Запад - Россия - Восток. Том 3 (1184493), страница 98
Текст из файла (страница 98)
Но реальные задачи и нужды не могут быть отложены донаступления социалистического строя; уже теперь, в рамках современного государства, они требуют своего удовлетворения, а это неможет быть достигнуто иначе, как на почве соглашения с другимиклассами"6. И далее Новгородцев предсказывает, что марксизму, когда он станет доктриной правящего класса, нужно будет выбирать одноиз двух: "Или идти в ногу с другими классами, совершать с нимиобщую историческую работу и добиваться своих целей путем компромисса", или же, "отрываясь от общей исторической почвы, резко противопоставлять себя другим классам, отрицать современное обществои государство и стремиться к их разрушению"7. Это противоречие,пророчествует Новгородцев, послужит одним из оснований последующей гибели и разрушения социализма.
"Высказывая взгляд на будущее нереформистского социализма, — пишет Новгородцев, — мы должны с не оставляющей сомнения резкостью подчеркнуть, что историческое осуществление социалистических начал явится вместе с теми полным крушением марксизма. Не следует забывать, что классический марксизм верит не в реформы, а в реформу — единый, всесторонний, безусловный переворот всех общественных отношений, полную, совершенную, всеисцеляющую рационализацию всей человеческой жизни"8. Неспособность марксизма положиться на частичные ипостепенные реформы, надежда только на "последний и решительный" переворот и должны в конце концов привести его к краху.ДЕМОКРАТИЯ И ПРАВОВОЕ ГОСУДАРСТВОВажную роль в концепции Новгородцева играют размышления одемократии и правовом государстве. Новгородцев справедливо считается одним из представителей философии либерализма идемократизма на русской почве.
Однако следует заметить, что329для Новгородцева философское учение о демократии имеет главнойсвоей задачей анализ того кризиса, в котором демократия оказаласьименно в XX в. Одна из его статей так и называется — "Демократияна распутье". Эта прекрасная работа прежде всего напоминает читателю о традициях анализа демократии, идущих еще от античности. В тоже время подчеркивается, что новая политическая мысль должна быланарушить и нарушила простоту греческих определений, значительноусложнив их.
Согласно Новгородцеву, древний мир знал только непосредственную демократию, в которой правит сам народ посредствомнародного собрания. Но времена непосредственного народоправствадавным-давно прошли, хотя еще в новое время встречались мыслители, которые на него уповали. К их числу принадлежал, например,Руссо. Вместе с тем уже Руссо исходил из того, что народ можетпроявлять свою волю как непосредственно, так и через своих представителей.
В XX в. демократическая идея должна принимать врасчет очень сложное устройство и раздробление общества."Демократической идее одинаково противоречит, — писал Новгородцев, — всякое классовое господство, всякое противопоставление одних классов другим, все равно, какие бы это классы ни были, высшиеили низшие. Классово-демократическая теория, какой ее пыталисьсделать социалисты, есть соп1;га<11сЫо т асЦесЬо"9. Вот почему реализация идеи демократии на основе одной классово-определенной концепции, например марксизма, невозможна в принципе. Здесь всегдабудет неразрешимое противоречие, ибо демократия тем и отличаетсяот других политических систем, что она предоставляет возможностьсвободного участия в жизни государства всякой личности, независимоот ее классовой принадлежности.Демократия, отмечал Новгородцев, означает "возможно полнуюсвободу личности, свободу ее исканий, свободу состязания мнений исистем.
Демократия — возможно полное и свободное проявление жизненных сил, живая игра этих сил, простор для различных возможно10стей, открытость и широта для всяких проявлений творчества" . Демократическая идея требует свободы для всех без исключения и лишьс теми ограничениями, которые вытекают из условий общения. Свобода — основание демократии. Наряду со стремлением к свободе демократию отличает стремление к равенству.
"И к равенству они (демократические народы. — П. Н.), имеют страсть горячую, ненасытную,вечную, непобедимую, ибо хотят равенства в свободе, и если не могутего получить, они хотят его также и в рабстве. Они перенесут бед11ность, порабощение, варварство, но они не перенесут аристократии" .Это слова Алексиса де Токвиля, которыми Новгородцев подкрепляетмысль о непобедимости стремления демократических государств кравенству и свободе.Но вместе с этим, вполне сочувственным, изображениемдемократии мы находим у Новгородцева и ее критику.
"Первые провозвестники демократической идеи соединяли со своей проповедью чисто религиозное воодушевление. Для них демократия быласвоего рода религией"12. И вот получилось, что демократическая кон-330цепция приобрела форму политического фетишизма. Задача современной политической теории заключается, по Новгородцеву, в том,чтобы развенчать фетишистский, догматический образ демократии,показать, какими наивными и поверхностными порой бывают представления о демократическом обществе. Новое учение о демократии должно снять с нее "ореол чудесного, сверхъестественного", ввести ее в ряд"естественных политических явлений, в ряд других политическихформ"13. Теория эта указывает на "чрезвычайную трудность осуществления демократической идеи и на чрезвычайную легкость ее искажений"14.
В высшей степени актуальны слова Новгородцева: "Наивная инезрелая политическая мысль обыкновенно полагает, что стоит толькосвергнуть старый порядок и провозгласить свободу жизни, всеобщееизбирательное право, учредительную власть народа, и демократияосуществится сама собой"15. На самом же деле, когда демократия претворяется в жизнь, она часто оказывается, смотря по обороту событий, тоолигархией, то анархией. Анархическая подделка под демократиюисключительно опасна и, к сожалению, широко распространена.Зрелость убеждений и действия народа — вот что оченьважно для прочности демократии. Конечно, демократия естьсамоуправление народа, но для того чтобы это самоуправление не стало пустой фикцией, народу нужно суметь создать зрелые, хорошопродуманные формы демократической организации. "Демократия невозможна, — отмечает Новгородцев, — без воспитания народа, безподнятия его нравственного уровня"16 и, не в последнюю очередь, безглубокого религиозного и нравственного народного чувства.
При фактическом же осуществлении народовластия часто бывает так, что властьи сам народ берут на вооружение отнюдь не самые существенные признаки демократии. Демократия вообще не должна восприниматься,продолжает Новгородцев, с некоторым наивным политическим оптимизмом. Нельзя думать, что сама демократия есть нечто высшее иокончательное; "...демократия — не столько путь, сколько распутье,не достигнутая цель, а проходной пункт"17. Это "система открытых18дверей и неопределенных возможностей" , однако она может утомитьлюдей и не удовлетворить их.
Вкусив политической свободы, котораястоит на грани анархии, люди настолько устают от нее, что ожидаютдругих, более авторитарных, более жестких форм правления.Неверно понимать Новгородцева так, будто он, критикуя недостатки и противоречия демократии, становится ее противником. Философ категорически расходится с марксизмом в оценке значения,возможностей, форм и перспектив демократии. О Марксе Новгородцев пишет: "Он отвергал демократию во имя нового порядка, освобожденного от колебаний свободы и поставленного на почву норм твердых и непреклонных, связей безусловных и всеобщих. Тут очевиднодвижение от демократического распутья, от духа критики и терпимости, от широты и неопределенности релятивизма к твердому пути социализма, к суровой догме, к абсолютно рациональной экономической19организации" .
И пусть всегда есть за что критиковать демократическое реформирование общества, нужно объективно исследовать и его331преимущества, и его противоречия. Это цель современной концепциисоциальной философии, философии права. Все в жизни противоречиво — противоречива и демократия. Но если постепенному и свободному, хотя и противоречивому, развитию противопоставляется революция, то Новгородцев решительно на стороне реформаторскойдемократии — при условии, что она опирается на религиозные и национальные святыни.
Об это говорит одна из его работ,которая называется "Восстановление святынь". В ней Новгородцевотмечает, что бедность и оскудение демократических идей на российской почве в значительной степени проложили путь ложному народничеству, разожгли огонь, который, пророчествовал мыслитель, грозитпоглотить Россию.
"Те, кто этим целым не дорожил, те, для когореволюция была все, а Россия ничто, те, для кого Россия была лишькостром для мирового пожара, совершенно последовательно настаивали на продолжении завоеваний революции..."20.Новгородцев был решительно настроен против революции.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
