27638 (586841), страница 3
Текст из файла (страница 3)
Для суда важны такие правила деятельности, которые оградили бы их решения от побочных соображений и предвзятости. В этой связи в практике суда присяжных в Англии и США вырабатывались правила о "наилучших доказательствах", которые были бы наиболее достоверны и не вводили в заблуждение, не оказывали бы более сильное психологическое воздействие, чем их фактическая сторона. Поэтому, например, опасения, что документ можно подделать, изменить, что человек, не бывший очевидцем события, может исказить подлинные обстоятельства, если рассказывает о них с чужих слов, привели к правилу о недопустимости использовать в качестве доказательства копию документа, показания с чужих слов, т.е. к правилу о получении доказательств из первоисточника.
Многие правила о недопустимости доказательств направлены на то, чтобы оградить от таких сведений, которые могут оказать определенное нежелательное воздействие, сформировать предвзятое отношение к обвиняемому, склонить к убеждению в виновности лица под влиянием ставших известными обстоятельств, необъективно представленных в суде, и т.п. Отсюда и появление различных правил, способствующих решению вопроса о допустимости доказательств, записанных, например, в Федеральных правилах о доказательствах США, или выработанных практикой и применяемых в качестве судебных прецедентов в США, Великобритании и др.
К их числу относятся, например, следующие правила: доказательство, которое считается относящимся к делу, может отводиться, если его доказательственная сила существенно меньше, чем опасность несправедливого осуждения лица, ввиду того что доказательство может ввести в заблуждение, оказать более сильное эмоциональное воздействие, чем иные доказательства по данному обстоятельству. Поэтому обвинение не должно представлять доказательства плохой репутации обвиняемого для доказывания возможного совершения им того преступления, в котором он обвиняется.
В нашей уголовно-процессуальной теории и практике вопрос о невозможности использования доказательств, полученных с нарушением закона, решался по конкретным делам, находил отражения в постановлениях ПВС РФ. Однако нарушение органами дознания, следствия правил собирания доказательств не влекло за собой процедуру исключения этих доказательств из рассмотрения в суде, а обычно использовалось защитой для обоснования в суде первой инстанции выводов о недоказанности обвинения или служило основанием для обжалования приговора ввиду существенных процессуальных нарушений, допущенных на предварительном следствии или в суде. Однако при принятии судом дела к рассмотрению, в ходе судебного следствия доказательства, полученные с нарушением закона, не исключались и, оставаясь в числе всех доказательств, могли оказывать влияние на судей и народных заседателей при оценке совокупности доказательств и формировании их убеждения по делу.
Особую остроту вопрос о допустимости доказательств приобрел в связи с конституционным запретом использовать при осуществлении правосудия доказательства, полученные с нарушением федерального закона, а также с возвращением в Россию суда присяжных, в правилах деятельности которого установлен особый порядок исключения недопустимых доказательств, что имеет целью своевременное ограждение присяжных от рассмотрения доказательств, полученных с нарушением закона.
Для уголовно-процессуального права России характерно строгое законодательное регулирование всей доказательственной деятельности, в том числе и установление правил допустимости доказательств, что вместе с тем предполагает раскрытие содержания норм закона, их дозволений и запретов в судебной практике. Это раскрытие содержания закона применительно к конкретным случаям, когда приходится решать вопрос о допустимости доказательств, содержится в судебных решениях, условно именуемых "прецедентами" из практики суда в России, публикуемых в "БВС РФ", журнале "Российская юстиция" и др. В этих публикациях содержится решение различных возникающих перед судьями вопросов о допустимости доказательств.
Следует подчеркнуть, что для правильного решения конкретного вопроса о допустимости доказательств необходимо учитывать соотношение задач судопроизводства, его принципов и норм доказательственного права.
В условиях, когда справедливость правосудия предполагает систему гарантий для защиты прав человека от неосновательного обвинения и осуждения, запрещает любые формы насилия над человеком для получения его показаний, защищает подозреваемого, обвиняемого от свидетельствования против самого себя, предоставляет ряду лиц свидетельский иммунитет, правила о допустимости доказательств приобретают особое значение как гарантия прав и свобод человека и гражданина и справедливости правосудия.
Процессуальные нормы законодательства РФ о доказательствах и доказывании должны рассматриваться в контексте с общепризнанными международно-правовыми нормами, содержащими гарантии прав человека, защиту от жестокого или унижающего достоинство обращения, презумпцию невиновности и др.
Установленные в Конституции РФ правила о недопустимости использования доказательства, полученного с нарушением федерального закона о свидетельском иммунитете и др., а также правила УПК, запрещающие использовать доказательства, полученные с нарушением правовых и нравственных запретов, свидетельствуют о предпочтениях, которые отдает законодатель законности и соблюдению прав человека перед установлением истины "во что бы то ни стало". С этим связана и обязанность суда в предварительном слушании и в судебном разбирательстве исключить все те доказательства, которые собраны с нарушением этих норм и в то же время могут способствовать доказыванию обвинения или затруднить защиту обвиняемого.
Условия допустимости доказательств неразрывно связаны с нравственными началами судопроизводства, которые либо включены в норму закона (например, ч. 3 ст. 20; ч. 2 ст. 72 УПК и др.), либо предполагают учет нравственных требований в случаях, когда закон не содержит прямого указания на недопустимость доказательства.
В ряде случаев именно нравственные принципы выступают критерием допустимости доказательства. Убедительно об этом писал А.Ф. Кони: «Особенно обширным является влияние нравственных соображений в таком важном и сложном деле, как оценка доказательств по их источнику, содержанию и психологическим свойствам, как выяснение себе, позволительно ли, независимо от формального разрешения закона, с нравственной точки зрения пользоваться тем или другим доказательством вообще или взятым в его конкретном виде? Следует ли вообще и если следует, то можно ли безгранично пользоваться дневником подсудимого, потерпевшего как доказательством?» В результате рассуждений А.Ф. Кони приходит к выводу о том, что дневник — очень опасное, в смысле постижения правды, доказательство. Вот почему в дневнике следует пользоваться лишь фактическими указаниями, отбросив всю личную сторону.
Нравственные основы недопустимости доказательства разъяснены, в частности, в постановлении № 9 ПВС РФ от 20 декабря 1994 г. "О некоторых вопросах применения судами уголовно-процессуальных норм, регламентирующих производство в суде присяжных". Суд может устранить допустимое, с точки зрения соблюдения закона, доказательство, если оно не несет новой информации по сравнению с той, которую получили из других источников, но в то же время может оказать сильное психологическое, эмоциональное воздействие на формирование их внутреннего убеждения (пункт 15).
В ст. 446 УПК содержатся нормы, исключающие исследование обстоятельств, а следовательно, доказательств, связанных с прежней судимостью подсудимого и признанием его особо опасным преступником.
Этот запрет имеет целью оградить суд от предвзятого отношения к подсудимому, которое может возникнуть у него при использовании стороной обвинения в качестве аргумента, убеждающего в его виновности в рассматриваемом деле, ссылки на прежнюю судимость.
Вместе с тем справедливы высказанные в печати соображения о том, что п. 16 постановления № 9 ПВС РФ от 20 декабря 1994 г. значительно, по сравнению с чч. 1 и 6 ст. 446 УПК, ограничивает исследование обстоятельств, относящихся к личности подсудимого.
Внутренне присущее доказательству свойство, в силу которого фактические данные, способные устанавливать обстоятельства, имеющие значение для правильного решения уголовного дела, называется относимостью доказательств. Это связь содержания доказательства с обстоятельствами, подлежащими доказыванию по делу, на основании которой оно может быть использовано для установления этих обстоятельств.
Относимость характеризует содержание доказательства.
Доказательство только тогда будет относящимся к делу, когда может быть использовано для выяснения наличия или отсутствия какого-либо обстоятельства, входящего в предмет доказывания по данному уголовному делу.
Определение относимости доказательств происходит в процессе доказывания по делу, начиная с собирания доказательств, когда решается вопрос о том, какие следственные действия необходимо произвести и каких результатов можно от них ожидать с точки зрения выяснения обстоятельств дела. С оценкой относимости доказательств связано планирование следствия, порядка проверки следственных версий, разрешение ходатайств участников процесса о собирании доказательств или приобщении их к делу.
Заранее установить круг обстоятельств, которые могут иметь значение для установления обстоятельств, входящих в предмет доказывания по конкретному делу, невозможно. Круг этих обстоятельств в первую очередь определяет и устанавливает следователь, разрабатывая и проверяя версии происшедшего события. Они могут быть установлены и по ходатайству участников процесса (ст. 131, 276 УПК).
Имеющими значение для дела являются и обстоятельства, выяснение которых необходимо для проверки и оценки собранных доказательств (например, установление неприязненных отношений между обвиняемым и свидетелями может иметь значение при оценке показаний свидетеля, установление дефектов слуха у потерпевшего может поставить под сомнение достоверность его показаний). Очевидно, что разнообразие относящихся к делу обстоятельств влечет за собой и разнообразие тех фактических данных, которые признаются относящимися к делу.
Вопрос о том, относится ли то или иное обстоятельств к делу или, иначе говоря, может ли оно способствовать установлению имеющих значение для решения дела обстоятельств, определяют следователь, суд, руководствуясь правилами, указанными в законе (например, ст. 20, 68, 69, 131, 176, 205, 314 УПК). Для установления каждого из обстоятельств по делу требуется совокупность доказательств. Очевидно, что в законе невозможно предопределить ни количество этих доказательств (например, сколько свидетелей из числа очевидцев происшествия должны быть допрошены), ни их виды (кроме случаев, указанных в ст. 79 УПК). Все это зависит от конкретных обстоятельств дела и определяется лицами, ведущими производство по нему. Они сами по внутреннему убеждению решают, достаточно ли собрано доказательств для установления тех или иных обстоятельств, или всех обстоятельств, составляющих предмет доказывания по делу, т.е. определяют пределы доказывания.
Для определения того, являются ли собранные доказательства достаточными для действия или решения, следует исходить также из того, что на разных этапах производства по делу закон предусматривает разный уровень доказанности обстоятельств, лежащих в основе этих действий, решений, а следовательно, различна и та совокупность доказательств, которая в этом случае достаточна.
Относимость доказательства определяется главным образом по тому, входит ли обстоятельство, которое может быть выяснено с помощью этого доказательства, в предмет доказывания по делу, а также способно ли доказательство по своему содержанию служить установлению этого обстоятельства.
1.4 Классификация доказательств
Поскольку предложенное выше определение охватывает разнородные явления (факты, сведения о фактах, средства доказывания), поскольку классификация доказательств может производиться по нескольким основаниям или признакам. Так, например, доказательственные факты классифицируются по одному признаку, а средства доказывания по другим. Классифицируя доказательства, мы упорядочиваем и облегчаем их анализ, обращаем внимание на особенности исследования и оценки доказательств в зависимости от того места, которое они заняли в классификационной системе. Это имеет как теоретическое, так и большое практическое значение.
Доказательства различны по своему происхождению, имеют различную структуру и неодинаковые функции в процессе доказывания. Охватить все эти признаки одной какой-либо системой классификации с одним основанием невозможно. Сложный, многоплановый предмет по необходимости требует сложного и многостороннего описания. Поэтому и классификация доказательств проводится по нескольким основаниям и представляет разветвленную систему. При построении классификации возникают трудности двоякого рода. Первая обусловлена сложностью и многоплановостью структуры процесса доказывания, что сказывается, например, при классификации прямых и косвенных доказательств. Вторая связана с многозначностью исторически сложившейся терминологии. В естественном, не формализованном языке термин "доказательство" употребляется для обозначения широкого родового понятия, охватывающего разные стороны и моменты сложной процедуры доказывани Доказательством называют и факт объективной действительности, связанный с событием преступления, и фактические данные, т. е. сведения об этом факте либо материальные последствия события, и источники доказательств, т. е. те формы, в которых фактические данные получены и фиксируются в деле, и даже знания о фактах, полученные в результате логического вывода. В большом числе случаев такое многозначное употребление термина "доказательство" не вызывает затруднений, так как текст высказывания уточняет, в каком смысле термин использован в конкретном случае. Напротив, при анализе сторон и моментов процедуры доказывания и связанных с этой процедурой понятий многозначность терминов становится серьезной помехой. В таких исследованиях приходится строго ограничивать использование языковых средств с тем, чтобы каждый термин имел только одно вполне определенное значение. Такое уточнение понятий и терминов представляют известную формализацию языка науки, причем уровень этой формализации различен в разных отраслях знания. В целом классификация доказательств построена по шести раз личным основаниям.
Деление доказательств (фактических данных) на личные и вещественные. Это деление основано на различии видов фактических данных, механизма их формирования и использования.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
