Аржаев ВКР (1194378), страница 8
Текст из файла (страница 8)
В примечании к ст. 158 УК РФ указано: значительный ущерб гражданину определяется с учетом его имущественного положения, но не может составлять менее двух тысяч пятисот рублей.
Крупным размером признается стоимость имущества, превышающая двести пятьдесят тысяч рублей.
Так, приговором Кировского районного суда г. Новосибирска от
21.02.2013 г. П. был признан виновным в том, что 15.07.2011 г. в 22 часа, находясь в кафе «Снек», расположенного по ул. Новогодняя д. 2 г. Новосибирска, имея умысел на хищение чужого имущества, путем обмана и злоупотребления доверием Ш., реализуя свой преступный умысел, действуя умышленно, из корыстных побуждений, под вымышленным предлогом позвонить попросил у последней сотовый телефон, не намереваясь впоследствии его вернуть. Ш. не подозревая о намерения П. передала ему свой сотовый телефон «Нокиа 3100», стоимостью 4 900 рублей, после чего П. с похищенным с места преступления скрылся, причинив Ш. значительный материальный ущерб на сумму 4 900 [25].
Часть 4 ст. 159 УК РФ квалифицируется законодателем, как мошенничество совершенное организованной группой, под которой понимается сплоченная и устойчивая группа лиц, состоящая из двух и более человек, совершавшая три и более преступления (а также созданная с такой целью, даже если она совершила одно преступление), в которой распределены роли, имеются общность умысла, согласованность действий, единство целей. Отличительной чертой организованной группы является ее сплоченность, которая характеризуется «наличием отработанного плана и способов совершения посягательства, подготовкой орудий и средств, фактическим заранее обусловленным выполнением действий, облегчающих совершение деяния, намеренным созданием соучастниками благоприятных условий для последующего совершения преступления и т.п.».
Так, например, по приговору суда от 18 мая 2011 г. Е. был осужден по ч. 4 ст. 159, ч. 1 ст. 210 УК на 12 лет лишения свободы. Он был признан виновным в создании преступного сообщества для совершения тяжких преступлений, а также в мошенничестве, т.е. хищении чужого имущества, совершенном в крупном размере, организованной группой. Преступления совершались с 2007 по 2008 гг. в г. Москве [25].
Также по ч. 4 ст. 159 УК РФ наступает ответственность за мошенничество в особо крупном размере. В примечании к ст. 158 УК РФ указывается: особо крупный размер равен одному миллиону рублей.
Так, приговором Кировского районного суда г. Новосибирска Е. был признан виновным в том, что в мае 2006 г. являясь учредителем и генеральным директором ООО «И», зарегистрированном и расположенном в г. Новосибирске, достоверно зная о том, что его знакомый А., будучи заместителем председателя адвокатской палаты « П» , осуществляя юридическое сопровождение коммерческой деятельности ООО «ГУ Ф», в силу своей профессиональной деятельности был осведомлен о наличии финансовой задолженности ООО «И» перед ООО «ГУ Ф» по договорам поставки, действуя умышленно, с целью незаконного завладения денежными средствами, принадлежащими А., используя свое служебное положение, убедил А. в том, что нуждается в получении денежных средств в долг для последующего погашения имеющейся финансовой задолженности по договорным отношениям между ООО «ГУ Ф» и ООО «И». доверяя представленным Е. сведениям и не сомневаясь в их подлинности, А. согласился оказать ему финансовую помощь, не зная о том, что Е. заведомо не намерен исполнять свои обязательства ни перед ним, ни перед ООО «ГУ Ф» [25].
Во исполнение своего преступного умысла, Е., являясь учредителем и генеральным директором ООО «И», используя свое служебное положение, продолжая свою преступную деятельность, преследуя цель хищения чужого имущества путем обмана и злоупотребления доверием, находясь в помещении кафе «Т», получил от А. принадлежащие ему денежные средства в сумме 3.530.000 рублей, под предлогом необходимости погашения имеющейся финансовой задолженности по договорным отношениям, ложно пообещав при этом, в срок вернуть указанный долг А., тем самым, злоупотребив его доверием и введя его в заблуждение относительно своих истинных преступных намерений. При определении значимости причиненного ущерба гражданину следует исходить из количественных и качественных признаков такого ущерба.
Таким образом, подводя промежуточные выводы, можно говорить о том, что мошенничество как преступление характеризуется всеми признаками состава преступления, которые включают в себя некоторые обязательные элементы – объект, субъект, объективную сторону и субъективную. Мошенничество может совершаться посредством выдачи мошенником себя за должностное лицо органов исполнительной власти, в данном случае, помимо материального, наносится еще больший ущерб общественным отношения, выражающийся в подрыве доверия к правосудию и системе государственного механизма органов исполнительной власти.
2.3 Мошенничество как особый вид девиантного экономического поведения
В данном исследовании были сделаны выводы о том, что девиантное поведение, а точнее наиболее сложная и грубая его форма выражается в преступной деятельности. Мошенничество, как хищение чужого имущества или же приобретение права на него посредством обмана (либо злоупотребления доверием) это виновное наказуемое деяние, на территории России признается преступлением. Девиантное поведение в самом сложном своем проявлении может быть выражено личностью в форме мошеннических действий и обмана других лиц.
При анализе экономической составляющей, то необходимо принимать это как ущерб экономическим отношениям в обществе, отнести к таким отношениям можно в первую очередь легальную предпринимательскую деятельность, провести линии сравнения. При первичном анализе, можно утверждать, что на начальной стадии, мошеннические действия имеют признаки такой (предпринимательской) деятельности, однако отличаются тем, что не доводятся до конца. Заканчиваются лишь исполнением обязательств одной из сторон, а именно жертвой. В работе анализировались примеры по городу Хабаровску, когда при обращении к поставщику услуги выплачивается определенная сумма, которая выражено задатком 30 или 50 процентов от полной стоимости услуги, после чего контакты мошенников с пострадавшими прекращаются, причем после массового мошенничества возможно даже смена географии деятельности мошенников, факты такой «лжепредпринимательской деятельности» фиксируются и сегодня.
Мошенничество как вид экономического поведения можно рассмотреть только в разрезе с добросовестным предпринимательством. Только в таком сравнении есть возможность выделения поведенческих черт, которые свойственны нормативному поведению и девиантному. Установлено, что в России мошенничество является едва ли не самым распространенным и массовым преступлением, а значит исходя из социального анализа предпосылок возникновения преступной деятельности, можно утверждать, что существуют некторые трудности в понимании обществом черт поведения, которые характеризуются девиантностью и относятся к таким, которые ведут к мошенничеству. Более того, мошенничество и предпринимательство преследуют одни цели – это получение материальной выгоды. Для обеих видов деятельности характерно пониманием самим субъектом того, что это его работа, и посредством таких действий и схем зарабатывается на жизнь.
В условиях трансформации невозможно четкое разделение между предпринимательством и мошенничеством как видом девиантного экономического поведения, так как не выявлен генезис, факторы, формы и аспекты мошенничества. Не выделены критерии отнесения деятельности к мошеннической, этапы и признаки такой деятельности. Правовая трактовка мошенничества как «обман плюс хищение» не дает никаких методических и методологических основ для отнесения поведения к мошенническому. В абсолютном выражении экономического ущерб от мошенничеств значительно превышает производство промышленной продукции. Последствия этого могут носить катастрофический характер для экономической безопасности страны. Добавим к этому политическую составляющую - санкции Запада, сворачивание и замораживание многих экономических проектов, которых не мало с 2014 года по сегодняшний день, понижение курса рубля к мировым валютам и можно оценить, насколько в свете таких событий массовое мошенничество, в частности, в сфере предпринимательства затрудняет экономическое и социальное развитие России.
Есть много популярной литературы по мошенничеству, однако, мошенничество же, как социальное явление, как один из подвидов девиантного поведения личности в научной литературе практически не рассматривается. Мошенничество рассматривается лишь как одно из ряда преступлений (деликтов) против собственности в одном ряду с кражей, грабежом, разбоем, присвоением, растратой и др., а сама преступность в целом уже рассматривается как социальное явление. Мы имеем недоисследованность такого явления, как девиантное поведение непосредственно в форме мошенничества, только полноценный комплексный анализ может дать ответы на вопросы о предпосылках появления таких поступков со стороны той или иной личности.
Как форма девиации, мошеннические действия трактуются некоторыми учеными так, что любое лицо способно совершить мошенничество при определенных сложившихся обстоятельствах. То есть, воспринимая мошенничество лишь как преступное деяние нельзя устранить факторы, его образующие. В настоящий момент, мы применяем меры ответственности к мошенникам как преступникам, но не рассматриваем его как особую форму девиантного поведения, нет попыток и разбора той действительности, при которой мошенничество становится возможным как социальное явление и форма поведения. Одними лишь санкциями невозможно будет эффективно и качественно снизить уровень мошенничества, это не говоря уже о полном сведении его к минимуму. На протяжении 10 лет каждый год официальная статистика утверждает, что мошеннические преступления занимают львиную долю в общем количестве совершаемых преступлений [25], при том нужно понимать, что это только официальная статистика, а сколько еще жертв не обратилось в правоохранительные органы и сколько преступлений не попали в статистику. Известны случаи, когда жертвы сами не поняли, что оказались жертвами именно мошенничества, а не другого преступления или собственной несобранности. Только при совершенно новом взгляде на мошенничество не как на преступное деяние, а именно как форму девиации, выбор такой модели поведения личности по определенным причинам, тяжелому стечению жизненных обстоятельств или не знанию, не пониманию нравственной оценки своих действий, мы можем подвергнуть анализу первопричины и скорректировать поведение таких лиц, предупредив еще не начавшуюся преступную деятельность. Разумеется, нет необходимости при этом прекращать или смягчать уголовную ответственность по мошенническим статьям, речь идет о том, что в смене подхода, использовании и применении комплексных методик можно добиться успеха.
В условиях отсутствия действующих норм в реформируемом, трансформируемом обществе, мы не можем говорить об отклонении поведения мошенника от каких-либо общепринятых «норм предпринимательской деятельности», которые всем известны, поскольку зафиксировано, что как таковой предпринимательской культуры пока не существует. Не существует и какого-либо единого национального «кодекса предпринимательского поведения России», по отношению к которому мы будем рассматривать поведение какой-либо группы предпринимателей как девиантное и мошенническое. Такая предпринимательская культура в России только начинает складываться. Самым сложным примером мошенничества как формы девиантного поведения при разграничении с легальным предпринимательством является такой вид преступной деятельности, при котором происходит торговля подделками низкого качества под видом известных мировых брендов и по их стоимости, естественно себестоимость подделки будет намного ниже оригинала. Иногда завышение цены такой кустарной подделки происходит в 300 - 400 раз. Сложность заключается в том, что такое мошенничество имеет все признаки легальной предпринимательской деятельности. То есть может даже существовать официально зарегистрированное юридическое лицо или индивидуальный предприниматель, который занимается продаже известных брендов. Однако же по факту это подделки, которыми переполонил в особенности территории Дальнего Востока добрый сосед Китай. При таком подходе к коммерции, клиенты могут и не осознавать, что покупают не настоящий бренд и действия мошенников крайне сложно назвать преступными. Самое сложное то, что такие предприниматели сами не понимают того, что совершают именно мошенничество. Так, при проведенных отдельными авторами социальных исследованиях подобного «предпринимательства» многие респонденты не посчитали такие действия мошенническими! То есть вот где ментальный блок и проблема восприятия, экономическое девиантное поведение не всегда, далеко не всегда понимается самими лицами и даже окружающими как мошенничество. В этой связи, необходимо постепенное внедрение в бизнес и предпринимательские круги единой культуры, возможно введение кодекса этики или моральных правил, для четкого понимания субъектами сущности должного добросовестного предпринимательства от девиантного мошенничества. Надо полагать, что выражено это может быть в разработке единого акта или свода правил, эффект от которого наступит не сразу, а лишь со временем. Но необходимость его принятия налицо уже сегодня. При чем существует множество исследований, относительно данного вопроса, который пока не нашли практической реализации.
Имеют место существенные отличия распознания мошенника в российском обществе и за рубежом. Работы зарубежных авторов, построенные на базе economics, не приближают нас к решению поставленной задачи. Такие исследования только запутывают и отдаляют от решения проблемы. Разработанные за рубежом методы, апробированные на «их» населении, не применимы к российской действительности. Дело в том, что в США, во Франции, Англии и других «цивилизованных» странах «кодексы поведения» предпринимателя существуют. Поэтому большинство зарубежных авторов в своем анализе даже не останавливаются на том как отличить предпринимателя от мошенника. Это им уже изначально известно. Предпринимательство там опирается на многолетнюю культуру предпринимательского экономического поведения. Поэтому в своем анализе зарубежные авторы уделяют внимание причинам мошенничества в экономике, портрету мошенника, способам предупреждения и выявления случаев мошенничества на предприятиях, но уж никак не «отделению мошенничества от предпринимательства. За рубежом пойманный мошенник уж никак не сможет сказать, что он занимался бизнесом [30].
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
