Запад - Россия - Восток. Том 2 (1184492), страница 9
Текст из файла (страница 9)
Такая способность не может быть связанадаже с разумной душой, ориентированной на чувственную деятельность. Для ее объяснения Козентинец допускает существование34другой, "высшей" души, некоей "сверхдобавочной формы" (formasuperaddita), непосредственно происходящей от Бога.4. НАТУРФИЛОСОФИЯ ДЖОРДАНО БРУНОВпечатляющие и глубокие результаты натурфилософия Возрождения получила в творчестве итальянского философа, ученого ипоэта Джордано Бруно (1548-1600). Жизнь этого горячего, искреннего и бескомпромиссного поборника истины стала предметоммногочисленных философских осмыслений и художественных изображений. Родившись в местечке Нола (недалеко от Неаполя, отсюда его самоименование — Ноланец), в семье мелкого дворянина,он еще юношей стал монахом доминиканского монастыря. Богословское образование оказалось бессильным перед идеями гуманизма, философии и науки, почерпнутыми Бруно в личных контактахи в книгах богатой монастырской библиотеки.
Конфликт с начальством закончился бегством Бруно из монастыря. Начались годыскитаний молодого философа по городам Италии, затем Франции.Лекции в университетах Тулузы и Парижа сопровождались диспутами с носителями схоластической рутины и конфликтами с ними.Примерно то же самое происходило и в Англии (в Лондоне и Оксфорде). Контакты же с гуманистами и учеными, напротив, быливесьма плодотворными. Бруно — плодовитый писатель. В 1584—1585 гг. в Лондоне он опубликовал шесть диалогов на итальянскомязыке, где изложил систему своего мировоззрения.
Важнейшие изних для истории философии — «О причине, начале и едином» и«О бесконечности, вселенной и мирах». Едкое сатирическое изображение схоластического педантизма и богословской учености внекоторых из этих диалогов стало одной из главных причин отъезда Бруно из Англии.
Вскоре уже из Франции Бруно перебираетсяв Германию. Он читает лекции в университетах Виттенберга и других городов империи. К концу 1590 г. философ завершает новыйцикл своих работ — «О безмерном и неисчислимых», «О монаде,числе и фигуре», «О тройном наименьшем и мере» (напечатаны воФранкфурте в 1591 г.). Все эти сочинения — латинские поэмы, содержащие, однако, и прозаические тексты. (Мы назвали отнюдь невсе произведения Бруно, имеющие значительное философское содержание.) Приезд Бруно в Венецию (он рассчитывал получитькафедру математики в знаменитом Падуанском университете) оказался роковым,^ Философ был предательски выдан местной инквизиции в мае 1У52 г., а примерно через год по требованию римскойинквизиции и самого папы он оказался в ее застенках.
Нескольколет инквизиторы добивались у Бруно отречения от его "еретических" философских идей. Раскаяние спасло бы ему жизнь. Но Бруно проявил бескомпромиссность, не отрекся ни от одной из своихидей. Инквизиционное судилище приговорило его к сожжению накостре. Источники донесли до нас гордые слова изможденного и35измученного философа: "Быть может, вы с большим» страхом произносите этот приговор, чем я его выслушиваю!"Основным естественнонаучным источником натурфилософскойдоктрины Ноланца стала гелиоцентрическая астрономия Коперника. Ее он прежде всего и защищал в своих многочисленных диспутах и спорах со сторонниками традиционной аристотелевско-схоластической системы мира. Космологическая доктрина -г одна изглавных компонент натурфилософии Бруно. Он утверждает, что"природа есть Бог в вещах" (Deus in rebus, Dio nelle cose), божественная сила, скрытая в них же9.
У Бруно весьма редки богословско-креационистские выражения, а внеприродное понимание безличного Бога в общем уловить довольно трудно. Природа в понимании Бруно фактически приобретает полную самостоятельность, аБог мыслится как синоним ее единства. Соответственно вещи и явления природы — не символы "сокрытого Бога", из которого соткано покрывало таинственности, окутывающее ее, несмотря на всеуспехи познающего человека, а самостоятельные и полноценные реальности, в мире которых он живет и действует. Конечно, актуально-бесконечный ("целокупно-бесконечный") Бог "в свернутом видеи целиком" не может быть отождествлен с потенциально бесконечным1 универсумом, существующим в развернутом виде и не целиком" *.
Однако максимальное приближение такого Бога к мируприроды и человека толкало Бруно к их отождествлению во множестве конкретных случаев. Именно многочисленностью таких отождествлений Бога то с природой, то с ее различными вещами ипроцессами, а иногда прямо с материей делает пантеизм Бруно нетолько натуралистическим, но в ряде аспектов и материалистическим. Особенно показательны здесь заключительные главы его поэмы «О безмерном и неисчислимых».Максимальное сближение Бога и природы у Бруно имело дляего натурфилософской доктрины другое важнейшее следствие, которое можно назвать реабилитацией материи.
Для Ноланца материя есть не что иное, как "божественное бытие в вещах" (esseredivino nelle cose)11, которое означает тесное объединение материи иформы, отрицание самостоятельности последней, многократно усиленное в схоластической философии, признававшей вопреки Аристотелю множество форм, не связанных с материей. Наиболееобщий вывод, сформулированный в этом контексте Ноланцем, состоял в том, что он объявлял материю тем началом,12 которое "всепроизводит из собственного лона" (proprio e gremio) .
Источникомформ, всего бесконечного качественного многообразия бытия оказывается в этом контексте уже не Бог, а материя. Но на реабилитаций материи Бруно не останавливается.Трактовка природы в произведениях Бруно почти всегда органистическая — чувственные и интеллектуальные свойства микрокосма переносятся на всю природу. Важнейший результат такойаналогии — гилозоистическое и панпсихическое истолкование всего и всякого бытия. "Мир одушевлен вместе со всеми егочленами"13, а„душа — "ближайшая формирующая причина, внутренняя сила, свойственная всякой вещи"14. Вместе с тем она выступает и в качестве всеобъемлющей духовной субстанции — платоновско-неоплатонической мировой души, к понятию которой многократно обращались многие средневековые, чаще всего неортодоксальные философы, и которая стала одним из главных онтологическо-гносеологических понятий ренессансной философии.
В стольважном произведении Бруно, как диалог «О причине, начале иедином», понятие самого Бога фактически подменяется понятиеммировой души. Такого рода подмена во многом объясняется тем,что важнейшим атрибутом мировой души признается некий"всеобщий ум", универсальный интеллект. Правда, Ноланецговорит о трех разновидностях интеллекта — божественном, мировом и множестве частных, но решающую роль приписывает именномировому — центральному, связующему звену этой платоновскойтриады.
Телеологическая трактовка бытия у Бруно тесно связана ис не раз отмечавшимся нами сближением природы и искусства уряда ренессансных философов. Гармония и красота природы, невозможные без уяснения ее целесообразности в большом и малом,могут быть объяснены, согласно Ноланцу, лишь тем, что всеобщийум выступает как "тот художественный интеллект, который изнутри семенной материи сплачивает кости, протягивает хрящи, выдалбливает артерии, вздувает поры, сплетает фибры, разветвляетнервы и со столь великим мастерством располагает целое"15.
Природа полна бессознательного творчества (что утверждал и Аристотель), и человеческое — только уподобление ей.Космология Бруно уравнивала Землю со всеми другими планетами Солнечной системы, а последнюю — со всеми бесчисленнымизвездными системами. Натурфилософской основой такого уравнивания стало убеждение Бруно в том, что земля, вода, воздух иогонь образуют не только наш земной мир, но и все остальные планеты Солнечной системы, как и все звезды с их спутниками. Такбыл сделан важнейший шаг к преодолению аристотелевско-схоластического дуализма земного и небесного и к утверждению их физической однородности. При этом эфир отнюдь не отбрасывалсяНоланцем, а признавался тем началом, которое распространено понеобозримому пространству универсума.Органистический принцип своей натурфилософии Брунораспространял на весь космос.
Мировая душа в качестве особой интеллигенции проникает и в каждое небесное светило, каждую планету, образуя ее внутренний деятельный принцип, без которого была бы совершенно непонятна причина их движения. Привсей фантастичности этих воззрений нельзя забывать, что в эпоху,когда еще только начинала складываться небесная механика, с одной стороны, а философы стремились найти источник самодвижения пла::ет и тем более звезд, не прибегая к помощи божественноговсемогущества, — с другой, обращение к их неким внутреннимдуховным движущим началам было необходимой формой динамического объяснения космических явлений.чДругим не менее важным проявлением космического органицизма, гилозоизма и панпсихизма было убеждение Бруно не только в одушевленности, но и в населенности бесчисленных миров.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
