Запад - Россия - Восток. Том 3 (1184493), страница 47
Текст из файла (страница 47)
Однако утверждение о том, что "все исторически действенные интересы сутьтолько переформулирование или маскировка интересов материальных"(2, 395), для Зиммеля неприемлемо, как неприемлемо, впрочем, любоераздувание значения отдельных сторон социально-исторического процесса. «Всеобщие понятия, с помощью которых имеют обыкновениеобрисовывать ход мировой истории в ее общих чертах, являются, повидимому, чисто индуктивными абстракциями, отвлеченными от эмпирических единичностеи; и если, следовательно, говорят о теократическом характере еврейского государства, о Востоке как воплощении несвободы, а о "германстве" (СегтапепЬит) как воплощении свободыили если считают социальную историю процессом дифференциации иливообще описывают историческое развитие в нескольких предложениях,подчеркивая какие-либо его характерные и существенные моменты, —то во всех этих случаях речь идет по крайней мере о чем-то действительном.
Но ведь на основании того, что данные моменты фиксируютсущественное в фактических процессах, нельзя утверждать, что другиестоль же фактически значимые и противоположные процессы, ответвления, побочные события могут быть просто проигнорированы» (2,397).
И даже если нам представляется, что в какой-то целостностиудается или удастся открыть "суть дела-", следует помнить: она, этасуть, все равно не тождественна всей целостности, бесконечному многообразию ее связей, отношений, проявлений.В истории этики Зиммель известен как автор, подвергший критикекатегорический императив Канта и предложивший взамен так называемый индивидуальный закон. Как известно, категорический императивставит моральное значение максим индивидуальной воли в прямую зависимость от того, способны ли они служить основой всеобщего законодательства. Зиммель возражает против этого.В социологии Зиммеля в центре стоит понятие взаимодействия(\УесЬзе1\У1гкип§), которое означает также продолжение толкованияЖизни: жизнь тут тоже предстаёт как процесс.
Нельзя удовлетворительно объяснить этот многосторонний процесс, говорит Зиммель, еслиакцентировать какую-либо одну причину или одну группу причин (нате156пример, экономику). В качестве "ячейки" социального взаимодействияЗиммель прежде всего анализирует отношения двух индивидов ("Общество двоих", 1908). Исследуются и механизмы взаимодействия всоциальных группах. Типы взаимодействия изучаются также и в зависимости от того, где именно они осуществляются.
В работе "Большиегорода и духовная жизнь" (1902) Зиммель подверг анализу такие характеристики жизни в больших городах, как "бомбардировка" дознаниялюдей всё новыми и новыми впечатлениями, как сверхчувствительность, импульсивность, "взрывной" характер сознания и поведения людей.В блестящем сочинении "Философия денег" (1900) Зиммель проанализировал влияние денег, финансово-денежных отношений на поведениеи сознание индивидов, например, на подавление чувств и желаний людей, на деформацию разума и рациональности.
Отчуждение людей другот друга, "овеществление" человеческих отношений, обесценивание культуры — следствия власти денег. Вещи, которые человек создает, властвуют над ним. Люди все больше пользуются вещами как средствами,инструментами, не понимая смысла их действия. А поскольку в созданных человеком вещах "объективируются" дух, знание, сознание, точеловеку становится чуждой его собственная духовность.
Зиммель, каки другие представители философии жизни, не был склонен к созданиюсистематизирующих работ. Его произведения имеют скорее эссеистский, фрагментарный характер. Но несмотря на это он по нраву считается одним из классиков философски ориентированной социологии XX в. —наряду с Ф. Теннисом, В. Парето, Э. Дюркгеймом и М. Вебером.ЛИТЕРАТУРАПолное собрание сочинений Г. Зиммеля в 24 томах выходит воФранкфурте в издательстве "Зуркамп": 8гтте1 С. Сезат^аиз^аЪе.Ргапкгиг! а. М., 1989 и.г.г. Далее при цитировании в скобках указываются номер тома по этому изданию и страница.На русском языке:Зиммель Г.
Проблемы философии истории. М., 1898; Он же. Конфликт современной культуры. Пг., 1925; Он же. Религия. Социальнопсихологический этюд. М., 1909; Он же. Избранное. М., 1996. Томпервый: Философия культуры; М., 1996. Том второй: Созерцание жизни.О жизни, сочинениях и идеях Г. Зиммеля см.:ОаЬте Н.-}., Катт&есН; О.
(Нгз§.) Сеог§ 51тте1 ипс! сНе Моёегпе.Ргапкгиг! а. М., 1984; РпзЪу О. 5осю1о§1са1 Ьаргеззюшзт. А Кеаззеззтеш:о^ Оеог§ 51тте1. Ь., 1901.2См.: Зиммель Г. Гёте. Кант и Гёте. К истории современного мировоззрения // Зиммель Г. Избранное. Том первый. С. 158—410.35гтте1 С. Се5ат1аиз§аЬе. Вс1. 2. Ргапкгшг! а. М., 1989. 5. 344.Далее в тексте ссылки на это издание — с указанием тома и страницы.^ЗиммелъГ. Избранное. Том второй. С. 25.1ОСВАЛЬД ШПЕНГЛЕРОсвальд Шпенглер (1880 — 1936) — немецкий философ и историк,один из основоположников современной философии культуры, представитель "философии жизни", публицист.
В творчестве Шпенглера157можно выделить влияние некоторых идей А. Шопенгауэра, Ф. Ницше,А. Бергсона, а также эстетического учения В. Воррингера. Гораздосущественнее влияние на Шпенглера творчества и теоретических воззрений Гете, хотя учение гениального мыслителя о жизни, о живомШпенглер подчас интерпретирует весьма субъективно.Первое, и главное, произведение Шпенглера, "Закат Европы"1, имелосенсационный успех, однако этому успеху, сделавшему философа намногие годы властителем дум читающей публики, отнюдь не сопутствовало широкое признание в мировой научной и общественной мысли —как при жизни автора, так и в последующие годы.
И если книга Шпенглера была восторженно встречена не только широкими читательскимикругами, но и, в частности, молодежью германских университетов, жаждущей новых путей в науке, то профессура выступила против авторакак "развратителя молодежи", вменяя ему в вину подрыв понятий эволюции, прогресса, абсолютных ценностей, неизменных рациональныхопор науки. Ярким примером здесь может служить книга (по сути —уничижительный памфлет) известного представителя логического позитивизма, австрийского ученого Отто Нейрата "Анти-Шпенглер" (1925),обращенная прежде всего к молодежи.Истекшее время подтвердило первостепенное значение многих изтех вопросов, которые Шпенглер поставил во главу угла своего творчества.
В книге, написанной как блестящее развернутое эссе, нискольконе "наукообразной", — которая скорее сама воспринималась как миф,стройный, с неисчерпаемым богатством образов, — были по сути выстроены ряды проблем, которые позже, в различные периоды позволяливидеть в Шпенглере страстного выразителя попеременно то одного, тодругого круга жизненно важных забот современного мира. Так, преждевсего "Закат Европы" стал олицетворением драмы жизни и гибелизападноевропейской культуры. В то время эта идея воспринималасьотнюдь не метафорически. И напротив, в эпохи относительно стабильной политической жизни Европы, при возрастающем интересе науки кдревним цивилизациям Ближнего Востока, Азии, Африки, американского континента, шпенглеровская теория эквивалентных культур быласпособна стимулировать этот поиск. В такие периоды идеологическиепристрастия Шпенглера, публициста консервативно-националистического направления, как бы оттеснялись на задний план, уступали местодругой стороне шпенглеровской философии: тенденции к универсализму, к утверждению равной ценности за высокими культурами, его поистине беспредельному интересу к историческому формотворчеству народов мира.
Тяготение к универсальному подходу запечатлелось в егоморфологии культуры. В этом отношении в "Закате Европы" как быпредвосхищено то значение, которое в дальнейшем в исторической науке обрели сравнительно-типологическое изучение, сравнительная лингвистика, компаративистика, этнопсихология, религиоведение, историческая психология и т. д.
Однако догадки Шпенглера касались не только исторических дисциплин. Шпенглер спрогнозировал многие явленияв современной науке; ряд его идей оказался созвучным тезисам, выдвинутым возникшей в 60 — 70-е годы исторической школой в науковедении, представленной работами Т. Куна, П. Фейерабенда, К. Хюбнера.И наконец, надо выделить то, что можно назвать главной, самойобщей философской формулой "Заката Европы", — взаимодействие158многовековой, убывающей исторической культуры с технобюрократической цивилизацией, предельно обострившийся конфликт между ними;исход его Шпенглер видит трагическим для культуры.
Эта четко истрастно выраженная Шпенглером дилемма в дальнейшем постоянноприсутствует в западной философии.Тем не менее на определенном этапе — начинающегося упадка культуры — культура и цивилизация сосуществуют. При всей их антагонистичности, по Шпенглеру, наступление эпохи цивилизации — моменторганический, момент, несмотря на превращенность форм, продолжения жизни. Происходит последовательное неизбежное обеднение жизненных содержаний эпохи культуры, их упрощение, омассовление, демократизация. Это не просто последняя стадия существования культуры, но и новая жизнь, с собственным содержанием, во всякую эпохуохватывающая по меньшей мере два столетия Конец нынешней, "фаустовской" эпохе, тысячелетию западноевропейской культуры, по убеждению Шпенглера, будет положен катастрофами — следствием экологических результатов развития технической цивилизации — и войнамис использованием новейшей "американо-западноевропейской" техники.Понятие "культура" в концепции ШпенглераПрежде чем приступить к анализу историко-культурной концепцииШпенглера, необходимо определить объем самого понятия "культура",которое у Шпенглера выступает как бы в двух масштабах.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
