29315 (587016), страница 2

Просмтор этого файла доступен только зарегистрированным пользователям. Но у нас супер быстрая регистрация: достаточно только электронной почты!

Текст из файла (страница 2)

Свобода завещания выражается, далее, в том, что имущество может быть завещано любым лицам, как входящим, так и не вхо­дящим в круг наследников по закону (ст. 1121 ГК).

Завещатель может любым путем, опять-таки по своему усмот­рению, определить долю наследников в наследстве. Он может за­вещать наследникам лишь часть своего имущества, оставив другую его часть вне завещательного распоряжения.

Завещатель может лишить наследства одного, нескольких или всех наследников по закону, не указывая причин такого лишения. В данном случае имеется в виду лишение наследства одного, не­скольких или всех наследников по закону путем прямого волеизъ­явления завещателя. Но завещатель может определить доли на­следников в наследстве таким образом, что на долю наследника по закону ничего не достанется либо достанется меньше того, что он получил бы при наследовании по закону. Если наследник лишен завещателем наследства, то призвание его к наследству после смерти того же наследодателя по иным основаниям исключается, кроме случаев, когда он может быть призван к наследованию обя­зательной доли (ст. 1149 ГК). Если же наследник прямо на­следства не лишен, но его права на наследство ограничены кос­венно, то призвание его к наследованию по иным основаниям до­пускается.

Свобода завещания выражается также в том, что завещатель может включить в завещание и иные распоряжения, например о подназначении наследника (ст. 1121 ГК), о завещательном отказе (ст. 1137 ГК), о завещательном возложении (ст. 1139 ГК) и другие.

Свобода завещания выражается и в том, что завещатель, сохра­нивший полную дееспособность, в любой момент может отменить или изменить совершенное завещание (ст. 1130 ГК).

Свобода завещания ограничивается правилами об обязатель­ной доле в наследстве. Если завещатель лишил наследства того на­следника, который имеет право на обязательную долю, либо кос­венным путем свел на нет его право на обязательную долю, либо ограничил его в этом праве, причем нет оснований относить на­следника к недостойным (ст. 1117 ГК), то право на обязательную долю в случаях, предусмотренных законом, должно быть ему гарантировано (ст. 1149 ГК). А это может повлечь недействи­тельность завещания в той части, в какой оно ущемляет право на­следника на обязательную долю.

В соответствии с принципом свободы завещания завещатель не обязан сообщать кому-либо о содержании, совершении, об из­менении или отмене завещания, равно как и о причинах принято­го решения. Это правило перекликается со ст. 1121 ГК, которая гарантирует тайну завещания⁴.

Гражданское законодательство относит неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну к числу нематериаль­ных благ, которые принадлежат гражданину в силу закона, неот­чуждаемы и непередаваемы иным способом. Гражданское законо­дательство предусматривает защиту указанных благ с использова­нием в необходимых случаях установленных способов защиты гражданских прав (ст. 150 ГК).

Статья 1123 ГК, закрепляя тайну завещания, призвана защи­тить, применительно к принципу свободы завещания, неприкос­новенность частной жизни, личную и семейную тайну граждан. Гражданину крайне важно, чтобы формирование и выражение его воли, зафиксированной в завещании, протекали свободно, без ка­кого бы то ни было давления извне. Но он должен быть также уве­рен в том, что и после того, как завещание совершено, его содер­жание никем не будет преждевременно разглашено, в том числе и лицами, которые были ознакомлены с завещанием. Отсутствие та­кой уверенности может повлечь за собой то, что гражданин вовсе откажется от совершения завещания либо выразит в нем далеко не подлинную свою волю. К тому же нельзя сбрасывать со счетов и душевный дискомфорт, который гражданин может испытать, уз­нав о том, что содержание его завещания преждевременно, то есть еще до открытия наследства, раскрыто. Это может повлиять на его отношения с близкими людьми, вызвать среди них разлад, заста­вить гражданина отменить или изменить завещание, хотя бы он этого и не хотел. Словом, нарушение тайны завещания может вы­звать целую цепь неблагоприятных последствий, зачастую необра­тимых.

Тайна завещания обеспечивается тем, что завещатель вовсе не обязан сообщать кому-либо, в том числе и лицам, которых заве­щание касается, о содержании, совершении, изменении или отме­не завещания. Все это относится к частной жизни завещателя, со­ставляет его сугубо личную тайну, а потому неприкосновенно, должно быть, если завещатель того желает, надежно скрыто от по­сторонних глаз.

Тайна завещания обеспечивается также тем, что к ознакомле­нию с завещанием, когда это необходимо, допускается сравни­тельно узкий круг лиц, причем выбор этих лиц во многом зависит от самого завещателя. Можно предположить, что завещатель осу­ществит свой выбор из числа лиц, которым он доверяет.

Тайна завещания обеспечивается возложением на лиц, пере­численных в абз. 1 ст. 1123 ГК, обязанности до открытия наслед­ства не разглашать сведения, касающиеся содержания завещания, его совершения, изменения или отмены. Это нотариус или другое удостоверяющее завещание лицо, переводчик, исполнитель заве­щания, свидетели, а также гражданин, подписывающий завеща­ние вместо завещателя (так называемый рукоприкладчик). Необязательно, чтобы разглашаемые сведения были достоверными, это могут быть и небылицы, но они также могут лишить душевного покоя как самого завещателя, так и других лиц. Они иногда и рас­пространяются для того, чтобы «насолить» указанным лицам, вы­вести их из равновесия. Впрочем, мотивы разглашения или рас­пространения подобных сведений, независимо от того, достовер­ны они или нет, значения не имеют. На лиц, перечисленных в абз. 1 ст. 1123 ГК, возлагается обязанность замкнуть уста и «до­ждаться» открытия наследства. Нарушение указанной обязанности может повлечь применение предусмотренных законом способов защиты гражданских прав, в том числе и мер ответственности. Всеми этими способами защиты может воспользоваться сам заве­щатель, а если к тому моменту, когда возникла необходимость их применения, он признан недееспособным — лица, на которых возложена защита его прав и охраняемых законом интересов,— его опекуны. В числе этих способов защиты может быть запреще­ние судом лицу, нарушающему тайну завещания, разглашать или распространять сведения о завещательных распоряжениях, кото­рые завещатель сделал или якобы сделал, под угрозой применения к указанному лицу предусмотренных законом санкций.

В числе мер защиты, которые могут быть применены к правонарушителю, в законе специально выделена одна — завещатель вправе потребовать компенсации морального вреда (например, за разглашение или распространение сведений о том, что завещатель все свое имущество завещал любовнице). Завещатель может по­требовать компенсации морального вреда не только от нотариуса или иного лица, удостоверяющего завещание, но и от других лиц, перечисленных в ч. 1 ст. 1123 ГК. К указанным лицам могут быть применены и иные меры ответственности, причем не только граж­данско-правовой. Например, частный нотариус может быть лишен лицензии на занятие нотариальной деятельностью, исключен из нотариальной палаты. Кроме компенсации морального вреда на него может быть также возложена обязанность возместить кли­енту имущественный ущерб.

Статья 1121 ГК закрепляет принцип свободы завещания применительно к кругу лиц, которым имущество может быть за­вещано.

Правило, закрепленное в п. 1 ст. 1121 ГК, может быть выведе­но путем толкования п. 1 ст. 1119 ГК: если завещатель вправе по своему усмотрению завещать имущество любым лицам, то к ним относятся лица, как входящие, так и не входящие в круг наслед­ников по закону.

Центр тяжести сосредоточен в п. 2 ст. 1121 ГК, который пре­доставляет завещателю право подназначить основному наследнику запасного наследника на случай наступления предусмотренных в законе обстоятельств.

Пункт 2 ст. 1121 ГК в соответствии с принципом свободы за­вещания расширяет возможности завещателя подназначить наследника по сравнению с ранее действовавшим законодательством (ст. 536 ГК 1964 г.). При этом, как и раньше, никто, кроме за­вещателя, подназначить наследника не может, поскольку само подназначение наследника может иметь место только в завещании, которое должно быть совершено завещателем лично (п. 3 ст. 1118ГК).

Во-первых, в завещании наследодателя подназначенный наследник может быть назначен как наследнику по завещанию, так и наследнику по закону. Поскольку наследник по закону завеща­телем не назначается, термин «подназначение наследника» не вполне адекватен применительно к тем случаям, когда указанный наследник является запасным по отношению к наследнику по за­кону⁵.

Во-вторых, подназначение наследника, причем не только к наследнику по завещанию, но и к наследнику по закону, может быть рассчитано не только на те случаи, когда основной наследник умрет до открытия наследства, но и на те случаи, когда он умрет в момент открытия наследства, то есть одновременно с завещателем, либо после открытия наследства. Во всех указанных случаях к наследованию призывается подназначенный, то есть запасной, наслед­ник. Наследники основного наследника не призываются к насле­дованию ни по праву представления, если он умер до открытия наследства или в момент открытия наследства (ст. 1141—1144 и ст. 1146 ГК), ни в порядке наследственной трансмиссии, если основной наследник умер после открытия наследства, не успев его принять (ст. 1156 ГК).

В-третьих, подназначенный наследник призывается к наследо­ванию, когда основной наследник жив, но не примет наследство по другим причинам или откажется от него (например, в пределах срока для принятия наследства не подаст нотариусу заявления о принятии наследства или не совершит действий, свидетельствую­щих о фактическом принятии наследства, то есть пропустит без ува­жительных причин срок для принятия наследства, или, напротив, подаст нотариусу заявление об отказе от наследства). При этом способы совершения или несовершения указанных действий, в которых выражается воля наследника, могут быть различными. Они могут быть выражены как прямым волеизъявлением, так и совершением конклюдентных действий. Необходимо, однако, чтобы как формирование воли наследника, так и выражение ее вовне происходили без каких бы то ни было дефектов (например, без давления извне, при осознании наследником последствий со­вершения или несовершения соответствующих действий и т. д.).

В-четвертых, подназначенный наследник призывается к на­следованию, когда основной наследник как недостойный не будет иметь права наследовать либо будет отстранен от наследования (см. ст. 1117ГК).

Завещатель может подназначить наследника в расчете на одно из предусмотренных законом оснований, несколько из них или на все из них. Но если в завещании не указано, на какое основание подназначение наследника рассчитано, то подназначенный на­следник призывается к наследованию, какое бы из этих основа­ний ни наступило, то есть во всех случаях, когда в силу п. 2 ст. 1121 ГК подназначение может иметь место.

При истолковании п. 2 ст. 1121 ГК может возникнуть вопрос, когда подлежит применению старый закон (ст. 536 ГК 1964 г.), а когда новый, то есть ст. 1121 ГК. При его разрешении надлежит учитывать, что наследственное правоотношение носит длящийся характер. Возникнув при старом законе, оно может продолжать жить и при новом законе. В соответствии с общими правилами о действии закона во времени в указанных случаях новый закон применяется к тем правам и обязанностям, которые возникнут после введения его в действие.

Допустим, что наследство открылось до 1 марта 2002 г. К на­следованию был призван основной наследник по завещанию или по закону, который умер, не успев принять наследство в установ­ленный срок, причем умер тогда, когда уже действовал новый за­кон. Кто будет призван к наследованию после смерти основного наследника: его наследники в порядке наследственной трансмис­сии, как это было предусмотрено ст. 536 ГК 1964 г., или подназначенный наследник, как предусмотрено п. 2 ст. 1121 ГК? Примене­нию подлежит новый закон, поскольку в результате смерти основ­ного наследника, не успевшего принять наследство, в содержании ранее возникшего наследственного правоотношения произошли изменения, которые подпадают под действие нового закона.

Статья 1120 ГК конкретизирует принцип свободы завещания применительно к тому, что может быть завещано. Ее нужно при­менять с учетом того, что входит в состав наследства (ст. 1112 ГК), а также с учетом особенностей наследования отдельных ви­дов имущества (ст. 1176—1185 ГК).

Завещатель может распорядиться на случай смерти любым имуществом, в том числе имуществом, оборотоспособность кото­рого ограничена (ст. 1180 ГК). Однако распорядиться имуще­ством, изъятым из оборота, он не может, поскольку указанное имущество предметом гражданско-правовых сделок, совершаемых гражданами (а завещание относится к таким сделкам), вообще быть не может. К тому же указанное имущество, даже если оно в силу тех или иных обстоятельств и оказалось у гражданина (на­пример, в силу возложенных на него служебных обязанностей), не является для него своим. В то же время гражданин может на слу­чай смерти распорядиться не только наличным имуществом, но и тем, которое он может приобрести в будущем, хотя бы эта воз­можность и была чисто гипотетической. Обычно она выражается в бланкетной формулировке завещания: «Все мое имущество, в чем бы таковое ни выражалось и у кого бы ни находилось, заве­щаю такому-то или таким-то...»

Но она может выражаться и в указании на конкретное имуще­ство или право, хотя бы на момент совершения завещания у граж­данина ни того, ни другого не было. Например, гражданин может завещать авторское право, хотя бы никаких авторских прав на мо­мент совершения завещания у него еще не было. Если же их не появится и к моменту смерти гражданина, то завещание в соответ­ствующей части останется нереализованным. Но каким бы иму­ществом гражданин ни распорядился — наличным или тем, кото­рое приобретет в будущем, — необходимо, чтобы право на это имущество возникло у гражданина еще при его жизни. Поэтому если гражданин застраховал свою жизнь, указав в страховом по­лисе в качестве выгодоприобретателя своего наследника, то это распоряжение не может квалифицироваться как завещание, а страховая сумма, которую получит выгодоприобретатель, не вхо­дит в состав наследства, открывшегося после смерти страхователя, поскольку право на ее получение самому страхователю не принад­лежало и не могло принадлежать, оно возникло лишь после его смерти у выгодоприобретателя, причем не в порядке наследствен­ного преемства. Напротив, если завещаны акции, которые при жизни завещателя никаких дивидендов не приносили, а затем на наследников обрушился золотой дождь (своего рода Клондайк), то эти дивиденды они получают в порядке наследственного право­преемства, поскольку право на их получение имел бы и сам заве­щатель, если бы он был жив⁶.

В силу прямого указания закона завещатель может распоря­диться своим имуществом. Разумеется, это правило не следует по­нимать в том смысле, что завещатель может распорядиться лишь имуществом, принадлежащим ему на праве собственности. Заве­щатель мог распорядиться всеми правами, которые ему принадле­жали, и всеми обязанностями, которыми он был обременен, кро­ме тех, переход которых по наследству не допускается законом ли­бо невозможен в силу самой природы этих прав и обязанностей (ст. 1112 ГК). Так, завещатель может распорядиться не только правом собственности на земельный участок, но и правом пожиз­ненного наследуемого владения земельным участком (ст. 1181 ГК; п. 2 ст. 21 ЗК), правом на получение постоянной ренты (п. 2 ст. 589 ГК), правом на получение обещанного дара (п. 1 ст. 581 ГК), правом на пай, правом на акции, правами в области интеллектуальной собственности и т. д.

Итак, он может распорядиться и личными неимущественными правами, по крайней мере в тех случаях, когда они выступают в единстве с имущественными правами, что имеет место при наследовании предприятия (ст. 132, 1178 ГК), при на­следовании прав и обязанностей по договору коммерческой кон­цессии (ст. 1027, п. 2 ст. 1038 ГК), да и при наследовании интел­лектуальной собственности.

Завещатель не может завещать своим наследникам право ав­торства, право на авторское имя или право на неприкосновен­ность произведения, хотя они и продолжают охраняться после его смерти в качестве социально значимых юридических фактов, но он вправе завещать им опубликование не изданной при его жизни рукописи. Вполне может случиться, что это опубликование не су­лит наследникам никаких имущественных выгод, более того, по­требует от них ощутимых материальных затрат (вследствие малотиражности издания), но они на это идут, дабы выполнить волю покойного автора.

В силу общего правового принципа: кто вправе на большее, тот вправе и на меньшее, завещатель может распорядиться не всем своим имуществом, а лишь его частью, оставив остальное имуще­ство вне завещательного распоряжения. Имущество, оставшееся вне завещательного распоряжения, подпадает под правовой ре­жим, который установлен для имущества, наследуемого по закону.

Завещатель может выразить свою волю в отношении различ­ных частей наследственного имущества не в одном, а в несколь­ких завещаниях, причем они могут быть совершены как одновре­менно, так и в разное время. Если они в чем-то сталкиваются друг с другом, то для того, чтобы устранить возникшее между ними не­соответствие, нужно будет прибегнуть к правилам их толкования. Но это обычно приходится делать уже после открытия наследства. При этом, если воля завещателя во всех случаях не расходится с законом, приоритетное значение придается завещанию, состав­ленному позднее (ст. 1130 ГК).

Характеристики

Список файлов ВКР