сторона этот момент может трактовать по своему. «Ч.1 Ст. 439 ГК предложением следующего содержания «В случае использования средств электронной связи акцепт считается не полученным в случае поступления извещения об отзыве акцепта незамедлительно. Незамедлительным признается время в течении одного часа после поступления акцепта». Ст. 439 ГК следует дополнить ч.2 следующего содержания «Извещение об отзыве акцепта должно быть направлено тем же способом, что и акцепт».

8. Регламентируя отказ от договора, закон указывает на непосредственную связь между действием стороны и прекращением обязательств: "в случае одностороннего отказа от исполнения договора... договор считается расторгнутым..." (п. 3 ст. 450 ГК РФ).

Характеристики

Список файлов ВКР