96362 (575551), страница 2

Просмтор этого файла доступен только зарегистрированным пользователям. Но у нас супер быстрая регистрация: достаточно только электронной почты!

Текст из файла (страница 2)

Его ценности слишком уж воспевают индивидуализм и превозносят жадность, возводя этот порок в ранг добродетели, которая якобы движет экономикой, а также пренебрегают социальными аспектами хозяйственной деятельности и не рассматривают человека как центр процесса воспроизводства. Согласно этой доктрине, торговать стоит всем, что только может приносить прибыль, в том числе и ожиданиями.

В институциональном аспекте неолиберализм сделал государство и его регулирующую практику публичным врагом номер один. Манипулируя (надо признать, великолепно) общественным мнением через СМИ и, к сожалению, через часть научного сообщества, особенно через экономистов, либералы навязывают концепцию «малого» (читай: слабого) государства и минимализации его вмешательства в спонтанные рыночные процессы, хотя именно государство является, наряду с рынком, суперинститутом современного хозяйства. Лишь умная синергия мощи «невидимой руки рынка» с «видимой головой государства» дает шанс на долгосрочный экономический успех, особенно в странах с «формирующимся рынком», в частности в экономиках постсоциалистической трансформации. Институциональный интервенционизм – неизбежность для современного капитализма, чего неолиберализм не приемлет в силу исповедуемых ценностей, но прежде всего по причине заботы об определенных групповых интересах.

Что же касается неолиберальной политики, то она принципиально путает цели и средства. Цель экономической политики – долгосрочное равновесное развитие, причем не только экономическое, но социальное и экологическое. Низкая инфляция, положительные процентные ставки? сбалансированный бюджет, быстрая приватизация, режим валютного курса, биржевые котировки, налоги (разумеется, низкие) – это только инструменты политики, и нельзя подчинять стратегию и экономическую политику показателям, лишь иллюстрирующим явления и процессы в этих сферах. В рамках неолиберальной политики, чтобы улучшить материальное положение узких элит за счет большинства, прибегают к таким фундаментальным идеям либерализма, как свобода и демократия, частная собственность и предпринимательство, конкуренция и экономическая свобода. Но выступать на словах за них pro publico bono и эксплуатировать их в интересах меньшинства за счет большинства – две совершенно разные ипостаси одной политики.

Нарушения в мировой экономике не сводятся к финансово-экономическому кризису. Начало им положили серьезные финансовые потрясения, которые быстро перекинулись на сферу производства. Теперь кризис охватил социальную сферу, из которой постепенно перетекает в сферу политическую. И на все это начинает накладываться кризис в сфере ценностей и идеологии.

Произошедшие пертурбации, однако, не означают всеобщий кризис капитализма, поскольку последний обладает исключительными адаптивными способностями, что не раз наблюдалось на протяжении мировой истории. Так будет и в обозримом будущем. Но в данном случае можно совершенно определенно сказать, что мы имеем дело с крахом неолиберальной модели. До открытого кризиса ей прекрасно удавалось манипулировать общественным мнением там, где неолиберальное течение одерживало верх – от США в годы господства рейганомики и Великобритании времен главенства тэтчеризма до стран Латинской Америки, позволивших навязать себе Вашингтонский консенсус в 1990-е годы, и далее – до России времен президента Ельцина и до Польши с ее шоком без терапии в начале постсоциалистической системной трансформации. В настоящее время на повестке дня – борьба за то, чтобы неолиберальной доктрине, после сделанных ей косметических улучшений и незначительной корректировки, не удалось еще раз вернуть мировое хозяйство на прежнюю колею.

Начавшийся в 1970-е годы процесс отрыва финансового сектора от реального стал особенно интенсивным за последние 25 лет и привел к неслыханному раздуванию спекулятивного «пузыря». Именно с целью создать возможность для крупномасштабных спекуляций были созданы производные финансовые инструменты, которые на мировом финансовом рынке в 2007 г. суммарно оценивались в 600 трлн. дол., что в 10 раз превышает ценность произведенного в том же году ВМП.

Нынешний кризис не был вызван падением рынка ипотечных кредитов в США, поскольку то был всего лишь взрыватель бомбы. Считать причиной кризиса провал ипотечного рынка означает или попытку снять моральную, политическую, интеллектуальную ответственность неолиберализма за мировую рецессию, или поверхностное понимание явлений. Ибо именно последовательное ослабление института государства и неконтролируемый, деструктивный его уход от регулирования обусловили нарастание иррациональности в мировом хозяйстве, следствием которой и стал кризис.

Вот почему уже 3 года назад его нельзя было предотвратить. Попытки, имевшие место 13 лет назад, не были достаточно целенаправленными и последовательными, чтобы придать изменениям благоприятное направление. А 30 лет назад такого развития событий наверняка можно было избежать. Из нашего, казалось бы общего, наблюдения следуют фундаментальные выводы на будущее, поскольку произошел отнюдь не последний большой кризис.

В итоге следует положительно оценить то, как на финансовый кризис в краткосрочной перспективе отреагировала текущая политика – и фискальная, и монетарная. Увеличенное предложение денег для экономики в условиях нарастающего неиспользования производственных мощностей – это был правильный шаг. «Смазка» хозяйственного механизма неинфляционными деньгами принесла положительные результаты везде – от США через Западную Европу до Китая и Бразилии. Впрочем, речь идет всего лишь о воздействии на проявления и последствия кризиса.

4. Треугольник развития: ценности – институты – политика

В сфере ценностей необходимо движение от «иметь» к «быть», хозяйственная деятельность должна все больше учитывать культурные условия и социальную среду. Следует переосмыслить цели развития. Необходимо принципиально перестроить институты, в чьих рамках функционирует мировое хозяйство, составляющие которого становятся все более взаимозависимыми. Существующая в настоящее время система международных институтов способствует, скорее, глобальному хаосу, чем глобальному порядку. Экономика будущего нуждается в институтах, позволяющих скоординировать в мировом масштабе и политику.

Принимая во внимание меняющиеся ценности и новые цели, которые появляются в этой фазе своеобразного «цивилизационного путешествия», следует иначе подходить как к способам осуществления политики, так и к ее инструментарию. Акценты нужно перенести на наднациональную координацию. И тогда в будущем, – если, конечно, мы хотим избежать больших кризисов, – придется умело передвигаться в ареале своеобразного треугольника развития, уравновешенного в социальном, экологическом, экономическом плане. Вершинами этого треугольника будут ценности, институты и политика.

Эффективными могут быть лишь та стратегия развития и та экономическая политика, которые исходят из корректной экономической теории. Теория стечения обстоятельств развития отвечает на вопрос о том, что от чего зависит в долгосрочных процессах. В свою очередь, новый прагматизм – это нормативный подход, демонстрирующий, как на основе этой теории можно построить лучшее будущее.

Назовем главные черты теории стечения обстоятельств развития:

1) отказ от любого догматизма как интеллектуального «корсета», слишком односторонне направляющего поиск ответов на конкретные вопросы;

2) неприятие слепого подчинения какой бы то ни было идеологии или политической линии, поиски объективной истины без уступок расхожим и консенсуальным постулатам;

3) отказ от попыток создать универсальную теорию экономического роста, перенос внимания на специфические черты явлений и процессов, неразрывно связанных с макроэкономическим воспроизводством;

4) междисциплинарный подход, в рамках которого в экономических рассуждениях используются достижения других наук, особенно истории, футурологии, географии, права, социологии, психологии, науки об управлении, науки об Интернете;

5) широкое применение экономической компаративистики;

6) перемещение в многомерном пространстве, состоящем из конкретных исторического, географического, культурного, институционального, политического, социального измерений;

7) отделение целей деятельности от средств их достижения;

8) инструментальная гибкость, открытая для разнонаправленных поисков предохранительных мер, подходящих для конкретной специфической ситуации.

Меньше идеологии – больше прагматизма. Этот принцип можно смело назвать новым прагматизмом, поскольку он должен опираться на новые аналитические и теоретические посылки, учитывающие отличные от прежних условия хозяйственной деятельности, которые появились в результате глобализации.

Заключение

После проведения исследований в работе, можно прийти к таким выводам.

Теория стечения обстоятельств развития, будучи ориентирована на отдельные проблемы, послужит прекрасной основой для прагматических действий, направленных на решение конкретных задач. Здесь речь идет о неортодоксальной экономической теории, и даже шире – о теории общественной науки, сориентированной на практику, то есть в масштабах макроэкономических и социальных, – а по сути, в планетарном масштабе, – на политику, глобальную стратегию развития в широком смысле. При этом новый прагматизм логически вытекает из понимания необходимости в ином подходе к государственному вмешательству. Этот подход не означает вмешательство в производственные процессы, он должен сводиться к разумному использованию обстоятельств. Имеется в виду современный институциональный, а не конъюнктурный интервенционизм. Но для того чтобы навсегда вынести неолиберальное течение на свалку истории, – нужно предложить взамен нечто более приемлемое как в теории, так и на практике. Именно такой альтернативой могут стать теория стечения обстоятельств развития и новый прагматизм. Эти идеи можно было бы использовать и в политике модернизации Украины.

Использованы источники

1. Геец В. Либерально-демократические основы: курс на модернизацию Украины. «Экономика Украины» № 3, 2010, с. 4–20.

2. Колодко Гж. В. Мир вдвижении. М, «Магистр», 2009.

3. World Economic Outlook МВФ за октябрь 2004 г. и октябрь 2008 г. World Economic Outlook. Sustaining the Recovery, World Economic and Financial Surveys. IMF, Washington, 2009.

4. IMF Data Mapper, www.imf.org/ external/datamapper/index.php.

5. Ко1оdко G.W. Globalizacja a perspektywy rozwoju krajow posocjalistycznych. Toruft, Towarzystwo Naukowe Organizacji і Kierownictwa, 2002, www. tiger. edu.plAolodko/ksiazki/Globalizacja ajperspektywy_rozwoju.pdf

6. Kolodko G.W. The World Economy and Great Post-Communist Change. N. Y, Nova Science Publishers, 2006

7. Стиглиц Д ж. Глобализация: тревожные тенденции. М., «Мысль», 2003.

8. SkidelskyR. Keynes: The Return of the Master. N. Y, Public Affairs, 2009.

9. Наrvеу D. A Brief History of Neoliberalism. N. Y, Oxford University Press, 2005.

Характеристики

Список файлов ответов (шпаргалок)