70235 (573736), страница 2

Просмтор этого файла доступен только зарегистрированным пользователям. Но у нас супер быстрая регистрация: достаточно только электронной почты!

Текст из файла (страница 2)

Значит, или тот слой, который обычно называют интеллигенцией, вовсе не обязательно – духовно ведущий слой народа, высококультурный слой населения. Или понятие “интеллигенция” надо понимать, вводя в него дополнительные смыслы и учитывая то, что постоянно путаются “интеллигентность” и “образованность”, “культурность” и “цивилизованность”.

У многих представителей российской интеллигенции есть претензии на то, что они не столько цивилизованы, сколько олицетворяют высший уровень культуры, и призваны учить “как обустроить Россию”, духовно возвышать других, и в России и за ее пределами, и, таким образом, служить нуждам народа, содействовать народному счастью, счастью человечества. Большой части этого слоя свойственно то, что С. Булгаков называл: “крайности народопоклонничества и духовного аристократизма”.

С другой стороны, у русской интеллигенции (хотя не только у нее) заметен и налет утилитаризма. С. Франк считал, что: “русскому интеллигенту чуждо и отчасти враждебно понятие культуры в строгом смысле слова”. Потому что, говоря о культуре, у нас постоянно имеют ввиду необходимость ее практического применения, использования. Культура важна, если она служит чему то, если она – средство, скажем развития политического механизма, народного образования, воспитания, упорядочения общественной жизни. Отвечая этому, Франк справедливо писал о том, что культура не средство, а цель человеческой деятельности, что она не служит совершенствованию человеческой природы, а сама и есть это совершенствование.

Мне представляется, что интеллигентность и культурность в высших проявлениях того и другого – во многом совпадают по реальному содержанию этих понятий. И уж во всяким случае в том отношении, что интеллигентность – тоже не средство для чего-то: это состояние, к которому следует стремиться, стремиться быть (а не казаться) интеллигентным. И это так же самоценно, как и культурность человека.

А вот познание, знание, образование, просвещение – могут быть и бывают средствами для постижения, сохранения, распространения и развития культуры. И истина, которая есть соответствие знания о действительности – самой действительности, истина (или точнее истины) фактов, столь же служебна в отношении к культуре. Но понятие “Истина” употребляется и в другом значении, в котором и идет речь о ней как о ценности культуры.

Истина как ценность культуры

Истина и познание, как ее поиск, являются не только значимыми, полезными, пригодными для человека. Истина – это не только норма познания и жизни. Она – не только должное, в отличие от лжи, что закреплено в библейском “не лги”. Поиск истины может быть еще и стремлением мыслителя найти ее как нечто сверхценное, как человеческий идеал. Но что за истина может выступить в качестве идеала? Ведь не любая же! О некоторых истинах сказано: тьмы низких истин нам дороже нас возвышающий обман. У Сократа был интерес не к таким истинам и не к банальной истине факта, а к истине, сам путь познания которой возвышает человека. Вопрос Христа: что есть истина? – относится к истине такого рода.

Будда говорил не о безличных, объективных, а о благородных истинах.

Истина, за которую, люди порой готовы отдать жизнь, это не просто “соответствие мысли предмету” (Декарт), не просто то, что, как говорил Вл. Соловьев – есть “в формальном отношении”. Она не формально, а по сути касается высот духовного бытия. Это не истина рассудка, количества, счета и расчета, не истина догматиков.

Это истина жизненная, та, которую вообще нельзя найти раз и навсегда, а можно только порождать в процессе поиска, в мысли, в действии. И такая истина, и наука ее ищущая, и философия, – принадлежат собственно культуре в смысле их “человекообразующего действия, упорядочивающего жизненный хаос структур”. Истина в этом, единственно существенном ее бытии, – одна из высших духовных ценностей, наряду с такими ценностями культуры как Вера, Добро, Красота, Свобода, Любовь и т. д., с которыми она органично связана.

Хосе Ортега-и-Гассет, рассуждая о Вере и истине, писал, что философия пытается искать истину (исследуя сомнение), с тем, чтобы жизнь обрела подлинность, чтобы у человека была убежденность, истинная вера (не обязательно, кстати, религиозная): “Философия не должна доказывать истину на примере жизни, напротив, она должна доказывать истину для того, чтобы наша жизнь обрела подлинность”. Вот эта подлинность жизни (не заданная, а создаваемая людьми) выявляется прежде всего как реализуемая истинность Веры, Добра, Красоты в этом мире.

Истинность как проявленность действительной, а не фальшивой веры, настоящего Добра, подлинной Красоты, а не их лживых имитаций.

Что касается Добра, например, то Вл. Соловьев, исследуя его, стремился: “... показать добро как правду, т.е. единственный правый, верный себе путь жизни во всем и до конца”. Ибо он был убежден в том, что вообще нравственность есть путь к истинной жизни, что жизнь добрая и жизнь истинная – это фактически одно и то же.

В. Гейзенберг, П. Дирак и многие другие ученые ХХ века были убеждены в родстве красоты и истины. Гейзенберг писал о красоте в точных науках как о предупреждающем сиянии, блеске истины. Дирак утверждал, что красота формулы удостоверяет ее истинность. То есть они видели, что появление красоты как бы свидетельствует об истинности. И это так. И суть состоит в том, что (в этих частных, и в других случаях) истинность порождает ощущение красоты, а это ощущение, эстетический восторг, стимулируют к дальнейшему движению познания.

И конечно, истина как ценность культуры живет не в частностях, а в целостном развитии человека, все более и более очеловечивающего и себя и мир вокруг. Человека, постоянно меняющегося и каждый раз определяющего то, – что он есть и чем он будет: “Жить – это постоянно решать, чем мы будем”. Ведь “сам мир культуры был изобретен человеком как такой мир, через который человек становится человеком”. Истина в этом смысле, которая выступает как “... живая сила, овладевающая внутренним существом человека и действительно выводящая его из ложного самоутверждения, – называется любовью”. А любовь, согласно Вл. Соловьеву, есть действительное упразднение эгоизма. И если познание, наука, просвещение ориентированы на истинность в таком ее понимании, то они обретают смысл культуры высокого уровня, на коем базовой потребностью человека является потребность в жизни другого.

Поэтому, если все же остается сомнение в том, что наука – феномен культуры, а не только цивилизации, то оно вызвано, вопервых, тем, что к науке относят зачастую что-то, что по сути ею не является. М. К. Мамардашвили считал, что так называемые прикладные науки – это не науки. Во-вторых, науку противопоставляют культуре еще и потому, что ее достижения могут использоваться против человека, против культуры (атомная бомба, химическое, бактериологическое оружие). Но это, как и то, что сам ученый может быть бесчеловечным, – не аргумент. Ибо, скажем, не отказываемся же мы считать искусство явлением культуры из-за того, что изящный бронзовой статуэткой можно убивать, что в форме близкой к искусству, можно заниматься пропагандой, что даже настоящее искусство можно использовать идеологически нечистоплотно, и что конкретный художник может быть человеком невысокой культуры в целом ряде отношений.

В истории есть тьма примеров того, как и искусство, и науку, и философию пытались (и порой небезуспешно!) свести к вещному использованию (дикарскому или цивилизованному). И тогда они выпадали из поля культуры, которая: “... есть владение тем, чем нельзя владеть вещно и потребительски”. Культурой можно владеть лишь в том смысле, что реализовать ее в жизни, творить, быть культурным, и внешне и по сути. А это возможно только тогда, когда культура представляет собой вполне органичное единство Веры, Истины, Добра, Красоты. Тогда она реализуется и как Свобода – свобода полного выявления человеком вовне своей внутренней человеческой индивидуальности. Тогда культура вполне воплощается как ценностная форма человечности.

Список используемой литературы:

1. Советский энциклопедический словарь. – М.: Сов.энциклопедия, 1985

2. Культурология. Краткий словарь под ред. И. Кефели. – СПб., 2000.

3. Сноу Ч.-П. Две культуры и научная революция // Сноу Ч.П.Портреты и размышления. – М.: Прогресс, 1985.

4. Паскаль Б. Мысли. – СПб.: СЕВЕРО-ЗАПАД, 2003

5. Булгаков С. Вехи. Из глубины. – М.: Правда, 2001

6. Мамардашвили М. К. Как я понимаю философию. – М.: Прогресс. Культура, 2004

7. Ортега-и-Гассет Х. Что такое философия. – М.: Наука, 2004

8. Соловьев Вл. С. Оправдание добра // Соловьев Вл. С.Собр. соч. Т.1. – М.: Мысль, 2000

9. Гейзенберг В. Шаги за горизонт. – М.: Прогресс, 2002

10. Соловьев Вл. С. Смысл любви // Соловьев Вл. С. Собр.

11. соч. Т. 2. – М.: Мысль, 1999

Характеристики

Список файлов ответов (шпаргалок)