Запад - Россия - Восток. Том 3 (1184493), страница 14
Текст из файла (страница 14)
Упреки эти во многом справедливы. Нонеобходимо понять, чтб беспокоило Бентама и какие недостатки социальных теорий он хотел преодолеть с помощью утилитаризма. Эти недостатки — их отдаление, отчуждение от индивида, от поля его действий, от его мотивов и выбора. Слово "справедливость", считал Бентам, лишено смысла, пока с ним не связывают реальное поведениеконкретных индивидов. Он считал также, что многие общие понятия —такие, как "родина", "собственность", "брак", "принцип" — служатвсего лишь для маскировки определенных интересов, совокупностиощущений удовольствия или отвращения. Бентам был противником абстрактных моральных принципов.Критики утилитаризма обращали внимание на то, что принцип полезности, или удовольствия, или наибольшего счастья тоже был абстрактным, а не конкретным, на что претендовал Бентам.
И это было неединственное противоречие, в которое впал мыслитель. С одной стороны, он был сторонником индивидуализма (ведь только отдельные индивиды способны испытывать ощущения, испытывать удовольствие илиотвращение). С другой стороны, полезность в истолковании Бентамане тождественна индивидуальному удовольствию и связана с широкимполем общественного действия.
Более того, индивидуализм Бентаманаходит продолжение в разделяемой им концепции политического либерализма.45Бентам и его сторонники активно участвовали в подготовке парламентской реформы в Англии конца XVIII и первых десятилетий XIX в.Основополагающей для этой деятельности стала книга Бентама "Принципы морали и законодательства" (1789). Как отмечают исследователи,она породила целый поток книг и памфлетов, показывающих, как этирадикальные рациональные понятия должны были воплощаться в законодательную систему, экономические процессы и политическую жизнь.В 1817 г.
Бентам составил свой "План парламентской реформы" и распространил его среди членов парламента. Он также предлагал русскомуцарю и президенту США свою помощь в усовершенствовании законодательства и системы образования в их странах. Практических следствий обращения Бентама не имели. Но в Англии его идеи оказывалисущественное влияние на дискуссии вокруг законодательства и парламентских реформ, приведшие, в конце концов, к принятию парламентомв 1831 г. либерального билля о реформе (его критическая оценка данав последней работе Гегеля — "Английский билль о реформе", 1831 г.).Сторонником и другом Бентама был Джеймс Милль (1773—1836).И его проект парламентской реформы основывался на философских,психологических и этических идеях.Милль-старший был известен как сторонник утилитаристской доктрины, предложивший психологическую (ассоцианистскую) трактовкупринципа полезности ("наибольшее счастье для наибольшего числалюдей"), а также как пропагандист экономического учения Давида Рикардо.
Он дал своему сыну Джону превосходное домашнее образование, предполагавшее раннее знакомство с древними языками (так, древнегреческому языку Джон обучился в три года) и классической литературой. При этом образование сына не носило религиозного характера.Дж. С. Милль впоследствии ярко описал ранний и другие периодысвоей жизни в "Автобиографии".Индуктивистский позитивизмДжона Стюарта МилляДжону Стюарту Миллю (1806—1873) суждено было стать крупнейшим британским философом XIX в.
Милль-младший никогда не занимался академической деятельностью — его жизнь была связана с ОстИндской компанией, в которую он поступил в 1823 г. и которую возглавил в 1856. Работа в Компании не мешала его активной научной,философской и публицистической деятельности, которая началась в 40е годы. Кроме того, Милль был политиком, сторонником, как и егопредшественники Джеймс Милль и Иеремия Бентам, либерализма иреформизма (в 1865 — 1868 гг. он состоял членом Палаты общин).
Современные исследователи иногда называют Милля-младшего "либеральным феминистом", ибо он (выступая вместе со своим другом, а потомженой Г. Тэйлор) горячо защищал политические, социальные права женщин. Так, он отстаивал идею о том, что все женщины должны получитьизбирательные права и соответственно их доле в составе населениябыть представленными в парламенте.
Замужние женщины должны получить право на собственность, чтобы иметь возможность свободновыбирать между ролью домашней хозяйки и профессиональной деятельностью. Во времена Милля женщины были почти повсеместно ли-46шены этих прав. Женскому вопросу Милль посвятил книгу "Об угнетении женщин" (1869).
Политические аспекты проблемы свободы онрассмотрел в знаменитом эссе "О свободе" (1859).Значительным интеллектуальным событием в жизни Д. С. Миллястало его знакомство с идеями О. Конта. В 1841 г. началась их переписка, хотя лично они не встречались. Милль всегда высоко отзывался офранцузском философе, посвятив его взглядам книгу "О. Конт и позитивизм" (1865). Вместе с тем в литературе зачастую преувеличиваетсявлияние Конта на Милля. Последний положительно оценивал контовскую трактовку научного знания и его отношения к философии, различение социальной статики и динамики, а также "закон трех стадий",рассматривая позитивную стадию как высшее состояние человеческогообщества.
Однако Милль дистанцировался от политических взглядов"позднего" Конта, не принял его "религию человечества". Кроме того,от Конта его отличает интерес к логике наук (в том числе и "моральных", т. е. психологии, этологии — науки об образовании характера, исоциологии), в которых следует искать каузальные объяснения, а нетолько описывать и систематизировать чувственно воспринимаемыефакты. Милль подчеркивал как общие черты, так и особенности логики социологического и физического знания. Например, он говорил об"обратно дедуктивном (историческом) методе", свойственном общейсоциологии.Главное произведение Милля — двухтомная "Система логики" (1843).Его перу также принадлежат "Утилитаризм"(1863) и "Исследованиефилософии сэра У.
Гамильтона" (1865)12. Именно в последней, содержащей критику взглядов шотландского философа Уильяма Гамильтона(1788 — 1856), Милль разработал основные положения своей феноменалистской теории познания. В этой области он несомненно стал продолжателем традиции классического британского эмпиризма. Для Милля были неприемлемы априоризм в любой его возможной форме, ссылки на самоочевидность данных сознания. Цель философа — усовершенствование эмпиризма с учетом фактора развития научного знания и егологической обработки.Вместе с тем влияние одних эмпиристов на других в истории британской философии не следует понимать упрощенно и говорить лишь онепрерывной идейной преемственности. Так, к примеру, широкомасштабные исследования учений Юма и Беркли начались лишь после появления во второй половине XIX в.
их собраний сочинений. Милль, вчастности, был одним из первых, открыто признавших влияние на негоберклеанского имматериализма.В центре взглядов Милля оказалась классическая проблема соотношения материи и сознания. В этой области он был решительным противником тезиса о дуализме двух субстанций. Материя и сознание былисведены им к определенным сочетаниям ощущений. Так, материя выступает в его учении как "постоянная возможность ощущений", физические тела — как комплексы "одновременных возможностей ощущений". В обосновании феноменальной онтологии Милля возможныеощущения играют даже большую роль, нежели действительные.
В этомсмысле он был одним из сторонников диспозиционального описанияявлений, из которых складывается наша картина мира. Подобный подход лишает материю и сознание субстанциальности и по-существу ис-47ключает психофизическую проблему в ее традиционной постановке.Сознание, в частности, он трактует как предрасположенность испытывать (переживать) ощущения. Человеческому уму присуща способностьпредвидения и ожидания будущих ощущений, поэтому в нем и возникает представление о возможных ощущениях, которые, согласно общейэмпирико-сенсуалистской установке, вступают в различные ассоциативные комбинации. Законы психологической ассоциации вносят организованность в наши ощущения. Между комплексами ощущений складываются отношения взаимной зависимости.
Например, организованные вкомплекс ощущения, составляющие сознание, оказываются зависимыми от комплекса ощущений, составляющих тело, и наоборот. В целомнеобходимо учитывать, что Милль и другие сторонники феноменалистского конструирования реальности исходили из представления о наиболее экономном описании и объяснении всего происходящего, считая заблуждением ссылки на субстанциальную основу явлений.Одним из главных средств организации феноменального опыта дляМилля выступает язык.
Именно в языке осуществляется классификация всех явлений, отнесение их к тем или иным видам. Семантическаятеория Милля, продолжающего традиции эмпиристов-номиналистовXVII —XVIII вв. (в частности, Т. Гоббса) содержит эмпиристскую теорию значения имен (т. е. знаков). Центральной идеей этой теории оказывается различение коннотации (соозначения) и денотации (означения) имен, предвосхищающее современное различение таких семантических сущностей, как смысл и значение (интенсионал и экстенсионал).В первом случае имеется в виду указание на совокупность свойствименуемого предмета, во-втором — указание на сам предмет, обозначаемый именем (каковым может быть как грамматический субъект предложения, так и любая внелингвистическая сущность).Коннотативные имена прямо обозначают свой предмети косвенно указывают на его свойства. Таково, например, слово "человек", обозначающее Питера, Джона и неограниченное числодругих индивидов, составляющих класс, для которого оно служит конкретным общим именем.
Такое имя дается членам этого класса в силуналичия у них общих свойств (телесность, жизнь, наличие разума идругие). Неконнотативные имена либо обозначают толькопредмет, либо указывают только на свойства. Итак: «Несоозначающим словом называется такое, которое означает либо толькопредмет, либо только свойство. Соозначающее же слово то, котороеозначает предмет и обнимает свойство.
Предметом здесь называетсявсе, имеющее свойство. Так, Джон, Лондон, Англия суть названия,означающие лишь предметы. Белизна, длина, добродетель означают только свойства. Поэтому ни одно из этих названий не есть соозначающее.Но бел, длинен, добродетелен — названия соозначаю'щие. Слово "бел"означает все белые предметы, как, например, снег, бумагу, морскуюпену и т. п., и обнимаетили, по выражению схоластиков, соозначает13свойство белизны» .
Значение (теашп§) имен, согласно Миллю, заключается именно в том, что они соозначают. Поэтому-то грамматические имена собственные не имеют значения, ибо не указывают ни накакие свойства. Такие имена суть просто знаки, дающие возможность48выразить обозначаемые ими предметы в языке, или же метки, вызывающие образы того, что обозначается.Концепция Милля также объясняет функционирование слов, которые не обозначают никаких реальных объектов, но которые тем неменее определяются по совокупности свойств (например, "кентавр" или"грифон").
За всем этим скрывалась и общефилософская проблемапоисков значения широких философских абстракций и обобщений, всегда вызывавших недоверие у философов эмпиристской традиции. Какпредставитель этой традиции Милль был весьма чуток к тем заблуждениям и недоразумениям философского характера, которые порождаются неправильным использованием языковых средств. Он, в частности,обращал внимание на многозначность различных слов (прежде всегосвязки "есть"), которая должна устраняться из научного языка. Этомупосвящена глава "Заблуждения сбивчивости" в "Системе логики". ЗдесьМилль выступает как предтеча аналитической философии, получившейразвитие в XX в.Основу учения Милля о научном методе составляет еготеория индукции. В этом вопросе его предшественниками былиФренсис Бэкон и Дэвид Юм.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
