118333 (577372), страница 3
Текст из файла (страница 3)
В современном обществе политический лидер утверждается в острой конкурентной борьбе. Он осознанно и направленно идет к поставленной цели, демонстрируя при этом незаурядные организаторские способности. Однако фактор ситуации, т. е. внешние по отношению к лидеру условия, тем не менее, продолжает играть немаловажную роль. В самом общем виде можно выделить два вида ситуации: первый вид отличается устойчивостью институциональных отношений, стабильностью общества и политической системы, второй, напротив, - разрушением институциональных связей, нарастающим в обществе недовольства. В этих разных ситуациях могут возникать различные типы политических лидеров. Остановимся вначале на второй ситуации.
Развитие в обществе аномических процессов означает нарастание отчуждения масс от сложившихся ранее институциональных отношений. В силу определенных причин многие люди оказываются не в состоянии удовлетворить свои потребности в привычной системе статусно – ролевых взаимодействий, они начинают выходить за ее пределы, действуя на свой страх и риск. Они превращаются в девиантов, утративших точку опоры, ту самую, которую обычно людям дают институциональные отношения, вносящие в их взаимодействия упорядоченность, определенность и предсказуемость.
Как правило, человек не осознает самого факта выпадения из институциональных структур, он только ощущает нарастание собственной неудовлетворенности, внутреннего беспокойства, страдает от резких перепадов настроения, ощущения бессмысленности жизни. Поиск выхода из ситуации психологического дискомфорта часто приводит человека к выводу о необходимости установления нового порядка под руководством какой – то авторитетной и авторитарной личности. Происходящее в сознании таких людей отождествление порядка с сильной личностью делает их предрасположенными к объединению вокруг своего будущего лидера. В такой ситуации всегда возникают «мятежные лидеры», лидеры, выражающие чаяния девиантов.
Между мятежным лидером и его последователями всегда возникает тесный психологический контакт, потому что с ним связывается слишком много надежд. Последователи начинают верить в его исключительные возможности разом решить все накопившиеся проблемы. Они начинают наделять своего лидера особыми свойствами, приписывая ему качества, которыми он, может быть, и не обладает, рассказывают о его поступках, которые он, может быть, и не совершал. Люди создают своему лидеру особый ореол или, как говорил М. Вебер, харизму. Задача лидера – поддерживать это ореол, подкреплять его соответствующими делами. Таким образом, мятежный лидер – всегда харизматический лидер. Он может не пользоваться поддержкой всего или даже большей части населения, но в кругу своих последователей он обязательно наделяется исключительными свойствами и качествами.
Каждая эпоха выдвигает своих мятежных лидеров.
Харизматический лидер должен быть понятен массе, его лозунги – доступны восприятию, он должен олицетворять уверенность в правильности выбранного курса. Ему необходимо постоянно подтверждать конкретными заявлениями, поступками свой образ.
Харизматический лидер в силу особой эмоциональной связи, возникающей между ним и его последователями, обладает огромными возможностями влияния на массы, которые фактически предоставляют ему карт-бланш в управлении ими. Однако как только нарастает разрыв этой эмоциональной связи, те же самые массы с не меньшим пылом и рвением будут низвергать лидера, разоблачать, втаптывать в грязь. Вот почему харизматический лидер, оказывается на вершине политического Олимпа, начинает использовать всю мощь государственной машины. На поддержание своей исключительности, на сохранение эмоциональной связи с массами, на вовлечение в зону своего психологического воздействия все новых и новых слоев.
Итак, мятежные лидеры появляются как выразители устремлений и чаяний, прежде всего людей, выпавших из системы официальных институциональных отношений. Если девиация в обществе обретает массовый характер, то у такого лидера появляются реальные шансы превратится в фигуру общенационального масштаба. Его приход к власти будет обеспечен этими массами, которые под его руководством свергнут или вытесняют прежних лидеров.
В условиях стабильного развивающегося общества, нормального функционирования институциональных отношений интерес масс к политическим лидерам ослаблен. Люди живут в достаточно определенной для них системе координат статусно – ролевых взаимодействий, в привычной обстановке. В таких условиях не массы ищут лидера, а человек, стремящийся подняться на вершину политической иерархии, пытается найти и привлечь на сою сторону последователей, потому что именно их голоса, их поддержка могут позволить ему добиться желанной цели.
В стабильном обществе с устоявшимися демократическими институтами складываются и определенные правила игры между людьми, претендующими на право называться политическими лидерами, своеобразный порядок их «производства». Выделим наиболее типичную схему возвышения политического лидера в условиях институциональной устойчивости и определенности.
Потенциальный политический лидер обязательно утверждается вначале как лидер малой группы. Именно здесь появляются его лидерские качества, его способность влиять на других людей, задержать их своей энергией. Стремясь найти объяснение феномену лидерства, прежде всего психологи, сформулировали концепцию лидерских качеств, в соответствии с которой лидером может стать только тот человек, который обладает особыми внешними данными, исключительными интеллектуальными и организаторскими способностями. Эта концепция впоследствии неоднократно подвергалась критике, так как далеко не все видные политические лидеры выделялись своими особыми внешними данными, остротой ума. Но вместе с тем есть в этой концепции и рациональное зерно: будущий лидер должен уметь подчинять своей воле других людей и должен быть для них притягательным. Именно эти качества он должен продемонстрировать в своем общении.
Следующей степенью в возвышении лидера становится его утверждение в качестве лидера организации, партии. Здесь уже недостаточно одного лидерского обаяния. Здесь приходится сталкиваться с серьезной конкуренцией других претендентов, также обладающих необходимыми качествами и свойствами. Успех на этом этапе зависит не только от человека, но и от тех людей, на которых он смог опереться в борьбе за первенство, поэтому победу одерживает не только сам лидер, но и его окружение. Чем сплоченнее, организованнее, деятельнее его окружение, тем больше шансов на успех. Но одержанная победа оборачивается для лидера усилением зависимости от тех, кто помог ему одержать эту победу.
Обретением человека статуса лидера партии требует от него действий, соответствующих этому статусу. Он должен уметь отражать интересы тех, кто объединился в ряды этой партии, его деятельность должна идти в русле их ценностных ориентаций и убеждений, он должен уметь лавировать между различными течениями, возникающими внутри партии.
Высшей степенью на пути возвышения политического лидера являются общенациональные выборы. Их исход зависит от позиции избирателей. Претендент на высший пост должен понравиться массе, он должен найти те струнки, которые бы затронули душу простых людей.
Политические лидеры, возникающие в стабильном обществе в ходе борьбы «по правилам», практически никогда не бывают харизматическими.
Подчеркну, что ситуация конкретной борьбы за право быть лидером общенационального масштаба возникает только в демократических обществах, где массы через процедуры всеобщего избирательного права могут влиять на персональный состав высшего государственного руководства. В обществах, где желания человека быть или не быть высшим руководителем государства санкционируется узким кругом людей, складывается обратная логика событий. Вначале человек утверждается у кормила власти, а затем при помощи своего ближайшего окружения стремится расширить формальные рамки своего влияния, пытается создать образ, который делал бы его притягательным для масс, выводил бы его на уровень именно общенационального лидера, а не формального руководителя страной.
Итак, в обществе могут складываться разные объективные условия возвышения политических лидеров. В стабильных демократических странах существуют правовые нормы, регламентирующие конкретную борьбу лидеров, претендующих на выражение общенациональных интересов. В таком обществе лидеры являются институциональными. Они скорее сами заинтересованы в массах, чем массы в них. В условиях кризиса возникают мятежные харизматические лидеры. Их связь с массами является скорее эмоциональной, чем рациональной, в этом их сила и слабость одновременно. Сила – в появлении исключительной возможности сплотить и повезти за собой людей, испытывающих перед своим харизматическим лидером исключительную преданность. Мятежный лидер может инициировать инновационные процессы в обществе. Слабость такого лидера в том, что те же массы, которые вчера боготворили своего вождя, после его неудач, неспособности поддержать харизму могут втоптать его в грязь. Тоталитарные вожди – это особый случай харизматического лидерства, когда покорность и любовь масс достигается за счет психологического воздействия.
5. Тенденции развития лидерства в России
В становлении политического лидерства в России можно выделить ряд типов, связанных с общественно – политической деятельностью первых должностных лиц страны. Если использовать типологию М. Вебера, в России долго доминировал традиционный тип лидерства: монарх – самодержец, власть которого передавалась по наследству. Абсолютная власть монарха признавалась правящим классом в обмен на его монополию на собственность и людей. Идея господства правителей над зависимым населением оформилась в политическую традицию и переходила из поколения в поколение, не смотря на революцию и смену эпох.
В советской и постсоветской России персонифицированные формы власти олицетворяют вожди. Вождизм представляет собой феномен подданнической политической культуры, культуры тотальной зависимости населения от власти. В этих условиях общество отождествляется с государством, политика – с идеологией, воля вождя – с волей народа, с историей. Восприятие действительности становится иррациональным, ибо отношения между вождем и его окружением утрачивают разумные основы. Вождь прибегает к наиболее доступным манипуляциям общественным сознанием, которое воспринимает все новое как чуждое и чужое, враждебное. Иррациональным становится стремление окружения наделить вождя необыкновенными способностями, необычной мудростью и прозорливостью, знанием всего того, что должны знать его близкие и подчинённые и, естественно, страна и народ.
В современных условиях, казалось бы, многие признаки персонифицированной власти в России трансформировались из вождизма в политическое лидерство. Так, легитимность Президента страны приобретает рационально – легитимные черты: она формируется на всеобщих выборах; результаты свободного волеизъявления признаются всем обществом; деятельность лидера опирается на Конституцию; разделение властей и наличие наряду с Президентом как главой высшей исполнительной власти представительных органов в лице парламента и т. д.
Однако изменились преимущественно внешние атрибуты личной власти, правила ее формирования. В действительности концентрация в руках Президента такого объема законодательных, исполнительных и представительских полномочий, отсутствие реальных правовых рычагов контроля за его деятельностью сохраняют вождизм как сущность персонифицированной власти, хотя и облеченной в цивилизованную форму.
Если даже с определенной долей условности для характеристики персонифицированной власти в России использовать термин «политическое лидерство», то можно отметить ряд особенностей.
Во - первых, как подчеркивают многие политологи, политические лидеры в России очень слабо или практически совсем не осуществляют свои функциональные обязанности, к которым относятся прежде всего выработка стратегии развития, интеграция масс вокруг общих целей и ценностей, осуществления взаимодействия власти и общества, защита общества от беззакония, мобилизация масс на осуществление реформ и т. д. политические лидеры заняты преимущественно тем, что реагируют на уже случившиеся события. Во многом здесь сказывается связь интеллекта и лидерства.
Во – вторых, политические лидеры, как коммунистического, так и посткоммунистического типа, не владеют методами когнитивного «стиля» руководства, который определяется по критерию простоты и сложности восприятия ими явлений и процессов, образующих объекты их профессиональной деятельности. «Крайними», противоположными типами по этому критерию являются, с одной стороны, политик. Мыслящий на основе примитивных жестких стереотипов и нетерпимый к сколько – нибудь многозначным суждениям; с другой стороны, деятель, способный к представлениям и оценкам, отражающим различные аспекты явления, его противоречивость и сложность. Низкий уровень или отсутствие интегральной сложности можно, например, считать одной из важнейших особенностей в деятельности И. В. Сталина. Обладая как политик незаурядной хитростью, ловкостью, прагматизмом, Сталин проявлял поразительную неспособность реалистически оценивать экономическую и социальную ситуацию в стране. С наибольшей силой эта черта проявилась в последние годы его жизни, когда он провозгласил скорое пришествие коммунизма на основе полного искоренения товарно – денежных отношений. В нищей, разоренной войной стране, подобные пророчества отдавали полнейшим утопизмом.
Гораздо труднее оценить однозначно уровень интегративной сложности преемников Сталина. Так, Н.С.Хрущев сочетал реализм в понимании внутренних и внешнеполитических проблем с волюнтаристским догматизмом, когда намеривался «закопать» капитализм и построить коммунизм к 1980 г. По – видимому, начало кризисной эпохи в истории реального социализма вызвало к жизни лидеров, или - как Хрущев, а позднее Андропов – обладавших частичной интегративной сложностью, или – как Брежнев и Черненко – с парализованным, отключенным когнитивным аппаратом, что позволяло подменять руководство страной исполнением церемониала власти. Именно последние лидеры возродили известный из истории наследственных монархий тип «ритуального лидера».
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
