Запад - Россия - Восток. Том 3 (1184493), страница 24
Текст из файла (страница 24)
при вступлении в должность профессора Страсбургскогоуниверситета, Виндельбанд высказался против традиционного разделения научных дисциплин на науки о природе и науки о духе, котороебыло основано на различении их предметных областей. Между темследует классифицировать науки в соответствии не с предметом, а сметодом, особым для каждого типа наук, а также их специфическимипознавательными целями.
С этой точки зрения существуют, согласноВиндельбанду, два основных типа наук. К первому типу принадлежатте, которые отыскивают общие законы, и, соответственно, господствующий в них тип познания и метода именуется "номотетическим" (основополагающим). Ко второму типу относятся науки, которые описывают специфические и неповторимые события. Тип познания и метода вних — идеографический (т.е. фиксирующий индивидуальное, особенное). Проведенное различие, согласно Виндельбанду, нельзя отождествлять с различением наук о природе и наук о духе.
Ибо естествознание, в зависимости от области исследований и интереса, может пользоваться то тем, то другим методом: так, систематическое естествознание"гомотетично", а исторические науки о природе "идиографичны". Номотетический и идиографический методы считаются в принципе равноправными. Однако Виндельбанд, выступая против сциентистского увлечения поисками общих и всеобщих закономерностей, особо подчеркивает высокую значимость индивидуализирующего описания, без которого, в частности, не могли бы существовать исторические науки: ведьв истории, напоминает основатель фрайбургской школы, все событияуникальны, неповторимы; их сведение к общим законам неправомерноогрубляет, ликвидирует специфику исторической событийности.Г. Риккерт стремился уточнить и развить далее методологическиеразличения, предложенные его учителем В. Виндельбандом. Риккертеще дальше уходил от предметных предпосылок классификации наук.Дело в том, рассуждал он, что природа как отдельный и особый предмет для наук, как "хранительница" некоторых общих законов не существует — как не существует объективно особый "предмет истории".(Кстати, Риккерт отказывался от термина "науки о духе" из-за ассоциаций с гегелевским понятием духа, — предпочитая понятие "науки окультуре".) Оба метода не имеют, стало быть, чисто предметной детерминации, а определяются поворотом исследовательского интереса люДей, которых в одном случае интересует общее, повторяющееся, а вДругом — индивидуальное и неповторимое.Под эти методологические рассуждения Г.
Риккерт в ряде своих работ стремится подвести гносеологическую и общемировоззренческуюбазу. Он строит теорию познания, главными элементами которой стали78следующие идеи: 1) опровержение любой возможной концепцииотражения (аргументы: познание никогда не отражает и неспособноотразить, т.е. воспроизвести точно бесконечную, неисчерпаемую действительность; познание — всегда огрубление, упрощение, абстрагирование, схематизация); 2) утверждение принципа целесообразного отбора, которому подчиняется познание (аргументы: соответственно интересам, целям, поворотам внимания действительность"рассекается", видоизменяется, формализуется); 3) сведение сутипознания к мышлению, поскольку оно истинно; 4) отрицание того,что психология может стать дисциплиной, позволяющей разрешить проблемы теории познания (как и марбуржцы, Риккерт — сторонникантипсихологизма, критик психологизма); 5) построение концепции предмета познания как "требования", "долженствования", притом "трансцендентного долженствования", т е.
независимого от всякого бытия; 6) допущение, согласно которому мы, говоря об истине, должны иметь в виду "значение" (Вес1еи<;ип§); последнее же не есть ни акт мышления, ни психическое бытие вообще; 7) превращение теории познания в науку о теоретических ценностях, осмыслах, о том, что существует не в действительности, а лишь логически и в этом своем качестве "предшествует всем наукам, их существующему или признаваемому действительному материалу"23.Так теория познания Риккерта перерастает в учение оценностях.
Сфера теоретического противопоставляется реальному ипонимается "как мир теоретических ценностей". Соответственно теорию познания Риккерт трактует как "критику разума", т.е. науку, которая не занимается бытием, а ставит вопрос о смысле, она обращается нек действительности, а к ценностям. Концепция Риккерта основана, следовательно, не только на различении, но и на противопоставлении ценностей и бытия, существующего. Есть два царства — действительностьи мир ценностей, который не обладает статусом действительного существования, хотя он не менее обязателен, значим для человека, чем мирсуществований.
По Риккерту, вопрос о противостоянии и единстве двух"миров" с древнейших времен и до наших дней образует кореннуюпроблему и загадку для философии, для всей культуры.Рассмотрим несколько подробнее проблему различия "наук о природе" и "наук о культуре", как ее ставит и решает Риккерт. Преждевсего, философ по-кантовски определяет понятие "природа": оно неозначает мира телесного или физического; имеется в виду "логическоепонятие природы", т.е. бытие вещей, поскольку оно определяется общими законами.
Соответственно предмет наук о культуре, понятие "история" есть "понятие единичного бывания во всей его особенности ииндивидуальности, которое и образует противоположность понятиюобщего закона"24. Так "материальная противоположность" природы икультуры выражается через "формальную противоположность" естественнонаучного и исторического методов.Продукты природы — то, что свободно произрастает из земли. Природа сама по себе существует вне отношения к ценностям.
"Ценныечасти действительности" Риккерт называет благами — чтобы отличить их от ценностей в собственном смысле, которыене представляют собой (природной) действительностиО ценностях, согласно Риккерту, нельзя говорить, что они суще-79ствуют или не существуют, а только то, что они значат или не имеютзначимости. Культура определяется Риккертом как "совокупность объектов, связанных с общезначимыми ценностями" и лелеемых ради этихценностей25. В соотнесении с ценностями глубже уясняется спецификаметода наук о культуре. Уже говорилось, что их метод Риккерт считает"индивидуализирующим": науки о культуре как исторические науки"хотят излагать действительность, которая никогда не бывает общей,но всегда индивидуальной, с точки зрения ее индивидуальности..."26Поэтому лишь исторические дисциплины суть науки о подлинной действительности, тогда как естествознание всегда обобщает, а значит,огрубляет и искажает неповторимо индивидуальные явления действительного мира.Однако Риккерт делает здесь важные уточнения.
История как наукаобращается отнюдь не ко всякому индивидуальному факту или событию. "Из необозримой массы индивидуальных, т.е., разнородных объектов историк останавливает свое внимание сначала только на тех, которые в своей индивидуальной особенности или сами воплощают в себекультурные ценности, или стоят к ним в некотором отношении". Разумеется, при этом возникает проблема объективности историка. Риккертне считает, что ее решение возможно благодаря тем или иным теоретическим призывам и методологическим требованиям. Вместе с тем можно надеяться на преодоление субъективизма в исторических исследованиях, в "историческом образовании понятий", если разграничить:1) субъективную оценку (высказывание похвалы или порицания) и 2) отнесение к ценностям, или объективный процесс обнаружения в самойистории общезначимых или претендующих на общезначимость ценностей.
Итак, в истории как науке тоже практикуется подведение подобщие понятия. Однако в отличие от естествознания в историческихдисциплинах не только возможно, но и необходимо не утрачивать — вслучае обобщений, "отнесения к ценностям" — неповторимую индивидуальность исторических фактов, событий, деяний27.Для Риккерта значимость ценностей, отнесенность индивида к ценностям суть наивысшие проявления свободы человеческой личности.Ведь наряду с миром действительного, миром бытия человек свободнои творчески созидает мир должного, значимого. Подтверждением смысла, значения этических ценностей становится "сама личность, во всейсложности ее социальной связанности, ценность же, в силу которой онастановится благом, есть свобода внутри общества или социальная автономия"28.
Устремление индивида к свободе, к социальной автономиивечно и бесконечно. И хотя "непрерывно возникают новые сочетания",социальная свобода остается неполной и несовершенной.ЛИТЕРАТУРАО неокантиантстве см.: Бакрадзе К. С. Очерки по истории новейшей и современной буржуазной философии. Тбилиси, 1960. С.
198 —409;2 Кант и кантианцы. М., 1978.Кепотгег С/г. ТгаИё (1е 1о§1дие §ёпега!е е1 1о^ие гогтеПе. Р ,1854.Р. XV.3Богомолов А. С. Кант, кантианство и европейская философияXIX в. // Кант и кантианцы. С. 123 —1241804ЫЬтап О. Кап!; иш! сИе Ер1§опеп. 5Ш±баг1;, 1865.См.: МаЬогр Р. Негтапп КоЬеп а!з МепзсЬ, ЬеЬгег ипс! РогзсЪег.МагЬиг§, 1918; Трубецкой Е. Метафизические предположения познания. М., 1917; ЯковенкоБ.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
