Диплом Хуан (1202708), страница 2
Текст из файла (страница 2)
Паника на Нью-Йоркской фондовой бирже 24 октября 1929 г. стала первым симптомом кризиса экономики США, переросшего в кризис мирового капиталистического хозяйства в целом. В тот день, прозванный "черным четвергом", на Уолл-стрит было продано 12,8 млн. акций, в 1,5 раза больше, чем когда-либо ранее. Через несколько дней, 29 октября, в "черный понедельник", был достигнут пик спекулятивного ажиотажа, когда из рук в руки перешло 16,4 млн. акций. Первым результатом биржевого краха было массовое бегство европейских капиталов, втянутых в биржевую игру на Нью-Йоркской бирже, в результате чего стал падать курс доллара. Вторым его результатом стала паника, охватившая мелких держателей акций, вложивших в них все свои сбережения. Падение курса акций продолжалось свыше трех лет, и к марту 1933 г. их общая стоимость сократилась по сравнению с 1929 г. примерно в 4,5 раза. [4]
Начавшись с паники на Нью-Йоркской фондовой бирже, кризис охватил банковскую сферу, промышленность и сельское хозяйство. По своему характеру он был циклическим кризисом перепроизводства в изначальном смысле этого термина.
О том, что на самом деле явилось главной причиной кризиса, получившего название "Великой депрессии", даже спустя более 75 лет так и не выработано общей позиции. Существует точка зрения, что крах фондового рынка не являлся причиной депрессии - она уже началась как в США, так и в Европе - это был ясный сигнал того, что депрессия шла уже полным ходом.
Лондонский журнал «Экономист» в 1930 г. анализировал глобальные тенденции своего времени. Мир тогда уже оправился после первой мировой войны и находился ровно на полпути ко второй! За год до этого произошел знаменитый финансовый крах на УоллСтрите. Нестабильность денежного обращения стала существенным источником глубочайшего экономического кризиса.
Вот выводы авторитетного британского журнала: «Главная трудность нашего поколения... заключается в том, что наши достижения в экономической сфере настолько опередили наши успехи в политической жизни, что экономика и политика никак не могут идти ногу в ногу друг с другом. В экономическом плане мир организован в единую всеохватывающую систему деятельности. В политическом плане он не только по-прежнему разделен на 60—70 суверенных национальных государств, но, наоборот, национальные единицы все больше мельчают, число их увеличивается, а национальное самосознание становится более обостренным. Возникшая между двумя противоположными тенденциями напряженность порождает целую серию сотрясений, антагонизмов и катастроф в социальной жизни человечества».[9]
С точки зрения некоторых исследователей, причины лежали, прежде всего, в денежно-кредитной сфере и были связаны с резким сокращением количества денег в обращении в главных промышленных странах, особенно в США. Другие считают, что причины нужно искать в "реальном" секторе, в спаде инвестиционных расходов и потребления, последствия которого распространились на всю экономику и на весь мир посредством мультипликативно-акселерационного механизма. Третьи придерживаются мнения, что за предыдущие 5 - 7 лет экономика США и других промышленно развитых стран "перегрелась" - быстрые темпы роста создали множественные диспропорции, которые необходимо было ликвидировать.
Выдвигались и альтернативные объяснения, связанные с предшествующей депрессией в сельском хозяйстве, недостатком или неправильным распределением мировых запасов золота и т.д. [1]
Итак, экономический кризис поразил все отрасли хозяйства. Так, за четыре года промышленное производство страны сократилось на 46,2%. Наиболее пострадало автомобилестроение, где производство сократилось на 79%, чугунолитейное производство сократилось на 79%, добыча нефти упала почти на 78%, угледобыча - на 59%.
Резкое сокращение производства в базовых отраслях оказало негативное воздействие на все остальные отрасли экономики. [5]
Сильнейшее падение промышленного производства, закрытие десятков тысяч заводов, фабрик, шахт, недогрузка производственных мощностей привели к колоссальному росту безработицы. В 1933 г. в США, по данным правительственной статистики, насчитывалось 12,8 млн. полностью безработных, доля которых в общей численности рабочей силы составляла почти 25%.
Массы безработных и члены их семей лишились в годы кризиса всяких средств к существованию. [4] Ближайший помощник Рузвельта Г. Гопкинс в своем выступлении в 1936 г. отмечал: "Я самым тесным образом связан с проблемой руководства программы помощи безработным с первых дней кризиса… Я видел, как в широких масштабах стали проводиться увольнения, и был свидетелем ужасных потрясений, заставивших тысячи крепких семей обращаться за помощью к благотворительным организациям. Я видел, как удлинялись очереди за куском хлеба и чашкой кофе и переполнялись ночлежки для бедняков… Скопища мужчин слонялись на тротуарах в безнадежных поисках работы". [3]
Республиканская администрация Герберта Гувера, не отказываясь от старых принципов "твердого индивидуализма", вынуждена была предпринять меры с целью сдержать обвальное падение производства и предпринимательских доходов. Не оценив подлинных причин, масштаба и характера кризиса, правительство Гувера считало важнейшей мерой поощрение частнопредпринимательской инициативы и стимулирование капиталовложений.
Республиканская администрация не предприняла серьезных мер по борьбе с безработицей, считая это заботой благотворительных организаций и местных органов власти.
Непоследовательные, эпизодические меры президента Гувера и его администрации вызывали недовольство и в деловых кругах американского общества. Падение производства, банковский кризис, резкое обострение социальных противоречий свидетельствовали о несостоятельности политики республиканцев, основанной на философии индивидуализма. [3]
На президентских выборах 1932 г. победу одержала Демократическая партия во главе с Ф.Д. Рузвельтом (1882 - 1945), предложившим стране серию реформ, известных как "новый курс". Теоретическую основу "нового курса" составили воззрения английского экономиста Дж.М. Кейнса о необходимости государственного регулирования капиталистической экономики в сочетании с развитием рыночных отношений. [5]
Принципиальным отличием политики "нового курса" от предшествующих антикризисных мероприятий было признание Рузвельтом несостоятельности либеральной доктрины, отрицание тезиса об автоматизме рыночного процесса и, следовательно, признание необходимости активного государственного вмешательства в сферу хозяйственных отношений.
Принципиально новым был взгляд Рузвельта и на социальный фактор антикризисной политики. Если Гувер сопротивлялся введению пособий по безработице, повышению уровня заработной платы, введению других социальных мероприятий, то Рузвельт, напротив, настаивал на необходимости повернуться лицом к "забытому человеку", что сделало его программу весьма привлекательной для большинства американцев, позволило погасить нарастающий социальный конфликт, сплотить нацию на борьбу с кризисом. "Новый курс" стал началом превращения США в социально ориентированное государство. [5]
6 марта президент, воспользовавшись предоставленными ему широкими полномочиями, провозгласил чрезвычайное положение и закрыл все банки страны. Был принят чрезвычайный банковский закон, в основу которого был положен дифференцированный подход к открытию банков. Все банки страны делились на три группы. В первую входили "здоровые" банки, которые следовало открывать в первую очередь; во вторую - банки, которые могли функционировать при условии оказания им помощи; в третью - те, которые не способны были функционировать; они должны были быть ликвидированы. Федеральная резервная система должна была выдавать ссуды нуждающимся банкам под залог ценных бумаг и государственных облигаций. Кроме того, банкам было разрешено выпускать привилегированные акции с целью их скупки Реконструктивной финансовой корпорацией, что дало бы банкам наличность, необходимую для преодоления кризиса доверия. Любой банк мог быть открыт только после специального разрешения правительства, при этом министр финансов был вправе затребовать любую информацию о деятельности банка. Уже к 15 марта приступили к работе банковские учреждения, признанные "здоровыми". Меры по "очищению" банков привели к сокращению их числа. Если в 1932 г. в США насчитывалось 6145 национальных банков, то через год - 4890. В целом за 1933 - 1939 гг. при сокращении банков на 15% объем их активов вырос на 37%. [4]
Для увеличения финансовых ресурсов государства и расширения его регулирующих функций США отказались от золотого стандарта, изъяли золото из обращения и провели девальвацию доллара. В целях недопущения гиперинфляции США осуществили крупномасштабные закупки золота по ценам, превышающим курс доллара по отношению к золоту. До конца 1933 г. золота было закуплено на 187,8 млн. долларов. Это искусственно снизило его курс. Одновременно золотой запас был изъят из федеральных резервных банков и передан Казначейству. Банкам взамен выдавались золотые сертификаты, приравненные к золоту и обеспечивающие банковский резерв. В январе 1934 г. золотое содержание снизилось на 41%. В начале 1934 г. был принят Закон о золотом резерве, устанавливающий новую цену на золото - 35 долларов за унцию, которая действовала до 1971 г. Эти меры позволили снизить число банкротств в банковской сфере, уменьшить задолженность промышленных предприятий и усилить экспортные возможности США. [2] Была начата чеканка серебряной монеты, в стране вводился биметаллизм.
Девальвация доллара, изъятие монетного золота из частных рук, облегчение доступа к кредиту способствовали повышению цен и создали механизм инфляционного развития американской экономики, одновременно давая тем самым в руки государства средства для проведения реформ в других отраслях. Положительно повлияла на стабилизацию финансово-кредитной системы США отмена "сухого закона". С отменой запрета спиртных напитков вводился налог на их продажу. [5]
Центральное место в "новом курсе" отводилось проблеме восстановления промышленности. Одной из мер явилось частичное ее огосударствление. Государство скупило обанкротившиеся предприятия, в основном судостроительные верфи, электростанции, некоторые военные и машиностроительные предприятия, и взяло на себя их восстановление.
В июне 1933 г. был принят закон "О восстановлении национальной промышленности" (НИРА). Закон предусматривал систему государственного регулирования промышленности, способствовавшую оживлению экономики и выводу ее из сложной ситуации. Основной упор делался на кодексы "честно конкуренции", в которых устанавливались правила относительно объема производства, применения однотипных технологических процессов, техники безопасности, конкуренции, занятости и найма. При найме на работу не допускалась дискриминация членов профсоюза, рабочим предоставлялось право на их организацию, устанавливались объемы производства, рынки сбыта продукции, единая политика цен, минимальная ставка заработной платы и максимальная продолжительность рабочего дня. Кодексы запрещали детский труд. В случае утверждения президентом он становился законом, а действия антитрестовского законодательства приостанавливались. Предприятия, участвовавшие в "честной конкуренции", получали от правительства финансовую помощь. [2] Закон действовал два года и был отменен Верховным Судом США под предлогом того, что противоречил Конституции США, так как вмешивался в права частных собственников. Но за это время удалось ликвидировать полный хаос в промышленности и поднять индекс производства на 15%. [5]
"Новый курс" охватил и сферу аграрных отношений.12 мая 1933 г. вошел в силу билль о помощи фермерам. Его основной раздел - закон о регулировании сельского хозяйства - ставил основной целью поднять уровень цен с тем, чтобы их паритет на продававшуюся и покупающуюся фермерами продукцию соответствовал соотношению цен за пятилетие, предшествовавшее первой мировой войне (1909 - 1914). Фермеры, которые добровольно соглашались ограничить объемы производства или уничтожить часть продукции, получали премии Ключевыми мерами осуществления программы регулирования сельского хозяйства были сокращение посевных площадей и уничтожение произведенной продукции. Закон о помощи фермерам создавал механизм рефинансирования фермерских долгов, сократив проценты по ипотечной задолженности и удлинив срок погашения долгов. Эти меры вместе с премиальными платежами за сокращение посевных площадей улучшили положение фермерства, хотя государственными дотациями в большей степени воспользовались собственники крупных хозяйств, чем владельцы мелких и сре6дних фирм, которые не в состоянии были прибегнуть к хозяйственному маневрированию. [4]
Регулирующая роль государства в период осуществления "нового курса" в наиболее выраженной форме проявилась в сфере социальной политики. Самой острой оставалась проблема безработицы.21 марта 1933 г. президент направил конгрессу послание, предусматривавшее ряд мер помощи безработным: организацию специальных трудовых лагерей для безработной молодежи, широкое развитие общественных работ по всей стране и, наконец, финансовую помощь штатам для оказания прямой материальной поддержки голодающим семьям безработных. [3]
Несмотря на огромные усилия, предпринимаемые администрацией Ф. Рузвельта, обстановка в стране оставалась напряженной. [2]
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
