Антиплагиат диссертация (1205278), страница 11
Текст из файла (страница 11)
Журилов и О.Ю.Никитина отмечают, чтопациент считается сегодня субъектом получения специальных услуг – медицинских, а в цивилизованном обществебыть потребителем – значит быть полноправным участником социально-экономических отношений, при которыхпотребитель имеет базисное право на доброкачественный товар или услугу, независимо от организационноправовой формы юридического лица, в том числе и ЛПУ.Таким образом, общим является определение пациента как лица, обратившегося за помощью, уже находящегося всоответствующих отношениях с врачом или медицинским учреждением. Такое определение представляется вцелом правильным, но недостаточным.По нашему мнению, противоречит общему началу ответственности за неоказание помощи и оставление лица вопасном состоянии.
Уже в 2003 г. нами было предложено следующее определение пациента – это человек,нуждающийся в получении услуг в сфере здравоохранения и обращающийся к органам здравоохранения с цельюих получения3. При этом имеется в виду наличие отношений, при которых лицо, например, подвергаясьобязательной диспансеризации либо контрольному осмотру при эпидемии или иной чрезвычайной ситуации,рассматривается как потенциальный пациент и уже в качестве такового наделяется определенным статусом. Слово«нуждающийся» следует понимать в субъективном, а не объективном смысле, т.е. объективной потребности впомощи может не существовать. Только такое понимание соответствует законодательно закрепленному правугражданина на свободу действия и[2]самоопределения.Неверной, на наш взгляд, является прослеж ивающ аяся в некоторых определениях связь статуса пац иента состатусом гражданина.
Эти две юридические категории могут пересекаться, но не обязательно. Данная позицияосновывается на положениях статьи 18 Основ, которая определяет также права иностранных граждан, беженцев илиц без гражданства на охрану здоровья и медицинскуютерритории[19]России, [22]гарантируется[2]помощь. Иностранным гражданам, находящимся направо на охрану здоровья в соответствии с международными договорами[1]РФ.Лица без гражданства, постоянно проживающие в Российской Федерации, и беженцы пользуются правом на охрануздоровья наравне с гражданами РФ, если иное не предусмотрено международными договорами РФ.
Существенным в[2]понимании статуса пац иента является закрепление в нем активного начала, права насамозащиту в специфическом смысле слова. Несмотря на наличие конституционных гарантий, к пациентам до сихпор не выработано такого отношения. На практике господствует патерналистская доктрина. Это объясняется,вероятно, неразвитостью правового и социального сознания граждан, а также личностного самосознания;пациенты до сих пор считают, что удобнее переложить все в руки врачей и не пытаются понять и проанализироватьпроисходящее, что нередко ведет к многоликому нарушению их прав, к преступлениям и процветанию коррупции.Специальные статусы пациентов. Российское законодательство выделяет ряд особых категорий пациентов,имеющих специальный статус, иной каталог их прав, либо расширенный (защита материнства по ст.
38 КонституцииРФ), либо суженный (ст. 34 Основ и др.) Однако законодательное закрепление отдельных специальных статусовhttp://dvgups.antiplagiat.ru/ReportPage.aspx?docId=427.17339957&repNumb=118/2024.02.2016Антиплагиаткажется недостаточным, поскольку не обеспечивает правового регулирования всех нуждающихся в этом групплиц.
Можно выделить следующие отдельные группы пациентов: жители экологически неблагополучных районов;дети; пенсионеры; инвалиды; военнослужащие; лица, профессионально занимающиеся опасными для здоровьявидами деятельности (участвующие в работах по уничтожению химического оружия, работники атомных станций,сотрудники МЧС России, сотрудники МВД России и др.); лица, отбывающие наказание в местах лишения свободы;лица, страдающие теми или иными заболеваниями, например, психически нездоровые, больные туберкулезом,зараженные вирусомиммунно-дефицита, и т.п. Список не является окончательным, и он в принципе всегдаоткрыт.На наш взгляд, при определении того или иного специального правового статуса пациента необходимо учитыватьследующие критерии: возраст, виды заболеваний и степень развития болезни, трудовая и сходная деятельность,географическое нахождение, возможности определения своих жизненных условий (военнослужащие, заключенные)и др.
Можно также дополнительно провести классификацию по критерию ситуативности и целей обращенияпациента к медику: оно может происходить добровольно и не добровольно, в силу медицинской необходимости илибез таковой (косметическая хирургия), обращение только с целью получения диагноза, экспертизы и др. Одно лицоможет, естественно, переходить из одной группы в другую и быть в нескольких одновременно.В общем виде можно утверждать, что законодательная характеристика и теоретическое понимание прав иобязанностейпациентоввРоссиисоответствуютмеждународномуАмстердамской декларации «Основы концепции прав пациента вуровню.ОнивцеломсоответствуютЕвропе» и другим международным актам.
Всовокупности можно выделить общие и специальные права пациентов. Общие – это те права, которые свойственнывсем пациентам. Часть из них предусмотрена в ст. 30 Основ. Права, прописанные в ней, можно подразделить наследующие группы: права на соответствующее определенному стандарту лечение и обращение за медицинскойпомощью (п. 1, 2 , 3, 4, 5, 6, 7, 10) и информационные права (п.
1, 4, 6, 7, 9, 12). Помимо этого ст. 30 называетправо на возмещение вреда и допуск священнослужителя. Одно и то же право может относиться одновременно кнескольким группам. Так, право на информированное согласие является одновременно правом на определенныйстандарт при лечении и правом на информацию.Вместе с тем недостаточно четко в данной статье выделено самое центральное право пациента – его право нателесную неприкосновенность, сопряженное с правом на разъяснение; юридически подчеркиваются только егоотдельные элементы (п. 7, 8).
Но телесная неприкосновенность, невмешательство в физическую и психическуюсферу – это и есть основное право пациента. Такая постановка вопроса является верной, так как из этогоосновного права вытекает свобода действия врача только при наличии согласия пациента.Данная конструкция делает врача зависимым в своих действиях от пациента, тем самым выводя эти крайнесложные отношения на юридический уровень, т.е. юридизируя их.
Согласие врач может получить только послепроведенияразъяснения или получения отказа пациента от проведения разъяснения. При этом врач долженобъяснить пациенту возможные последствия отказа. Таким образом, информированное согласие и разъяснениенеобходимо рассматривать как два элемента одного и того же процесса, как проявление прав пациента. Этоважнейший инструмент медицинского права, средство защиты прав пациентов, элемент медицинской деятельности,механизм, способствующий ее работе и ее предопределяющий (ст. 32 Основ).Он необходим как для защиты врача от претензий и ответственности, так и для защиты пациента. Подчеркнем ещераз, что это не право пациента, т.е.
не право пациента как таковое ( так же как договор юридически не приняторассматривать как право, хотя, конечно, каждый в принципе имеет право заключения договоров). Таким образом,по нашему мнению, позиция российского законодательства, выраженная в п. 7 ст. 30 Основ, юридически не вполнекорректна, поскольку смешивает понятия «разъяснение» и «информированное согласие».Пациент, естественно, вправе требовать проведения разъяснения и только на основе этой разъяснительной работыдать свое согласие, т.е. у него существует субъективное право на проведение разъяснительной деятельности, а нена информированное согласие, источником которого он сам же и является, и, соответственно, требовать его укого-либо нет никакой необходимости.
В связи с правом на телесную неприкосновенность возникают правовыепроблемы при лечении несовершеннолетних, психически больных и некоторых других групп пациентов, так как уних не всегда имеются возможность восприятия разъяснения, наличие воли и интеллекта для дачи согласия.Право на телесную неприкосновенность включает в себя в том числе право в любую минуту отказаться отлечения, что зафиксировано в п. 8 ст. 30, ст. 33 Основ (исключения предусмотрены ст. 34 Основ и актамиспециального медицинского законодательства). Информационные права играют крайне важную роль в медицинскомправе.
Их можно подразделить на две основные группы: права на получение информации (ст. 31 Основ) и право насохранение своих данных в тайне (ст. 31, 61 Основ).Однако эти положения критикуются в литературе как не полностью соответствующие[2]Конституц ии РФ, защ ищ ающ ей в ст. 23 данные граж дан от постороннего вмешательства, поскольку медиц инскиеработники вынуж дены без согласияпациента сотрудничать с правоохранительными органами и судом. Поэтому в литературе подвергается критике исовместный приказ Минздрава РФ и МВД РФ от 9 января 1998 г. № 4/8 «[2]Об утверж дении Инструкц ии о порядке взаимодействия лечебно-профилактических учреж дений и органов внутренних делРФ при поступлении (обращ ении) в лечебно-профилактические учреж дения граж дан с телесными повреж денияминасильственного характера».По нашему мнению, критика эта справедлива.
Положения Основ и других актов необходимо привести всоответствие с Конституцией РФ. Нарушение информационных прав пациента обоих видов может привести кнаступлению вреда, имущественного и морального, а, следовательно, повлечь его компенсацию нарушившим своиобязанности медицинским работником или учреждением.http://dvgups.antiplagiat.ru/ReportPage.aspx?docId=427.17339957&repNumb=119/2024.02.2016СпециальныеАнтиплагиатправаобеспечивающуюотдельныхмедицинскуюгрупппациентовдеятельностьзафиксированы(��едицинскоевнормативныхстрахование,актах,лекарственноерегулирующихобеспечение,лицензирование и др.), а также соответствующий специальный статус какой-либо группы лиц или пациентов.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
