Запад - Россия - Восток. Том 2 (1184492), страница 41
Текст из файла (страница 41)
Вот этим-то людямГоббс и хотел придти на помощь. 'Философия, — по определению Гоббса, — есть познание, достигаемое посредствомправильного рассуждения (recta ratiocinatio) и объясняющеедействия, или явления из известных нам причин, или производящих оснований, и наоборот, возможныепроизводящие3основания — из известных нам действий"' . Итак, философиятрактуется у Гоббса достаточно широко, даже расширительно: какпричинное объяснение. Для дальнейшего понимания того, что такое философия, по Гоббсу, требуется вникнуть в его толкование"правильного рассуждения".
"Под рассуждением я подразумеваюисчисление. Вычислить — значит найти сумму складываемыхвещей или определить остаток при вычитании чего-либо издругого. Следовательно, рассуждать значит то же самое, что складывать или вычитать"4. Вот как Гоббс расшифровывает свое напервый взгляд не вполне обычное, но тем не менее распространенное в его веке и совсем не чуждое нашему столетию понимание рассуждения как "исчисления" мыслей, понятий (сложения и вычитания). Предположим, мы видим издали какой-то предмет, но видимего неясно. Но в своем "безмолвно протекающем мышлении" мы156относим его к телам ("складываем" с телами). Подходя ближе, видим, что это существо одушевленное и, услышав его голос и т. д.,убеждаемся, что имеем дело с разумным существом.
"Когда мы, наконец, точно и во всех подробностях видим весь предмет и узнаемего, наша идея его оказывается сложенной из предыдущих идей,соединенных в той же последовательности, в какой язык складывает в название разумное одушевленное тело, или Человек,отдельные имена — тело, одушевленное, разумное"5. Если мыскладываем, скажем, представления: четырехугольник, равносторонний, прямоугольный, то получаем понятие квадрата. Значит,дело состоит лишь в том, чтобы усвоить отдельно каждое из представлений, понятий, а затем научиться складывать и вычитать их.Операция исчисления ни в коей мере не сводится к действиям счислами. "Нет, складывать или вычитать можно и величины, тела,движения, времена, качества, деяния, понятия, предложения и слова (в которых может содержаться всякого рода философия)"6.Прибавляя или отнимая понятия, мы мыслим.Философия, толкуемая таким образом, не сводится к чисто умственным, далеким от действительности действиям — сложению,вычитанию, т.
е. рассуждению или мышлению. Эта наша деятельность позволяет уяснять действительные свойства, которыми однитела отличаются от других тел. А благодаря такому познанию, благодаря теоремам математики или знаниям физики человек способендостичь практического успеха. "Знание есть только путь к силе"7.В центр философии Томас Гоббс ставит понятие тела. "Телом", согласно Гоббсу, может быть названа и большая совокупность вещейи явлений — например, можно говорить о "государственном теле"."Тело" — это то, что имеет свойства, что подвержено возникновению или уничтожению. Опираясь на такое понимание, Гоббспрежде всего изгоняет из философии целые разделы, которыепрежде в нее включались: философия исключает теологию, учениеоб ангелах, всякое знание, "имеющее своим источником божественное внушение или откровение"8.
Философию Гоббс разделяет надве основные части — на философию природы (она "охватываетпредметы и явления, которые называют естественными, посколькуони являются предметами природы") и философию государства, всвою очередь подразделяемую на этику (которая "трактует осклонностях и нравах людей") и политику.
Философия государства охватывает "предметы и явления, которые возникли благодаря9человеческой воле, в силу договора и соглашения людей" .На деле же оказывается, что философское исследование и изложение Гоббс начинает отнюдь не с физики и не с геометрии.А начинает он философию с глав и разделов, которые по традициисчитались всего лишь второстепенными частями, даже прикладными темами философии. Это учение "о наименованиях" (о "метках","знаках вещей") и концепция метода. Таким образом, проблемыслов, речи, знаковых средств, "обмена" мыслями оказалисьдля Гоббсовой философии поистине фундаментальными.157Вместе с Декартом и Спинозой Гоббс признает, что человеческийиндивидуальный познавательный опыт, поставленный перед необозримым множеством вещей и явлений, должен опираться на некоторые "вспомогательные средства".
Гоббс также считает субъективное, "конечное", индивидуальное познание внутренне слабым,смутным, хаотичным. "Каждый из своего собственного и притомнаиболее достоверного опыта знает, как расплывчаты и скоропреходящи мысли людей и как случайно их повторение"*0. Но обычная для того времени мысль об ограниченности, конечности индивидуального опыта самого по себе отнюдь не заставляет Гоббсаприбегнуть, как это делает Декарт, к вмешательству "бесконечного" божественного разума.
Человек сам вырабатывает специальныевспомогательные средства, во многом преодолевающие конечность,локальность, индивидуальность его личного познавательного опыта, — такова весьма важная идея Гоббса. Каковы же эти средства?Для того чтобы избежать необходимости каждый раз вновь повторять познавательные опыты, касающиеся одного и того же объектаили ряда сходных объектов, человек своеобразно использует чувственные образы и сами наблюдаемые чувственные вещи. Эти последние становятся, по Гоббсу, "метками", благодаря которым мыв соответствующих случаях как бы воспроизводим в нашей памятинакопленные ранее знания, касающиеся данного объекта. Такосуществляется аккумуляция знаний: в каждом данном познавательном акте мы "оживляем", используем в сокращенной, мгновенной деятельности наш собственный прошлый опыт.
Познаниеиндивида становится единым, взаимосвязанным процессом.Уже эта глубочайшая идея, которая пронизывает исследованияГоббса, делает его философию провозвестницей и непосредственнойпредшественницей усилий Локка и Юма, Лейбница и Канта.Но Гоббс идет дальше. Если бы на земле существовал одинединственный человек, то для его познания было бы достаточно меток. Но поскольку этот человек живет в обществе себе подобных,его собственная мысль с самого начала ориентирована на другогочеловека, других индивидов: замечая в вещах правильность, регулярность, повторяемость, мы обязательно сообщаем об этом другимлюдям.
И тогда вещи и чувственные образы становятся уже не метками, а знаками. "Разница между метками и знаками состоит втом, что первые имеют значение для нас самих, последние же —11для других" . Мы видим, что Томас Гоббс без всякой мистики связывает воедино индивидуальный и социальный познавательныйопыт.Подобно тому как "реальностью" знака является для Гоббсаимя*, слово, эта единица языка, так и "реальностью" познанияоказывается речь. Последняя и составляет, по мнению Гоббса,специфическую "особенность человека"12. Соглашение людей относительно знаков и слов — вот единственное упорядочивающее,организующее начало, ограничивающее произвол речевой деятельности.
Овладев речью, этой специфически человеческой формой158социально обусловленного знания и познания, человек приобретает, согласно Гоббсу, некоторые важные преимущества. Прежде всего Гоббс, в соответствии с устремлениями современной ему науки,упоминает о пользе числительных, тех имен, которые помогают человеку считать, измерять, рассчитывать.
"Отсюда для человеческого рода возникают огромные удобства, которых лишены другиеживые существа. Ибо всякому известно, какую огромную помощьоказывают людям эти способности при измерении тел, исчислениивремени, вычислении движений звезд, описании земли, в мореплавании, возведении построек, создании машин и в других случаях.Все это зиждется на способности считать, способность же считатьзиждется на речи"13. Во-вторых, продолжает Гоббс, речь "дает возможность одному человеку обучать другого, т. е. сообщать ему то,что он знает, а также увещевать другого или советоваться с ним"14."Третье и величайшее благодеяние, которым мы обязаны речи,заключается в том, что мы можем приказывать и получать приказания, ибо без этой способности была бы немыслима никакая общественная организация среди людей, не существовало бы никакогомира и, следовательно, никакой дисциплины, а царила бы однадикость"1^."Истина, — говорит Гоббс, — не есть свойство вещей...
онаприсуща одному только языку"16. Если мышление сводится к произвольному обозначению вещей и сочетанию имен в предположениях, то истина неизбежно превращается в особое свойствовысказываний, предложений, в свойство языка. И посколькуистинное мышление реализуется в языковой форме, постолькуГоббс прав: мышление отдельного человека, несомненно, зависит оттакого важного и универсального явления социальной реальности,как язык.
В ходе Гоббсова анализа по сути дела отодвигается всторону другой вопрос, над которым бьются Декарт и Спиноза:как, благодаря чему истина добывается и обретает внутреннююдостоверность? При этом речь идет не о "принципах", "истинах"здравого смысла, но об основах тогдашней науки. Вопрос, следовательно, стоит иначе, чем у Гоббса: каковы свойства истины (иистинного познания), которые только обнаруживаются, а неформируются в процессе коммуникации, т. е. в процессе "обмена"знаниями и познаниями.Но и Гоббс в своем произведении «О теле» в конце концовоставляет в ,стороне знаково-коммуникативную концепцию и какбудто переходит собственно к физическому телу — к таким проблемам, как свойство тела (акциденция), величина и место его,движение тел, пространство и время и т.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
