Запад - Россия - Восток. Том 2 (1184492), страница 3
Текст из файла (страница 3)
"Колдовскому" смыслу этого слова(глубоко уходящему корнями в доисторические времена) он противопоставил смысл рациональный, связанный с постижением действительных, а не мнимых тайн природы. Первая разновидностьмагии (в сфедние века часто именовавшаяся "черной магией")оставляет человека рабом неких злых, "демонических" сил. Другаяее разновидность, свидетельствующая о постижении неких благоприятных "божественных" сил (и в средние века поэтому нередкоименовавшаяся "белой магией"), стала теперь называться "естественной магией" (magia naturalis), свидетельствующей о постижениичисто природных тайн. В дальнейшем она сделалась одним изглавных орудий достижения "царства человека". Острие этих идейПико было направлено также против суеверного "астрологическогодетерминизма", сковывавшего человеческую активность, лишая еесвободы.
Обоснование последней — главная цель Пико в его яркой«Речи о достоинстве человека», которая и должна была открыть несостоявшийся в Риме диспут. Теоретическое содержание этой «Речи» резюмирует антропоцентрические идеи гуманистов.Бог ставит человека в самом центре космоса, делая его как бысудьей мудрости, величия и красоты воздвигнутого им мироздания.Вместе с тем представления о человеке пронизаны идеями тождества человеческого микрокосмоса и божественно-природного макрокосмоса. В «Гептапле», например, Пико подчеркнул, что человексоставляет особый, четвертый мир наряду с подлунным, поднебесным и небесным мирами. В «Речи» же человек, с одной стороны,выступает как "посредник между всеми созданиями"4 земными инебесными; с другой же стороны, он как бы вне всех этих существ,ибо, подчеркнул Пико в своем сочинении «Против астрологии»,"чудеса человеческого духа превосходят [чудеса] небес...
На земленет ничего более великого, кроме человека, а в человеке — ничегоболее великого, чем его ум (mens) и душа (anima). Возвыситьсянад ними, значит, возвыситься над небесами..."5.Свобода выбора, этот величайший божий дар, насыщена у Пикоглубоким моральным содержанием. Сократовское самопознаниенаправляет нас на путь нравственного совершенствования, предполагающий борьбу со страстями, усвоение определенных правилжизни ("ничего слишком"), а это невозможно без усвоения глубинподлинной философии.4.
ФИЛОСОФИЯ НИКОЛАЯ КУЗАНСКОГОСовременник многих итальянских гуманистов Николай Кузанский (1401-1464) — один из самых глубоких философов эпохиВозрождения. Он был родом из Южной Германии (местечко Куза), совсем незнатного происхождения. Николай уже в школьныегрды испытал влияние мистиков ("братьев общей жизни"). В университете Падуи кроме обычного гуманитарного образования, заключавшегося в усовершенствовании в латинском языке и в изучении греческого, Николай увлекался математикой и астрономией.В дальнейшем ему пришлось избрать духовную карьеру.
Молодойсвященник, установивший связи с итальянскими гуманистами, былзахвачен их движением.12Николай КузанскийВозможно, как ни один другой философ этой эпохи, Николайсоединял в своих произведениях и в своей деятельности культурусредневековья и энергично наступавшую культуру гуманизма.С одной стороны, он — весьма деятельный иерарх католическойцеркви, которого в 1448 г. папа-гуманист Николай V возвел в кардинальский сан, с другой — • активный участник кружка гуманистов, образовавшегося вокруг этого папы. Для атмосферы, царившей здесь, показательны хорошие отношения философа-кардиналас таким возмутителем церковного спокойствия как Лоренцо Балла.Наибольшее влияние Кузанец приобрел, когда друг его юностиПикколомини стал папой Пием II, а сам он фактически сделалсявторым лицом в римской церковной иерархии.
Конфессиональныеи административные хлопоты сочетались у Николая с продуктивной литературной деятельностью. Им написан на латинском языкеряд философских сочинений — в жанре трактата, размышления,диалога. Имеются у него и собственно научные произведения. В отличие от подавляющего большинства современных ему итальянскихфилософов-гуманистов Кузанец глубоко интересовался вопросамиматематики и естествознания, и вне этих интересов непонятна егофилософская доктрина. Видный служитель церкви, естественно,писал и чисто богословские работы (в частности, проповеди). Философское содержание произведений Николая часто очень трудноотделить от теологического.
В этом отношении он продолжал ещесредневековую традицию с ее смешением теологии и философии.Самое значительное и известное из произведений Кузанца —трактат «Об ученом незнании» («De docta ignorantia» — можноперевести как «Об умудренном неведении», «О знающем незнании», 1440). К нему примыкает другой трактат — «О предположениях» (не позже 1444).
В 1450 г. Николай написал четыре диалогапод общим названием «Простец». Первые два из них носят название «О мудрости», третье — «Об уме», четвертое — «Об опытес весами». Название этих диалогов, как и их содержание, привлекает внимание своей гуманистическо-демократической идеей обращения за подлинной мудростью не к представителю цеха официальной учености, а к человеку из народа, не сбитого с толку этойпсевдоученостью.Как мыслитель переходной эпохи — средневековья, трансформирующегося в Возрождение, — Николай Кузанский демонстрирует в своих произведениях различные, нередко весьмапротиворечивые стороны и грани этой эпохи.
В качестве мистика исозерцателя, каким он, возможно, стал уже в юности, он — врагсхоластики, особенно томистской, заводившей человеческую мысльв тупики богопознания. Николай же именно на пути мистики стремился к эффективному богопознанию. Об этом говорят сами названия его произведений — «О сокрытом Боге», «Об искании Бога»,«О Богосыновстве», «О даре Отца светов» (все они созданы в1445-1447 гг.), «О видении Бога» (1453), имеющих сугубо спекулятивную направленность. Считается, что после появления «Обученом незнании» и «О предположениях», в особенности же после1450 г., когда были написаны диалоги «Простеца», усиливаютсямистические настроения философа-кардинала, что и отразилось вего произведениях, трактующих понятие Бога в абстрактно-философском плане, — «О возможности-бытии» (1460), «О неином»(1462), а также в сочинениях, где мысли автора облечены в аллегорическо-символическую форму — «О берилле» («Духовные очки»,1458), «Об охоте за мудростью» (1463), «Об игре в шар» (1463),«О вершине созерцания» (1464).Врагом схоластики Кузанец был и как представитель гуманистической образованности, уделявший большое внимание естественнонаучным вопросам.
Отсюда мощное вторжение натуралистических соображений и идей в спекулятивно-мистические построенияКузанца. В различных книгах по истории философии НиколайКузанский обычно характеризуется как платоник. Действительно,у него много ссылок на Платона. Но платонизм Кузанца следуетпонимать шире, включая и неоплатонизм, оказавший на него большое воздействие еще до флорентийских платоников. Прокл — одиниз главных для него философских авторитетов.
Как известно, и Ареопагитики испытали огромное воздействие неоплатонизма (в особенности того же Прокла). Однако рассматривать Кузанца только какплатоника не следует. Например, он высоко ценил идеи пифагореизма, перед которыми идеи платонизма иногда даже отступали навторой план. В различном контексте Николай использует идеи и_uдругих античных философов и теологов — Августина, Боэция,Сократа, Анаксагора, стоиков, атомистов.Концепцию Бога у Кузанца следует трактовать как пантеистическую, несмотря на то, что в историко-философской литературе нередки утверждения относительно теистического характераэтой концепции.
Теизм лежит в основе любой монотеистическойрелигии и настаивает не только на личностно-трансцендентном понимании Бога и его свободноволевом творчестве, но и на вездесущии этого всемогущего начала. Пантеизм подрывает личностнотрансцендентную трактовку Бога и настаивает на его безличности ивсеприсутствии. Между теизмом и пантеизмом какой-то жесткой,непереходимой границы нет. Следует также иметь в виду, чтообщей для теизма и пантеизма (как и деизма) является идея особого, совершенно духовного бытия Бога, первичного по отношению кчеловеку, который без такого бытия существовать не может.Николай Кузанский понимал, что максимально бесконечныйи предельно единый Бог — это не только и не столько объект тойили иной положительной религии — христианской, мусульманскойили иудейской, сколько понятие межрелигиозное, присущеевере любого народа [см.: «Ученое незнание»]6, а различные наименования Бога, в особенности языческие, определялись не столькопризнаками творца, сколько признаками его творений [см.: Тамже.
I, 25, 83].Главная тема онтологической проблематики, разработаннойКузанцем, — это, с одной стороны, вопрос о взаимоотношенияхмежду бесчисленным множеством конкретных единичных вещей иявлений природного и человеческого мира и божественным абсолютом, а с другой — вопрос о Боге как предельном духовном бытии,противопоставленном миру конечных телесных вещей, ибо если отстранить Бога от творения, то оно превратится в небытие и ничто[см.: там же II, 3, 110]. Но эта традиционная дуалистическая креационистская идея все время перебивается у Николая мыслью оединстве бесконечного Бога и мира конечных вещей.
"Бытие Бога вмире есть не что иное, как бытие мира в Боге" [«О предположениях», II, 7, 107]. Вторая часть этого утверждения свидетельствует омистическом пантеизме (иногда именуемом панентеизмом), апервая — о пантеизме натуралистическом. В силу первого из нихвещи и явления — только символы Бога, а в силу второго они достаточно стабильны и представляют интерес сами по себе. Причемнередко одни и те же формулировки могут быть расценены какв первом, так и во втором аспектах, например трактовка мира вкачестве "чувственного Бога".
Для Кузанца же как ренессансногофилософа, предвосхищавшего рождение математического естествознания, стало особенно важным подчеркнуть наличие в мире соотношений меры, числа и веса. Считая, что божественное искусствопри сотворении мира состояло главным образом в геометрии, арифметике и музыке, заявляя, что "первый образ вещей в уме творцаесть число" [«О предположениях», II, 2, 9], без которого ничегоневозможно ни понять, ни создать, Николай из платоника как быстановится пифагорейцем, стремящимся подменить идеи числами,приписывая такое воззрение уже Августину и Боэцию.Математика, по мнению Кузанца, применима даже в вопросахбогословия, в положительной теологии, например при уподоблении"преблагословенной Троицы" треугольнику, имеющему три прямыхугла и являющемуся благодаря этому бесконечным.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
