57232 (572672), страница 4

Просмтор этого файла доступен только зарегистрированным пользователям. Но у нас супер быстрая регистрация: достаточно только электронной почты!

Текст из файла (страница 4)

Происхождение брака «сине ману» не вполне ясно. Возможно, что первоначально это была некоторая юридически не-| полноценная разновидность брака между патрициями и плебеями, которым «правильный брак» был разрешен только после издания закона Канулея (445 г. до н.э.)⁰.

Поскольку издержки на содержание семьи лежали на муже, установился обычай, чтобы в браке «сине ману» жена приносила приданое, переходившее в собственность мужа. В случае развода, если последний совершался по вине мужа, оно возвращалось полностью или частью.

В соответствии с патриархальными воззрениями и всем строем римской семьи «даже совершеннолетние женщины, – сообщает Гай, говоря о Законах XII таблиц, – вследствие присущего им легкомыслия» должны были состоять под опекой.

Наследование имущества дозволялось как по закону, так и по завещанию. При этом не исключается, что в самый ранний период истории Рима завещательные распоряжения нуждались в санкции народного собрания, наблюдавшего за тем, чтобы не были обойдены по произволу законные наследники и таким образом не наносился ущерб старым родам и фамилиям.

Господствующей формой брачных отношений в период империи становится брак, при котором нет власти мужа. Обязательным условием брака является согласие брачующихся. Брак по расчету, особенно в среде имущих классов, становится обыкновенным явлением. Римский брак в период империи – типичная форма моногамии; его основанием служит частная собственность, его принципом – господствующее положение мужчины.

Освободившись от религиозных и моральных оков прошлой эпохи, брак сделался легкорасторжимым, непрочным. Император Август пытался исправить положение с помощью законов. Была установлена уголовная ответственность жены за нарушение супружеской верности, ограничены разводы.

В тщетных усилиях упрочить распадающиеся семейные союзы император Август прибег к крайним мерам (18 г. до н.э.). Лицам, достигшим брачного возраста, но не состоявшим в браке, было запрещено принимать наследство по завещанию. Лица, хотя и состоявшие в браке, но не имевшие детей, могли принимать его в половинном размере. Был введен налог на безбрачие. Закон устанавливал брачный возраст от 25 до 60 лет для мужчин, от 20 до 50 лет для женщин.

Несмотря на все эти меры, цель достигнута не была. Раздельность имущества супругов становится общим правилом; издержки совместной жизни ложатся на мужа, но он вправе распоряжаться доходом, который приносит имущество жены (ее приданое). При прекращении брака по вине мужа приданое, как уже говорилось, возвращается жене.

Меняется к лучшему положение детей. Власть отца ослабевает. Убийство детей становится преступлением. Освобождение сына из-под власти отца облегчается. Предоставление сыну особого имущества еще при жизни отца и некоторой связанной с этим правоспособности получает защиту претора. Облегчается порядок усыновления внебрачных детей.

В наследственном праве самым существенным было признание права наследования и за теми кровными родственниками, которые прежде его не имели. Первыми наследовали, как и в старину, дети, а в случае их смерти – внуки. Когда не было ни тех, ни других, призывались братья, племянники (со стороны отца). Если и их не было, претор призывал кровных родственников наследодателя вплоть до шестого колена. Ближайшая степень родства исключала последующую.

В интересах старых римских фамилий и для обуздания произвола, явившегося следствием полного развития частной собственности, римское право встало на путь ограничения свободы завещательного распоряжения. Ближайший родственник, если его обошли наследством, имел право по крайней мере на одну четвертую того, что он получил бы при отсутствии завещания (т.е. по закону). Таким образом вводился принцип обязательного наследования, сохранившийся до наших дней.

Для действительности завещания требовалось наличие двух условий: активной завещательной способности на одной стороне и пассивной завещательной правоспособности – на другой. Между тем в Риме, как и во всем древнем мире, действовало правило, согласно которому военный плен приводил к рабству, чем само собой исключалась как активная, так и пассивная завещательная правоспособность.

Уголовно-правовые постановления Законов XII таблиц отличаются крайней суровостью. Смертной казнью наказывается всякий, кто посмеет потравить или собрать урожай «с обработанного плугом (чужого) поля». Поджигатель дома или хлеба, если он действовал преднамеренно, заключается в оковы, подвергается бичеванию, за которым следует смерть. Всякий вправе убить на месте преступления ночного вора или вора, захваченного с оружием в руках. Дневной вор, застигнутый на месте преступления, подвергался физическому наказанию, а затем выдавался в рабство потерпевшему.

О государственных преступлениях Законы XII таблиц говорят сравнительно немного: устанавливается неправомерность и наказуемость ночных сборищ, подстрекательства врага к нападению на Рим, нарушения постановлений, касающихся общественного порядка, взяточничества судей и др.

Об умышленном убийстве не упоминается вовсе, во всяком случае в тех отрывках, которые до нас дошли. Объясняется это, по-видимому, тем, что меры наказания, следуемые за него, не вызывали сомнений. Следует добавить, что высшие магистраты республики не были связаны точным определением того, что следует считать преступлением. В особых случаях они могли решать этот вопрос по своему усмотрению. Во избежание произвола за каждым римским гражданином признавалось право апелляции к народному собранию. Решение последнего было окончательным.

Дела о преступлениях рабов рассматривались, как правило, домашним судом рабовладельца. У раба не было никаких гарантий и никаких прав на защиту. Приговоренный к смерти, он, по обычаю, сбрасывался с Тарпейской скалы.

Уголовное право Римской империи складывалось из массы законов, включая Законы XII таблиц, из постановлений народных собраний и сената. Значительное число новых уголовных законов обнародовали диктаторы и императоры. Законы не исключали произвола. Императоры и магистраты не были связаны законом и могли по своему усмотрению Определять, что преступно и что таковым не является. Естественно, что и наказание было произвольным.

Большое внимание уделяет римский законодатель преступлениям чиновников–взяточничеству, присвоению казенных денег, хищениям государственного имущества вообще и т.д. Виновные в этих преступлениях наказывались большей частью смертной казнью и ссылкой. Кое в чем еще сохраняются старые предрассудки. Среди Тайных убийц, перечисленных в законе Корнелия Суллы, фигурируют «волшебные нашептыватели». За одно и то же преступление, например повреждение межи, рабов ссылали на верную смерть в рудники, свободные низших сословий приговаривались к каторжным работам, нобили и всадники наказывались штрафом или ссылкой. В случаях осуждения к смертной казни знатных и солдат казнили мечом, незнатным угрожало сожжение, закапывание в землю, разрывание телегами и т, п. Рабы медленно и страшно умирали, распятые на крестах.

3.2 Гражданское право Римской империи

По теории римских юристов, всю совокупность правовых велений следовало подразделить на две части – право частное и право публичное. К последнему, по известному определению Ульпиана (III в. н.э.), принадлежат все те нормы, которые «относятся к положению Римского государства» как целого; напротив, «частное право» имеет дело с тем, что касается «пользы отдельных лиц».

Таким образом, храмы и дороги, например, были объектом регулирования «публичного права»; отношения, связанные с правом собственности, семейные, наследственные и многие другие считались областью «частного права».

Деление это было признано в средние века в тех странах, где было заимствовано римское право. Оно укоренилось в буржуазном праве, существуя до сих пор. В советской юридической литературе римское гражданское право по традиции именуют римским частным правом.

Практическое значение указанного деления несомненно. Вместе с тем не надо упускать из виду, что любая норма права представляет собой проявление «публичного интереса», выражает волю данного класса. В своем конечном итоге «польза отдельных лиц», урегулированная правом, является пользой класса, к которому эти лица принадлежат.

Старое римское право, включая Законы XII таблиц, постановления народных собраний, а также комментарии римских юристов, относящиеся к этому кругу норм, получили название цивильного права, права римской общины. Преторское право развивалось параллельно цивильному. Наконец, третьим элементом римского права становится с течением времени «право народов».

«Право народов», свободное от древнеримских традиций, отличалось большей гибкостью, оно широко черпает из права и торговых обыкновений других стран, находившихся с Римом в торговых сношениях или становившихся римскими провинциями. Перегринский претор (с 242 г.), творец «права народов», находился в постоянном общении с претором цивильным, и последний нередко прибегал к использованию «права народов» в сложных случаях регулирования правоотношений между самими римлянами.

С развитием экономических связей, в особенности торгового оборота, с предоставлением перегринам прав римского гражданства, благодаря формулярному процессу и тем полномочиям, которые он предоставлял претору (творить новое право), происходит сближение права преторского с правом цивильным; в той же степени идет сближение цивильного права и «права народов». В особенной степени велико было влияние «права народов» на область оборота недвижимости и договорное право Рима. Теоретическая разработка «права народов» осуществлялась под воздействием доктрин греческой философии, привнесенных и усвоенных римскими юристами.

К «праву народов» римские юристы относили как установление рабства, так и отпущение из рабства, поскольку они хорошо видели, что и то и другое не является специфически римским правом, а также и все другие «общие» правоотношения – «разделение имуществ… учреждение торговли, купли-продажи, найма, обязательства, за исключением тех, которые были введены цивильным правом». Таким образом подчеркивается и связь, и различие между цивильным правом как правом данного государства и правом народов как установлениями, «общими для всех».

Там, где существует коллективная (в том числе государственная) собственность на землю, как это было в республиканском Риме, отношение лица (семьи) к земле поневоле ограничивается простым владением, т.е. пользованием. Право распоряжения, вместе с которым возникает и право собственности, приобретается позже, спустя много веков.

Из существа владения вытекает, что основанием для его возникновения служат раньше всего оккупация (захват вещи), сопряженная с намерением иметь эту вещь для себя, в своей власти. Однако такого рода захват не должен быть ни тайным, ни насильственным: вор никогда не будет признан законным владельцем украденного. Нельзя стать владельцем (в юридическом значении этого термина) с помощью купли-продажи, дарения, мены, наследования и т.п., т.е. таких способов перехода вещей, которые порождают право распоряжения ими, а значит, право собственности. И даже в том случае, когда земельное владение переходит от отца к сыну в порядке наследования, будет считаться, что сын владеет первоначально, ибо всякое приобретение владения по существу своему может быть только первоначальным⁰.

Таким образом владение возникает из добросовестного (без применения хитрости или насилия) пользования вещью, собственник которой либо неизвестен, либо не заявляет протеста, либо безвестно отсутствует.

Беспрепятственно могли быть присвоены заброшенные земли, дикие звери и рыба, впервые открытые клады, вновь открытые земли и т.д., одним словом вещи, не бывшие в чьей-либо собственности.

Определение права собственности, заимствованное многими буржуазными кодификациями, было дано римскими юристами. Они понимали под ним наиболее полное, наиболее «абсолютное» право пользоваться и распоряжаться вещами. Пользоваться – значит извлекать выгоду; распоряжаться–значит определять судьбу вещей (вплоть до уничтожения).

Но как бы ни было абсолютно право собственника, оно не может быть «неограниченным». Ограничения эти делаются неизбежными вследствие противоположности интересов одного собственника интересам другого собственника.

Многие ограничения были установлены еще Законами XII таблиц.

Особой формой ограничения права собственности является «право на чужую вещь», или сервитут. Различались вещные и личные сервитуты⁰.

Право проведения воды через чужой участок, вызванное хозяйственной необходимостью, было примером вещного сервитута, которым римское право обременяло одного собственника в пользу другого собственника. В городе был установлен сервитут, дававший право проложить трубу клоаки или водопровод через двор соседа.

Характеристики

Список файлов ответов (шпаргалок)