96317 (575545), страница 2

Просмтор этого файла доступен только зарегистрированным пользователям. Но у нас супер быстрая регистрация: достаточно только электронной почты!

Текст из файла (страница 2)

В настоящее время экстрадиция – важный институт в укреплении и развитии международного сотрудничества между государствами.

Не меньшее влияние возможности экстрадиции оказывают и на охрану законных интересов, прав и свобод личности, общества и государства, на укрепление международного правопорядка и борьбу с преступностью. Поэтому вопросы экстрадиции привлекают к себе внимание юристов, ученых и практиков. Исследованию института экстрадиции посвящено немало работ юристов-международников. Не меньше внимания уделяется экстрадиции и в средствах массовой информации. В то же время, институт экстрадиции еще недостаточно изучен. В основном, данная сфера отношений рассматривается только как выдача, однако, как справедливо подчеркивают многие авторы, вопросами выдачи экстрадиционная деятельность не исчерпывается.

Вышеизложенные положения обусловливают актуальность данной работы, посвященной исследованию особенностей института экстрадиции и его практического использования в практике международных отношений.

Экстрадиция рассматривается как один из древнейших институтов международного уголовного права. В традиционном понимании она понимается как «передача лица государством, на территории которого такое лицо находится, другому государству для привлечения его к уголовной ответственности или для приведения приговора в исполнение.

Во многом под влиянием этого подхода в юридическом обиходе закрепилось определение экстрадиции как «отдельного института выдачи подозреваемых в совершении преступлений и осужденных преступников».

Именно поэтому в юридической литературе концепция экстрадиции, лежащая в основе анализа ее понятия, целей, содержания, нормативной регламентации и процедур, нередко ограничивается аспектами выдачи лиц, объявленных в международный розыск в связи с совершенными преступлениями, или передачи одним государством другому осужденных для отбывания наказания. В то же время, экстрадиция и выдача – не тождественные понятия. Экстрадицию нельзя сводить к выдаче и объяснять ее выдачей прежде всего потому, что в современных условиях выдачей преступников экстрадиция не ограничивается. Как известно, процедура экстрадиции может завершаться и отказом в выдаче.

Кроме этого, нормы российского уголовно-процессуального законодательства выделяют как выдачу для уголовного преследования, так и передачу лица, осужденного к лишению свободы, для отбывания наказания.

При этом передача осужденных из одного государства в другое для отбывания назначенного наказания согласуется с положениями Европейской конвенции о выдаче в 1957 г., которыми, в частности, предусматривается не только передача, но также такие ее разновидности, как отсроченная передача и передача с условиями. Ст.78.1 Минской конвенции предусматривается передача на время лица, находящегося под стражей или отбывающего наказание в виде лишения свободы. В настоящее время Российской Федерацией заключено 5 международных договоров о передаче лиц, осужденных к лишению свободы для отбывания наказания, в том числе: с Азербайджаном (1995), Грузией (1996), Латвией (1993), Туркменистаном (1995), Финляндией (1990). Кроме этого, проводится подготовительная работа по присоединению Российской Федерации к Страсбургской конвенции о передаче осужденных (1983 г.).

Таким образом, передача и выдача – это разные понятия, и, соответственно, экстрадиция – это не только выдача. Не всякая процедура экстрадиции обязательно заканчивается выдачей запрашиваемых лиц. В этих случаях процедура экстрадиции налицо, но реальная выдача отсутствует. Следовательно, экстрадиция не равнозначна выдаче еще и по той причине, что она может завершаться как выдачей, так и отказом в выдаче. Выдача представляет собой лишь форму реализации процедуры экстрадиции. Анализ законодательных и иных нормативно-правовых актов, регламентирующих вопросы экстрадиции, а также данные практики позволяют выделить следующие формы реализации экстрадиции:

- выдача;

- отказ в выдаче;

- отсрочка выдачи;

- временная выдача;

- экстрадиционный транзит;

- передача.

Все они связаны с экстрадицией, охватываются ее нормами, но к выдаче преступников не сводятся. Поэтому экстрадиция – это отдельный комплексный и самостоятельный институт права. Именно поэтому институт выдачи «представляет собой достаточно разработанный материал», тогда как институт экстрадиции как самостоятельный институт права – это относительно новое явление в международной практике государств и новообразование в праве. Он представляет собой совокупность нормативных предписаний, регламентирующих передачу лица, совершившего преступление, одним (запрашиваемым) государством другому (запрашивающему) государству для привлечения к уголовной ответственности и (или) отбывания наказания. Нормативная база института экстрадиции имеет двухуровневую структуру:

- внутригосударственное (в частности, конституционное, уголовное, уголовно-процессуальное);

- международное законодательство (в частности, многосторонние и двусторонние межгосударственные соглашения).

Так, в Российской Федерации решение вопроса об экстрадиции зависит от государственно-правового статуса лица, совершившего преступление: является ли оно гражданином РФ либо иностранным гражданином или лицом без гражданства. Часть 1 ст.61 Конституции РФ провозглашает: «Гражданин Российской Федерации не может быть выслан за пределы Российской Федерации или выдан другому государству». Конкретизируя это предписание, ч.1 ст.13 УК устанавливает: «Граждане Российской Федерации, совершившие преступление на территории иностранного государства, не подлежат выдаче этому государству». Данное правило распространяется и на ту часть бипатридов, которые кроме российского имеют еще одно гражданство или подданство иностранного государства. В ч.1 ст.6 Федерального закона от 19 апреля 2002 г. «О гражданстве Российской Федерации» зафиксировано, что «гражданин Российской Федерации, имеющий также иное гражданство, рассматривается в Российской Федерации только как гражданин Российской Федерации, за исключением случаев, предусмотренных международным договором Российской Федерации или Федеральным законом». В соответствии с ч.2 ст.62 Конституции РФ «наличие у гражданина Российской Федерации гражданства иностранного государства не умаляет его прав и свобод и не освобождает от обязанностей, вытекающих из российского гражданства, если иное не предусмотрено федеральным законом или международным договором Российской Федерации». Такой подход российского законодателя основывается на незыблемости суверенитета РФ и служит дополнительной гарантией реализации закрепленного в ч.1 ст.12 УК РФ принципа гражданства. Что касается вопроса о выдаче иностранных граждан и лиц без гражданства, то исходной в этом отношении является ч.2 ст.63 Конституции РФ: «Выдача лиц, обвиняемых в совершении преступления, а также передача осужденных для отбывания наказания в других государствах осуществляется на основании федерального закона или международного договора Российской Федерации». А согласно ч.2 ст.13 УК РФ «Иностранные граждане и лица без гражданства, совершившие преступление вне пределов Российской Федерации и находящиеся на территории Российской Федерации, могут быть выданы иностранному государству для привлечения к уголовной ответственности или отбывания наказания в соответствии с международным договором Российской Федерации». Подробная детализация решения данного вопроса содержится в соответствующих международных договорах РФ. Главенствующее место среди них занимают многосторонние международные соглашения, специально посвященные вопросам экстрадиции либо правовой помощи. Прежде всего, таким актом является Европейская Конвенция о выдаче от 13 декабря 1957 г. и два Дополнительных протокола к ней от 15 октября 1975 г. и от 17 марта 1978 г.

Кроме этого, это и многосторонние конвенции, посвященные борьбе с отдельными видами международных преступлений и попутно регламентирующие связанные с ними вопросы экстрадиции: Конвенция о предупреждении преступления геноцида и наказании за него от 9 декабря 1948 г., Конвенция о борьбе с захватами заложников от 17 декабря 1979 г., Конвенция ООН о борьбе против незаконного оборота наркотических средств и психотропных веществ от 20 декабря 1988 г. и др. Нижнюю ступень в иерархии занимают многочисленные (их более 50) двусторонние межгосударственные договоры Российской Федерации. В ст.28 Европейской Конвенции о выдаче 1957 г. закреплен принцип приоритета Конвенции по отношению к положениям любых двусторонних соглашений о выдаче (за исключением случаев, когда выдача каждым из государств – участников таких соглашений осуществляется на основе унифицированных норм). Как свидетельствует анализ международно-правовых актов, единственным основанием выдачи выступает совершение иностранным гражданином или лицом без гражданства экстрадиционного, то есть влекущего выдачу, преступления.

Исходя из принципа «тождественности» («двойной криминальности») в таком качестве признается преступление, наказуемое в соответствии с уголовным законодательством запрашивающего и запрашиваемого государств лишением свободы на срок не менее одного года или более строгим наказанием. Субъектом рассматриваемых преступлений наряду с иностранным гражданином может выступать любое лицо без гражданства, независимо от того, постоянно или временно оно проживает на территории РФ. В этом убеждает сопоставительный анализ ч.ч.1, 3 ст.12 и ч.2 ст.13 УК РФ. Кроме указанного выше основания, экстрадиция предполагает выполнение целого ряда условий:

- преступление совершено на территории запрашивающего государства, либо направлено против интересов этого государства, либо преступник является гражданином этого государства;

- лицо, совершившее преступление, находится на территории запрашиваемого государства;

- запрашиваемое и запрашивающее государства, как правило, являются участниками соответствующего международного договора о выдаче;

- соблюдается принцип поп bis in idem, запрещающий дважды привлекать к ответственности за одно и то же преступление;

- не истекли сроки давности привлечения к ответственности за совершенное преступление;

- предоставление запрашиваемому государству, законодательство которого в отличие от законодательства запрашивающего государства не предусматривает за совершенное преступление смертную казнь, достаточных гарантий того, что этот вид наказания к выданному лицу применен не будет;

- преступление не преследуется в порядке частного обвинения (по заявлению потерпевшего) и т.д.

Из толкования ч.2 ст.13 УК РФ можно сделать вывод, что экстрадиция – это право, а не обязанность государства. В каждом случае компетентные органы должны рассматривать этот вопрос индивидуально. Однако при отсутствии хотя бы одного из вышеперечисленных условий экстрадиция по общему правилу не производится.

Кроме того, Российская Федерация при ратификации Конвенции 1957г. оговорила сохранение за собой права дополнительного отказа в экстрадиции в следующих случаях:

- если выдача лица запрашивается в целях привлечения к ответственности в чрезвычайном суде или в порядке упрощенного судопроизводства либо в целях исполнения приговора, вынесенного чрезвычайным судом или в порядке упрощенного судопроизводства, когда есть основания полагать, что этому лицу не будут или не были обеспечены минимальные гарантии, предусмотренные общепризнанными нормами международного права;

- если есть серьезные основания полагать, что лицо, в отношении которого поступил запрос о выдаче, было или будет подвергнуто в запрашивающем государстве пыткам или другим жестоким, бесчеловечным или унижающим достоинство видам обращения или наказания либо что этому лицу в процессе уголовного преследования не были или не будут обеспечены минимальные гарантии, предусмотренные общепризнанными нормами международного права;

- исходя из соображений гуманности, когда есть основания полагать, что выдача лица может повлечь для него серьезные осложнения по причине его преклонного возраста или состояния здоровья;

- если выдача лица может нанести ущерб суверенитету, безопасности РФ, общественному порядку или другим существенно важным интересам.

Отказ в выдаче не исключает, а, наоборот, предполагает обязанность РФ осуществлять уголовное преследование в соответствии с собственным законодательством, руководствуясь универсальным или реальным принципом действия его в пространстве (ч.3 ст.12 УК РФ). Такое правило не распространяется на отказ в выдаче, обусловленный реализацией конституционного права на политическое убежище.

Согласно ч.1 ст.63 Конституции РФ «Российская Федерация предоставляет политическое убежище иностранным гражданам и лицам без гражданства в соответствии с общепризнанными нормами международного права». «В Российской Федерации, - гласит ч.2 ст.63 Конституции РФ, - не допускается выдача другим государствам лиц, преследуемых за политические убеждения, а также за действия (или бездействие), не признаваемые в Российской Федерации преступлением».

Такая регламентация указанного права содержится в Положении о порядке предоставления в Российской Федерации политического убежища, утвержденном Указом Президента РФ от 21 июля 1997 г. № 1417. В нем предусматривается, в частности, что политическое убежище не предоставляется, если лицо преследуется за действия (бездействие), признаваемые в Российской Федерации преступлением, или виновно в совершении действий, противоречащих целям и принципам Организации Объединенных Наций (п.5). В соответствии с п.7 этого Положения лицо может быть лишено предоставленного ему Российской Федерацией политического убежища по соображениям государственной безопасности, а также если это лицо занимается деятельностью, противоречащей целям и принципам Организации Объединенных Наций, либо если оно совершило преступление и в отношении его имеется вступивший в законную силу и подлежащий исполнению обвинительный приговор суда. Для большинства действующих международных договоров об экстрадиции традиционна следующая формула: «В выдаче может быть отказано в следующих случаях: если преступление, за которое затребована выдача, в законодательстве запрашивающей стороны наказуемо смертной казнью, а в законодательстве запрашивающего государства ненаказуемо; если только запрашивающая сторона не даст достаточных гарантий о том, что смертный приговор не будет вынесен либо не будет приведен в исполнение». Очевидно, что оценку общей ситуации в стране следует давать как обязательное условие при выдаче. Чаще всего обязательство неприменения смертной казни связана лишь с тем преступлением, по которому делается запрос. Таким образом, запрашивающая сторона дает гарантии неприменения смертной казни не вообще, а лишь по определенным обвинениям. А так как перечень обвинений выдвигается именно запрашивающей стороной, она может манипулировать и вопросом применения смертной казни. Вполне возможно, что после выдачи запрашивающее государство предъявит выданному им лицу новые обвинения, по которым и будет назначена смертная казнь. Но ведь формально по этим обвинениям запрашивающее государство никаких гарантий не давало. Поэтому более точной была бы формулировка, которая устанавливала бы, что к выдаваемому лицу смертная казнь не может быть применена ни при каких обстоятельствах. Это особенно важно для таких стран, национальное право и международные соглашения которых основываются на доктрине о том, что смертная казнь «оскорбляет достоинство нации» или «нарушает публичный порядок» в стране независимо от того, где такая казнь происходит. Не менее важной проблемой является и проблема «усеченного» запроса. Запрашивающее государство может вообще не давать никаких гарантий в отношении неприменения смертной казни, просто не включив в список обвинений преступления, за которые предусмотрен этот вид наказания. А уже после выдачи «добавить» такие обвинения. Очевидно, что перед Российской Федерацией сейчас стоит серьезная проблема не только по приведению в соответствие своих законов с международными договорами, но и проблема координации своих международных договоров. Очевидно, что выявление вышеуказанных проблем ставит нас перед необходимостью разработать комплекс мер по их разрешению. Необходимо внести соответствующие изменения и дополнения в законодательные акты РФ и международные договоры РФ, регулирующие вопросы выдачи. Прежде всего, это должно быть отражено в Конституции Российской Федерации, к примеру, путем указания, что выдача лиц, которым угрожает смертная казнь, не производится до получения достаточных гарантий неприменения смертной казни.

Характеристики

Список файлов ответов (шпаргалок)