28102 (586904), страница 4
Текст из файла (страница 4)
Искажение пропорциональности происходит ввиду использования остаточных голосов - любой, даже самый большой из остатков, на которые выделяется депутатский мандат при втором распределении, все же меньше избирательной квоты. Закономерно возникает вопрос: нельзя ли как-то сократить роль последнего, сделать так, чтобы как можно больше обладателей депутатских мандатов определялось сразу, при первом распределении. Чтобы достичь этой цели, очевидно, необходимо уменьшить величину избирательной квоты, в результате чего она сможет больше раз могла укладываться в сумме голосов каждой партии. Поэтому в качестве альтернативе квоте Хэра (естественной квоте) - V/N - были предложены и стали использоваться на практике другие варианты определения избирательной квоты: делить общее число голосов на число депутатских мест плюс один: V/N+1 - квота Хогенбах-Бишофа; V/(N+1) + 1 - квота Друпа, V/N+2- квота Империали. В Италии на выборах нижней палаты парламента (Палаты Депутатов) в конце 40-х - начале 50-х г. использовалась еще меньшая квота - V/N+3. К каким же последствиям приводит сокращение избирательной квоты?
В нашем примере квота Друпа будет равняться V/(N+1) + 1=90/(5+1)+1=16. Как видим, «цена» одного мандата уменьшилась на 2 голоса в сравнении с естественной квотой. В результате удается сразу распределить уже не 2, а 3 места (Приложение 2).
В данному случае распределение мандатов между партиями аналогично прошлому примеру с естественной квотой (что, однако, не обязательно должно иметь место); однако партия А получила 2 своих мандата уже при первом распределении. Если же взять квоту V/N+2 (квота Империали), заполняются в данном примере сразу все 5 мест, но итог будет иным (Приложение 3).
Вторая крупная партия, партия Б, получает теперь два места, а партия Г - ни одного. Обладателей всех мандатов удалось установить при первом распределении , не обращаясь к остаткам голосов (что не является тем не менее общим правилом). При любых обстоятельствах, однако, чем меньше размер избирательной квоты, чем меньшими являются остатки голосов при первом распределении, тем в лучшем положении оказываются крупные партии и блоки; небольшие группировки при этом, однако, существенно проигрывают.
При каждом из рассмотренных выше методов определения избирательной квоты все же сохраняются остатки голосов, которые в зависимости от вида квоты могут быть больше или меньше. Установление обладателей депутатских мандатов поэтому приходится осуществлять в два этапа, проводить два распределения мест сначала на основе всех, затем на базе только остаточных голосов. Нельзя ли все же попытаться определить обладателей всех мандатов сразу, в один этап? Для этого необходимо изменить сам порядок определения избирательной квоты: определять ее, принимая в расчет не сумму всех голосов избирателей, а количество голосов, полученных каждой партией в отдельности.
Такой метод носит название метод делителей (или метод наибольшей средней); он также широко распространен в современном мире. Наиболее известная ее разновидность была предложена в конце прошлого столетия бельгийским математиком Д’Ондтом и носит название метод (или формула) Д’Ондта. Целью данного метода является «улучшение формулы наибольшего остатка путем нахождения избирательной квоты меньшей, чем квота Хэра, которая позволяет нам распределить все места точно в соответствии с правилом наибольшего остатка, но без необходимости принимать в расчет какие-либо остаточные голоса [30]. Для этого число голосов, полученное каждой партией, делится последовательно на 1, 2, 3 и т.д. (отсюда название данного метода - метод делителей). Затем полученные частные по степени убывания расставляются в ряд, состоящий из N чисел, где N равняется общему числу замещаемых мандатов. Последнее, «энное» частное и составляет квоту Д’Ондта, которая, как видно из таблицы (Приложение 4), значительно ниже естественной квоты. Сколько раз данная квота укладывается в голосах определенной партии (или, что то же самое, сколько членов ряда вплоть до стоящего под номером N получены в результате деления голосов данной партии), столько она и получит мандатов.
Были предложены и другие разновидности метода делителей. Их отличия от метода Д’Ондта (а также друг от друга) обусловлены разным способом построения ряда делителей - последовательности числе, на которые необходимо разделить полученные каждой партией голоса. Так, метод наибольшей средней Империали предполагает начинать деление голосов не с единицы (как у Д’Ондта), а сразу с двух: 2-3-4 ... Тот же самый результат получается путем преобразования этого ряда, разделив для этого каждый его член на 2: 1-1,5-2-2,5 и т.д. При методе Сент-Лагю ряд делителей будет должен включать только нечетные числа: 1-3-5 и т.д. В отличие от квоты Д,Ондта, квота Сент-Лагю составляет двойную величину последнего «среднего», которое получает место. В скандинавских странах и Болгарии используется модифицированный метод Сент-Лагю, где в качестве первого делителя вместо единицы служит 1,4: 1,4-3-5 ... (или, что то же самое: 1 - 2,14 - 3,57 ... ). При датском методе ряд делителей таков: 1-4-7-10... Результат в нашем примере отображен в таблице (Приложение 5).
Различные композиции ряда делителей не просто математические ухищрения. Существует закономерность: чем меньше интервал между делителями, тем сильнее отклоняется от принципа пропорционального представительства определенная модель данной избирательной системы. При этом сокращение интервала, приводя к уменьшению фактической избирательной квоты, необходимой для получения одного места, завышает представительство крупных партий. Именно последние получают наибольшую выгоду при использовании методов делителей Империали и Д’Ондта. Напротив, мелкие партии и группировки оказываются в убытке. Последние заинтересованы в повышении величины избирательной квоты, в результате чего образуются у них большие остатки голосов, позволяющие получить дополнительный мандат. Поэтому для этих партий более благоприятный исход сулит использование метода Сент-Лагю, который одновременно является более пропорциональным в сравнении с методом Д’Ондта (но все же менее пропорциональным, чем рассмотренная выше система избирательной квоты с правилом наибольшей средней). Наиболее же выгоден для них датский метод. Итак, проблема остаточных голосов отдаляет пропорциональную избирательную систему от идеала идеальной пропорции в распределении парламентских мандатов между различными политическими силами, «улучшает» ее в пользу крупных либо мелких партий и коалиций. При введении пропорциональной системы выборов законодателю необходимо учитывать и проблемы иного рода.
Если выборы в представительный орган проходят по партийным спискам, избиратель отдает свой голос партии или партийной коалиции в целом. Вряд ли однако, ему безразлично, каков будет персональный состав будущей партийной фракции и парламента в целом. Фактор персонального состава избирательных списков, личностей тех политиков, которые, будучи внесены в партийный список, станут или имеют возможность стать народными представителями, сохраняет немаловажное значение и в период предвыборной кампании, и после, в процессе работы парламента. Весьма часто именно личные качества лидера партии, его популярность в народных массах, играют решающее значение в определении предпочтений избирателя. Если этого кажется недостаточным, то привлекаются фигуры известных и популярных «знаменитостей»: артистов, писателей, генералов и др. Если партия располагает достаточно широкой поддержкой в масштабах страны, то этим кандидатам (фамилии которых стоят наверху списка) практически гарантировано избрание в парламент. Вместе с ними, однако, избираются и другие личности, которые для большинства избирателей являются «котом в мешке», и которые, баллотируясь самостоятельно, скорее всего никогда не смогли бы добиться мандатов. Данная ситуация, однако, имеет и свои плюсы и минусы. Партийно-списочный принцип благоприятствует более высокому уровню представительства женщин или представительства этнических меньшинств, поощряет политические партии представлять сбалансированный список, в котором отсутствие женщин или членов этнических меньшинств будет замечено, в то время как в одномандатном округе будет замечено именно наличие кандидата, который отклоняется от нормы [30]. И все же система партийных списков, лишающая избирателя возможности определять персональный состав корпуса народных избранников, вряд ли может считаться в полной мере демократичной. Можно ли попытаться устранить этот изъян, совместить каким-либо образом в рамках пропорциональной системы партийный отбор с выбором конкретных «персоналий»? Да, хотя лишь в ограниченных пределах - посредством введения правила о преференциональном голосовании, которое будет рассмотрено ниже.
У данной проблемы существует и еще один аспект - региональный фактор. В парламенте должны быть представлены интересы не только отдельных классов, социальных групп, но и регионов, входящих в состав страны. Если же все парламентарии избираются в масштабе всего государства, то увеличивается вероятность преобладания в депутатском корпусе столичных политиков, которые, возможно, мыслят интересами всего народа и государства, но недостаточно знают интересы регионов. Политические деятели с мест, напротив, оказываются в неблагоприятном положении. Чтобы как-то исправить данную диспропорцию, например, российский законодатель предусмотрел при выборах Государственной Думы образование в рамках общефедерального списка каждого избирательного объединения или блока региональных групп кандидатов (по субъектам или группам субъектов РФ); при этом вне региональных групп избирательном списке может находиться не более 12 кандидатов.
С точки зрения учета региональных особенностей и интересов более эффективным решением представляется отказ от общегосударственного избирательного списка и выдвижение партиями списков своих кандидатур в соответствующих регионах страны - региональных списков. В настоящее время единый избирательный округ в масштабе всей страны создается лишь в небольших по размеру и численности населения государствах, например, в Израиле, Нидерландах. В большинстве стран для парламентских выборов создается несколько многомандатных округов в масштабе соответствующих территориальных единиц , муниципальных образований, субъектов федерации (в ФРГ, Австрии).
Возможен и смешанный принцип: в Венгрии, например, из 202 депутатов Государственного Собрания (парламента), избираемых по пропорциональной системе, 50 должны избираться в общенациональном масштабе, а остальные 152 - в Будапеште и областях страны, каждый из которых для цели выборов является территориальным округом. Поскольку численность избирателей в регионах страны различна, то, соответственно, от округов избирается разное число депутатов. Так, конституция Норвегии (ст.58) предусмотрела избрание 155 депутатов Стортинга (парламента) в рамках графств, для каждого из которых фиксировано число избираемых здесь народных представителей (от 4 до 15). В рамках нескольких многомандатных округов могут избираться и органы местного самоуправления, особенно более крупных по числу жителей территориальных единиц (Италия, Болгария и др.). Территория столицы Ирландии Дублина для целей местных выборов подразделяется, например, на 11 округов [30].
Уменьшая размеры избирательных округов для выборов определенного числа депутатов по пропорциональной системе, законодатель, однако, должен учитывать следующий факт: чем больше образовано избирательных округов, чем меньше, следовательно, каждый из них избирает депутатов, тем больше образуется остатков голосов, тем менее пропорциональным становится распределение мандатов. Наивысшая пропорциональность достигается все же, когда депутатский корпус в целом избирается в одном округе. Скорректировать искажения можно, проводя «уравнивающее» распределение остаточных голосов уже в масштабе всей страны (или, как в Австрии, в рамках нескольких избирательных округов) . Такая «двухъярусная» модель распределения голосов и мест применяется в Германии, Дании, Исландии и многих других странах.
Пожалуй, наиболее сложная проблема, с которой сталкивается любое государство (регион, муниципальное образование) при введении пропорциональной системы, состоит в том, что данный метод определения исхода парламентских выборов для создания стабильного большинства требует наличия крупных и влиятельных партий, способных заручиться поддержкой 50% голосов электората и выше. Особенно важно это условие для стран, где правительство формируется в соответствии с волей парламентского большинства (парламентарные республики и монархии: Германия, Испания, Швеция, Латвия и др.) или, во всяком случае, может быть смещено парламентом путем вынесения ему вотума недоверия (полупрезидентские республики: Франция, Польша, Россия). Отсутствие партии (или устойчивой коалиции), имеющей абсолютное большинство мест в представительном органе, создает угрозу частых правительственных кризисов («правительственной чехарды»), многочисленных досрочных выборов; препятствует эффективному функционированию исполнительной ветви власти и, как следствие, порождает опасность дестабилизации обстановки в государстве и обществе в целом (что особенно болезненно сказывается на странах, находящихся на переломном этапе своего развития, испытывающих экономические трудности, которые требуют принятия «жестких» и непопулярных мер).
Аналогичные последствия, только в меньшем масштабе, могут наступать в функционировании региональных и местных властей, где исполнительные органы формируются представительными собраниями (парламентами) соответствующих субъектов федерации, городов, районов и т.д. Как показывает опыт многих стран, использующих пропорциональную систему выборов, наличие такой сильной массовой партии, хотя и возможно в принципе, все же есть исключительно редкий случай. Гораздо чаще ни одна из партийных фракций не включает более 40% депутатов: в результате формируются постоянные или временные коалиции, устойчивость которых не всегда высока; или же формируется «правительство меньшинства», располагающее твердой поддержкой лишь части депутатского корпуса. Далее, благодаря системе пропорционального представительства (особенно при применении правила наибольшего остатка), в парламент проникают множество мелких партий и группировок (в том числе экстремистского характера).
Сравнительно большая доля парламентских мандатов, которыми располагают эти группы, пестрота их взглядов и программ еще более снижает вероятность формирования устойчивой правительственной коалиции. Чтобы помешать этому, во многих странах, где действует пропорциональная система, вводится так называемый заградительный пункт - выраженное обычно в процентом отношении число голосов, которое необходимо получить партии для обладания правом участвовать в распределении парламентских мандатов. Величина этого барьера может варьироваться от 1% (Израиль) до 5% (ФРГ) и даже до 8% (Лихтенштейн). Кстати, заградительная оговорка не всегда характерна для пропорционального голосования. Например, в Египте, где практически существует мажоритарная система, также есть заградительная оговорка, составляющая 8%.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
