26647 (586664), страница 4

Просмтор этого файла доступен только зарегистрированным пользователям. Но у нас супер быстрая регистрация: достаточно только электронной почты!

Текст из файла (страница 4)

Ранее недобросовестные кредиторы, апеллируя к статье 56 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" 1998 года, весьма активно добивались принятия решений о возбуждении арбитражного производства по делам о банкротстве, а также о введении в отношении должника процедуры наблюдения только на основании заявления кредитора, без проведения судебного заседания.

12 марта 2001 года Конституционный суд РФ постановлением N 4-П признал не соответствующей Конституции России статью 56 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", поскольку она позволяет на стадии возбуждения производства по делу о банкротстве только на основании заявления о признании должника банкротом вводить наблюдение без предоставления должнику возможности своевременно заявить свои возражения. Кроме того, не предусматривалось право должника обжаловать определение о принятии заявления о признании должника банкротом, которым в отношении него вводится наблюдение.

Тем не менее одно постановление Конституционного суда РФ, несмотря на весь его позитивный характер, не смогло остановить волну банкротств, поскольку само по себе криминальное банкротство чрезвычайно многолико. Недостаточно просто возбудить процедуру банкротства, что чаще всего делается с помощью подставных кредиторов, контролирующих часть задолженности предприятия, путем массовой скупки его долгов с дисконтом или путем намеренного фиктивного создания долгов коррумпированным руководством предприятия. Из любой процедуры банкротства для лиц, заинтересованных в нем, прежде всего необходимо извлечь определенную выгоду, будь то активы, клиенты или рынки сбыта.

Не следует также забывать о тех многочисленных злоупотреблениях, которые допускают по понятным всем причинам арбитражные управляющие на разных стадиях производства по делам о банкротстве. Тут и многочисленные нарушения в ведении реестра кредиторов, и таинственные непрозрачные сделки от имени предприятия-банкрота, и непонятное исчезновение крупных активов, и сотрудничество с отдельными группами кредиторов. Здесь следует отметить серьезную тенденцию законодательного ужесточения ответственности арбитражных управляющих за действия, наносящие ущерб кредиторам. Указанная тенденция проявляется в лавинообразной практике обжалования действий арбитражных управляющих, возбуждении огромного количества дел об административных правонарушениях в отношении арбитражных управляющих, наложении на последних взысканий от штрафов вплоть до дисквалификации на срок до 3 лет.

Несмотря на это, институт банкротства является достаточно уязвимым в криминогенном отношении и может использоваться как средство хищения средств кредиторов, сокрытия факта хищения и последующей легализации незаконно присвоенного. Банкротство может быть также использовано как средство избежать ответственности за несостоятельность, возникшую вследствие легкомысленного ведения дел, расточительности, несоблюдения общепринятых мер предосторожности и т.п. В связи с тем, что в этих случаях гражданско-правовые средства обеспечения имущественных интересов кредиторов оказываются неэффективными, для защиты интересов кредиторов используются уголовно-правовые инструменты.

Действующее законодательство, несмотря на имевшиеся на практике случаи перехвата управления собственностью путем применения процедур банкротства ее владельцев, не пользуется таким понятием, как криминальное банкротство должника его кредиторами. В Уголовном кодексе содержится три состава, влекущих уголовную ответственность за неправомерные действия при банкротстве (ст. 195-197 УК РФ). К их числу относятся преднамеренное, фиктивное банкротство и различные злоупотребления в процессе банкротства. Эти преступления затрагивают не только частные интересы, но и подрывают доверие в хозяйственном обороте, лишая экономику важного финансового источника - кредитов и инвестиций. В русском дореволюционном праве сам термин "банкротство" использовался только для квалификации уголовно наказуемых деяний (преступлений), а для гражданско-правового института применялся термин "несостоятельность". Действующее законодательство не делает различий между этими понятиями. Однако основные признаки криминального банкротства лежат на поверхности - прежде всего его цель, противоречащая цели восстановления платежеспособности должника, продекларированной в законе о банкротстве. В современном российском законодательстве круг банкротских правонарушений впервые был очерчен Законом "О несостоятельности (банкротстве) предприятий" от 19 ноября 1992 г. В Преамбуле Закона содержались определения умышленного банкротства и фиктивного банкротства. Статьи 44-47 очертили круг неправомерных действий, совершаемых до открытия конкурсного производства и после его открытия.

Цель криминального банкротства, проводимого кредиторами предприятия-банкрота, - получение определенной имущественной выгоды в форме приобретения активов предприятия или иных материальных или нематериальных выгод по ценам, не соответствующим реальным рыночным. Достижение этой цели, как правило, осуществляется двумя путями: устранение от управления обществом нежелательных кредиторов с одновременным осуществлением определенной схемы действий, ведущей к установлению контроля над желаемыми активами. Конкретные формы деятельности профессиональных игроков в подобные игры разнятся в зависимости от предприятия, являющегося объектом банкротства. Как правило, криминальные банкротства связаны с созданием или приобретением фиктивных долгов различными способами, а также с полным устранением бывшего менеджмента и участников предприятия от управления им.

У законопослушных кредиторов предприятия-банкрота может быть только одно желание - получить в установленном законом порядке причитающиеся им деньги. Все остальные действия, включая управление предприятием-банкротом, они осуществляют постольку, поскольку это необходимо для реализации данной их основной цели. Кредитор, имеющий какие-либо иные цели, не может рассматриваться как добросовестный.

Уголовная ответственность за криминальное банкротство в уголовном законодательстве России была восстановлена с 1 января 1997 г. (с момента вступления в силу действующего Уголовного кодекса РФ) после 80-летнего перерыва. Следуя традициям дореволюционных уголовных уложений и отчасти копируя зарубежные технические решения, российский законодатель объявил преступлениями сразу три относительно самостоятельных вида криминального банкротства: неправомерные действия при банкротстве, преднамеренное банкротство и фиктивное банкротство. Фактическое банкротство кооперативов "со злым умыслом", а затем и легальных частных предприятий, которые возникали на территории бывшего СССР после 1988 г., обычно подпадало под признаки уголовно наказуемого самоуправства, причинения имущественного вреда путем обмана, злоупотребления доверием или мошенничества. Однако на практике эти меры против организаторов банкротства почти не применялись. Спустя пять лет после вступления в силу нового УК РФ правоохранительные органы регистрировали уже около 500 фактов криминальных банкротств ежегодно. Так, в 2004 г. криминальных банкротств было зарегистрировано на 35% больше, чем в 2003 г.¹⁸ . Этому в немалой степени, способствовали крупные просчеты в регулировании процедуры банкротства и связанный с этим законодательный хаос .

3.2 Преднамеренное банкротство

Преднамеренное банкротство, то есть совершение руководителем или учредителем (участником) юридического лица либо индивидуальным предпринимателем действий (бездействия), заведомо влекущих неспособность юридического лица или индивидуального предпринимателя в полном объеме удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей, если эти действия (бездействие) причинили крупный ущерб (статья 196 УК РФ).

Указанные действия могут совершаться различными способами, среди которых наиболее часто используются следующие:

• заключение заведомо невыгодных, не соответствующих нормальной практике сделок;

• принятие на себя чужих долгов в качестве поручителя;

• уменьшение активов;

• фиктивное отчуждение имущества.

Конкретные совершаемые при этом действия могут быть следующими:

• растрата чужого имущества, когда деньги (валюта) должны быть направлены на счет кредитора,

• закупка полуфабрикатов, сырья, которые с точки зрения эффективного управления предприятием не соответствуют правильному ведению хозяйства: их нельзя быстро реализовать, негде хранить и нельзя быстро переработать в продукт пригодный для потребления товар, вследствие отсутствия оборудования,

• создание неликвидов,

• реализация за наличный расчет имущества в части или полностью по ценам ниже рыночных, без отражения соответствующих сумм в договорах,

• отсутствие претензионно-исковой практики по дебиторским счетам,

• увеличение накладных расходов и снижение прибыли,

• заключение высоко рискованных (практически невыполнимых), договоров с жесткими финансовыми санкциями в случае их неисполнения,

• выдача векселей безденежно.

Преднамеренное банкротство часто является следствием злоупотребления кредитом, полученным мошенническим путем от имени несуществующей фирмы либо следствием махинаций с неуплатой налогов.

Российское уголовное законодательство не содержит норм об ответственности за неосторожное банкротство. Вместе с тем, наиболее тяжкие и явно противоправные случаи неосторожного банкротства являются не менее опасным посягательством против чужих имущественных прав и интересов, чем злостное банкротство.

3.3 Неправомерные действия при банкротстве

Отдельно выделяются неправомерные действия при банкротстве, совершение которых в европейском законодательстве объединяются понятием злостного банкротства и которые направлены на уменьшение имущества должника, предназначенного для удовлетворения интересов кредиторов.

К числу неправомерных действий при банкротстве (статья 195 УК РФ) законодатель относит следующие:

• сокрытие имущества или имущественных обязательств;

• сокрытие сведений об имуществе, о его размере, местонахождении либо иной информации об имуществе;

• передача имущества в иное владение;

• отчуждение имущества;

• уничтожение имущества;

• сокрытие, уничтожение, фальсификация бухгалтерских и иных учетных документов, отражающих экономическую деятельность, если эти действия совершены руководителем или собственником организации - должника либо индивидуальным предпринимателем при банкротстве или в предвидении банкротства и причинили крупный ущерб.

К числу неправомерных действий при банкротстве относится также неправомерное удовлетворение имущественных требований отдельных кредиторов руководителем или собственником организации - должника либо индивидуальным предпринимателем, знающим о своей фактической несостоятельности (банкротстве), заведомо в ущерб другим кредиторам, а равно принятие такого удовлетворения кредитором, знающим об отданном ему предпочтении несостоятельным должником в ущерб другим кредиторам, если эти действия причинили крупный ущерб.

Действиями, указывающими на преднамеренное ухудшение финансового состояния хозяйствующего субъекта могут быть:

• уменьшение актива, путем снятия с расчетного счета хозяйствующего субъекта денежных средств и их присвоение,

• снижение ликвидности активов,

• старение кредиторской задолженности,

• перечисление денег (валюты) контрагенту на основании фиктивного договора,

• отсутствие в бухгалтерских документах указаний куда употреблены или израсходованы деньги, вырученные за проданный продукт или имущество,

• увеличение задолженности служащим, акционерам, финансовым органам,

• резкое уменьшение материальных запасов (перебои в производстве, снабжении) в результате чего не выполняются обязательства по поставкам.

Сокрытие имущества или имущественных обязательств, сведений об имуществе и его размере, местонахождении либо иной информации об имуществе. Способы сокрытия весьма многообразны. Часто используется снятие имущества с учета, перемещение из мест обычного хранения (нахождения), передачу на хранение иному лицу, а также искажение сведений об имуществе, отраженных в обязательной для ведения документации.

Передача имущества в иное владение, отчуждение или уничтожение имущества. Сущность данных деяний состоит в неправомерном уменьшении имущества должника путем продажи, сдачи в аренду, поставки в кредит, передачи для ремонта, разборки на запасные части, а также использования иных способов.

Сокрытие, уничтожение, фальсификация бухгалтерских и иных учетных документов, отражающих экономическую деятельность предприятия. Предметом данных деяний являются документы, относящейся к погашению задолженности. Они могут распространяться на данные о размере задолженности, величине и стоимости имущества, возможности оплаты задолженности. Указанные действия могут включать:

• некачественное ведение бухгалтерских документов,

• внесение любой, несоответствующей действительности записи в книги или документы,

• совершение пробелов в документах,

• оформление документов на имущество якобы принадлежащее должнику, которое фактически находится у него на ответственном хранении,

• невнесение необходимых записей в бухгалтерские документы, которые затрудняют обзор всего имущества.

Неправомерное удовлетворение имущественных требований отдельных кредиторов может иметь место в период внешнего управления имуществом должника, когда вводится мораторий на удовлетворение требований кредиторов к должнику при проведении санации предприятия, при которой принимается специальное соглашение о распределении ответственности перед кредиторами, в процессе конкурсного производства, а также в иных случаях, предусмотренных законом.

Характеристики

Список файлов ВКР