57600 (572721), страница 3
Текст из файла (страница 3)
К началу 1730-х годов к Уральским казенным заводам было приписано 25 тыс. крестьян. Что касается частных заводов, то до 1734 г. приписными крестьянами владели лишь одни Демидовы, к 1751 г. их получили еще 7 заводчиков, общая численность приписных составила более 11 тыс. душ. Приписные деревни необязательно находились вблизи заводов. По данным на 1779 г. более 50% всех приписных к заводам селений находились от них на расстоянии свыше 100 верст. К моменту ликвидации этого института в 1807 г. количество приписных крестьян достигало 275 тыс. человек, из них 158,7 тыс. приписанных к казенным и 117,2 тыс. – к частным заводам.
В 1807 г. институт «приписных» крестьян был отменен (исключая Олонецкие заводы и Алтай). Из числа «приписных» были выделены так называемые «непременные работники» по 58 человек на тысячу приписных для частных заводов и в необходимом количестве для казенных. В количестве 18 тыс. человек они отдавались заводам для постоянного выполнения заводских работ, с освобождением остальных бывших приписных крестьян от повинности по обслуживанию заводов. В соответствии с императорским Указом от 18 января 1721 г. позволялось «как шляхетству, так и купецким людям» покупать к заводам деревни, причем «тех деревень особо без заводов отнюдь никому не продавать и не закладывать», деревни же с заводами можно было продать лишь «с позволения Берг- и Мануфактур-Коллегии». Таким образом было юридически оформлено правило, ставшее одним из важнейших параметров горнозаводской системы. Право покупки крестьян к заводам просуществовало до 1762 года. Отмена этого права (восстановлено в 1798 и окончательно отменено в 1816 г.), помимо усилившегося влияния дворянства, была обусловлена и значительным уменьшением необходимости в нем в связи с изменениями, произошедшими в сословном составе заводовладельцев, и достижением промышленностью уровня, когда сохранение некоторых привилегий могло считаться излишним. Казенные заводы использовали исключительно труд приписных крестьян, из 82 частных заводов, основанных до 1762 г. и состав рабочей силы которых известен, пользовались трудом приписных 23. Большее значение для частных заводов имели покупные или собственные (т.е. ранее принадлежавшие) крестьяне. Государственных крестьян на горных заводах Урала во второй половине 1760-х годов состояло 142,2 тыс. человек, собственных 57,1 тыс. Всего на Урале в XVIII в. построено 176 заводов, из них 32 казной, остальные в частном порядке.
К началу XIX в. заканчивается в целом процесс распространения горнозаводской промышленности и освоения новых рудных и лесных площадей, складывается географическое размещение промышленности.
По форме собственности округа могли быть казенными (т.е. принадлежащими государству) и частновладельческими. Последние делились на вотчинные и посессионные. Владение заводами и округа по вотчинному (владельческому) праву реализовывало право частной собственности в узком смысле со всеми присущими последней характеристиками (право свободного владения, распоряжения, пользования).
Посессионное право было связано с рядом особенностей. Посессионный округ считался неделимым, право пользования им сохранялось лишь при условии постоянной заводской деятельности. Заводовладельцы имели от казны «пособие» в землях (лесах), являвшихся государственной собственностью, а также (до 1851 г.) в рабочей силе, при этом лес и руда могли быть использованы только для надобностей самого округа. Округ не мог быть заложен в Ипотечном банке. Заводчики находились под контролем горного ведомства и обязаны были уплачивать подать.
Оформление заводско-окружной системы связано с промышленным освоением Урала. Сущность ее заключалась в том, что заводы обеспечивались всем необходимым путем «приписки» к ним прилегающих территорий с рудными месторождениями, лесами, а также рабочей силы, горные заводы, земля (с лесом и рудниками), рабочая сила (до 1861 г.) составляли три обязательных неразделимых элемента горнозаводского округа. По статистическим источникам за 1860 г., из 38 заводских округ только 2 незначительных округа возникли в XIX веке. В остальных случаях основания новых заводов – новые заводские единицы строились на территории оформившихся ранее округов (в 1801-1860 гг. построено 29 заводов). В пореформенный период до начала XX в. построено еще 19 заводов, а с 1901 по 1917 – 6. К реформе 1861 г. в ведении Уральского горного правления находилось 52 заводских округа, из них 6 казенных и 46 частных.
Решению проблем промышленного развития отводилось большое место в экономической политике Екатерины II. При этом были учтены и некоторые меры, предпринятые ее предшественниками. Еще в 1762 г. Петр III запретил покупку крестьян к заводам. Екатерина II подтвердила этот запрет, что привело к расширению использования вольнонаемного труда на купеческих и крестьянских мануфактурах. В 1760-е годы были отменены практически все монополии частных лиц, многие откупа. Снижались таможенные пошлины, особенно либеральным был тариф 1782 года. В 1775г. было разрешено любому желающему, в том числе и крепостным крестьянам, заводить промышленные предприятия. Екатерина II и ее окружение во многом следовали принципам свободной торговли, связанными с идеями Просвещения, крайне популярными в Европе в то время и объективно выражавшими интересы наиболее дальновидных капиталистов, ратовавших за свободную конкуренцию, наиболее широкие возможности для предпринимательской деятельности. Но в России эти идеи удивительным образом совпали с устремлениями дворян-душевладельцев, так как им было выгодно развитие предпринимательства их крестьян. Кроме того, их право на даровой труд крепостных осталось незыблемым, а ограничение подневольного труда касалось всех прочих категорий работодателей.
Экономическая политика правительства Екатерины II способствовала существенным сдвигам в развитии отечественного предпринимательства во второй половине XVIII века. Хотя на этот раз, в отличие от эпохи Петра I, гораздо большее значение имела естественная эволюция, нежели поддержка государства. Именно во второй половине XVIII в. завершается становление предпринимательства в сфере промышленности, основанной на наемном труде и ориентированной на широкий рынок. В дальнейшем оно неуклонно и необратимо развивается в условиях сохранения в стране крепостнической системы. В этом смысле последние десятилетия XVIII и первая половина XIX вв. представляют собой единый этап в развитии российского предпринимательства.
Это было логическим итогом длительного развития товарно-денежных отношений в предыдущий период. Большая роль здесь принадлежит крестьянским промыслам, которые в наибольшей степени были развиты в центральных нечерноземных губерниях и на Севере. В нечерноземном центре помещики из-за малоплодородных земель не создавали обширного хозяйства, а предпочитали получать с крестьян денежный оброк. Те, стремясь достать деньги, все с большей активностью занимаются неземледельческими промыслами: обработкой дерева, гончарным, скорняжным, швейным, плотницким делом. Но ведущая роль в этих промыслах принадлежала прядению и ткачеству. Их продукция выбрасывалась на рынок, находила сбыт в городах и селах, ближних и дальних. Многие оброчные крестьяне уходят на заработки, нанимаются на заводы, мануфактуры. Так складывается рынок наемного труда. Процессы первоначального капиталистического накопления шли в самих крестьянских промыслах (при этом земледельческие занятия в целом сохраняли натуральный характер), выделялись предприимчивые крестьяне, сюда же проникал купеческий капитал. Многие «капиталистые» крестьяне начинали со скупки продукции промыслов в округе, затем переходили к раздаче сырья и полуфабрикатов мелким производителям, выплачивая им за готовые изделия заработную плату, затем объединяли их под одной крышей, окончательно превращая в наемных рабочих. Такова была логика становления крупного промышленного предпринимательства, органически выраставшего из неземледельческих промыслов.
III. Легкая промышленность и сельское хозяйство
Наибольших успехов промышленное предпринимательство, основанное на вольнонаемном труде и ориентированное на широкий рынок, достигает в производстве хлопчатобумажных материй. Его устойчивый и необратимый рост начинается уже в последней трети XVIII в. на основе традиционных крестьянских промыслов по изготовлению тканей. Исстари практически во всех селах и деревнях производились льняные материи – холсты и полотна, которые предназначались и для продажи. На определенном этапе скупщики холстов переходят к раздаче производителям суровых хлопчатобумажных материй, на которые оставалось нанести расцветку. Она «набивалась» посредством специальных досок, покрытых краской. Это была весьма несложная и недорогая технология, труд был дешев, хлопок ценился ниже, чем шелковые и шерстяные материи. Поэтому такие «набойки» были доступны по цене и простым горожанам и даже крестьянам. Они быстро завоевывают самый широкий рынок, что обусловило ускоренное развитие этой отрасли предпринимательства.
Следующим шагом было изготовление хлопчатобумажных тканей из ввозной пряжи. В начале XIX в. многие предприниматели переходят к организации бумаготкацких мануфактур. Этому способствовал известный перерыв в торговле с Англией, вызванный континентальной блокадой и наполеоновскими войнами, поскольку оттуда в Россию в большом количестве поступали и ткани, и пряжа. После восстановления русско-английской торговли отечественные бумаготкацкие мануфактуры продолжали развиваться, потребляя ввозную пряжу. Но англичане могли предложить в большом количестве и готовые ситцы. Здесь большую роль сыграла протекционистская политика правительства. В 1822 г. был издан очередной таможенный тариф, который устанавливал высокие пошлины на ввоз готовых тканей и низкие – на пряжу. В результате сбыт продукции отечественных мануфактур был надежно защищен от конкуренции импортных тканей. Наконец, предприниматели переходят к производству пряжи, закупая хлопок. Так возникает бумагопрядильная мануфактура – последнее недостающее звено во всем цикле. Но для этого нужны машины, которые тогда производились главным образом все в той же Англии. Достаточно вспомнить знаменитую прялку «Дженни». Английское правительство долгое время запрещало экспорт прядильных машин, стремясь сохранить доминирующее положение в поставке пряжи на мировой рынок. Но в 1842 г. этот запрет был снят. Самые предприимчивые русские промышленники устанавливают у себя прядильные машины, поступление пряжи из Англии резко сокращается, расширяется ввоз хлопка. На российских мануфактурах начинается промышленный переворот, они становятся фабриками в полном смысле слова, т.е. крупными предприятиями, основанными на применении машин. Завершается этот переворот уже в пореформенную эпоху.
Текстильное производство развивается во многих городах и селах нечерноземного центра. Но особо выделяются Москва и ее окрестности, а также Владимирская губерния, а с ней – Шуйский уезд. К этому времени восходит и история крупнейших предприятий данной отрасли, истоки многих торгово-промышленных династий, знаменитых в XIX и начале XX веков. На рубеже XVIII и XIX вв. в Москве возникает Прохоровская мануфактура (ныне «Трехгорка»), впоследствии ставшая крупнейшим предприятием первопрестольной столицы. Пожар и разорение Москвы 1812 г. дали шанс к ускорению развития хлопчатобумажного производства в промышленных селах Владимирской губернии. Здесь исключительно активно действуют крестьяне-предприниматели вотчины графов Шереметевых в Шуйском уезде, центром которой было Иваново-Вознесенское. После пожара Москвы прибыль ивановских набойщиков составляла 500 процентов. До 1861 г. из вотчин Шереметевых выкупилось на волю до 50 семейств «капиталистых» крестьян.
Из этих мест происходит и Савва Морозов, основатель одной из самых известных династий российских промышленников. Он был крепостным помещика Рюмина, имел мануфактуры в селах Зуево и Орехово на стыке Московской и Владимирской губерний. В 1820 г. он выкупился на волю за 17 тыс. рублей. В дальнейшем С.Морозов одним из первых применил на своих фабриках прядильные машины. Пройденный им путь столь же характерен для истории российского предпринимательства XIX в., как и карьера Демидовых, олицетворяет собой предпринимательство петровской и послепетровской эпохи, а промыслы и торги Строгановых типичны для XVI-XVII веков. В конце XVIII – начале XIX вв. формируются капиталы других известных семейств – Бутримовых, Грачевых, Зиминых, Тучковых, в течение одного-двух поколений проделавших путь от крепостных крестьян до крупнейших промышленников. Весьма характерно, что центром их деятельности были не города, а именно села.
Но далеко не все отрасли развивались столь быстро. К началу XIX в. определенный застой наблюдается в металлургической промышленности Урала. Причины очевидны: господство принудительного труда, на котором когда-то основывался подъем здешней промышленности, теперь стало тормозом ее дальнейшего обновления. Резко сократился и экспорт российского железа на европейский рынок. В Англии, куда в XVIII в. направлялась львиная доля этого экспорта, было освоено собственное производство чугуна на основе коксующихся каменных углей. Довольно показательна история предпринимательства в суконном производстве. Эта отрасль всегда интересовала военное ведомство и находилась под неусыпным контролем властей. В XVIII в. предприятия, которые использовали подневольный труд и дотации государства, все сукно были обязаны сдавать в казну. Те, что применяли вольнонаемный труд, могли часть продукции реализовывать на свободном рынке. В 1797 г. Павел I предписал всем суконщикам сдавать продукцию в казну. Ясно, что стимулы к расширению производства у многих исчезли, и казна вскоре стала испытывать недостаток сукна для обмундирования армии. Лишь в 1816 г. Александр I позволил производителям сукна свободно распоряжаться своей продукцией. Ее выпуск вновь стал расти.
Но наиболее существенным препятствием в развитии предпринимательства в сфере промышленности было сохранение крепостнических отношений в целом. Так, многие предприниматели, владельцы мануфактур оставались крепостными и не могли в полной мере использовать свою прибыль на развитие производства, так как платили огромные оброки своему помещику. Тому же помещику по закону принадлежали и все права собственности на предприятия своих крестьян. Весьма неустойчив был и рынок вольнонаемного труда. В основном он состоял из крепостных крестьян, которых помещики отпускали на заработки, так называемых «отходников». Как правило, это были сезонные рабочие, состав их существенно менялся почти каждый год. Однако дальнейшее совершенствование технологии, применение машин требовало постоянных кадров обученных профессионалов.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
